Часть 2. Глава 15

Я раздеваю твою душу Она вся моя Да я знаю, что ей нужно Ей нужна моя 

Кирилл Мойтон - Ничего не изменится (Slowed)

Спустя год В квартире было не так много места для новогодней елки, поэтому Ирина Алексеевна ограничилась еловыми ветками, которые поставила в вазу, красной пуансеттией на подоконнике и гирляндой, сверкающей золотыми лампочками, поверх штор на окне. Но все это были такие мелочи по сравнению с тем, что к Новому году удалось закончить ремонт. Ремонт ее мечты со светлыми серо-зелеными стенами, мебелью из натуральных материалов, в приглушенных тонах и большими белыми окнами. Вспомнив про шампанское, заведующая переставила его с барной полки в холодильник и проверила наличие льда в морозилке. Новый год в новой квартире ознаменовал собой новую жизнь. Звонок мобильного вырвал ее из размышлений о том, чего бы ей хотелось сделать прежде всего в наступившем году, и она поспешила ответить. - Доброе утро, Ирочка! С Новым годом! - прокричала Вера, а на фоне послышался голос Пастухова и их дочек. - Счастья, здоровья, любви! - С Новым годом! - радостно ответила блондинка. - И вам того же, дорогие! - Сейчас, подожди секунду, - Зименская убрала телефон от уха и обратилась к семье, - могу я остаться в тишине хотя бы на пять минут? Пожалуйста! - судя по звуку, та хлопнула дверью. - Извини, это какой-то кошмар. Как слышат, что звоню тебе или Куликову, так сразу сходят с ума. Мы вас ждем на Рождество, ты же помнишь? - Конечно. Главное, чтобы Сережа не забыл купить подарки крестницам. Я не собираюсь отдуваться за нас обоих, как в прошлом году. Главврач усмехнулась в трубку. - Ну как ты? - ее тон стал спокойнее. - Еще одна встреча Нового года без Брагина... - Этого следовало ожидать, - Ира вздохнула. - Я ни на что не надеялась. Зато дежурство прошло относительно спокойно. И впереди два выходных, чтобы прочувствовать праздник и отдохнуть. - Прости, - искренне попросила Вера. - На следующий год обязательно поставь дежурить Пастухова в новогоднюю ночь. Нам не помешает разнообразие. - Договорились. - А Гена? - вдруг вспомнила первая. - Не поздравил тебя? - Нет, и слава богу. Пусть в своем дорогом сердцу Израиле поет "Хава нагила" и живет счастливо со своей новой пассией и нашей собакой. - Все звезды для него сошлись: хозяйственная, умная, да еще и кардиолог! - И не говори. - Ладно. Еще раз с Новым годом! Увидимся! Целую! - И я тебя! Пока! Ира сбросила вызов и прошла в спальню, отделенную двойными дверьми от гостиной. Она размяла шею, сняла с себя полотенце, надела черную атласную сорочку и под вздох облегчения рухнула в чистую, мягкую кровать. Вот и прошел еще один год. Услышав щелчки замка, Брагин не стал будить блондинку и тихонько выскользнул из спальни, прикрывая за собой дверь. - Доброе утро, - вполголоса проговорила Марина и улыбнулась, осматривая заспанного мужчину. - С Новым годом! - С Новым годом, - тот ответно улыбнулся и тепло обнял Нарочинскую. - Как дежурство? - Шейман, собака, всю ночь тусовался в экстренной хирургии с Волошиным и командой, - она хихикнула. - В остальном прекрасно. А как вы тут? - Марина оставила вещи и прошла в гостиную, удивляясь порядку после новогодней ночи. - Как отметили? - Послушали речь Президента, поели салатов, открыли подарки и легли спать, - хирург принялся что-то доставать из сложенных на диване брюк. - С Томкой говорил? - Да, передает тебе привет. В восторге от школы, друзей. - Больше не плачет? Тоска по дому прошла? - С учетом того, что она росла в Штатах, можно сказать, что она наоборот вернулась домой. Вот, - Брагин переменил тему и протянул Марине конверт. - Это тебе. С Новым годом. - Ух ты, - не скрывая радости, она поспешила развернуть бумаги. - Уикенд на двоих в отеле "Пальмира"? Ничего себе! Спасибо! - Можешь Нинку взять. Вам обеим не помешает отдохнуть хотя бы пару дней. А мы с Ириной Федоровной с детьми посидим. Кстати, спасибо, что позвала ее отметить Новый год здесь. Она