Глава 26. Мистик

      1965 год       Мистик был одним из многих маленьких городков Новой Англии, расположившихся на берегах больших рек. Вдоль тихой набережной тянулся ряд уютных квадратных белых домиков, над которыми среди пестрого осеннего леса возвышался шпиль церкви. Чайки кружили над мачтами огромных парусников, стоявших на вечном причале в местном музее. Пузатый в красную полоску маяк освещал дорогу всем любителям морских прогулок и зазывал остановиться здесь ненадолго для наслаждения идиллией и потрясающими видами.       В этот октябрьский теплый день жители неторопливо вышли на променад по деревянной набережной, засели в местных барах, и внезапно стали свидетелями странной картины. К закрытому на ремонт много лет назад зданию бывшего морского музея, стоявшего за чертой городка то и дело направлялись люди в вечерних костюмах и накинутых сверху мантиях. Они целеустремленно шли до музея и исчезали прямо перед его воротами. В какой-то момент это стало настолько обыденным явлением, что местные перестали обращать на них внимание, решив, что это оптический обман, и необычные чудаки скрываются в ближайшем лесу. А уж зачем? Странная вечеринка, сборище? Да кто их разберет. Не лезут ведь к порядочной публике и на том спасибо.       Особняк за воротами выглядел роскошно. Двухэтажный, из серого камня, опутанный плющом. Выстроен небольшим полукругом у подъездной площадки. В правом крыле, какой скандал, - то, что маглы именуют гаражом, а в левом - большой зал для приемов гостей с панорамным видом на поля и реку Мистик.        Зал был украшен в бело-золотистых тонах. На столах для гостей рассыпались композиции из гипсофил, сверху над гостями свисал целый зеленый водопад с веточками груши, на которых мерцали маленькие фонарики, арку украсили папоротником с вкраплением сезонных белых цветов.       В воздухе стоял аромат яблока с корицей. Играла легкая музыка. Между собравшимися гостями сновали эльфы, предлагая закуски с напитками.       - Мария! - воскликнул Вандерхейм, выныривая к ней из толпы.       Он был одет в белый костюм-тройку с накинутой поверх белой мантией с золотой окантовкой. В бутоньерке красовалась маленькая веточка с листьями груши.       Девушка, поправив короткое кремовое платье, обнялась с ним и расцеловала в обе щеки.       - Экстон! - радостно откликнулась она, - потрясающе выглядишь.       - Благодарю, - улыбнулся он, и склонившись к ней ближе сказал: уже виделся с тещей. Недовольно косилась на мою мантию.       - Старая школа. Что ты хочешь, - отмахнулась Мария.       - Не говори. Уверен, что справлюсь. Ну так, что ты надумала насчет нашего прошлого разговора?       Она отвела взгляд в сторону. Внутри все скрутило.       - Думаю, что стоит поговорить, - после небольшой паузы выдохнула Мария, - уверена, что Том в итоге поймет меня. Что так правильно.       Вандерхейм улыбнулся, взял ее руки в свои и сжал.       - Мы на пороге больших начинаний! Давай тогда после церемонии. Пара моих друзей как раз будет в нужной кондиции. А пока отдыхай. Мы посадили тебя с матерью Алекс, Розье и моими школьными коллегами.       И откланявшись, он удалился встречать новых гостей.       Немало удивившись тому, с кем ей придется сидеть, Мария нашла нужный столик и направилась к нему. За ним уже расположилась седая женщина в мантии фиалкового цвета. Можно было подумать, что это Алекс в старости, но Мария тут же узнала ее.       - Альсина, добрый день! - поздоровалась Мария, и они обнялись.       - Мария, - обрадовалась ей миссис Мюррей, - рада тебя видеть. Сколько лет уже прошло… Мне кажется, тебя нам послало само провидение. Сначала помощь Алекс с работой, такая поддержка всю жизнь, а теперь благодаря тебе она наконец-то выйдет замуж!       