Часть 1. Глава 2

Я обещал тебе, что я не уйду, Но это было снова в пьяном бреду, Когда мы вместе уходили с тобой Ко дну

Павел Мурашов - Не закрывай глаза

Петя переглянулся с Верой и сжал губы в тонкую нить. Она же просила его этого не делать, но чутье ему почему-то подсказывало, что так будет лучше. - Я открою, - произнес он и покинул гостей. - А мы, что, еще кого-то ждем? - спросил Геннадий Ильич и вдруг чихнул. - Ир, мне кажется, я все-таки заболеваю. - Любимый, не говори ерунды, - блондинка потрогала его лоб, который и вправду был горячим, - утром ты был абсолютно здоров. - Потому что вчера ты напичкала меня аспирином. Павлова закатила глаза. Она хотела было встать, чтобы поискать в сумочке, оставленной в гостиной, какие-нибудь лекарства, но, замерев на секунду над стулом, опустилась обратно и в нескрываемом испуге уставилась на вошедшего гостя. - Михалыч! Вот это новости! - вскрикнула Нина и тут же кинулась к другу, что сделал и Куликов. - Брагин! Ах ты, пес! Даже не сказал, что тоже приедешь! - Лучше бы и не приезжал, - иронично вставил Неклюдов и все же подошел обнять старого друга. - А я и не собирался, - парировал Олег, протискиваясь сквозь людей. - Господи, да дайте же пройти к хозяйке дома! Вера Георгиевна! - Здравствуйте, Олег Михалыч. Сколько лет, сколько зим... - она встала и позволила себе сдержанно ему улыбнуться. - Вот, это Вам, - врач вручил Вере большую красную пуансеттию. - Петя запретил покупать подарки, сказал, что этим мы займемся потом. Так что это просто в дом. - Спасибо, - шатенка кивнула. - Присаживайтесь. Или присаживайся? Я уже мало, что понимаю, если честно. Зименская исподлобья посмотрела на супруга, но тот лишь заморгал своими длинными ресницами, принимая безучастный вид. - Мы здесь все свои. Давайте на ты, - предложил Петя. - Садись, - он указал на стул около себя. - Сейчас принесу тарелку и приборы. Остальные тоже вернулись на свои места, и только тогда Брагин встретился глазами с Павловой, но она тут же поспешила отвести взгляд в сторону, на своего спутника. Заведующая что-то шепнула ему, а он в свою очередь подлил в ее бокал вина. Время ничуть не испортило его бывшую начальницу. Светлые волосы стали короче и едва касались плеч, а челка закрывала лоб и кокетливо падала на глаза. Глаза... да, они были все такими же бездонными. Но теперь под черными ресницами таилось еще больше чувств, чем в тот год. В год их знакомства. Мужчина рядом с Ириной выглядел немного старше. Его волосы были подернуты сединой, а на лице выступал большой нос. Грузная фигура и одышка явно говорили о каких-то проблемах с сердцем. Судя по тому, как он постоянно переговаривался с Павловой, как касался ее и смотрел на нее, он точно приехал сюда с ней. Олег начал припоминать в редких разговорах об Ирине Алексеевне слова Пети о том, что у нее появился друг. И все же каждая мелочь, которая касалась заведующей, давно стала для Брагина табу, поэтому сейчас он мог только догадываться о том, куда делся некогда любимый и прощенный муж Ирины Алексеевны, и почему на ее безымянном пальце нет кольца, а рядом сидит совсем другой мужчина. Хруст снега под ногами приятно успокаивал, но волнение все равно до конца не прошло. Раньше заведующая сторонилась его, чтобы не выдать себя на глазах других людей, а сегодня сама первая подошла и попросила вместе пройтись после долгой смены. Ночь накрыла город, но снующим туда-сюда по Садовому кольцу машинам не было конца. Чтобы спрятаться от шума и толп людей, пара нырнула в переулок и продолжила свой путь в сторону Чистых прудов. Только тогда дорога впереди опустела, и можно было спокойно поговорить. Выдыхая пар изо рта, Брагин решил прервать затянувшееся молчание. - Устала? - Тяжелый день, - Ирина Алексеевна кивнула и плотнее запахнула воротник пуховика, спасаясь от холода. - Да уж... Эти массовые всегда отбирают последние силы. Хорошо, что до ночи управились. Утром, видимо, было тоже мало приятного? Вопрос повис в воздухе, и Павлова заметно замедлила шаг, смотря исключительно под ноги. - Если хочешь, можем это не обсуждать. Сам знаю, что это такое. Пусть у нас с Михалевой никогда и не было взаимной любви, но все равно наш развод