все еще не отошла от смерти Женьки, хотя прошло уже полгода. Я вижу, как она пытается жить, но... - Олег замолчал, уронив голову. - Ну о чем ты говоришь? Мы столько лет дружим. А у нас и так дурдом, так что двумя детьми больше, двумя меньше, все равно. А по поводу ее состояния я тут подумала, может, ты направишь ее к психотерапевту Ирины Алексеевны? У нее-то вообще все было запущено, но ей же здорово помогли. - Я тоже об этом подумал, - врач кивнул. - Я пришлю ей сегодня координаты. - Хорошо. У меня вообще-то тоже есть подарок для тебя. Ничего особенного я не успела придумать, - Марина залезла в сумку и выудила подарочный сертификат в глянцевом конверте, - купишь что-нибудь себе или в дом. - Спасибо! Как раз собирался заехать в магазин. Хотя вряд ли народ что-то оставил на прилавках, - он ухмыльнулся. - Ладно, пойду переоденусь и побегу! Детей поцелуй. - Беги, беги. Нарочинская проводила мужчину взглядом с легкой грустью в глазах и устроилась на диване с тягостными мыслями о том, как многое изменилось у них в семье и в их окружении за последний год. Когда зав отделения открыла глаза, за окном было еще светло, а на мобильном высветилось с десяток сообщений. Большинство - в чате с подругами, Ниной, Верой и Юлей. Они поздравляли друг друга с Новым годом и обсуждали, кто что планирует делать в выходные дни, которые, к сожалению, в коллективе не совпадали. Было голосовое сообщение и от Романа Валерьевича. Ира тут же нажала на воспроизведение. "С Новым годом, дорогая Ирина Алексеевна! Извини, что только ответил, был в командировке. Квартира на видео просто огонь! Очень красивый интерьер. Если бы не знал, что ты один из лучших хирургов города, предложил бы тебе уйти в дизайнеры. Я был очень рад помочь в твоей истории с сыном. Конечно, не стоило продавать тебе свою квартиру, надо было сразу обратиться ко мне. Но то, что мы смогли с тобой так провернуть это дело даже спустя время, это успех! Мужу привет и поздравления с Новым годом! Нужна будет консультация, звони!" Ира улыбнулась и написала юристу ответное сообщение с поздравлениями и благодарностью. Следом, вспомнив как раз про мужа, зав отделения поспешила записать ему голосовое. - Привет. Слушай, я тут подумала, что все-таки хочу развестись. Стоило ей закончить, как сообщение тут же было отмечено как прослушанное, но ответа не поступило. Вместо этого спустя пару минут в дверь раздался звонок, потом еще один, поднимая ее с кровати. Шагая босиком по теплому темному паркету, она с любовью в очередной раз осматривала стены и мебель. Все было идеально. - Привет, жена, - нервно разулыбался Брагин, ставя сумки на пол. - Ты чего так долго не открывала? И что это за "я хочу развестись"?! - Про развод шутка. Ты бы еще попозже приехал, - томным голосом ответила Ира. - А не открывала, потому что спала. - Это правильно, - ухмыльнулся врач, оставляя пуховик и обувь в гардеробе. - Потому что в ближайшее время тебе это не светит. Подхватывая ее за бедра, Олег забрасывает ее на свое плечо и тащит в спальню под ее неискренние крики сопротивления и протеста. - Прекрати! Хватит! - смеется она, но все ее просьбы тщетны. Он кладет ее на кровать и не дает ей опомниться, сразу задирает сорочку и тут же принимается за дело. - Развода она захотела! Еще чего! - его руки впиваются в ее талию, а губы - ниже. - Олег! - ей щекотно и приятно одновременно, желание вспыхивает и тянет низ живота. - Ты разве не хочешь поздравить меня с Новым годом? - она дергается от слишком уж точных его движений языком. - Рассказать, как там дети? - резкий вдох врывается в горло, но тут Брагин останавливается и встает у кровати, не закончив начатое. Его выражение лица надменное и строгое, а она с разочарованием глядит на него снизу вверх. - Если хотела поговорить, могла бы одеться для приличия. А не встречать меня полуголая с ненасытным взглядом. Стянув свитер и брюки, он отбросил их к полотенцу на кресло и вышел из спальни. В ванной