Она достала из кармана шелковый платок и аккуратно промокнула подведенные серым карандашом голубые глаза.       - Да что вы, - смутилась Мария, - это я должна благодарить высшие силы за то, что они послали мне Алекс на первом курсе. Без нее я бы здесь не сидела.       Они обменялись счастливыми улыбками, миссис Мюррей слегка погладила ее по запястью, а затем перевела недовольный взгляд на сидевшего рядом мужчину с раскосыми глазами и прилизанными темно-каштановыми волосами.       - Хоть бы поухаживал за дамой, Жуан! - высказала она ему, - потерял остатки манер!       Розье на миг уставился в свою пустую тарелку, а затем извинившись встал и помог Марии сесть.       - Привет, Жуан, - поздоровалась она.       - Привет, Мария, - настороженно ответил он.       Миссис Мюррей одарила его новым еще более строгим взглядом, и Розье, кашлянув добавил:       - Это моя жена Мариса, урожденная Флинт.       Сидящая рядом с ним брюнетка с лицом-сердечком и вздернутым носиком улыбнулась.       - Мой младший сын Эван.       Марии отвесил короткий поклон темноволосый мальчик с забранными в хвостик волосами. Возраста он был примерно одного с Милдред.       Мария со всеми поздоровалась и недоуменно сказала:       - Я очень сильно удивилась, увидев тебя здесь, Жуан.       - Во-первых, мой отец и покойный мистер Мюррей, - Розье сделал кивок в сторону миссис Мюррей, - были друзьями. Во-вторых, мы с Мюррей давно забыли все наши мелкие разногласия, ведь нас давно и надолго связала охота. В этом сезоне как раз ездили с ней и Вандерхеймом на сафари. Было душевно.       Девушка удивленно вскинула брови. Дружба с Розье прошла полностью мимо нее. Ей даже стало стыдно за то, насколько она в последние годы не интересовалась делами Алекс.       Гости потихоньку рассаживались. К ним за столом присоединились еще двое профессоров из Ильверморни. Один стул оставался за Милдред.       Наконец все заняли свои места. Музыка стихла. А перед аркой появился старый бородатый волшебник, проводящий церемонию.       Все замерли в ожидании. Мария с нетерпением ждала появления подруги. Никаких слов не хватало, чтобы описать ее радость за Алекс. Всю жизнь с ней, всю жизнь рядом. Она как никто другой заслуживала простого женского счастья. И как же здорово, когда его можно обрести даже в тридцать девять лет.       Невидимый оркестр снова заиграл нежную мелодию. Стеклянные двери открылись. В них вошла сияющая Милдред в пышном персиковом платье. В ее черных собранных в узел волосах красовались белые гипсофилы. Она улыбалась всем и разбрасывала на дорожку белые лепестки из позолоченной корзинки. Мария не узнала собственную дочь. Она была такой прекрасной, милой и махала гостям рукой. Как будто это был не ее угрюмый капризный ребенок.       Выполнив свою миссию, девочка встала рядом с проводящим церемонию, они улыбнулись друг другу под вспышки камеры и стали ждать жениха с невестой.       Музыка сменилась на более торжественную. Ступая по дорожке из лепестков под аплодисменты в зал вошли Мюррей под руку с Вандерхеймом. На Алекс было короткое белое платье с воротником-стойкой и небольшими рукавами. В руках, на которых были надеты белые перчатки она несла букет светло-розовых ранункулюсов. Глаза были подведены черным карандашом, а на нижнем веке - пририсованы ресницы.       Она была выше Вандерхейма почти на полголовы, но это не отменяло гармонию их пары. Они смотрели друг друга, улыбались и выглядели самыми счастливыми на земле. Мария вытерла выступившую слезу салфеткой.       Когда они подошли к арке, музыка стихла, и волшебник начал церемонию:       - Дорогие мои! Мы собрались здесь сегодня, чтобы стать свидетелями главного события этого дня. Дня, которого ждали две любящие души. Сегодня Экстон Кеннет Вандерхейм и Александра Юджиния Мюррей скажут друг другу самое важное слово. Слово «Да». Оно совсем короткое, но за ним — целая жизнь. Жизнь, полная улыбок, уютных вечеров, поддержки в трудную минуту и счастья быть вместе.       