отчасти сказался на... - Мы не развелись, - не дала договорить ему Ира. - Что?! - Брагин подумал, что ослышался. - Я отозвала заявление о разводе. Павлова вновь ускорила темп, будто пыталась убежать от своего подчиненного, от своих мыслей и от себя. - Но почему? - Олег припустился за ней. - Я думал, что мы... - он не находил слов, - что ты уйдешь от него. Ведь он изменял тебе. Он предал тебя. - Это все в прошлом, - просто ответила зав отделения. - И давно это стало прошлым? - с претензией уточнил врач. - Остановись, пожалуйста! Ира! - не выдержал он. Она затормозила и резко развернулась, пронзая его своим ледяным взглядом. - Я жду ребенка, - тихо, но твердо сказала Павлова. - Что?! - второй раз за вечер Олег полностью потерял смысл сказанного. - Я жду ребенка. От Николая. Все это время я тебя избегала, потому что мы с ним помирились. И я не знала, как тебе сказать. Боялась, что ты меня не поймешь. Осудишь. Брагин уставился в землю и попытался собрать воедино пазл, но в голове все только рушилось и рассыпалось на мелкие части. - Сколько недель? - Я пока не делала УЗИ. У меня была задержка в этом месяце. Думала, что климакс, - Ира усмехнулась, - а в итоге положительный тест. Я решила оставить ребенка и хочу сохранить семью. Сказанное ошарашило Брагина, и несколько секунд он не понимал, что все это действительно происходит с ним. Конечно, он предполагал, что закон бумеранга проиграется и на нем, но чтобы так - никогда. Это был удар под дых. Собрав всю волю в кулак, он шумно выдохнул. - Ну что ж... - хирург посмотрел на женщину отстраненно и отчеканил с натиском гнева, - все, видимо, сложилось наилучшим образом. Поздравляю. - Олег, не надо так. - Как "так"?! - с надрывом прокричал мужчина. - Да пойми же! Это моя семья! И я буду всеми силами бороться за нее. А ты... - А я, - перебил Олег и закончил за нее надломившимся голосом, - всего лишь Ваш подчиненный, Ирина Алексеевна. Хорошего вечера. И... запахнитесь получше. В Вашем положении нельзя переохлаждаться и болеть. Он развернулся и пошел обратно по тому пути, где снег еще не успел замести их следы. - Прости... - прошептала Ира, больше не сдерживая мучивших ее слез, но Брагин был уже далеко и ничего не услышал. Когда ужин был окончен, Кривицкий извинился перед всеми и отправился в отведенную для него и Иры спальню, чтобы выспаться и не разболеться перед предстоящими праздниками. Павлова обещала в скором времени к нему присоединиться, но Лиза заявила, что никуда не отпустит свою крестную до тех пор, пока та не разрешит сделать ей макияж. Воспользовавшись удобным случаем, чтобы сбежать от посторонних глаз, заведующая позволила крестницам увести себя в гостиную, где они разложили весь свой подготовленный арсенал и принялись наносить на ее веки фиолетовые тени. Уже тогда Ира поняла, что дело дрянь, сама бы она никогда в жизни не выбрала такой цвет. И все-таки общество близняшек было куда приятнее, да и она все время себя ругала, что из-за работы мало проводит с ними времени. Провозившись двадцать минут, Катя и Лиза с гордостью вручили Павловой маленькое зеркальце. - Вот это да! Просто красота! - воскликнула блондинка, мечтая скорее все это смыть. - Тебе нравится? Может, завтра попробуем еще другой? - предложила мини-Зименская. - Обязательно! - Ира поцеловала в щечку сначала одну, а потом другую девочку. - А теперь бегите спать. У нас завтра много интересных дел. - Спокойной ночи! - в унисон прощебетали сестры и удалились в свою комнату. Все еще слыша голоса, доносящиеся из столовой, Ира отчетливо распознала тембр Брагина. Она покачала головой и, укутавшись в шерстяной плед, вышла на большой балкон. Крупные снежинки медленно кружились в воздухе и падали на перила, оставляя после себя мокрый след. Весь участок покрывал толстый слой снега, а все небо застлала черная необъятная синева. И было так тихо. Павлова давно не слышала такой всеобъемлющей тишины. Но даже этот идеальный момент ее одиночества оказался краткосрочным, и за спиной послышались мягкие шаги. Мужчина поравнялся с заведующей и встал рядом, плечом к плечу. - Ну привет, - произнес Олег вдаль, и в ту же долю секунды Ира подавила удушающий ее всхлип. Она не