послышался шум воды и Ира, весь прошедший год воплощая в жизнь свои фантазии, решила не останавливаться на достигнутом. Запах сандала и геля для душа пробрались в ее легкие, когда она встала в дверях и бессовестно принялась рассматривать мужа со спины. Не снимая сорочки, она забралась в ванную позади стоящего под душем Брагина, и только редкие капли падали на ее тело. Ее пальцы медленно проходятся по его лопаткам и позвонкам, когда он в пол оборота головы наблюдает за ее действиями через зеркало на стене. Спускаясь ниже, ее ладони устремляются вперед и очерчивают линию его паха. Нежные прикосновения становятся настойчивее, заставляют твердеть и дышать глубже, пока мягкие губы утыкаются в его плечо и проходятся по нему мокрым поцелуем. У Брагина появляется лишь одна потребность - развернуться и заняться с женой любовью так, чтобы она даже не могла дойти до спальни. Но места слишком мало, и Олег жалеет, что в начале ремонта не настоял на обычном душе вместо полноценной ванной, в которой так любила нежиться по вечерам экс-Павлова. - Ты мне не дашь помыться? - с хрипотцой в голосе спрашивает Олег, теряя разум от двигающейся по его длине ладони. - Я дам тебе все, что ты захочешь, - вожделенно шепчет она. - Я на тебя плохо влияю, - он ухмыляется и дергается от возбуждения. - Вот сейчас тебе лучше остановиться. - Иначе что? - ее рука замирает, только чтобы подразнить его медлительностью. Он напрягает бедра, всячески пытаясь отвлечься, но не помогает ровным счетом ничего. Их отражение в зеркале развратное и сжигающее все живое дотла. - Ты думаешь, что это очень весело? - она с особенной ожесточенностью убыстряется. - Брать меня тогда, когда тебе этого хочется. Даже на работе. Проявлять свое собственничество, не имея ни одного повода для ревности, - Олег почти перестает распознавать смысл ее слов, все его мысли сосредоточены только на ее руке. - Упрекать меня в том, что я тебя соблазняю, хотя сам ни дня не можешь выдержать без того, чтобы не прикоснуться ко мне. - Ира... - он чувствует, что вот-вот взорвется в ее ладони. - Возбуждать меня и бросать одну. Это очень весело?! Брагина резко обрывает свои пытки, не давая ему кончить, и оставляет его в покое, отступая на шаг назад. Он неистово рычит, заходясь в учащенном дыхании, когда она быстро вылезает из ванной и вытирает руки о полотенце. Их взгляды встречаются в зеркале, и заведующая понимает, что ей несдобровать. Он выключает кран, разворачивается и вылезает следом за ней, когда она вылетает из ванной и зачем-то бежит в зону кухни, натыкаясь на обеденный стол и не зная, куда себя деть. Полностью мокрый, оставляя за собой воду на полу, он надвигается на нее с хищным прищуром. Вена на ее шее пульсирует от учащенного сердцебиения, а глаза сверкают от дерзости и волнения. Как зверь перед прыжком, он выжидает секунду, а после настигает ее в два шага. Ей некуда отступить, и ягодицы больно упираются в столешницу от его напора. Он хватает ее за талию, усаживает на стол под звон стоящих на нем фужеров и рьяно задирает край черного атласа, тут же вторгаясь в нее. Ее ногти впиваются в его плечи, она хочет что-то сказать, но его рот тут же затыкает ее горячим поцелуем, а толчки становятся быстрее. Ира разнимает хватку, и Брагин осторожно укладывает ее на стол, придвигая за бедра ближе к себе и погружаясь глубже. Блондинка нарочно сбрасывает со стола бокалы, что тут же разбиваются об пол под ее стоны. - Осторожнее нельзя? - он приподнимает уголки губ, видя, как Ира выгибается над столом. - Мне можно, - она открывает глаза, громко вдыхая, - у меня биполярное расстройство. - Было год назад, - он проводит рукой по ее оголенной шее и касается груди, спрятанной под тонкой тканью. - Хорошо... - Ира закусывает губу под его идеальный ритм. - Очень хорошо... Он переплетает их пальцы, ощущая касание золота на ее безымянном пальце правой руки, и усмиряет свое звериное начало, чувственнее проникая в нее и лаская ее