8. Дорога к судьбе

Лес Фангорн раскинулся перед отрядом, словно зелёное море, полное тайн. Древние деревья, чьи ветви сплетались в густой полог, отбрасывали длинные тени на землю, покрытую мхом и опавшими листьями. Воздух был тяжёлым от запаха сырости и смолы, а где-то вдали раздавался низкий гул — то ли от ветра, то ли от шагов самих энтов, о которых так много говорили хоббиты. Лада шагала рядом с Леголасом, её обувь хлюпала по влажной почве, а одежда уже покрылась пятнами от травы и грязи. После битвы у Хельмовой Пади её ранение на плече почти зажило благодаря Гэндальфу, но усталость всё ещё давала о себе знать. Она бросила взгляд на Леголаса — его светлые волосы слегка растрепались от ветра, а голубые глаза внимательно следили за лесом. Арагорн возглавлял отряд, его плащ развевался за спиной, а рука то и дело касалась рукояти меча. Он ещё не оправился полностью от падения в реку и битвы, но держался твёрдо. Гимли пыхтел сзади, его борода была спутана, а топор сверкал на солнце, пробивавшемся сквозь листву. Гэндальф, теперь в белых одеждах, шагал чуть в стороне, опираясь на посох, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он видел больше, чем остальные. — Здесь тихо, — сказала Лада, нарушая молчание. Её голос прозвучал громче, чем она ожидала, и эхо разнеслось среди деревьев. — Слишком тихо, — отозвался Леголас, его тон был мягким, но насторожённым. — Фангорн не любит чужаков. — А энты? — спросила она, оглядываясь. — Они нас не тронут? — Если Мерри и Пиппин с ними, то нет, — ответил он, слегка улыбнувшись. — Хоббиты умеют находить друзей там, где другие видят врагов. Лада кивнула, чувствуя тепло от его слов. Их путь после Хельмовой Пади был полон тревог — они потеряли Боромира, едва не лишились Арагорна, а теперь искали двух маленьких хоббитов, уведённых орками. Надежда найти их живыми была слабой, но Гэндальф настоял, что они должны проверить Фангорн. Внезапно тишину разорвал высокий, знакомый голос: — Эй, это что, вы там? Лада замерла, её сердце подпрыгнуло. Из-за массивного ствола выскочили две фигурки — Мерри и Пиппин, их лица светились радостью, а одежда была изодрана и покрыта грязью. Пиппин, с растрёпанными каштановыми кудрями, бежал первым, размахивая руками, а Мерри, чуть более сдержанный, но не менее счастливый, спешил за ним. — Мерри! Пиппин! — закричала Лада, бросившись к ним. Она присела и обняла Пиппина так крепко, что тот пискнул, а затем схватила Мерри, едва сдерживая слёзы. — Вы живы! Я так боялась за вас! — Живы, живы! — засмеялся Пиппин, вырываясь из её объятий. — Хоббиты не сдаются так просто! — Мы думали, это вы пропали, — добавил Мерри, его голос был чуть хриплым, но глаза блестели. — Что с Хельмовой Падью? — Мы победили, — сказал Арагорн, подходя ближе. Его суровое лицо смягчилось улыбкой. — Но цена была высока. — Боромир... — начал Пиппин, но замолчал, заметив тень на лице Арагорна. — Да, — кивнул тот. — Он погиб, защищая вас. Мерри опустил взгляд, а Пиппин сжал кулаки. Лада почувствовала, как её горло сжалось, но тут же перевела взгляд на Леголаса, который подошёл к хоббитам. — Вы хорошо держались, — сказал он, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась искренняя радость. — Мы не надеялись найти вас такими бодрыми. — Бодрыми? — хмыкнул Гимли, усаживаясь на поваленное дерево. — Да они выглядят, будто их энты через пол-леса таскали! — Так и было! — воскликнул Пиппин, хлопнув Гимли по плечу. — Мы с энтами Изенгард разнесли! Саруман теперь без башни сидит! — Серьёзно? — Лада широко раскрыла глаза. — Вы штурмовали Изенгард? — Ага, — кивнул Мерри, садясь рядом с Гимли. — Энты — это сила! Они деревья ожившие, знаешь? Высокие, как башни, и такие медленные, пока не разозлятся. — Расскажите! — потребовала Лада, усаживаясь на траву. Её плащ уже пропахла лесом, но ей было всё равно. Она чувствовала, как радость от встречи смывает усталость. Мерри и Пиппин наперебой начали рассказывать: как орки тащили их через Рохан, как они сбежали, встретили Древобрада и уговорили энтов пойти на Изенгард. Их голоса звенели от восторга, а руки размахивали, изображая, как рушились стены. — А потом вода хлынула! — закончил Пиппин, сияя. — Всё затопило, и мы с Мерри сидели на башне, ели яблоки! — Яблоки? — переспросил Гимли, подняв бровь. — Вы ели, пока мир рушился? — Ну, надо же было силы поддерживать! — оправдался Пиппин, доставая из кармана слегка помятое яблоко и протягивая его Ладе. — Хочешь? Она засмеялась, принимая подарок. — Спасибо, — сказала она, кусая яблоко. Оно было сладким и сочным, и Лада вдруг поняла, как сильно проголодалась. Леголас присел рядом, его движения были плавными, почти бесшумными. Он смотрел на неё, и Лада заметила, как его губы дрогнули в улыбке. — Ты счастлива, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только она. — Да, — ответила она, глядя на хоббитов. — Они живы, и это главное. — Ты заботишься о них, — отметил он, его взгляд стал глубже. — Это редкое качество. — А ты нет? — спросила она, повернувшись к нему. — Я... — он замялся, — я привык держать чувства при себе. Но с тобой это сложнее. Лада почувствовала тепло на щеках и быстро отвернулась, пряча смущение. Мерри и Пиппин продолжали болтать, а Гэндальф, стоявший чуть в стороне, кашлянул. — Радость встречи — это хорошо, — сказал он, его голос был низким и твёрдым. — Но нам пора идти. Саурон не ждёт. — Куда теперь? — спросил Мерри, вставая. — В Минас Тирит, — ответил Арагорн. — Но сначала нам нужна помощь. — Есть мысли? — уточнил Пиппин, его глаза округлились. — Да, — кивнул Арагорн. — Путь Теней. Лада вздрогнула, но Леголас коснулся её плеча. — Не бойся, — сказал он. — Мы вместе. Она кивнула, чувствуя, как его тепло успокаивает её. Отряд собрался, и они двинулись дальше, оставляя Фангорн позади. Лада шла рядом с Леголасом, её сердце было полно надежды, а мысли — о том, что ждёт их впереди.