Он достал волшебную палочку, взмахнул ей и их руки оплела золотая веревка.       В моменте, когда Мюррей ответила на вопрос волшебника “Да” Мария, миссис Мюррей и миссис Розье плакали почти навзрыд. Жуан с самым ироничным выражением на лице подавал всем по очереди платки, и получал новые недовольные взгляды миссис Мюррей.       Наконец кульминация - поцелуй. И зал взорвался овациями. В воздух полетели золотые и серебряные искры из палочек. Алекс с блестящими от слез глазами под руку в Вандерхеймом повернулись к гостям. Аплодисменты стали еще сильнее. Их несколько раз сфотографировали.       А затем к ним бросилась Милдред, долго обнимала их обоих. Алекс расцеловала ее в обе щеки, а Вандерхейм подхватил на руки. Они втроем улыбались фотографу и выглядели, как семья.       При виде них у Марии внутри все упало. Улыбка сама собой сползла с лица. В груди жгла зависть, такая, какую она давно не испытывала. Настолько собственная дочь относится к ней равнодушно, насколько готова так искренне радоваться неродным ей людям? Неужели ее ребенок на самом деле такой же милый, добрый и отзывчивый как его старшая сестра? Она убеждала себя сотни раз быть с ней мягче, но ничего не получалось. Каждый раз перед глазами вставал тот день, хоть память себе стирай.       Алекс позвала ее с матерью. И вот они уже фотографируются большой группой: она, миссис Мюррей, Алекс, Милдред, Вандерхейм и три его друга. Мария изо всех сил улыбалась, стараясь своим видом не испортить подруге праздник. Это был ее день, и не хотелось переключать на себя ненужное внимание.       В руках всех появились бокалы шампанского. Вандерхейм произнес первый тост за любовь. Под веселый звон они снова поцеловались.       - Пойдем, милая, - миссис Мюррей взяла Милдред за руку, - посмотрим, что есть вкусного за столом. Как ты относишься к яблочному пирогу?       - Отлично отношусь, - радостно ответила девочка таким громким голосом, чтобы все не сомневались в ее любви к яблочным пирогам.       Они ушли к столу.       Мария посмотрела на сияющую подругу. Та быстро смахнула слезинки с глаз.       - Карандаш потечет, - быстро сказала она.       Девушка улыбнулась ей, они обнялись.       - Поздравляю тебя столько раз сколько невозможно сосчитать. Я так счастлива!       - Спасибо, Траини. Я тоже на седьмом небе. Мне до сих пор не верится.       Они вернулись на свои места. Арка пропала, и на ее месте появился стол для молодоженов, украшенный водопадом из папоротника, спадающего на пол.       Мария поменялась местами с миссис Мюррей, которая учила Милдред элегантно есть мясо, и посмотрела на Жуана, взявшегося за второй бокал шампанского.       - Есть вопрос, - тихо сказала она ему.       - Давай, - пожал он плечами, заинтересованно рассматривая филе миньон.       - Вам Том часом не говорил, когда собирается назад в Англию?       Розье смерил ее скептическим взглядом.       - Ага, сообщил все вплоть до часа и обвел эту дату у нас в календарях. В общем, ты понимаешь: как только, так сразу. А что? Передумал?       - Нет, - с досадой ответила Мария, - просто поставил меня недавно перед фактом.       - И ты до сих пор удивляешься? - хмыкнул Розье, - мне казалось, он так со школы делает. Но у вас же особые отношения. Можешь повозражать ему, он посмеется, и сделаете, как он скажет. Вам же это нравится.       - Очень смешно, Жуан! - прошипела покрасневшая Мария.       - Да ладно. Что тебе не нравится? В Италии у тебя, конечно, роскошнее, кто спорит, но у нас знаете ли тоже неплохо. Через пару лет свалим грязнокровок, милорд - глава Министерства, ты себе Гринготтс присвоишь. Все в плюсе. Или какой там у вас план? В общем, доверься ему. Милорд знает, что делает, - цинично ответил Розье и принялся за еду.       