тело руками. Ира напрягается от накатывающей волны и не может больше сдерживать себя, шумно вбирая воздух ртом и дрожа от страсти. Видя ее, достигшую высшей точки, Олег зажмуривается, прислоняясь к ее телу, и полностью опустошает себя в ее принимающем его влагу огне. Ее ладони прижимают его голову к груди, и оба пытаются прийти в себя после своих страстных разборок. Наконец Олег находит в себе силы, чтобы оторваться от нее и, подсаживая на себя, поднимает ее со стола и проносит через гостиную в спальню. Он осторожно опускает Иру на кровать, будто только что не имел ее самым жестким образом на кухонном столе. - Ириш, - Олег ложится рядом и отводит от ее лица прядь волос, не переставая думать о ее словах, которые здорово его отрезвили. - М-м? - она касается его губ подушечками пальцев и тянется за поцелуем, перенимая инициативу и забираясь на него сверху. Ее волосы падают на его лицо, но он не может до конца наслаждаться ее близостью сейчас. - Сколько раз так было? - Что было? - она дразнит его губами, но останавливается из-за его серьезного вида. - Что? - Ты сказала в ванной, что я беру тебя всегда, когда хочу я. Но, видимо, не ты... - Никогда такого не было. Мне просто нравится тебя бесить. - Точно? - Ты бы почувствовал, если бы между нами было что-то не так. - Хорошо... - он неуверенно улыбается, всматриваясь в ее честные глаза. - Но в остальном все так: ты эгоист и собственник с извращенными фантазиями, - Брагина целует его в кончик носа, млея от его довольного вида. - С Новым годом, любимый. - С Новым годом, любимая. Значит, пока что я прощен? И никакого развода? - Если пообещаешь, что каждый Новый год будешь рядом, как сегодня. - Обещаю, - он гладит ее по спине, нежно целуя. - Твой подарок, кстати, в брюках. - Но ты уже давно голый и подо мной. - И у кого еще из нас извращенные фантазии? Заведующая качает головой и поднимается с его тела и с постели, пока он встает и одевается в домашнюю футболку и штаны. Нащупав в кармане коробку, она возвращается к Олегу, и тот садится ближе к ней, забирая из ее рук футляр. Ее начинает бить дрожь, потому что она точно знает, что там скрывается. - Десять лет назад я пытался сделать тебе предложение. Тогда я занял денег у всех коллег, чтобы купить кольцо, достойное тебя, - врач открыл коробочку, подставляя свету овальный бриллиант. - Представляешь, я совсем забыл про то, что Куликов хранит его у себя. Юлька случайно нашла в его вещах, когда разбиралась. Ира протянула дрожащую ладонь хирургу, и он с трепетом надел повыше ее обручального кольца второе. - Это точно не сон? - она подняла на него глаза, не в силах трезво мыслить. - Какая нам теперь разница? Мы вместе во всех Вселенных, я уверен. Ира улыбнулась и с любовью посмотрела на мужа. Наконец-то все было правильно. Все было так, как должно было быть еще десять лет назад. - Стол мы, кстати, отличный купили на кухню. Массив дерева не подвел. Брагина засмеялась на его игривый, хитрый взгляд и приподнятую бровь. - У тебя миссия такая, да? Ублажать меня на всех столах, которые тебе попадаются. - Да. Ну в кабинете Зименской мы пока ничем таким не занимались. Хотя ее длинный стол явно же не для переговоров. - Оставь им с Пастуховым эту территорию. У тебя свой в моем кабинете. - Ты думаешь, у них все так же запущено, как у нас? - Не думаю. Они все же успели поубавить темперамент за десять лет. Но вряд ли Катя с Лизой дают им дома разгуляться. Так что пусть останется тайной то, о чем молчит Склифосовский. Розовые кустовые розы, вперемешку с белой эустомой и эвкалиптом украшают ребристую прозрачную вазу на одном из парных журнальных столиков в гостиной. Здесь же стоят несколько совместных фотографий Олега и Иры, в том числе из их поездки в Сочи. Видеть ее сияющую улыбку от неожиданной для нее доставки цветов. Чувствовать запах ее шампуня после того, как она приняла душ. Смотреть, как она хмурится, уплывая в свое прошлое или наоборот строя планы на