Часть 1. Глава 4

музыка без слов «Значение боли»

Cem Öğet - Önem Acı

По пути домой Брагин никак не успокаивался и несколько раз спросил Павлову, не стало ли ей хуже. Удар такой силы мог привести к сотрясению мозга, и все понимали, что это не шутки. Терпение Иры оказалось на грани, стоило им войти в дом. Сияющая Зименская тут же помрачнела, увидев следы крови на лице подруги. - Ну наконец-то! - крикнул с кухни Пастухов, не подозревая о том, в каком состоянии вернулись его коллеги. - Как раз вовремя! Скоро начнем отмечать! - Что случилось?! - глаза Веры в ужасе распахнулись. Не говоря ни слова, Павлова прошла вдоль по коридору, оставляя объясняться Нину и Юлю. - Ир, давай все же съездим в больницу, - не унимался Брагин, следуя за ней в ванную. - Олег, прекрати! - она обернулась, чтобы закрыться, но он умело проскользнул за ней и сам захлопнул дверь. - Со мной все в порядке! - Хорошо! Ты можешь на пять минут перестать истерить и просто дать мне обработать твою рану? Он полез в шкафчик над раковиной и достал аптечку. - Я в состоянии сама все сделать. Тебе необязательно опекать меня, как маленькую. Тем более, тут полный дом врачей. Брагин выжидающе посмотрел на блондинку. Она закатила глаза и со вздохом прислонилась к стене. - Спасибо, - хирург поблагодарил ее за смирение и прошелся смоченной перекисью салфеткой по ране. - Ай-ай-ай, - висок стянула жгучая боль. - Ну все, все, - Олег заботливо подул на ее лоб и продолжил стирать остатки запекшейся крови. Он цокнул языком и нахмурился. - Что? Надо накладывать швы? - Нет, я не к этому. Тут все заживет. Мужчина достал широкий пластырь и отрезал часть подходящего размера. - Ты всегда была отчаянной. Никогда ничего не боялась. - А ты помнишь, какой я была? - она вздернула брови, но от этого место раны засаднило сильнее. - Я все помню. Будто только вчера ты просыпалась рядом и щурилась от яркого солнца за окном. - Зачем ты это делаешь? - устало спросила блондинка. - Тебе доставляет удовольствие мучить себя? Или ты надеешься вывести меня из состояния равновесия? - Да ни на что я не надеюсь, - Олег приклеил пластырь на рану и испытующе посмотрел на Павлову. - Скажи… а между вами с Куликовым когда-то что-то было? - Что? - Ира подавила смешок, но на самом деле за ним скрывался страх, страх так долго оставаться с этим мужчиной наедине. - Во-первых, Брагин, ты не имеешь права интересоваться моей личной жизнью. Во-вторых, я в отличие от некоторых не трахаю все, что движется в моем отделе… Олег не дал договорить заведующей, перебивая ее возмущение своим поцелуем. Под жалобный писк он вжал ее в кафельную стену весом своего тела и захватил зубами нижнюю губу, прикусывая ее и заставляя открыться ему навстречу. Его язык по-хозяйски вторгся в ее рот, вспоминая и воссоздавая их первый поцелуй, который она сама попросила. И сейчас, он чувствовал, она хотела того же. Иначе бы сразу его оттолкнула. Иначе бы не стала позволять ему владеть ею, пусть и только в поцелуе. Остановиться было преступлением, но мучить ее - в разы страшнее. Брагин никогда и ничего не делал без ее воли. И теперь он хотел, чтобы она опять попросила сама. Потребовала. Он сбавил темп и постепенно оставил ее губы в покое, позволяя ей дышать полной грудью. Отстраняясь, Олег посмотрел на заведующую исподлобья: ее щеки налились краской, а губы припухли после его терзаний. Тянущее желание толкало его обратно к ней, но он отступил еще на шаг назад. Она необдуманно облизала нижнюю губу, где еще оставался его привкус. - И кто еще кого, как ты