Часть 1. Глава 8

You think it's funny that I switched up

'Cause I was screaming, "Fuck Love", but

Really that was my way of tryna take the high way, but

I don't mind saying I was wrong Santino Le Saint - Red (Slowed + Reverbed)

Ее всегда поражало именно это время - начало дня первого января. Когда улицы пусты и безлюдны, будто все вымерли после новогодней ночи. И только следы от петард и фейерверков указывают на то, что был не апокалипсис, а праздник. Пройдя чуть дальше по переулку, она нашла предусмотрительно оставленные для нее ключи, висящие на ветке у самого забора снизу облезлого, покрытого снегом куста. Большой дом из белого камня с широким крыльцом приглашал скорее оказаться внутри, в тепле и уюте. Женщина тихо зашла в прихожую и закрыла за собой дверь, вешая ключи на крючок у зеркала. Она осмотрела себя, неторопливо сняла пальто и сапоги и оставила большую сумку на полу. Все было точь-в-точь, как описывал Брагин. Она улыбнулась мысли о том, что скоро увидит его и остальных коллег. Тихой поступью гостья пробралась в дальнюю комнату. Слева от нее красовалась огромная живая ель, украшенная игрушками и сверкающими с ночи огнями. С балкона в комнату проникал дневной свет и падал на стоящий напротив диван, где, отвернувшись от двери, крепко спал Куликов, свернувшись калачиком под одеялом. С замиранием сердца она прошла и села на край дивана. Она нежно коснулась его плеча и шеи. Он недовольно поморщился сквозь сон, чем вызвал еще одну ее улыбку. Тогда она поцеловала свои пальцы и дотронулась до его щеки, оставляя отпечаток своей помады. Они осторожно очертили линию его бровей и носа, отчего его сознание вернулось, и он нехотя вынырнул из сна, открывая глаза. В пол-оборота головы он повернулся к ней через плечо, нахмурился, словно не веря, что это уже не сон, а явь, и, намереваясь спать дальше, вернулся в свое прежнее положение, но всего на секунду. Осознав свое видение, он вскочил как ошпаренный, садясь лицом к женщине. - Аня?! - Сережа часто-часто заморгал. - С Новым Годом, - прошептала Ханина. - С Новым Годом, - он осмотрел комнату, убеждаясь, что все еще находится у Пастуховых. - А… А что ты тут делаешь? - Меня Брагин позвал. Сказал, что его другу нужна неотложная помощь, - она потупила взгляд, едва сдерживая смех. - Но как?! Как ты здесь оказалась? Разве ты не должна быть с Мишей в Екатеринбурге? - Ты был прав тогда, Куликов. Это не тебе решать, - она посерьезнела и будто бы даже немного разозлилась, - а мне. И мне понадобился почти год, чтобы понять, как сильно я по тебе скучаю. И все-таки хирургу не верилось, что это был не очередной его сон. Голова гудела от количества выпитого вчера, а мысли путались. Но Ханина никуда не исчезла и не растворилась в воздухе. Она продолжала смотреть на него с чувством невосполнимой утраты, как тогда, когда она обняла его на прощание и села с мужем в такси. Куликов понимал, что если он опять промолчит, если он выкинет хоть что-то подобное, то Ани больше никогда не будет в его жизни. - А мне понадобился всего день без тебя, чтобы понять, как сильно я тебя люблю, - признался мужчина. Ее серые глаза потемнели и налились свинцом, возвращая в нее силу и ту жгучую страсть, что всегда от нее исходила. - Боже мой, я думала, что никогда не услышу от тебя этих слов. Никогда… Ханина прильнула к его груди, чувствуя силу его рук всем своим нутром. Он зарывался пальцами в ее рыжие кудри, собранные в пучок, и слышал то, как она тихо повторяет его фамилию. Трепетно он взял ее лицо в ладони и коснулся губ своими губами. Поцелуй стал глубже, а дыхание тяжелее, и все вокруг стало неважным, мелочным. Только она на фоне разноцветных рождественских огней, тянущаяся к нему, нежно и чувственно целующая каждую его черточку, любящая его каждой клеточкой, только она имела значение. Оба ощутили сквозь поцелуй, как улыбаются друг другу, и эта радость переполнила их с головой. - Ты