***

Ночь накрыла лагерь мягким покрывалом звёзд. Костёр горел ярко, потрескивая и отбрасывая золотые блики на лица героев. Они остановились на опушке леса, в нескольких днях пути от Пеларгира, где Арагорн планировал призвать призраков. Лада сидела на старом плаще, подтянув колени к груди. Её джинсы были влажными от росы, а толстовка пахла дымом и лесом. Рядом с ней устроился Леголас, его длинные ноги были вытянуты к огню, а лук лежал под рукой. Арагорн сидел напротив, точил меч, его движения были размеренными, но взгляд оставался тревожным. Гимли дремал, прислонившись к дереву, его топор поблёскивал в свете костра. Мерри и Пиппин шептались о чём-то, лёжа на своих плащах, их голоса были едва слышны. Гэндальф курил трубку, сидя чуть в стороне, его белые одежды казались светящимися в темноте. Лада смотрела на пламя, чувствуя усталость, но не желая засыпать. Леголас повернулся к ней, его лицо было мягким в свете огня. — Ты молчишь, — сказал он тихо. — О чём думаешь? — Обо всём, — ответила она, пожав плечами. — О том, как всё изменилось. О вас всех. — А о своём доме? — спросил он, наклоняясь ближе. Его голос был почти шёпотом, но в нём чувствовалось искреннее любопытство. Лада вздохнула, теребя край толстовки. — Иногда, — призналась она. — Там всё другое. Другой мир… Нет магии, нет эльфов, нет таких лесов. Люди живут в городах из стекла и стали, ездят на машинах, смотрят в экраны. Всё быстро, шумно... но пусто. — Пусто? — переспросил он, его брови слегка приподнялись. — Да, — кивнула она. — Там нет того, что есть здесь. Чувства, что ты часть чего-то большего. Дружбы, которая связывает навсегда. Приключений, которые... меняют тебя. Леголас молчал, глядя на неё. Его глаза блестели, отражая огонь, и Лада вдруг почувствовала себя уязвимой под этим взглядом. — И ты скучаешь? — спросил он наконец. — Немного, — сказала она. — Но я не знаю, хочу ли вернуться. — Почему? — его голос стал ещё тише, почти интимным. — Потому что здесь я нашла то, чего не было там, — ответила она, глядя ему в глаза. — Тебя. Леголас замер, его лицо осветилось лёгким румянцем — редким для эльфа зрелищем. Он отвёл взгляд к огню, словно собираясь с мыслями. — Лада, — сказал он наконец, его голос дрогнул. — Ты не понимаешь, что это значит для меня. — Тогда объясни, — попросила она, её сердце заколотилось. — Я бессмертен, — начал он, его тон стал серьёзнее. — Моя жизнь — это века, а твоя... она коротка, как вспышка. Наши пути разойдутся, и я не хочу, чтобы ты страдала. — Я знаю, — сказала она, её голос стал твёрже. — Но я не боюсь. Я хочу быть с тобой, пока могу. Он посмотрел на неё, его пальцы коснулись её щеки, и Лада закрыла глаза, наслаждаясь теплом его прикосновения. — Останься, — сказал он тихо, но твёрдо. — Со мной. — Как? — спросила она, открывая глаза. — Я не из этого мира, Леголас. — Гэндальф знает пути, — ответил он, бросив взгляд на волшебника. — Он может найти способ. Лада повернулась к Гэндальфу, который сидел неподвижно, но его трубка дымилась активнее, выдавая, что он слушает. — Ты слышал? — спросила она, улыбнувшись. — Слышал, — отозвался он, не открывая глаз. — И подумаю над этим, если вы перестанете шептаться, как влюблённые дети. Лада засмеялась, и Леголас присоединился к ней, его смех был мелодичным и лёгким. Их голоса разбудили Гимли, который проворчал: — Эльфы и люди, вечно болтают по ночам! Дайте поспать! — Спи, Гимли, — сказал Леголас, улыбаясь. — Утро будет долгим. — Арагорн, скажи им! — буркнул гном, но Арагорн только хмыкнул, не отрываясь от меча. — Пусть говорят, — сказал он. — Ночь длинная. Мерри и Пиппин, услышав шум, приподнялись. — О чём вы? — спросил Пиппин, потирая глаза. — О том, остаться мне или нет, — ответила Лада, глядя на огонь. — Конечно, остаться! — воскликнул Мерри. — Ты же одна из нас! — Правда? — улыбнулась она. — Ага, — кивнул Пиппин. — Кто ещё будет нас обнимать, как ты? Лада почувствовала тепло в груди и посмотрела на Леголаса. Он кивнул, словно соглашаясь с хоббитами. — Я подумаю, — сказала она наконец. — Но мне нужно время. — У тебя есть ночь, — сказал Гэндальф, открывая один глаз. — Решай к утру. Она кивнула, ложась на плащ. Леголас остался рядом, его присутствие успокаивало. Лада смотрела на звёзды, чувствуя, что её место — здесь, с ними. Решение зрело в её сердце, но она ещё не была готова его озвучить.