выражаешься, трахает? - Извини? - Павлова выпучила глаза и набрала воздуха в легкие. - Было бы странно, если бы твой ненаглядный Кривицкий остался здесь после всех твоих непозволительно откровенных взглядов в мою сторону. - Каких еще взглядов? - возмутилась Ира. - Таких, будто я успел совратить тебя в каждой комнате этого дома, - Брагину понравилась эта игра, и он прошептал у самого уха Иры, - например, на письменном столе в кабинете. Ничего не напоминает? Он хитро улыбнулся и опустил взгляд на ее манящие губы. Опрометчиво и необдуманно она схватила в кулак его рубашку и притянула врача к себе. И тогда дверь отворилась, заставляя Иру его отпустить, а Олега - отступить от заведующей. - Вы долго еще тут будете выяснять отношения? - недовольно пробурчала Нина. - Вообще-то у наших друзей сегодня годовщина. - После Вас, Ирина Алексеевна, - врач указал рукой на дверь. Павлова состроила осуждающую гримасу и удалилась за Дубровской. Звук захлопнувшейся двери отчего-то развеселил Артема. Он с хитрой улыбкой посмотрел на своего "наставника" и отпил глоток из кружки. - Зачем пришел? - недовольно спросила Ира, следуя за мужем на кухню. - Я все бумаги подписала. - Да я ненадолго, - пробормотал Павлов. - Пап, привет! - Доброе утро! - поздоровался Брагин, отмечая, как погрустнела блондинка с приходом бывшего. - Ладно, не буду вам мешать, - Артем по-быстрому начал сливаться, - там у Шеймана сложная операция. Декомпрессия орбит. Всего хорошего! - Давай, - Олег задорно помахал ему вслед и представился, протягивая Павлову руку, - Брагин Олег Михайлович. Коллега Ирины Алексеевны. - Николай, - тот пожал его ладонь и добавил, видя смущение хирурга, - да все нормально. Мы развелись. - Если бы, - она подняла на мужа отчаявшийся взгляд, - разводимся. - Я тоже, пожалуй, пойду, - Олег поставил посуду в раковину. - Буду ждать тебя внизу. - Мы недолго, - пообещала зав отделения и улыбнулась скрывающемуся из вида врачу. Когда дверь закрылась, Павлов в задумчивости устроился за кухонным столом и посмотрел на жену. - Че пришел? - Ира принялась дерзить, скрывая злость за уборкой. - Он правда твой коллега? - Николай почесал затылок. Блондинка все суетилась, гремя тарелками и чашками. Когда ответа не последовало, мужчина схватил жену за запястье, и только тогда она взглянула в его глаза, медленно опускаясь на стул рядом. - Да, он правда мой коллега, - процедила Ира. - А что тебя смущает? - Он какой-то, знаешь... - Павлов прочистил горло. - Какой? - Ну, по-моему, маленько помоложе тебя будет, да? - Ничего себе маленько! - Ира усмехнулась. - Намного. - М-да... Впрочем, я пришел сюда не за этим. Артем сказал, что услышал, как ты говорила Брагину, что собираешься делить нашу квартиру. Так вот, ни о каком дележе речи быть не может. Это моя квартира и после развода ты должна отсюда съехать. - Да что ты говоришь? А ничего, что последние двадцать лет я содержала и эту квартиру, и всю нашу семью? Потому что на твою преподавательскую зарплату невозможно было прожить. - А чего ты ждала? Это же не я подаю на развод. - Еще скажи, что не ты нашу семью разрушил. - Может и я. Но смотрю, ты недолго страдала. Обзавелась молодым любовником. Разъяренная, Павлова вскочила со своего места и со всей силы ударила Колю сырым полотенцем. - Дура! Ненормальная! - Убирайся вон! - проорала зав отделения. - Я видеть тебя не могу! Он отшвырнул в сторону стул и вылетел из квартиры. Обождав еще несколько минут, Ира стерла слезы с лица, быстро оделась и спустилась на улицу. Брагин стоял у такси и курил, судя