вернулась, - он провел губами по ее щеке к ямочке на шее. - Оставим секс марафон на потом, согласен? - с огнем в глазах прохрипела Аня после затянувшегося поцелуя. - Не хочу, чтобы Зименская застала меня здесь, кричащей на весь дом. Я вообще-то планировала вернуться в том числе и в Склиф. Куликов громко рассмеялся, позабыв, что они не одни и большинство его коллег могли еще спать крепким сном. - Я скучал по тебе, - он вновь ее поцеловал, мягко закусив ее нижнюю губу. - Я просто кретин. Почему я отпустил тебя? Почему? - Я тоже хороша, - она неустанно гладила его по лицу и волосам, наслаждаясь обрывистыми поцелуями, - на черта надо было выходить опять за Ханина?! Руки блуждали по ее спине и талии, заводя и обещая впоследствии гораздо больше. Аня прижалась лбом к мужчине, не давая воли подступившим слезам. - Как там наши Пастуховы? - быстро сменила тему она, чтобы не показаться уж очень ранимой. - Девчонки, наверное, подросли? - Еще как! Такие иногда несносные! - Сережа усмехнулся, но вмиг посерьезнел, вспоминая о главном. - Ань, надо что-то делать с Брагиным и Павловой. - Да я уж поняла по вчерашним его сообщениям, - она запустила руки в пучок и распустила волосы, что огненными волнами упали на ее плечи. - Алиса, включи LOVEIN - Love you, громкость три, - приказала Аня колонке. - Что ты делаешь? Он наблюдал за тем, как под начавшуюся песню Ханина встала и закрыла дверь, возвращаясь к дивану и расстегивая пуговицы на своей белой рубашке и джинсах. Она отбросила одежду в сторону и села сверху Куликова, перекидывая через него ногу. - Неужели ты действительно решил, что я смогу отложить нас на потом? - горячо шепнула реаниматолог, стаскивая с него майку. - Дом шикарный, но ему явно не хватает неугомонного задора и толики разврата. Ты так не считаешь? - она скрестила запястья, обхватывая его шею. - Теперь, когда ты здесь, все идеально, - он провел ладонями по ее оголенным бедрам, но не успел ничего больше сделать, как она повалила его на спину и засмеялась, оказываясь притянутой в поцелуй. Тремя часами ранее приезда Ханиной, когда на улице было еще темно, Павлова оставила попытки уснуть и, даже не накинув халата поверх пижамы, босиком прокралась из спальни. Кривицкий продолжал тихо сопеть, погруженный в умиротворенный сон. Застигнутая врасплох, заведующая остановилась у закрытой двери и взглянула на Лизу. Она легко различала девочек даже в темноте: младшая будто бы действительно была меньше ростом, а в общении - более доверчивая и чуткая. - Ты чего не спишь? - едва уловимо спросила Павлова. - Нам не спится, - Лиза закрыла за собой дверь в ванную, где прошлым утром Ира потеряла остатки разума. - Зайдешь к нам? - она протянула руку крестной. Вторая приняла небольшую ладошку и прошла в просторную спальню с большими окнами и пастельно-розовыми стенами. Катя сидела на своей кровати в тусклом свете настольной лампы и гладила свою плюшевую капибару с задумчивым выражением лица. - У нас гости, - тихо объявила Лиза и указала Кате жестом подвинуться, чтобы все трое могли сесть на одной кровати в ряд. - Что у вас случилось? - Ира устроилась между девочками и обняла их за плечи с обеих сторон. - Вам не понравился праздник? - Сойдет, - кивнула старшая. - Красивое кольцо, - она дотронулась до камня. - Думаешь, Геннадий Ильич сам его выбирал? - Лиза прищурилась, смотря на заведующую. - Даже не знаю. Может, ему помогал консультант в магазине, - Павлова пожала плечами и нахмурилась. - Почему вы его называете по имени и отчеству? - А как нам его называть? - спросила Лиза. - Дядя Гена звучит странно, - Катя кивнула. - А просто Гена - как крокодил, - поддержала вторая, но вмиг стушевалась, боясь, что Ира разозлится, но та только фыркнула от смеха. - Тем более он слишком старый, чтобы называть его Геной. - Вообще-то, - поправила их блондинка, - он почти что мой ровесник. Но меня-то вы Ирой называете. - Возраст это только