Глава 23. Праздник

      Аками было неспокойно.       Вархайт сидел на кровати, сложив руки на коленях, и смотрел на стену. Серые глаза ничего не выражали. Они были пусты и холодны, словно в них исчезла жизнь. Божество напоминал одинокую статую, забытую всеми. Хоть его тело находилось здесь, душа была где-то далеко. Именно таким его застала Аками, придя утром.       Прошлым утром она видела ту же самую картину.       С Вархайтом что-то происходило. Нечто страшное творилось у него в душе, такое, что не позволяло ему спать. Под глазами выделялись тёмные круги.       Что с ним происходило? Что не давало ему спокойно спать?       Аками понимала, что проблема заключилась в пережитом плене. Она знала: последствия неизбежны. Никто не сможет уйти от трагедии без ущерба. Трагедия всегда оставляет шрамы на теле и сердце, как вечное напоминание о пережитом ужасе. Хранительница знала, что не в её силах избавить Вархайта от этих шрамов, но она могла залечить их, сделать так, чтобы они не болели. Чтобы Вархайт мог жить дальше, не оглядываясь назад. Но это не произойдёт, пока Вархайт сам того не пожелает.       Спасение утопающего — дело рук самого утопающего.       — Вархайт, — негромко позвала Аками, сделав шаг к нему. Божество никак не отреагировал. Мысли его находились совсем не здесь.       Сдерживая клокочущие эмоции, Аками села рядом на кровать, мягко взяла его лицо и настойчиво повернула к себе.       — Вархайт, посмотри на меня.       Он посмотрел прямо на неё. В серых глазах — абсолютная пустота. Куда делась та искра жизни, что она видела вчера?       — Смотри на меня. Я здесь. Я с тобой. Ты в безопасности. Никто больше не причинит тебе вреда. Я не допущу этого.       Вархайт всё так же смотрел на неё безучастно. Он слышал её, но не осознавал: сон ли это или явь. Аками вспомнила о его видениях во время плена. После каждой пытки мужчина погружался в грёзы, где был с Аками. Сны и иллюзии, созданные искалеченным сознанием, были для него единственным утешением. Ради них он держался. Из-за этого он перестал отличать сон и реальность. Неужели он и сейчас думал, что видит сон?       Аками взяла руку Вархайта — слабую, тонкую, как у скелета — и приложила ладонь к своему лицу. Его кожа была холодной. Божество напоминал иссохшего мертвеца.       — Вот, чувствуешь? Я здесь. Это не иллюзия и не сон. Я спасла тебя. Ты больше не в том подземелье. Приди в себя!       Вархайт моргнул и посмотрел так, словно только сейчас проснулся. В глаза вернулась искра жизни. Он наконец-то с ней, в реальности. Вархайт смотрел на возлюбленную и поглаживал её щеку, чувствуя мягкость и тепло кожи. Потом убрал руку.       — Аками… — тихим, хриплым голосом произнёс он. Его голос звучал так, словно он заговорил впервые за сто лет.       Неожиданно божество поддался вперёд, обнял Аками, прижал к себе и уткнулся лицом ей в плечо. Хранительница почувствовала его сбивчивое горячее дыхание на шее. Он обнимал её так крепко, словно боялся, что она исчезнет, растворится как дым. Аками обняла любимого в ответ и ласково погладила по волосам. Пусть обнимает, пусть не отпускает, если ему от этого будет легче.       В тишине комнаты послышались тихие, с трудом сдерживаемые всхлипы. Аками почувствовала мокрые следы на плече и содрогание тела Вархайта. Она сжала губы, держа себя в руках.       Так они и сидели в объятиях. Пока Вархайт тихо плакал, Аками дарила ему нежность и покой. Она ничего не говорила, ничего не спрашивала. Просто была рядом, как и обещала.       Тёплые лучи солнца, только появившиеся из-за горизонта, осторожно пробрались в жилую комнату. Хозяйка недовольно поморщилась и попыталась укрыться одеялом. Но упорные лучи упрямо лезли к ней, вырывая из объятий сна. Вздохнув, девушка недовольно открыла глаза. Несмотря на свою привычку, ей всё так же было тяжело подниматься в такую рань. Но Лера встала с кровати и принялась собираться.       