по всему, не первую сигарету. - Как ты? - спросил он, когда она приблизилась к нему. - Чувствую себя дешевкой, - призналась блондинка. - Мне кажется, однажды он заставит меня поверить в то, что это я ему изменила. - Ты все еще его любишь? - Брагин нахмурился, боясь услышать положительный ответ. Но вместо этого Ира задумалась и закачала головой. - Тогда какое это имеет значение? - спросил Олег. - Не волнуйся ни о чем. Мы все решим. Ведь я люблю тебя. И скоро Новый год. А в Новый год надо давать себе обещания. - Что ты сказал? - заведующая подняла полные надежды и страха глаза на хирурга. - Что в Новый год надо давать себе обещания... - Нет, нет, до этого. Ты любишь меня? - робко повторила она. - А ты думаешь, что я люблю кого-то еще? - схохмил Олег, но понял, что не вовремя. - Прости, - смягчился он. - Да, я люблю тебя. И я обещаю себе и тебе сделать все возможное, чтобы ты была счастлива в Новом году. Ира не смогла ничего ответить. Она без сил прислонилась к мужчине, оказываясь захваченной в кольцо его рук, и про себя взмолилась, чтобы это не было сном. Жар окутывал тело хирурга. Оставаться хладнокровным рядом с Павловой становилось все сложнее, особенно после их поцелуя в ванной. За праздничным обедом в честь годовщины Пастуховых она то и дело кидала на него недвусмысленные взгляды из серии «убью тебя ночью и закапаю твое тело на участке». Он же приподнимал в улыбке правый уголок губ, давая ей понять, что согласен на все. - Я разжег камин в гостиной, - объявил Петя, когда тарелки из-под торта были убраны, а все общие темы для разговоров закончились. - Предлагаю попеть в караоке и потанцевать. - Точно! - обрадовался Женя. - А то у нас какой-то дом престарелых. А ведь мы с Нинком так раньше зажигали! - Ир, оставь посуду, я тебя умоляю, - Вера дотронулась до ее запястья. - Мне как-то не до караоке, если честно, - тихо сказала зав отделения, когда остальные встали из-за стола и отправились в гостиную. - Я лучше уберусь. - Я помогу, - в арке, отделявшей столовую от холла, появился Брагин. Зименская с интересом посмотрела на пару, по получила лишь взгляд осуждения в ответ от подруги. - Мы вас ждем, - настояла Вера и удалилась к семье и гостям. Из дальней комнаты уже звучали звонкие голоса девочек, исполняющих песню группы Моя Мишель «Зима в сердце». - Пойдем, - он кивнул в сторону гостиной. - Твои крестницы тебе этого не простят. Мы потом с Куликовым все уберем. - Ну хорошо, - блондинка сдалась и почувствовала ладонь Брагина на своей талии. - Тебе очень идет это платье, - он пропустил Иру вперед, нагло изучая изгибы ее тела в атласной комбинации темно-серого цвета. Она одарила его странным взглядом и пересекла комнату, отдаляясь от мужчины. Под светом разноцветных напольных ламп близняшки в унисон пели в два микрофона. Их движения, эмоции и чистое исполнение поразили всех присутствующих. Девочки были прирожденными артистками, хотя утверждали, что будут врачами, как родители. Увидев Иру, Катя и Лиза просияли и продолжили петь, как будто обращаясь к ней: Ты говоришь, надо Со мною быть рядом. Твоя я надежда, беда и награда, Не чувствуя даже Ни сердцем ни взглядом, Что буду я рада Расстаться однажды. Она слышала не раз эту песню, но именно сегодня до нее дошли все слова. В миг, когда Брагин стоял напротив и до боли сжимал челюсти. Обману, как ты хочешь, Расскажу, чему веришь. Я уже слишком жива! Позабыть не успеешь, Разлюбить не сумеешь… Он видел, как она жмется к стене, не зная, куда себя деть. Чувствуя, на себе его взгляды, губы и