цифры в паспорте, - деловито сказала Катя. - Вот наш папа младше мамы, но вместе они пушка-гонка. - Да, точно, - согласилась Лиза. - Мне кажется, мама с каждым годом становится только красивее благодаря папе. - Это вы к чему сейчас клоните? - Геннадий Ильич в могилу тебя сведет, - по-взрослому подытожила старшая, чем вызвала улыбку крестной, - он старый и больной. - И кого же вы хотите мне предложить вместо него? - Ира поняла, на что намекают девочки. Они переглянулись, безмолвно сошлись на общем мнении и кивнули друг другу. - Выбери лучше Олега, он классный. - Да, печет вкусные блинчики. Следит за собой. И папа с ним дружит. А он знает в людях толк. - А еще Олег любит тебя, - добавила Лиза. - Это он вам так сказал? - Павлова с иронией посмотрела на близняшек, но внутри у нее все задрожало, стоило ей вспомнить разговор хирурга и девочек на кухне. - Боже, это и так всем понятно, - Катя закатила глаза. - Ну или хотя бы выбери дядю Сережу, - младшая вынырнула из-под крыла Иры и отправилась к себе на кровать. - Он тоже любит тебя. Правда, совсем иначе. Не так, как Олег. - Не хочу, чтобы дядя Сережа был один, - старшая сладко зевнула. - Вот бы Аня Ханина вернулась. - Укладывайся, - Ира встала с кровати и укрыла Катю одеялом, - уже очень поздно. Вам нужно поспать. Она поцеловала девочку и подошла к другой односпальной кровати, склоняясь над второй крестницей. - Обещай, что ты подумаешь, - попросила Лиза. - Хотя бы просто подумаешь. - Обещаю, - Ира многозначительно кивнула, касаясь губами ее щеки. - Спокойной ночи. Она отошла к письменному столу, выключила лампу и вышла из детской. Дверь напротив была неплотно закрыта, и не догадываясь о том, что Куликов, сморенный алкоголем, стрессом и усталостью, остался спать внизу в гостиной, а Олег занял его место на втором этаже, она зашла в комнату с плотно задернутыми гардинами. С кровати раздался шорох - черный силуэт повернулся к ней лицом, и Ира поняла, что мужчина проснулся, а может и не спал вовсе. Она тихонько постучала о косяк подушечками пальцев, затворила за собой дверь и прошла к постели, садясь на самом краю. - Извини, если разбудила... - прошептала Павлова, - мне просто очень нужно с тобой поговорить. Я хотела вечером, но ты был расстроен, приехал Гена, все пошло наперекосяк, - Иру затрясло и вдруг она проронила слезу, хотя совсем не намеревалась плакать. - Я тут все думала над тем, что сказала тебе вчера. Что быть с кем-то и любить кого-то - это не одно и то же. Брагин хотел было возразить, что заведующая такого ему не говорила, но решил не рушить установившийся между ними миг доверия. - Я всю свою жизнь находилась с теми, кого не люблю, - призналась Ира. - И ты не представляешь, как я хотела поверить в то, что люблю Гену. Ведь когда мы были молодые, мы безумно любили друг друга. Я мечтала выйти за него замуж, родить от него детей. И я думала, что та былая мечта сможет стать настоящим. Что Гена сможет стереть все воспоминания об Олеге, но нет... Понимая, что так поступать нельзя, врач хотел раскрыться, но что-то его удерживало. - Я не забыла Брагина. И не разлюбила его. И что хуже всего, я его простила, потому что поняла, что прощать его по факту не за что. Он никогда меня не обманывал и не предавал. Но он так изменился. Куда делся этот вечно иронизирующий лучший хирург отделения, который не пропускал ни одной юбки в отделении? Где его легкость? Куда все это исчезло? Но знаешь, он будто бы стал таким, каким я хотела его видеть тогда, восемь лет назад. В нем не осталось ничего, что меня отталкивало или чего я боялась. Ни инфантильности, ни безрассудства. В комнате наступила тишина. Олег сел на кровати, придвигаясь ближе к женщине, и взял ее руку в свою. - Нина призналась мне, что это кольцо собирался подарить мне Брагин, - она стала чаще содрогаться от слез, - но он отдал его Кривицкому, чтобы тот сделал мне предложение. Потому что, видите ли, мне так