Расчёсывая волосы перед зеркалом, целительница вспомнила какой сегодня день. Её день рождения. Лера вспомнила, как в гильдии отмечали чей-нибудь день рождения. Шикарный стол, украшенная гостиная, куча подарков. Отмечали день рождения каждого гильдийца, кроме Азиана и Мэрлины. Демон не помнил, когда родился, а глава просто не хотела их отмечать. Как выяснилось, в тот день она потеряла своих родителей.       Лера покачала головой, прогоняя мрачные мысли.       К празднику девушка нарядись в жёлтое лёгкое платье, что своим цветом напоминало солнце, и завязала волосы в косу. Поглядев на себя в зеркале, Лера довольно улыбнулась. Теперь она готова.       Идя к гостиной, Лера подметила, что в гильдии стояла непривычная тишина. Обычно где-нибудь кто-то разговаривал или что-нибудь делал. В той же гостиной всегда находился кто-нибудь. А сейчас было необычно тихо. Но Лера понимала, что все спрятались и ждали её. С улыбкой она прибавила шагу, направляясь к гостиной.       Для неё стало неожиданностью появление Фрая, который выскочил из угла.       — О, Лера, доброе утро! Замечательный сегодня день, верно? — с неизменно широкой улыбкой сказал он.       Видя его таким радостным, Лера не могла держать свою улыбку.       — Да, день действительно замечательный. А ты не знаешь, где все? Сегодня с утра подозрительно тихо.       В синих глазах Фрая сверкнул хитрый блеск.       — Пойдём, сейчас узнаешь.       Он взял её за руку и повёл в сторону гостиной. Лера уже улыбалась от предвкушения, хотя и знала, что её ждёт.       Когда Фрай привёл возлюбленную в гостиную, та, несмотря на все ожидания, оказалась приятно поражена. В большой комнате присутствовал весь состав гильдии. Даже Вархайт, выглядящий всё ещё бледным и осунувшимся, и Розали, которую поместили в магическую водную сферу, поскольку маленькая русалочка ещё не умела превращать свой рыбий хвост в человеческие ноги. Гостиная была украшена цветочными гирляндами. Большой стол в центре был накрыт, а по середине его красовалась ваза с букетом из любимых цветов гильдийцев.       Вперёд выскочила Джесси и кинулась на именинницу с объятиями.       — С днём рождения, Лера!       Лера улыбнулась, хотя и объятья были слишком крепкими.       — Спасибо, Джесси, но отпусти меня.       Со смущённым смехом девушка-трансфор отпустила целительницу. Фрай снова взял именинницу за руку и подвёл к остальным.       — Поздравляем тебя, Лера, — с искренней улыбкой произнесла Мэрлина. — Мы рады, что в нашей жизни появился такой прекрасный, светлый и трудолюбивый человек, как ты. Пусть твоя мечта сбудется. Чтобы ты никогда не забывала о важном для себя и о тех, кто любит тебя. Мы верим, что ты станешь самой лучшей целительницей.       Слова главы тронули сердце Леры. Целительница стёрла слезинки с уголков глаз и широко улыбнулась.       — Спасибо. Для меня нет большей радости, чем быть с вами.       Фрай обнял Леру за плечи и прильнул к ней. Девушка смущённо покраснела, видя взгляды других, но не отстранилась. Пусть Фрай обнимает её столько, сколько хочет. Сегодня самый прекрасный день в её жизни. Радовало всё: ясное небо, цветущий сад за окном, улыбки друзей, их присутствие и тепло. Ей не были нужны никакие другие подарки, когда у неё было всё это.       — О, давайте скорее за стол! Мне не терпится попробовать торт! — поторопила всех Джесси.       На столе возвышался трёхярусный торт из шоколадного бисквита и сливочного крема. Его украшали глазурные цветочки и алые ягодки клубники. Кто бы не готовил торт, он очень постарался, не забыл добавить любимое лакомство Рейи. Лера посмотрела на Лиама и Рейю. Сразу понятно, кто трудился над главным праздничным блюдом. Именинница была рада и благодарна им за старания.       — Не торопись, Джесси. Всё успеем, — пообещала Мэрлина.       Все сели за стол и принялись за блюда. Еда оказалась невероятно вкусной. Но больше всего все ждали, когда дойдёт очередь до десерта. И вот, с основными блюдами было покончено и принесли чай. Иоак высказал, как жаль, что нет вина. На что Мэрлина ответила ему, что никто не собирается напиваться, к тому же, тут присутствовали те, кому нельзя пить из-за возраста.       — Разве я не буду задувать свечи? — спросила Лера, поскольку на торте отсутствовали свечи.       — Думаю, своё желание ты уже загадала, — ответила Мэрлина.       — В чём проблема? Вот вам свеча! — Фрай вытащил из пазухи белоснежную свечу и поставил на стол перед Лерой. Азиан щёлкнул пальцами, и фитиль загорелся алым огоньком. Лера подарила Фраю благодарный взгляд, набрала побольше воздуха и дунула.       Но вместо того, чтобы погаснуть, свеча внезапно с хлопком вспыхнула, а огонёк взорвался на множество разноцветных искр. Гостиную заполнили разноцветные вспышки, похожих по форме на цветы, хлопки и запах дыма. Испугавшись, Ив нырнул под стол, утянув за собой Винсента, который свалился со стула. Рейя вздрогнула, уронив кусок бисквита на пол. У Ланса же очки упали в чашку с чаем. Розали с детским восторгом смотрела на разноцветный огонь. Реакция у каждого была разная, но никто не остался равнодушным неожиданной выходкой Фрая. А никто не сомневался, что это он подстроил. Вон, даже улыбался широко!       Когда огненные вспышки закончились, гостиная погрузилась в тишину. Придя в себя, все взглянули на Фрая, и выражения у них были неоднозначные.       — Фрай, что сейчас было? — сурово спросила Мэрлина.       — Да ничего такого! Что, пошутить нельзя? И весело, и красиво получилось! — примирительно поднял руки Фрай.       — Красиво, но опасно. Ты хоть понимаешь, что разноцветный огонь нельзя взрывать в здании? — сердито спросил Ланс, кое-как вытащив очки из кипятка и стараясь их вытереть, при этом недовольно хмурясь.       — Поэтому я запретила ставить свечки на торт. Знала же, что ты или Джесси выкинете нечто подобное, — покачала головой Мэрлина. Джесси посмотрела на главу так, будто спрашивала: «А я что? А я ничего!»       — А что, весело получилось, — усмехнулся Креволл.       — Это совсем не весело, — сердито ответила Аками. Вархайт положил руку на её, пытаясь успокоить. Креволл примирительно поднял руки и пробормотал что-то о том, что полностью согласен с напарницей, только бы она его не била.       — Взрыв кончился? — Ив высунулся из-под стола и настороженно осмотрелся на случай новой опасности.       — Прекрати дрожать и вылезай из-под стола, трус. Опасность миновала. Только проверь, сухие ли у тебя штаны, — усмехнулся Азиан.       — Кто бы говорил, лис. У самого, гляди, хвост похож на метёлку, что впору пол подметать, — язвительно откликнулся Винсент. Азиан сердито глянул на него и надменно фыркнул, вильнув хвостом, шерсть которого уже улеглась.       — Фрай, сегодня же получишь наказание за такую шалость, но после праздника, — строго сказала Мэрлина.       — Может, я его укушу, чтобы неповадно было? — предложила Азуса, единственная, кто сохраняла невозмутимое спокойствие в этой ситуации.       — Нет, Азуса! Боюсь, если ты будешь пить много крови дураков, то сама отупеешь! — отозвался Винсент.       Вампирша внимательно посмотрела на Фрая и пожала плечами, мол, как хотите.       Фрай обиженно насупился и пробормотал: «Уже и пошутить нельзя».       