руки. Каждая пропетая фраза вскрывала на сердце старые раны. Вдруг девочки сошли со своей выдуманной сцены и взяли крестную за обе руки, маня за собой. Катя отдала ей свой микрофон, пританцовывая в такт песне. То ли выпитое шампанское, то ли стресс, который искал выход, но однозначно что-то не то толкнуло Павлову на отчаянный поступок. То, как она запела, заставило Лизу петь потише, и она отступила к сестре, имитируя бэк-вокал. Послав к черту стеснение и предрассудки, Ира всем своим существом обращалась к Брагину, надеясь, что хотя бы через песню он поймет то, чего она не могла передать словами. От твоего вскрика, Без твоего вздоха Я слишком отвыкла, Я слишком свободна. Во мне столько силы От твоего слова, Когда вдруг решил ты Крылатым стать снова. Она искренне надеялась, что никто не замечает ни ее дрожащих в босоножках ног, ни подступающих к глазам слез. Убери руки с моего пульса, Я уже слишком жива. С моего пульса убери руки. Но у меня зима в сердце, На душе вьюга… Знаю я, что можем мы друг без друга. Зима в сердце, на душе вьюга, Ты понимаешь, что мы друг от друга… Зима в сердце, на душе стужа, Знаю я, что ты мне больше не нужен. Эта зима мне сердце остудит, Тебя в моей жизни больше не будет Никогда… Ира прижала руку к груди и замерла под всплеск оваций. - Это просто отвал бошки!!! - воскликнула Катя, обнимая Павлову. Пастухов тут же спрятал Веру в своих объятиях, неразборчиво что-то шепча ей на ухо. Та согласилась и кивнула, целуя мужа. Несмотря на удавшийся трогательный праздник, женская часть коллектива не собиралась отказывать от своего запланированного девичника. Нина и Павлова захватили наверх стаканчики, оливки, нарезанный лимон и купленную бутылку текилы. Юля в свою очередь проконтролировала, чтобы мужчины занялись посудой. А Вера разрешила девочкам немного поиграть на компьютере в кабинете, возлагая на них ответственность за то, чтобы их маму и ее подруг в ближайшее время никто не беспокоил. Присоединяясь к коллегам, шатенка зашла в гостевую спальню Иры и скинула туфли, оставаясь босиком. Семенова и Павлова расположились в креслах у открытого окна, Нина полулежа сидела на кровати, куда приземлилась и Зименская, принимая стопку из рук Дубровской. Они залпом выпили первый шот, и Ира нехотя поднялась с места, чтобы обновить стаканы. - Ну что, девочки, - Вера поморщилась, жуя лимон, - раз мы все тут собрались, кто начнет? Откинув волосы назад, Нина подняла руку и распрямилась. - Давай, - Зименская кивнула, но медсестре вдруг стало неловко, что по сути из-за нее все это затеяли. - Вчера Женя весь день прятал от меня свой телефон. Ему постоянно приходили какие-то сообщения. И пару раз звонили, но он уходил в другую комнату, и я не слышала, с кем он говорит. В общем, я почему-то решила, что он мог начать опять мне изменять. - А сегодня? - спросила Юля. - Сегодня ему кто-то звонил или писал? - Не знаю. Но нас же полдня не было дома… А так я не замечала за ним странного поведения сегодня. И до этого… - Ну подожди, - немного опьяненным голосом попросила Вера, - может эти звонки по работе? Или у него что-то случилось, но он не хочет тебя грузить перед Новым годом, да еще и в гостях! - Конечно, - согласилась Юля. - Тем более, если такое впервые. - Надо подождать, - добавила Ира, - понаблюдать. Глядишь, потом сам расскажет. - Ой, не знаю… - Нина вздохнула, рассматривая свои руки. - Не хочу опять возвращаться к тому состоянию. К тому чувству. Когда физически он с тобой, но мысли его далеко-далеко. Это ужасно. Это хуже того, если бы он на