будущее. Этот список самых любимых моментов, связанных с Ирой, Олег мог продолжать до бесконечности. Но самым нужным наравне с воздухом было обнимать ее. Зарываться в золотой шелк руками, сжимая, перебирая и пропуская между пальцев гладкие пряди. И в объятии этом понимать, что она держится за него, не потому что хочет прикоснуться или согреться, а потому что в нем она видит свою единственную защиту и спасение. Несмотря на то что именно постель прочно объединила их спустя столько лет, и Павлова, и Брагин нуждались именно в присутствии друг друга, а не просто в физиологической разрядке. Ни выяснение отношений, ни долгие разговоры по душам не давали им того, что давали длительные взгляды и частые прикосновения. Сидя на просторном диване в первый день Нового года и обнимая экс-Павлову одной рукой, Брагин даже не понимал, о чем был фильм, который они решили посмотреть. И хотя название "Между нами горы", как и звездный актерский состав обещали интересный сюжет, вникать получалось только первые пять минут, а потом он вновь переключился на сидящую рядом заведующую. От нее так чертовски хорошо и притягательно пахло, что это все, на чем концентрировался его мозг. Нет, еще, конечно, на ее руках. Олег то и дело переплетал их пальцы, поглаживал выступающие косточки и сжимал теплые, слегка сухие ладони. В то время как на экране где-то в заснеженных горах самолет потерпел крушение, и в живых каким-то чудом остались двое, они же единственные пассажиры, которых играли Кейт Уинслет и Идрис Эльба. - Если бы со мной что-то случилось... - Ира повела головой в сторону телевизора напротив, - ты бы тоже за мной ухаживал? - А ты сама как думаешь? - Действительно, чего я спрашиваю, - Брагина фыркнула, вспоминая, как Олег выхаживал ее после автокатастрофы. Он зарылся пятерней в ее до безумия приятные на ощупь локоны, притянул к себе ее голову, целуя в волосы, а потом тихо проговорил, лаская губами висок. - Я всегда буду с тобой. Я всегда буду любить тебя и заботиться о тебе. Ира посмотрела на него затуманенным розовым дымом взглядом. Судя по всему, ей тоже было не до фильма. Олег считал все ее желания на губах и медленно поцеловал, склонившись. На вкус она все еще была как малина в молочном шоколаде. Теперь это был ее любимый десерт, а Брагин в свою очередь одуревал от ее сладких поцелуев после. Он с трудом оторвался от ее рта и с максимально наигранным, равнодушным видом продолжил смотреть кино. - Интересно, они переспят? - Ты хотел спросить, на какой день они переспят? - хихикнула Ира, закидывая ноги на диван и прислоняясь спиной к широкой груди Брагина. Он крепко обхватил ее в кольцо своих рук, тесно прижимая к себе и внутренне негодуя, что теперь легкий доступ к манящим губам закрыт. Но это было так неважно по сравнению с тем, что в его объятиях лежала женщина, которую он столько лет мечтал обнимать. На секунду Ире стало дико страшно от той мысли, как бы все было, если бы Олег все-таки навсегда ушел из Склифа после их расставания. Не видеть его каждый день, любить его и при этом не иметь никакой возможности увидеть хотя бы на миг. Наверное, она бы просто выжила из ума. И в этот раз окончательно и бесповоротно. Брагин тоже думал об этом не раз, но одно он знал точно. Даже если бы Ира отвергла все личные отношения между ними, он бы всегда стремился проводить с ней как можно больше времени. И он стал бы для нее всем остальным, разве что не судьбою. От этих мыслей обоих оторвал звонок его мобильного, что весь день смирно молчал, как и телефон заведующей. На экране загорелась фамилия НАРОЧИНСКАЯ, и это тут же привлекло внимание Иры. От нарастающей тревоги она инстинктивно подалась назад, вжимаясь в Олега. Но Брагин лишь вытянул шею, посмотрел на экран телефона поверх макушки жены и вернулся в исходное положение, утыкаясь в ее волосы. - Можешь ответить? Не хочу тебя отпускать, - он зарылся руками в ее одежду. Ира дотянулась до смартфона и приняла звонок, удовлетворенная