будет лучше. А я ненавижу себя за то, что не рассказала Гене все в тот момент, когда он опять появился во дворе этого дома. Что не позволила Олегу разобраться с Кривицким по-мужски. Потому что боялась сделать Гене больно. Потому что не хотела его разочаровывать. Мне куда проще сделать больно и плохо себе, чем другому человеку. Ведь и от Олега я тогда ушла, потому что была уверена, что он не захочет ни нашего ребенка, ни меня. Откуда мне было знать, что он везде таскает с собой это кольцо?! Из Иры вырвался истеричный вопль вперемешку со слезами, но он тут же утонул в раскрытых губах врача. Олег запустил в ее рот горячий язык, целуя так отчаянно, как не целовал ее никогда. Она дернулась, сопротивляясь и ударяя его ладонью в грудь, но тот лишь сильнее удерживал ее около себя. - Куликов, ты совсем, что ли, с ума сошел?! - закричала Павлова, разорвав с ним контакт и позабыв, что они находятся в доме не одни. - Неужели Куликов способен так тебя целовать? - проговорил своим голосом Брагин, отчего зав отделения словно током ударило. Она попыталась встать с кровати, чтобы сбежать, но он вовремя схватил ее за запястья. В ту же секунду он повалил ее под себя, прижимая к матрасу, и вернулся губами в область ее губ. Она ничего не видела, но все чувствовала и сверх всего - необъяснимый страх от того, что ненамеренно раскрыла Брагину всю правду. - Олег, пожалуйста, не надо, - она задрожала под ним, но он и не думал ее больше удерживать. Отпустив ее запястья, он взялся за пояс ее шелковых штанов и стянул их с ее ног. Остановившись между ее бедер, он припал губами к ее нежной коже и заставил женщину тяжело задышать, пуская в ход свои, как она любила говорить, извращения. Секунды убегали куда-то с невидимой скоростью, а вдохи заведующей становились чаще. Олег продолжил целовать ее и двигался вверх по животу, задирая нежный молочный атлас. Осторожно, не придавливая ее весом своего тела, он сел сверху и ухватился за края рубашки, рванув их в разные стороны. Пуговицы с характерным звуком рассыпались по полу, а Брагин припал губами к ее груди, дразня и покусывая. На мгновение он оторвался от своих пыток и прошептал в ее губы: - Запиши это в список моих покупок к кружевным трусам, дорогая. Он облизал ее губы и проник языком в ее рот, заставляя замычать и заелозить под ним среди одеял. Вжимаясь в нее своим возбуждением, он неустанно терзал ее губы и буквально трахал напором своего языка, на что она охотно, пусть и бессознательно отвечала. - Олег, умоляю, не надо, - ее невыносимо трясло, и он даже решил, что сможет довести ее до грани одними поцелуями. - Я не хочу. Не надо. - Будешь своему Кривицкому это доказывать, но не мне, - он с легкостью проник в нее двумя пальцами, и она томно застонала, сжимая согнутые в коленях ноги. - Вот мне интересно, - прохрипел Брагин, - а он так делает? - он вышел из нее и вновь вернул чувственные пальцы во влажную плоть, - или хотела бы ты, чтобы он так делал? - Нет, - Павлова почти что задыхалась и повторила, - нет. - А чего тогда ты хочешь? - он ускорял движения, но вдруг резко остановился, вызывая стон недовольства заведующей. - Хочешь, чтобы я прекратил? - Нет, - Ира обхватила его за плечи, будто испугалась, что он и вправду может встать и уйти. - А чего тогда ты хочешь? - Тебя, - это едва различимое слово замерло в воздухе. - Так я здесь, - он бессовестно издевался, зная, что за этим последует. И это сработало, как триггер. Ира открыла глаза, которые уже привыкли к кромешной тьме и различали облик мужчины. Она спустилась чуть ниже под ним и стащила с его бедер резинку пижамных штанов, обхватывая его ладонью и проводя рукой по всей идеальной длине. Брагин издал протяжный гортанный стон, представляя ее, ублажающую его при дневном свете. - Твоя тактика полное дерьмо, Брагин, - она с силой оттолкнула его от себя, напирая на плечи и заставляя его сесть на кровати, вытянув вперед ноги. Сбросив