самом деле был с другой. Семенова подперла голову рукой и отвернулась в сторону открытого окна, чем привлекла внимание медсестры. - Юль, прости! - Нина сложила руки у лица. - У тебя ситуация куда ужаснее моей! А я тут выступаю со своими догадками! - Нет, нет, - Семенова обратила к ней грустный взгляд, - я так тебя понимаю. Особенно сейчас. - У вас что-то не ладится с Куликовым? - Ира закинула в рот оливку. Молчание со стороны гинеколога затянулось. Однако отчего-то ей очень хотелось доверять им троим. - Он прекрасный человек, но… - начала Юля, как вдруг Нина и Вера в унисон загудели. - Все, можно ставить крест, - воскликнула Зименская. - Чувства умирают с фразой «он прекрасный человек, но…». - В том то и дело, что я не думаю, что у Сережи вообще есть ко мне чувства, - призналась Семенова. - Он рядом, но это то самое, про что ты говоришь, - она обратила взгляд на Дубровскую, - мысленно он не со мной. Павлова закачала головой, вспоминая Ханину и их с Куликовым безбашенный роман. Ее мысли как будто прочитали главврач и медсестра, но все сохраняли молчание, чтобы окончательно не расстраивать Семенову. Возможно Аня была единственной настоящей любовью Куликова после смерти Ларисы. Возможно Сережа больше никогда и никого не полюбит. Даже такую прекрасную женщину, как Юля. - Вам просто нужно получше узнать друг друга, - предложила Нина, - ты ведь не так долго у нас работаешь! И при этом вы уже успели закрутить роман. Всем очевидно, что вы прекрасно подходите друг другу. - Да, - согласилась Зименская, - дай ему время привыкнуть. И тогда он сам еще будет за тобой бегать, вот увидишь! Семенова тепло улыбнулась подругам и взяла вторую стопку. - Давайте за нас, девочки? Не вставая с мест, все подняли в воздух по текиле и опрокинули ее в себя так же резво, как и первую порцию. - Ну, Ирина Алексеевна, - Нина скривилась от обжигающего горло алкоголя, - что там Брагин? - Ну нет… - Павлова быстро закачала головой и вскочила с кресла, наливая по третьей стопке. - Так, стоп, - скомандовала Вера. - Мы договаривались! Никаких разговоров о Брагине! Никогда! - Мы договаривались об этом, - в сердцах закричала Нина, - восемь лет назад! Когда он уволился из Склифа, так и не узнав, что Ира ждет ребенка от него! Но спешу вам напомнить, что он уже как два дня живет с нами! - Это ничего не меняет! - зарычала Вера. - Ты же видишь, что Ире плохо рядом с ним! Зачем вообще Петя его позвал! - А то есть Кривицкий тебя полностью устраивает? - не унималась вторая. - Брагин предатель, а Геннадий Ильич святой? - Он поцеловал меня… - прошептала Ира. Спор подруг тут же сошел на нет, и они в шоке уставились на заведующую. Она встала с кресла, вытащила из своей сумочки начатую пачку сигарет и закурила в открытое окно. Троица даже боялась дышать, молясь, чтобы за этим последовал подробный рассказ. Но вместо слов губ Иры коснулась скупая слеза, которую она сразу стерла держащими сигарету пальцами. - Вчера он сказал мне, что не отступит. А сегодня играл со мной в свои проклятые игры, держащиеся на его твердом самолюбии. - А твердым в тот момент у него было только самолюбие или кое-что еще? - главврач сомкнула губы в хитрой улыбке. - Вера Георгиевна! - воскликнула Нина, подавляя смех. Ира тоже обронила смешок, но вмиг посерьезнела, уплывая в воспоминания. - Да поймите же, я не хочу иметь с ним ничего общего, - без надрыва продолжила она. - Я все думала, что ошиблась. Что нужно было сказать ему правду. Но сейчас понимаю, что я неслучайно тогда потеряла ребенка… - ее голос стал