***

Утро окрасило небо в золотые и розовые тона, когда отряд двинулся к Пеларгиру. Они шли через холмы и долины, ветер трепал их волосы и плащи. Лада шагала рядом с Леголасом, её ботинки стучали по камням, а мысли кружились вокруг разговора у костра. Она ещё не сказала ему своё решение, но чувствовала, что он ждёт ответа. Арагорн шёл впереди, его шаги были уверенными, несмотря на усталость. Гимли ворчал о длинной дороге, но не отставал. Мерри и Пиппин болтали о том, как будут хвастаться своими приключениями в Шире, а Гэндальф замыкал отряд, его посох стучал по земле. Их встретил холодный ветер и тени. Арагорн шёл первым, его меч был наготове. Лада содрогнулась, увидев призраков — бледные фигуры, окружившие их, их голоса звучали, как шёпот ветра. — Не бойся, — сказал Леголас, сжав её руку. — Они подчинятся Арагорну. — Я знаю, — ответила она, — но это всё равно жутко. Всё прошло достаточно гладко и к полудню они вышли к берегу Андуина. Река сверкала под солнцем, её воды текли быстро и мощно. На причале был пиратский корабль — серый, с высокими мачтами и туго натянутыми парусами. Отряду удалось достаточно быстро устранить пиратов. Лада поднялась на борт, её ноги дрожали от непривычной качки. Леголас протянул руку, помогая ей, и она благодарно сжала его ладонь. — Ты боишься воды? — спросил он, улыбаясь. — Нет, — ответила она, — но плавать не умею. — Я научу тебя, — сказал он, его глаза сверкнули. — Когда будет время. — Прямо сейчас? — засмеялась она, стараясь скрыть волнение. — Позже, — ответил он, — после войны. Лада кивнула, чувствуя, как его слова дают ей надежду. Корабль отчалил, и она встала у борта, глядя на проплывающие берега. Ветер играл с её волосами, а солнце грело лицо. Леголас подошёл, встав рядом. — Красиво, — сказал он, указывая на далёкие горы, чьи вершины терялись в облаках. — Да, — согласилась она. — Но ты красивее. Он засмеялся, его смех был чистым и звонким. — Ты шутишь, — сказал он, качая головой. — Нет, — ответила она серьёзно. — Ты правда красивый. И не только внешне. Леголас замолчал, его щёки слегка порозовели. Он отвёл взгляд к воде, но его рука осталась рядом с её. — Спасибо, — сказал он тихо. — Ты тоже... особенная. Лада улыбнулась, и они стояли так, пока корабль плыл вниз по реке. Гимли, сидевший у мачты, ворчал: — Не люблю воду! Лучше бы шли пешком! — Переживёшь, — бросил Арагорн, стоя у штурвала. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась сталь. Мерри и Пиппин бегали по палубе, заглядывая во все углы. — Это лучше, чем с орками! — крикнул Пиппин, перегнувшись через борт. — Осторожно, упадёшь! — одёрнул его Мерри. Гэндальф стоял на носу, его белые волосы развевались на ветру. Он молчал, но Лада чувствовала, что он думает о предстоящем. Когда корабль причалил, они двинулись дальше, к Минас Тириту. Лада смотрела на Леголаса, чувствуя, что её решение окончательно созрело. — Я останусь, — сказала она тихо. Он повернулся к ней, его глаза расширились. — Правда? — спросил он. — Да, — кивнула она. — С тобой. Леголас улыбнулся, и его рука крепче сжала её ладонь. Они шли вперёд, к битве, но теперь Лада знала, что её место здесь — рядом с ним.