с себя на пол остатки того, что было ее любимой пижамой, она вернулась к нему и медленно опустилась на его бедра, вбирая его всего в себя. Ее неспешные движения сводили с ума, влажные и податливые губы разжигали каждый новый поцелуй, а пальцы властно и рьяно впивались в лопатки. Это было слишком даже для его выдержки, и он ничего не смог поделать, чувствуя как наполняет ее собой. - Черт, Ира, - процедил он и зажмурился от бешеного пульса в ушах. Не давая себе ни секунды времени, он опрокинул блондинку обратно на спину, глубоко, быстро и резко входя в нее и возвращаясь обратно. В полной прострации она сбила рукой на пол сначала одну, а потом другую подушку. Найдя край одеяла, она закусила его зубами и застонала, чувствуя, что Брагин вновь кончает в нее, и сама она больше не в силах держать оборону. Она задрожала под ним в разы сильнее, а он вырвал из ее хватки одеяло и заткнул ее стоны своим поцелуем. Замерев над ней, Олег нашел ее правую руку и переплел из пальцы, чувствуя касание кольца. Она знала, что это его подарок, знала, что он хотел всегда быть с ней. Его напряженные плечи предательски ослабли, и, боясь рухнуть на хрупкое тело заведующей, он перекатился на спину, разрывая их связь. Если бы в эту минуту Олег мог полностью увидеть Иру в темноте, он бы тотчас подписал согласие никогда больше не смотреть на других женщин. Полностью раздетая, удовлетворенная, с блаженным выражением лица, слегка спутанными волосами и припухшими губами, она лежала посреди белой простыни и тяжело дышала. Брагин прислушивался к ней, не смея тревожить. Постепенно ее дыхание стало ровным, и она потянулась к одеялу, чтобы прикрыть свою наготу. Олег помог ей, укутывая и приближая в свои объятия, как маленькую девочку. - Я люблю тебя, - прошептал он, крепко обнимая ее со спины и утыкаясь в ее волосы, которые всегда так чудесно пахли ее духами и шампунем. - Я никогда и никуда тебя больше не отпущу. - Но Гена… - Ты моя женщина. Моя. Павлова повернулась лицом к врачу, устраиваясь на своем локте и прижимаясь к его груди лбом. Она обняла его, чувствуя его пальцы на своей спине, и повторяла, как мантру, в мыслях его последние слова. Мягкие пушистые снежинки спускались с неба и падали на землю. Во всем коттеджном поселке все еще стояла благоговейная тишина, хотя часы уже показывали полдень. Ира лениво потянулась под одеялом и открыла глаза. В комнате было светло и прохладно. Видимо, еще ночью Брагин раздвинул темные шторы и открыл окно. Она медленно обернулась, но никого не обнаружила. Посмотрев под одеяло на свою наготу, Ира вспомнила, что между ними было несколькими часами ранее, и как ей было хорошо. Эти непристойные мысли заставили ее улыбнуться, когда дверь открылась и на пороге появился Олег с двумя чашками ароматного кофе. - С Новым Годом, Ирина Алексеевна, - он протянул чашку и коснулся ее губ. - С Новым Годом, - она просияла и удобнее устроилась на подушках, отпивая глоток. - Выглядите обворожительно. Неужели появился новый поклонник? - Не такой уж и новый, - женщина с удовольствием подыграла, - но моложе меня, перспективный и очень страстный. - Повезло Вам! - он цокнул языком и улыбнулся. - Кстати про перспективного, - вдруг вспомнила Павлова. - Если Вера и Петя уйдут работать в Министерство, у нас освободится позиция хирурга. Пойдешь? - А ты мне предлагаешь только позицию хирурга? Или впридачу свое имя на развороте семейного положения в моем паспорте? - Олег, - она поставила кружку на тумбочку и покачала головой, - мне надо решить все с Геной. Я понимаю, что для тебя это просто лишний человек во всей этой истории. Но я прожила с ним шесть лет. И я не могу просто взять и сказать ему: "Знаешь, дорогой, я тут решила вернуться к своему бывшему любовнику, а ты можешь быть свободен". - Я понимаю, - Брагин вздохнул, а в глазах его промелькнуло чувство безысходности, - но я не могу видеть тебя рядом с ним. И уж тем более