печальнее. - Он так быстро женился на Нарочинской. Будто между нами не было всех тех месяцев. - Ир, прошло восемь лет, - напомнила Вера. - Не знаю, как ты, а я его не узнаю. Он изменился. Возмужал, что ли. - И с Мариной он давно развелся, - вклинилась Нина. - Не думаю, что он ушел бы от нее, если бы любил. Что Михалева, что Нарочинская… было и прошло. - Вот и я туда же. Было и прошло, - Ира тяжело вздохнула. - Не хочу больше ломать себя. Свою жизнь. Особенно сейчас, когда я встретила свою первую любовь. Когда у нас с Геной все наладилось. Как бы вы его ни ругали... - Но первая любовь не обязательно самая настоящая, - Юля стерла слезу со своей щеки, расчувствовавшись от сказанного заведующей. - Это правда, - Зименская подошла к Павловой и забрала у нее сигарету, затягиваясь. - Если бы мне одиннадцать лет назад сказали, что я разведусь со своим мужем, что он отберет у меня детей, а потом я выйду замуж за своего подчиненного много моложе меня и рожу опять двойню, я бы, наверное, рассмеялась, записала бы все это в блокнот и продала на киностудию в качестве сюжета для нового сериала. Но жизнь иногда преподносит огромные сюрпризы. - Мне кажется, нам всем пора поговорить с нашими мужчинами, - Юля потянулась и взяла стопку со стола. - Нельзя встречать Новый год со старыми обидами и нерешенными вопросами. - Ты права, - Нина чокнулась рюмкой с тремя другими, - давайте попробуем снова сделать все, что в наших силах. Женщины выпили по последней текиле и посмотрели друг на друга. - Я обещаю, что в новом году я не буду сходить с ума от своих догадок и фантазий, - произнесла Нина. - А я обещаю, что в новом году буду достаточно себя уважать, чтобы быть с тем, кому я по-настоящему нужна, - сокровенно призналась Семенова. - Я обещаю, что буду и дальше усмирять свой пыл, чтобы мой любимый человек не страдал рядом со мной, а был счастлив, как и я, - улыбнулась Зименская. Три подруги посмотрела теперь на Павлову, ожидая от нее финального обещания. - А я обещаю, что никому больше не позволю сломать свою жизнь ни в Новом году, ни потом. Удовлетворенные разговором, врачи тихо разошлись по своим комнатам, оставляя Павлову наедине с недопитой текилой. И ни одна из них не подозревала, что Брагин, стоя внизу на балконе, слышал почти каждое их слово, доносящееся из открытого окна в тихую последнюю ночь уходящего года. Стоило Ире закрыть глаза, как все вокруг закружилось и поплыло. То ли дело было в травме, то ли в лишних стопках текилы, которые она выпила в гордом одиночестве после ухода подруг. Борясь со своим состоянием, заведующая включила торшер и присела на кровати, хватаясь за голову. Вдруг кто-то побарабанил костяшками пальцев по двери и тихо ее приоткрыл. - Не спишь? - Брагин просунулся наполовину в спальню Иры. - Нет, - она выдохнула воздух из легких в попытке привести себя в чувства, - заходи. Павлова повыше натянула одеяло, а он закрыл дверь и уселся на другой край кровати, изучая блондинку. - Пришел донимать меня своими извращенными фантазиями? - она скрестила руки на груди. - Я пришел извиниться, - просто проговорил Брагин. - Ты была права. Спустя столько лет я не имею права интересоваться твоей личной жизнью. И тем более я не должен был целовать тебя. Ира сникла, и от ее обороны не осталось и следа. Она чуть прищурила глаза, пытаясь понять, искренне ли говорит Олег. - И еще… - он глубоко вздохнул и заговорил ее же словами, - в отличие от некоторых я пришел сказать правду. Я приехал сюда не из-за приглашения Пети. Я приехал сюда из-за тебя. Все эти годы