таким положением дел. - Да, Марина Владимировна. И Вас с Новым годом! Да. Что? Какой номер в отеле? Брагина отняла телефон от уха и резко села на диване, вырываясь из объятий мужчины. - Марина спрашивает, на какие даты ты снял номер в отеле, - она пытается не трястись, но ничего не выходит, и все внутри бьется в панике. - с 10 на 11 января вроде. Пусть посмотрит подтверждение у себя на почте, ей все должно было прийти. - Да, - Ира возвращается к разговору. - Ну да, сами слышали. Да не за что. И Нину тоже поздравьте. Всего хорошего. Заведующая кладет телефон обратно на журнальный стол, чувствуя, что Олег наблюдает за ее движениями. Но она не может сохранять хладнокровие и делать вид, что все в порядке. Зачем ему понадобилось снимать номер в отеле? Ира резко встает, но Брагин тут же хватает ее за запястье и возвращает к себе. - Спокойно, - он дотрагивается до ее щеки, но она отдергивает голову. - Это просто подарок для матери моих детей. Ну и для Нинки, если честно. Так бы она не приняла, а с Нарочинской точно поедет. - Ладно, - Ира смотрит на экран телевизора, но все никак не может подавить мерзкое чувство. - Почему тебе все время кажется, что я могу уйти? - Потому что ты можешь, - голос блондинки срывается. - Я точно не первая и думаю, что вряд ли последняя. Экс-Павлова прожигает врача взглядом, но он не спешит что-либо отрицать и отпускает ее запястье. - Что? - Ира не отводит глаза, когда Брагин скрещивает руки на груди. - Думаю, как выбить тебе эту дурь из головы, - жестко говорит Олег. - Слова же для тебя ничего не значат. Как, видимо, и наше свидетельство о браке. Ну и моей любви ты не чувствуешь, раз говоришь такие вещи. Я бы сто раз понял и согласился с такими словами, если бы их произнес кто угодно, но не ты. Ты, кого я люблю больше на свете, за кого боюсь до смерти. Наши отношения длятся десять лет, и ты уверена, что я могу уйти? - Не десять… - Ира успокаивается от доводов мужа. - Нет, дорогая моя, десять. То, что мы не жили вместе или не спали в одной постели, не значит ничего. С момента, как ты пришла в Склиф, ты могла в любой миг вернуть меня себе, как и я тебя. Просто не дал нам бог ума, зато наделил мазохисткими качествами. Нам нравилось мучаться в жизни, а любить и иметь друг друга только в переглядках. Брагина облокотилась на колени и тяжело вздохнула. Ее вид и вся ситуация подавили хирурга, и тот придвинулся к ней, дотрагиваясь до ее спины. - Никуда я от тебя не денусь, маленькая моя. Даже если будешь гнать от себя палками, ничего не выйдет. Однажды ты меня, как выброшенного на помойку кота, привела к себе домой, накормила, обогрела, полюбила. И все. С тех пор у меня только одна хозяйка. Только ты имеешь на меня все права. Ну и меня тоже имеешь. Не без этого… - ухмыляется Олег. - Я постараюсь справиться со своей ревностью, - обещает заведующая. - Не надо. Мне все нравится. Этот год был великолепным благодаря тебе. - Подхалим, - Ира подавляет смешок и вздыхает. - Хорошо. Буду ревновать, раз тебе так нравится. - Совсем чуть-чуть и редко, - он хватает ее за талию и тащит к себе, щекоча, от чего она смеется и смущается, когда его рука оказывается под ее футболкой, вызывая на теле мурашки. - Я схожу по тебе с ума. Все еще. Не могу устоять перед твоей хрупкостью и податливостью. Зав отделения довольно и как-то лукаво смотрит на врача, убирает от себя его руку и останавливает фильм. - Откроешь шампанское? Я утром в холодильник убирала. - Хочешь я тут накрою, - он указывает глазами на парные журнальные столики. - Роллы тоже вот-вот должны привезти. Он сверяется с приложением доставки в телефоне. - Давай. Я скоро. Ира удалилась в ванную, а оттуда - прямиком в спальню, закрывая двери и не вызывая у хирурга никаких подозрений. Расставив на столике посуду и фужеры, Олег забрал доставку, зажег свечи в приглушенном свете и красиво разложил все для их ужина и дальнейшего просмотра фильма. Однако мысли не оставляли его сознание. Он