После первых блюд Алекс с Вандерхеймом вышли танцевать первый танец. К ее удивлению, он был современным, никаких вальсов и прочей классики. На них проливался дождь из серебряных искр. Несмотря на разницу в росте, он умело подхватывал ее и вел, как будто она была дюймовочка.       Потом пошли поздравления с тостами, а затем - вторые блюда и танцы для гостей. В центре зала для этого было достаточно места. Милдред с Эваном пошли танцевать вместе с остальными. Продолжала играть современная музыка, слышались аккорды электрогитары. Дети скакали под нее как сумасшедшие, заставляя остальных гостей шарахаться от них.       - Мария, - тихо позвал ее Вандерхейм, склонившись к ней, - пойдемте.       Миновав гостей, толпу домовиков, они вышли из зала.       - Начнем с моего друга. Он, если можно так выразиться, серый кардинал американской политики, - деловито сообщил Вандерхейм, пока они шли по коридору, - много лет он был вице-президентом МАКУСА, один срок - президентом. До этого - глава отдела магического правопорядка. Очень уважаемый, авторитетный, без него не проходит ни одно большое назначение в Конгресс…       - Да, хорошо, давайте, - согласилась Мария, в памяти которой что-то неприятно шевельнулось.       Они прошли кухню, столовую зашли в следующую после них дверь.       Внутри расположился уютный кабинет весь уставленный книжными шкафами. В углу стояло большое чучело рычащего медведя, в одном из шкафчиков поблескивали магические артефакты. На элегантном столе были разложены газеты и две книжки с заметками. У потушенного камина разглядывая диковинную рыбу в стеклянном ящике стоял седой мужчина с зализанными назад волосами. У него была прекрасная выправка, которую невозможно было не узнать.       Мария встала на полпути, чуть не подавившись. Мужчина повернулся к ней лицом. Морщин за годы у него порядком прибавилось, но волевой подбородок, оценивающие голубые глаза оставались неизменными. Завидев ее, он довольно улыбнулся, ни капли не смутившись.       - Здравствуй, Мэри, - сказал довольно Ипсвич.       - Добрый день, Майлз, - холодно отозвалась Мария.       Вандерхейм бросил на них обоих недоуменный взгляд.       - Вы знакомы? - удивился он.       - Было дело, Экстон, - весело ответил Ипсвич, - можно сказать: в другой жизни.       - Что ж… Тогда вы избавили меня от необходимости представлять вас, - попытался разрядить обстановку Вандерхейм.       - Да, мир полон удивительных совпадений. Экстон, ты не оставишь нас?       Вандерхейм вопросительно посмотрел на Марию. Она кивнула. Он с улыбкой удалился к гостям, закрыв за собой дверь.       Повисло напряженное молчание. Мария скрестила на груди руки, постаравшись смотреть на него как можно более решительно. Судя по лицу сложившаяся ситуация его крайне забавляла.       - Не знаю даже с чем тебя поздравить?.. Наверно, с воскрешением, - с доброй улыбкой сказал Ипсвич, - для покойницы ты прекрасно выглядишь.       - Спасибо. Ты тоже на месте не сидел, я смотрю, - процедила Мария.       - Как иначе? Мне не требовалось время на возрождение из мёртвых.       - Все еще не можешь простить мне побег?       - Признаться, вначале я был в ярости, ведь все так хорошо складывалось…       - Под “хорошо” ты имеешь в виду возможность поиметь восемнадцатилетку, у которой только что умерла мать, а потом - жениться на ней получить ее состояние? - низким от гнева голоса перебила его девушка.       - Я был бы хорошим мужем, и лучшим вариантом для тебя тогда, - спокойно возразил Ипсвич, - все бы остались довольны. Я получил бы твои деньги, ты - мою защиту. Но что мы сейчас будем об этом рассуждать? Ведь спустя столько лет ты приходишь сюда со своими деньгами и хочешь моей защиты. Ты сделала круг почета.       - Мне не нужна твоя защита, - отрезала Мария, - если ты следил за мной, то знаешь на что я способна.       - Ты? Да. А еще больше я в курсе на что способен некто, называющий себя Волдемортом и с завидной регулярностью помогающий тебе.       - Так что тогда?..       - Но его я здесь не вижу, - с мягкой улыбкой возразил Ипсвич.       Мария закатила глаза, вновь пытаясь придать себе грозный вид.       - Стало быть условия сделки мы будем определять вдвоем.       - Что спустя столько лет ты все еще хочешь меня получить?       Он прошелся по ней заинтересованным взглядом.       - Безусловно ты выглядишь такой же, какой я видел тебя в последний раз, и это не может не радовать и не настораживать одновременно, но нет. В моем возрасте интересуются более приземленными вещами. Не уверен, что готов потянуть молодую жену с ее неясными любовниками.       - Так все еще нужны деньги?       - Можно сказать и так.       - Тогда не говори намеками. Я не умею читать твои мысли.       - Хорошо. Давай сначала объясню тебе расклад. Экстон мне в двух словах рассказал, что ты хочешь получить здесь свою долю власти, а затем пытаться влиять на Конфедерацию. И многие, включая бывших сторонников Гриндевальда, которых ты сюда навезла в свое время, этому точно не будут противиться. В конце концов ты его падчерица, последняя, кто видел его величие, наследница его идей. Это хороший багаж для старта. Но у тебя нет влияния ни в Магическом резервном банке, ни в отделе магического правопорядка, а…       - А мои СМИ ты любезно забрал себе.       - Я посчитал это достаточными отступными за оскорбление, которое ты мне нанесла своим побегом. Так вот у тебя нет здесь реальных рычагов влияния. Кто из последователей Гриндевальда где сидит я прекрасно знаю и могу поспособствовать их аресту.       - Прекрасно. Ты молодец. Так что ты хочешь мне предложить?       - Я помогу тебе взять МАКУСА. Не сразу, но помогу. А взамен я хочу себе должность главы миротворческих сил Конфедерации, когда ты придешь там к власти.       Мария удивленно посмотрела на него. Спустя столько лет все равно стремится везде наводить порядок. Его лицо оставалось бесстрастным. Он ждал ее решения.       Пожевав губу, она стала прикидывать, в чем будет ее риск, и как будто не находила ответа. Это ведь просто исполнитель, не самый главный. Она была так заинтригована и взволнована, что забыла буквально обо всем. Как будто она стояла на пороге двери, за которой - ее главное сокровище.       - А какие гарантии, что ты меня не предашь и что твои знакомые будут мне полезны?       - Рекомендация Экстона - это огромная гарантия. Он - очень уважаемый здесь человек и настроен тебе помогать. К тому же ты так удачно выдала за него свою подругу. Что до меня: а какой мне смысл? Ну проиграешь ты, я всего лишь упущу должность, которую хотелось бы, но я переживу, не получив ее. Тут больше твоя выгода, чем моя.       - Я возьму в США свою службу безопасности. Ну и мое Адское пламя всегда будет настороже.       Он едва заметно изменился в лице, бросил быстрый взгляд на газету, лежащую на столе.       - Никто не сомневается в твоей силе, Мэри. Я буду рад заполучить такого союзника, как ты.       Она внимательно вгляделась в его глаза. По обрывкам мыслей было трудно понять его искренность. Но в конце концов и ей уже больше не восемнадцать. Ей есть чем ответить.       - Ладно. Давай так и сделаем, - согласилась девушка, - от тебя я хочу конкретные шаги и помощь в получении реальной власти в МАКУСА. И повторю: я очень не хочу снова получить от тебя нож в спину.       - Мэри, это был не нож, - с улыбкой возразил Ипсвич, - это было твое спасение.