Тем не менее, несмотря на конфуз, все насладились тортом, что, хвала богам, не взорвался. Бисквит оказался не только приятно-сладким, но и очень нежным, словно таял на языке вместе с кремом. Не изменяя себе, Рейя набрала побольше клубники. Никто не возражал, зная, как она трудилась над тортом, а теперь желала вкусить плоды своих трудов.       Аками отрезала маленький кусочек и притянула Вархайту.       — Попробуй. Торт как волшебный, — ласково улыбнулась хранительница любимому. Она понимала, что божество не особо хотел есть, но мог хотя бы попробовать десерт, чтобы не расстраивать Леру, Лиама и Рейю. Вархайт благодарно кивнул, отломил малюсенький кусочек вилкой и отправил в рот. Долго он жевал, пока не расплылся в улыбке наслаждения.       — Мм, как вкусно, — протянул Вархайт. Его лицо даже просияло от удовольствия. Аками была невероятно рада, видя возлюбленного таким. Хоть временно, но к нему возвращались частички жизни.       И вот, с тортом было покончено и пришло время раскрытия подарков. Джесси, первая покинув стол, позвала всех скорее. Она аж дрожала от нетерпения, желая узреть реакцию Леры на подарки. Мэрлина сказала, что Джесси волнуется о подарках больше, чем именинница, от чего девушка-трансфор смущённо хихикнула.       Все собрались у аккуратно сложенной горы подарков. Лера вышла вперёд и взяла свёрток, что лежал выше. От кого какой подарок именинница знать не могла, но это придавало больше радости: ведь каждый старался её порадовать. Джесси подталкивала её скорее открыть первый подарок, и Лера послушалась. Ленточка быстро упала на пол и свёрток раскрылся, показывая содержимое.       Все поразились тому, что увидели. Креволл даже присвистнул. Лера залилась краской и мысленно пообещала тому, кто преподнёс ей такой подарок, на целый год оставить без своей фирменной выпечки. Ланс быстро закрыл глаза Розали, поскольку это зрелище не для детей. У Фрая же отвисла челюсть.       Потому что на свёртке лежало красное женское бельё с кружавчиками.       — Кто додумался подарить такое? — нарушил молчание сердитый голос Мэрлины. Глава впрямь выглядела недовольной, будто это ей вручили такой подарок, а не подопечной. Тут Мэрлина заметила, как Иоак пытается потихоньку улизнуть.       — А ну стоять! — грозно приказала она. Иоак вздрогнул и медленно повернулся лицом к разгневанной женщине. Его обычно смуглое лицо разительно побледнело. Зато всем стало очевидно, кто вручил Лере такой подарок.       — Иоак, что это такое? — Мэрлина указала на красивые, но довольно вульгарные тряпки.       — А что такое? Лера девушка и может это носить. К тому же, есть перед кем, — усмехнулся полубог и подмигнул Фраю. Тот вообще не знал, как реагировать. До такой шутки даже он не додумался бы.       А в этот момент Кайлу очень хотелось дать подзатыльник этому придурку. К счастью, ему делать это не пришлось.       — Такое девушкам не дарят! Если уж дарить, то только жене! — отсчитала Мэрлина.       — За него никакая женщина замуж не выйдет, — отозвался Кайл.       — Тц! А ты не завидуй, малец. У самого ещё ни одной девушки не было, — отрезал Иоак.       Лера указательным пальцем подцепила бельё так, словно брала нечто отвратительное, и осмотрела его.       — Оно мне великовато, — заметила именинница.       — Так на вырост же, — с ухмылкой пожал плечами Иоак. — Ты ещё вырастешь, и твои прелести тоже!       В этот момент у Леры появилось резкое желание швырнуть этот подарок прямо в голову полубога. Потому что он не имел права говорить о ней и её теле так!       — Всё, Иоак, ты тоже наказан! — окончательно рассердилась Мэрлина. — Вместе с Фраем сегодня уберёте всё со стола и помоете посуду, а завтра сделаете уборку. И только попробуйте отлынивать! Азуса проследит, чтобы работа была выполнена.       