ты больше никогда не ляжешь с ним в одну постель. - Какие мы ревнивые, - Павлова подползла к хирургу и обхватила его руками, - я поговорю с ним, обещаю. Сегодня. - Смотри у меня, - в шутку пригрозил Олег. - А у тебя место-то на развороте с семейным положением осталось? - ее голос выдал иронию. - Найду. - И буду я Брагина, - мечтательно произнесла она, будто пробуя фамилию на вкус. - Так, Брагина, - скомандовал хирург, - Пастуховы точно спят, остальные, судя по всему, тоже в отключке, поэтому завтрак делать нам. - Будем доедать прошлогодние салаты? - А куда без этого, - Олег трепетно поцеловал Иру в уголок губ, не веря тому, что они сидят в одной кровати и говорят о таких бытовых вещах. - Как ты думаешь, - Павлова нахмурилась, - какова вероятность того, что, если мы пойдем вместе в душ, нас застукают? - Ирина Алексеевна! - мужчина осуждающе посмотрел на заведующую. - Вам не стыдно? На этаже спят гости, да еще и дети! - Ну и все! Кстати, ты очень понравился девочкам. Они в полном восторге. - Как же они похожи на Зиму. Просто невероятно. И вас с Куликовым очень любят... Между ними повисла недосказанность, которую решилась нарушить Павлова. - И что ты полез к нему драться? Он же наш лучший друг. - Ничего, - отрезал Олег. - Брагин! Между нами никогда и ничего не было! Мы просто дружим! Правда лишь в том, что он мой близкий человек, с которым я делилась и делюсь очень многим. - Вот это меня и бесит, - он встал с кровати, - возможно я бы даже принял тот факт, что между вами что-то было. Но вы смотрите друг на друга так... Будто никто другой не поймет того, что вы пережили. - А может, это действительно так? - просто сказала Ира. - Когда ты с человеком буквально каждый день и рассказываешь ему о себе все, рано или поздно вы становитесь родственными душами. Да и дети нас очень сблизили. Но это не значит, что ты должен его избивать. - Я буду держать себя в руках, - пообещал Олег. - Идем. А то скоро все проснутся. - А как же душ? - заныла Павлова. - Если что, ты сама напросилась, - он качнул головой. - Что?! Что ты творишь? Он плотнее завернул зав отделения в одеяло и закинул себе на плечо под ее неугомонный смех. Когда он толкнул дверь в коридор и вышел, она едва справилась с тем, чтобы не выдать их присутствие. Брагин быстро пересек холл и вошел в ванную, ставя Иру на пол и запирая замок. Отрегулировав температуру воды в тропическом душе, он обернулся к женщине, которая сбросила одеяло и подошла вплотную к врачу. - Иди сюда, - он спустил свои штаны и повел ее под обволакивающие струи воды. Ее мокрое тело безудержно заводило. Найдя ее губы, он чувственно и нежно поцеловал ее, заставляя сжаться все ее внутренности. Ей не хватало этого, хотя каждый их секс заставлял сходить с ума. Но именно вдумчивые поцелуи, томные взгляды и прожитые до мурашек ощущения дарили обоим чувство взаимной любви. Осторожно прижав Иру к стене, Олег приподнял ее за талию, заставляя обхватить себя ногами, и нерасторопно соединился с ней в одно. - Если будет больно, сразу говори мне. - Все хорошо, - она кивнула, облизав мокрые губы и наслаждаясь его медленными движениями. Павлова знала, что после этих каникул она будет жалеть только об одном: что нельзя записать на подкорку все, что с ней произошло за эти дни. Со временем она забудет, как Олег укутывал ее ночью в одеяло, как мыл ее после их занятия любовью в душе, как сушил ее волосы и обнимал сзади, целуя в шею так, будто она самое дорогое, что у него есть. И Брагина посещали те же мысли. Было в этом отпуске что-то особенное, что-то, ради чего хотелось проживать каждую минуту и ждать каждый следующий день. По-тихому забрав белье и свой домашний голубой костюм, Ира быстро переоделась в спальне и спустилась к Олегу на кухню. В духовке набухали румяные круассаны, рядом кипел чайник, а Брагин заваривал первую партию чая и кофе. - Чем помочь? - Ира дотронулась до его поясницы. - К