все отделение оберегало нас друг от друга, будто мы могли сделать друг другу еще больнее. Но по факту им нужно было беречь нас от нас самих же. Я не знаю, почему за все эти восемь лет я ни разу не попытался встретиться с тобой. Даже если думал, что ты счастливо живешь со своим мужем и вашими детьми. Он проникновенно посмотрел на зав отделения, и та поняла, что он все знает. - Прости, что обманула, - она качнула головой и отвела взгляд в сторону. - Я знала, что у тебя уже есть дочь. И что ты был совсем не рад, когда Эмма забеременела. Марина рассказала мне потом, что ты вздохнул с облегчением, когда они уехали в Штаты. - Что за бред? - Олег нахмурился. - Я хотел этого меньше всего. Просто не стал удерживать Эмму. Ее мужу предложили хорошую должность в Америке, и я понимал, что так для них будет лучше. Но если бы выбор был за мной, я бы не хотел, чтобы моя дочь росла вдали от меня. Пазл начал складываться в голове Иры. Все слова Нарочинской всегда были направлены на то, чтобы Павлова вконец разочаровалась в бывшем возлюбленном. - Получается, что я была вдвойне неправа? - Какая теперь разница, - Олег устало вздохнул. - Восемь лет не выкинуть из жизни. Да… - он замолчал и выждал паузу, - завтра утром я уеду к себе. - Уедешь? - голос женщины выдал страх. - Однажды я пообещал тебе, что постараюсь сделать тебя счастливой. Думаю, мое присутствие здесь доставляет тебе мало радости. Так что не буду портить вам Новый год. Да и Зима бушует, как в старые добрые времена. Она меня всегда недолюбливала, - врач грустно улыбнулся. - Но, если захочешь потом как-нибудь поговорить или еще что, мой номер все тот же. Брагин медленно встал с кровати и обернулся на заведующую, которая едва сдерживала дрожь во всем теле. - Спокойной ночи, Ирина Алексеевна. - Спокойной ночи, Олег Михайлович. Помедлив у двери, он опять изменился в лице. Глаза его сверкнули желанием, но тон его стал серьезным и решительным. - И все-таки целуешься ты невероятно. Не разоблачая себя, хирург тихо приоткрыл дверь, чтобы выскользнуть из комнаты Павловой незамеченным. - Стой, - Ира резко встала с кровати и прошла к мужчине. Она закрыла дверь обратно и осталась стоять в непосредственной близости к Олегу. Он видел все. Ее борьбу, отчаяние, ее силу и определенную власть над ним. Ее слабость, боль и разожженный в ней, неподдельный интерес. - Поцелуй меня, - бросила она и тут же закрыла глаза. Брагина не нужно было просить дважды. Особенно о таком. Уперевшись руками в дверь по обеим сторонам от Иры, он преградил ей путь к отступлению. Его тело вжало ее в шершавое дерево, а губы быстро нашли ее в поцелуе. Она издала протяжный стон, добивая этим Брагина, и тот без стеснения дал понять ей все свои намерения, прижимаясь к ее бедру. Ира обхватила его шею руками, позволяя его языку и его губам вести себя так, будто это и являлось высшей мерой близости. - Чего ты хочешь? - горячо спросил Олег, отнимая руку от двери и просовывая ее под рубашку заведующей, после дотрагиваясь до ее талии. Ира сильнее зажмурилась, закусывая губу. Ответа не последовало, и тогда Брагин вернулся к беспощадным поцелуям. Он царапал зубами ее нежную кожу на шее, а рука уже ползла по ее животу к поясу пижамных штанов. - Хочу, чтобы ты поскорее уехал, - сухо отчеканила Павлова, и Олега будто ударило током. Он тут же прекратил свои ласки и посмотрел в ее абсолютно трезвые глаза, которые не врали. Не понимая, что делать дальше, Брагин стоял в исступлении, но Ира сама все сделала за него, открывая дверь и указывая ему на выход.