Иоак и Фрай переглянулись. Полубог недовольно цыкнул и пробормотал: «Не поймёшь этих женщин», но наткнувшись на гневный взгляд Мэрлины, сразу же замолк.       Лера поспешила закрыть постыдный подарок и отложить подальше. Затем принялась за другие подарки. С опаской раскрутив следующий свёрток, Лера замерла от восхищения. Перед ней лежал сложенный деревянный шест с железными кольцами. Лакированное дерево привлекательно блестело.       — Что это? — ахнула Лера, взяв шест в руки, отмечая, какой он лёгкий и гладкий.       — Это шест для самозащиты, — ответил Фрай, став серьёзным. Именно он сделал такой подарок возлюбленной. — Нажми на это кольцо.       Лера нажала на указанное кольцо, и шест внезапно с щелчком удлинился. Его длину можно сравнить с ростом Фрая. Все восхищённо смотрели на аккуратную и искусную работу. Какой бы мастер не создал этот шест, он определённо знал своё дело.       — Вау! Как красиво! — восхитилась Джесси.       — Это не для красоты, а в первую очередь для защиты, — ответил Фрай. — Мэрлина, позволишь мне обучать Леру самообороне?       — Это даже нужно, — одобрила глава. Теперь она выглядела довольной, и Фрай понял, что поступил правильно.       В порыве чувств Лера обняла парня, благодаря за замечательный и полезный подарок. Фрай слегка смутился, но тоже обнял девушку. Пусть другие смотрят. В гильдии и так знали об их отношениях, так чего смущаться?       Далее Лера раскрывала другие подарки и угадывала от кого. Ирии было приятно наблюдать, как подруга развернула её подарок и со счастливым блеском в глазах рассматривала канву, набор иголок и катушек нитей. Волшебница уверилась, что выбрала правильный подарок. И так радостно наблюдать за счастьем близкого.       Праздник прошёл очень шумно и весело. Под конец дня все устали. Вечером Лера попросила друзей отнести подарки в её комнату. А Фрай и Иоак, как наказала Мэрлина, убирали со стола под пристальным надзором Азусы. Иоак препринял попытку сбежать под предлогом покурить, но вампирша оскалилась и пригрозила испить его крови. Полубог сдался и вернулся к работе.       Несмотря на трудную работу, Фрай был счастлив. Праздник прошёл прекрасно и любимая девушка выглядела счастливой. Но у парня задержался ещё один подарок, который он желал подарить имениннице тайком. Как только с работой на кухне была закончена, Фрай устремился в комнату Леры, надеясь, что она ещё не легла спать. К счастью, целительница пока не готовилась ко сну, а разбирала подарки. Как раз по близости никого не было.       — Лера, — позвал Фрай, широко улыбнувшись.       — О, Фрай, — целительница улыбнулась, отложила свёрток и повернулась к нему. — Ты что-то хотел?       — Да. Я не сказал, но приготовил для тебя ещё один подарок.       Лера удивлённо подняла брови.       — Какой?       — Закрой глаза и протяни руку.       Девушка послушалась. Хитро улыбнувшись, Фрай вытащил из кармана маленький браслет, чьи бусинки были в форме маленьких ромашек, и надел на тонкую ручку. Почувствовав это, Лера открыла глаза, подняла руку и с восхищением посмотрела на украшение. Браслет был простым, но по-своему красивым. В нём сохранилась любовь дарителя. Лере даже показалось, словно из браслета исходило тепло Фрая.       — Нравится? — спросил юноша.       — Очень. Спасибо, Фрай, — искренне улыбнулась Лера. Её улыбка была подобна солнцу, яркой и тёплой. Фрай почувствовал стук сердца.       — И ещё кое-что, — он быстро притянул Леру к себе. Он мягко коснулся её губ своими, с головой окунувшись в водоворот нахлынувших чувств, усиливая поцелуй, делая его более страстным. Девушка сначала удивилась такому напору парня, но потом расслабилась и ответила ему. Теперь она была уверена, что, несмотря на некоторые казусы, её день рождения удался.