примеру, не соблазнять, - он поцеловал ее в кончик носа. - А то наша легенда про твое совращение в каждой комнате этого дома станет правдой. - Ну извините, - она стащила сыр с общей тарелки и закинула в рот. - Если они продолжат спать, мы так и не позавтракаем, и не пообедаем. Все плавно перейдет в ужин. Олег развернулся к заведующей, прислоняясь к кухонной тумбе. Она наклонила голову на бок, рассматривая его, а потом, не в силах противиться себе, повисла на его шее, целуя в губы и чувствуя, как он прижимает ее к себе за талию. Внезапный крик заставил их разнять руки и отступить друг от друга. - Ура! Получилось! - из-за угла выбежала Катя. - О май гад! - подхватила Лиза. - Я поверить не могу! - Вы все-таки вместе! - Тише, - взмолилась Ира. - Девочки! - Что случилось? - на крики дочерей из своей спальни подоспели Петя и Вера. - А Олег теперь с Ирой! Они целовались! - доложила старшая. - Да, подтверждаю, - Лиза кивнула. - А вы поженитесь? - не унималась вторая, подходя к Олегу. - А нас вы пригласите на свадьбу? - Конечно, - улыбнулся Брагин. Не скрывая радости, Вера переглянулась с Петей и оставила на его губах быстрый поцелуй. - Поздравляю, - Пастухов пожал руку Брагину, в то время как главврач приобняла подругу. - Только давайте оставим все поздравления на потом, - попросила Ира. - Мне надо поговорить сначала с Геной. - Не нужны нам в доме крокодилы. Да, мам?! - строго выдала Катя. - Да, дочь, - кивнула шатенка. - Но все же давайте сделаем так, как попросила тетя Ира. - Доброе утро, - на кухню зашел Куликов. - О-о-о, я смотрю, кто-то помирился, - он разомлел при виде обнимающейся пары. - Сюрприз! - Ира подняла брови. - Ну мой-то сюрприз покруче будет! - съязвил Сережа, слыша шаги у себя за спиной. - С Новым Годом!!! - на кухню, подняв руки, ворвалась Ханина под всеобщее ликование друзей. - Аня!!! - девочки закричали в разы громче и кинулись ее обнимать вместе с остальными. - Извините, что я без приглашения, - Аня сжала руку Зименской. - Просто Олег мне вчера написал... - Ну что ты, - Вера еще раз обняла Ханину, - без тебя праздник не праздник. Здорово, что ты приехала! В голове Иры постепенно начал выстраиваться пазл. Значит, Брагин просил второй шанс не себе, а Куликову. И именно их любовь отчасти научила его понимать это чувство. - Ирина Алексеевна, - реаниматолог тепло обняла начальницу. - Я скучала. - Вот это новости!!! - на кухне появилась Дубровская, а за ней - сонный Неклюдов. - Женька, собирайся! Аня тебя сейчас в два счета сместит. - Второй реаниматолог нам не помешает, - вмешалась Зименская. - Ты же насовсем, я надеюсь? Куликов тут без тебя волком воет. - Если найдете место, то с удовольствием останусь! Мне этот Екатеринбург осточертел! - Мам, - тихо прошептала Лиза, дергая ее за рукав свитера, пока остальные болтали, - наши с Катей желания сбылись. Ира простила Олега. И Аня вернулась. - Да, милая, - Вера наклонилась к дочке и обняла ее, - я вами горжусь. Ваши желания сделали сразу несколько людей счастливыми. - Всем доброе утро! - бодро поприветствовал коллег Геннадий Ильич, чьи глаза разбегались от количества народа. - Аня! Вот это да! Какими судьбами? - Приехала навести порядок, - Ханина хищно улыбнулась и сверкнула глазами. - Говорят, в Новый год идти со старым не положено. - Ну ясно, - Кривицкий даже не старался понять, на что она намекает. - Ириш, извини, но нам пора ехать, - он подошел к блондинке. - Мне Маша позвонила, она скоро будет у нас. Нехорошо как-то, дома не убрано и холодильник пустой. - Гена, я... - Павлова чувствовала на себе взгляды всех друзей, но не могла сказать ни слова, теребя большим пальцем бриллиантовое кольцо. - Она никуда не поедет. Сказав это, Брагин обошел заведующую и встал между ней и Геннадием Ильичем, заслоняя заведующую своей спиной. Улыбка спала с лица Кривицкого, и теперь оно выражало смятение. Казалось, все кроме него были в курсе чего-то очень важного.