Пролог

Гроза в сентябре предвещает долгую осень. Гроза разразилась в тот день — сперва в переносном, а потом и в прямом смысле. Не то чтобы в «Зималетто» хоть когда-то стояла тишь да гладь, но в тот день все пошло совсем наперекосяк. Женсовету даже напрягаться не пришлось, чтобы собрать исчерпывающую информацию, благо вопли и истерики главных акционеров компании сотрясали этаж с раннего утра. Оказывается, вчера на вечеринке в «Ай-ти коллекшен» Андрей Палыч закадрил одну модельку (из его пьяного разговора с Малиновским, подслушанного Шурочкой, стало ясно, что сперва он положил глаз на Нестерову, но что-то там не задалось, а запал остался, поэтому пришлось довольствоваться блондинкой Анечкой). Мобильник, как выяснила позже уже Пончева, у Жданова при этом разрядился, а то бы он, конечно, знал, что дома у него засада в виде Киры Юрьевны, прямиком в лапы которой они с Анечкой и попали. Все утро кабинет президента штормило от громких выяснений отношений и истерик между женихом и невестой — возможно, уже бывшими. А за тремя дверьми, окружавшими кабинет, остальные сотрудники пытались приспособиться к создавшимся условиям: Катя сидела в каморке, как мышка, вставив в уши ластики, и судорожно била по клавишам компьютера; Малиновский и Вика, обнявшись, прислонились к двери в приемной и ловили каждое слово, не решаясь войти; женсовет делал вид, что прибирается в конференц-зале, параллельно по мере сил подслушивая оттуда. Наконец захлебывающаяся слезами Кира, вкатив Андрею увесистую пощечину, вылетела из кабинета, ненароком приложив Малиновского, и утянула Вику за собой, а Рома, потирая намечающуюся на лбу шишку, поспешил к пострадавшему другу. Дальше все было не менее безнадежно, но потише. Катин шеф мрачно надирался виски и жаловался Малине на горькую судьбину, а Катя по его приказу отвечала на все звонки, в том числе Ждановых-старших из Лондона, и уклонялась от всех объяснений. Позвонил и Краевич, предлагая пообедать вместе и обсудить какую-то возможную сделку, но Катя не рискнула покидать поле битвы, когда шеф в таком состоянии, а на работе столько дел. На другом конце фланга Кира, свернувшись, лежала на диванчике, смотрела в одну точку и отвергала утешения Вики и Милко, так что те решились на крайние меры. И вот тогда в «Зималетто» появилась Кристина Воропаева. С беспроигрышным планом. — Кирюша, я, конечно, сейчас этому свину по голове настучу. Но все дело в том, что мужчины и женщины всегда на разных полюсах. Именно поэтому вам пока рано жениться. Я думаю, сперва вам необходимо посмотреть друг на друга по-новому, побывать в шкуре друг друга. И тогда и он тебя поймет, и ты его простишь. У меня есть супернадежная китайская техника, но для этого необходимо съесть вот эту очень вкусную, очень сладкую печеньку. Кира на сюсюканье сестры лишь досадливо отмахнулась. Тогда Крис заговорщицки подмигнула Вике, оставила печенье в нарядной обертке на столике и поспешила в кабинет президента. — Кир, ну Кир, пошли пообедаем, развеешься! — тянула вечно голодная подруга. — Вик, я не хочу есть, иди одна. Вика хотела затянуть волынку про нехватку денег, но момент был неподходящий. Тогда она обратила хищный взор на угощение Крис. — Нет, подруга, я тебя не оставлю. Давай чайку попьем? — Пей сама, Вик, чай, кофе. И печенье бери, не жалко. Тем временем в президентском кабинете Кристина усадила хмельного Андрея в красное креслице и делала ему массаж головы, приговаривая некую мантру, которая в свое время отучила ее первого мужа от блуда. — Кристиночка, милая, я все знаю, я подлец, но, умоляю тебя, это наше с Кирой дело… — Ну уж нет, дядька, я так этого не оставлю. Вот, — словно фокусник, она достала еще одну печенюшку в яркой обертке, — закуси этим свое виски — и наступит просветление, поверь. — Хорошо-хорошо, положи на столик, родная, — мягко сказал Жданов, дав себе зарок не прикасаться к этому деликатесу. Кристина подчинилась, но укоризненно погрозила ему пальцем. Эти двое такие упертые. А если вместо них печеньки съест кто-то другой? Ну, вряд ли что-то случится, ведь, чтобы заклятие сработало, эти двое должны быть в состоянии конфликта… — Андрюша, ешь-ка при мне, — неожиданно сурово потребовала она. Тут из каморки показалась Катя. — Андрей Палыч, там звонят… — О, Катенька! — с небывалым радушием откликнулся Жданов. — А вы ведь сегодня из-за всей этой… ситуации так и не обедали. Вот, смотрите, какое Кристина Юрьевна занятное печенье привезла. Угощайтесь! Катя перевела смущенный взгляд с Андрея на Кристину. Та грустно улыбнулась. — Скотина ты, дядька, по отношению к женщинам. Безнадежный случай. Конечно, деточка, угощайтесь. Очень вкусное. Бабасики! Вернувшись к Кире, она обнаружила смятую обертку и довольно жующую Вику и вздохнула. — Ну ладно, не хотите вы с Андреем друг друга прочувствовать — как хотите. Тогда, сестренка, немедленно вылетаем в Индию на месячный курс аюрведического лечения. Просветление головы и очищение тела. — Погоди, — встрепенулась Кира, — а как же работа? У меня самый ответственный отдел. — Тем более, значит, справится без тебя. К тому же мобильная связь в Индии работает отлично. Пусть твоя секретарша, эта жгучая брюнетка с экзотическим именем, вопиющим о горячей южной страсти, закажет тебе билет на самолет, а сама примет твои дела. Мне сестру спасать надо! Тем временем Катя наотрез отказалась от печенья и так ничего и не ела до самого вечера, когда все уже разошлись. Ее даже пошатывало от голода и нервного напряжения, а яркое печенье выглядело так соблазнительно… Тогда она развернула обертку, с наслаждением откусила кусочек и дальше уже не могла остановиться. И грянул гром.