имела права показывать свою слабость. Только не сейчас. Не так. Она устремила взгляд в ту же точку, куда смотрел Брагин, в пустоту. Ей хотелось думать, что где-то там в ночи, далеко-далеко от этого места море встречается с небом, и они, в отличие от всех расставшихся пар, всегда будут единым целым. - Привет, - сокровенно произнесла она. Сколько раз она представляла эту их встречу. Сколько слов она хотела ему сказать. Но сейчас даже не решалась посмотреть на Олега. - Как ты? Вопрос звучал неуместно и глупо. Чего он ждал? Что она расскажет ему все то, что произошло за восемь лет без него? Раскроет все карты? Начнет восторгаться своими победами, а потом рыдать навзрыд из-за своих потерь? - Олег, - она выпустила пар изо рта, - я не знаю, как мы оба оказались здесь. Но это ничего не меняет. Давай просто не будем портить никому праздники. Еще четыре дня. - Всего четыре дня. - Как знаешь... Ира пожала плечами и развернулась, чтобы уйти с балкона, но Брагин остановил ее брошенной фразой. - Ты не понимаешь, что я теперь не отступлю? Даже если ты меня сильно попросишь, я не отступлю. - Ты уже один раз заводил этот разговор, - ответила Павлова в сторону двери. - Восемь лет назад. - Я буду пытаться дальше. - Ну пожалуйста, - процедила сквозь зубы она, потом все же нашла в себе силы и посмотрела на врача, кто тут же перехватил ее взгляд, - живи своей жизнью. А я буду жить своей. - А что, если я не могу? Под испепеляющим взглядом он настиг ее в три коротких шага, но ее импульс оказался быстрее, и она почти что успела ударить его. Быстро сообразив, Брагин задержал в воздухе ее запястье, не доводя до пощечины. Быстрым рывком он притянул женщину к себе и наклонился к ее лицу, касаясь кончиком носа ее щеки и чувствуя, как она перестала дышать. - Ира, ты тут?! - из гостиной донесся голос Зименской, и тогда Олег отпустил от себя дрожащую Павлову. Вера появилась на балконе, и, кивнув головой, Брагин поспешил скрыться из вида. Хозяйка дома проводила его надменным взглядом. - Все в порядке? - спросила она и вмиг развеселилась, стараясь не смеяться. - Господи, что с тобой?! - Что? - не поняла блондинка. - А, это? - она указала на свое лицо. - У твоих детей однозначно талант. - Да, я вижу. Вера все же начала хихикать, и это вызвало ответную улыбку ее подруги. Но сквозь нее две слезы попеременно скатились по белокурым щекам, размазывая по ним свежий слой туши. - Господи, Ира, - Вера крепко прижала к себе заведующую, и та перестала сдерживать рыдания. - Если бы я только знала, что Петя не послушает меня... Он обещал... Но Олег его лучший друг... И он был свидетелем... Мне так жаль. Прости меня... - Нет, - вторая вернула себе самообладание. - Это ты прости. Вы столько делаете для того, чтобы наш праздник удался, а я тут со своими проблемами. Еще и Гена заболел, как назло. - У меня есть все лекарства. Вылечим. А Олег... Даже не знаю. - Не волнуйся, все будет нормально. Нам совсем необязательно общаться. - Ты уверена? - осторожно спросила Вера, щуря глаза. - Уверена! Пойдем, я замерзла. Павлова взяла шатенку под руку. Они вернулись в столовую, где осталась только Нина и недавно присоединившейся к ней Брагин. Они сразу замолчали. С усталым видом Зименская осмотрела стол и кучу грязной посуды, накопившейся после ужина. - Я все уберу. Иди отдыхай. Получив благодарный кивок от главврача, Ира забрала часть тарелок со стола и отправилась на кухню. Что-то она загрузила в посудомоечную машину, а что-то сложила в раковину. Наконец она могла побыть наедине со своими мыслями, но они просто не собирались выстраиваться хоть в какой-нибудь правильный порядок. Одно видение накладывалось на другое, слова спорили между собой, и все, что она различала в своей голове, - фамилию Брагин. Павловой на секунду захотелось закричать, чтобы остановить свой поток сознания, но за ее спиной снова появилась причина ее сумасшествия. Чтобы избежать возможного столкновения взглядами, она быстро сориентировалась, включила воду и принялась мыть бокалы, которых миновала участь быть разбитыми в загруженной посудомойке. - Я принес все остальное, - Олег поставил поднос с грязной посудой рядом с раковиной и помедлил в полуметре от Ирины. - Спасибо, - только и сказала она, размещая на полотенце помытый фужер. - Могу вытирать, - предложил он. - Как хочешь. Заведующая едва уловимо пожала плечами и продолжила свое дело, не обращая никакого внимания на мужчину. И все же ее тело готово было сгореть, потому что она чувствовала, что он смотрит. Изучает. Испытывает. Вспоминает ту ее, какой она была восемь лет назад. Ловкими движениями рук Брагин вытирал один бокал за другим и ставил их в ровный ряд на открытую полку сверху. Однако все его внимание было приковано только к Ире. Напряженная осанка, сжатые челюсти и механические действия говорили лишь о том, как ей некомфортно. И причиной тому был именно он. - Вы до Нового года останетесь? - начал врач, понимая, что еще несколько минут, и Павлова закончит с посудой, и скорее всего он не увидит ее до завтра. - Да. - Если нужно, могу съездить до ближайшей аптеки и привезти лекарства. - Не нужно, - Ира покачала головой. - У Веры все есть. Спасибо. - Ну, а как в целом дела? - спросил Брагин, но посчитав вопрос слишком общим, добавил, - смотрю, в Склифе перемены? Новые сотрудники. - Лазарев с женой развелся. Ты ее не застал. Александра Покровская. Работала у нас гинекологом. Сейчас на ее место пришла Семенова. - Костя из-за этого не приехал? - И из-за этого тоже. Павлова закрыла кран, стряхнула с рук воду и только тогда быстро взглянула на Олега. Тот убрал последний фужер на полку и протянул Ирине Алексеевне полотенце. - Мечтаю выспаться, - она промокнула руки. - До завтра. Стоило ей развернуться, как Олег сорвался с места за ней. - Ира... Она остановилась и почувствовала, что он стоит сзади в нескольких сантиметрах от нее. Его дыхание обжигало ее шею. Запах шампуня от ее волос вернул Олега в прошлое. В их счастливые дни, когда они делили ванную на двоих, когда между ними не было этой глухой, высокой стены. - Я прошу тебя, - прошептал он у ее уха, - давай поговорим. Она медленно повернулась к нему лицом и замерла. Скольких усилий ей стоило, чтобы не показать Брагину, что она в очередной раз находилась на грани слез. Вместо того, чтобы заплакать, она лишь покачала головой из стороны в сторону и уставилась в пол. - Спокойной ночи. Весь остаток вечера Пастухов избегал Веру. Дождавшись, что все разойдутся по своим комнатам, он выдал Брагину одеяло и подушку и с извинениями объявил, что второму придется спать на диване в гостиной, поскольку все спальни были отданы гостям. Но Олегу было все равно. Диван ощущался невероятно комфортно, большое окно и дверь на балкон позволяли наблюдать за снегопадом, а факт того, что прямо над ним в эту самую секунду ложилась спать Ирина Алексеевна, невероятно будоражил сознание. Олег дотянулся до кресла и снял с него тот самый синий клетчатый плед, сохранивший запах духов недавно кутавшейся в него блондинки. Быстро приняв душ, Зименская надела свою любимую серую комбинацию и присоединилась к мужу в кровати. Тот не пытался делать вид, что спит. Он знал, что разговора не избежать. Но шатенка только отвернулась на другой бок и натянула повыше одеяло. - Вер, - Петя приподнялся на локте и замер за ней, - ну прости. - А что я? Прощение будешь у Павловой просить. Вам еще работать вместе. - Но ты же просила его не звать. Я не хочу из-за этого ссориться. - Я не собиралась с тобой ссориться, - она повернулась на спину и посмотрела на супруга. - Он твой лучший друг. Но мне жалко Иру. Я хотела, чтобы этот Новый год прошел для всех хорошо. - Он пройдет хорошо, - пообещал Пастухов и придвинулся к любимой. - Кстати, о работе... Ты что-то решила? - А ты? - Я вижу, как ты хочешь уйти в Министерство. - Но ты же хочешь остаться в Склифе. - Я хочу быть с тобой и поддерживать тебя. Если твое решение зависит от моего, то я давно все решил. В день, когда мы женились и произносили свои клятвы. От неприятных эмоций не осталось и следа. Зименская растаяла от таких признаний и прошептала в темноте: - Я тебя люблю. - Это я тебя люблю. Дома, - поцелуй в шею, - в Склифе, - снова поцелуй, - в Министерстве, - еще один, - везде. Поцелуи становились настойчивее и горячее, и тогда женщина забыла, что Пастухов еще днем предупреждал ее быть потише в эту ночь.