ненавидел себя и свое прошлое за то, что теперь Ира так себя чувствовала. Что была не уверена в их завтра, в их навсегда. - Ну где ты там, жена?! - зовет Олег как можно нежнее. - Я умираю с голоду! И уже скучаю по тебе! Брагина раскрывает двери и встает на пороге, улыбаясь уюту вечера и ставшему родным мужчине. Он бросает на нее взгляд и кашляет от ее вида: она опирается на дверной косяк и скрещивает стройные ноги. А из одежды на ней лишь чувственное черное боди из тюля и кружева, которое только делает вид, что прикрывает хоть что-то. - Ну как? Идет? - Ира хлопает накрашенными ресницами и приказывает, - Алиса, включи Loby "1126". - Очень красиво, - тупо отвечает Олег, сглатывая. - А ты сомневаешься? - Будто качество не очень. Хочешь потрогать? Она вплотную подходит, берет его ладонь и кладет на сеточку на груди. - Приятно, - врач позволяет другой ладони накрыть ее вторую грудь и проводит пальцами по оголенным плечам, задевая лямки. - Ну хорошо... Блондинка развернулась и взяла со столика фужер. Если спереди кружевные узоры создавали хоть какую-то видимость белья, то сзади прозрачная черная ткань не скрывала ничего. А кружева только обрамляли наполовину прикрытые ягодицы. - Легко случайно порвать, - Брагин жадно изучает ее тело и, чокаясь с женой, осушает бокал до дна. Именно про это он говорил сегодня: она стоит напротив него с невинным видом, а он бездействует, но их взгляды давно заняты делом, сближая их, заставляя стонать, кричать и трахать друг друга до безумия. Румянец на щеках блондинки становится очевиднее, когда она неожиданно берет подушку с дивана и кидает ее на пол, опускаясь на колени между ног Олега. - Что ты делаешь? - он хмурится и дергается от ее прикосновения. Ее руки скользят по возбуждению мужчины и хватаются за край штанов, стягивая их вниз. Он знал, что Ира любит, хоть никогда и не говорит об этом, когда он ласкает ее там. Но сама она никогда не проявляла такой инициативы, и мужчина это спокойно принимал, ведь для кого-то это могло быть сродни унижению. Она поднимает на него глаза, но в них больше нет смущения, они горят игристым огнем и готовы сжечь Брагина до основания. Она поглаживает его и раскрывает губы, едва касаясь конца и наблюдая за реакцией мужа. Он не понимает, как это возможно, но все его нутро горит, и он до боли сжимает челюсти, когда она обхватывает его влажными губами и продвигается дальше, после возвращаясь назад. Ему слишком хорошо и слишком плохо одновременно, в висках и паху пульсирует желание, а она повторяет свое действие, понимая, что подчиняет его тем самым себе. И он фактически готов в этот миг сделать что угодно для нее. Однако Олег не может больше этого выносить. Она не должна стоят перед ним на коленях. Не должна его просить. Он и так просрал все, что мог в этой жизни. Он стягивает с себя футболку, поднимает Иру за подмышки и толкает ее к дивану. - Сумасшедшая, - он впивается в ее рот губами и целует горячо и влажно. - Бешеная. - Что? - Ира задыхается, в ее зеленых глазах сверкает пламя свечей. - Иди ко мне. Брагин тащит ее на себя, целует, посасывая и закусывая ее нежную кожу на шее и груди. Тоненькие лямки боди впиваются в ее плечи, оставляя красные полосы, а сам он никак не может добраться до нее, тычась в нежную ткань и невероятно ее этим заводя. - Твою мать, Брагина... - он рычит, потому что мозг отключен полностью, и Олег не соображает, как снять с нее белье. Ему критически нужна она, в нее. Быстро и горячо. - Просто порви, - ее всю трясет от откровенности. Она знает, что наступит еще момент, когда она доведет начатое сегодня до конца, но пока Ира готова играть по другим правилам. Его руки берутся за кружево, и оно характерно трещит, расходясь в разные стороны. Это сводит обоих с ума, и он готов поклясться, что взорвется, как только окажется в ней. Она помогает ему сбросить с себя остатки боди, но вместо того, чтобы наконец восстановить с ней связь, он облизывает два пальца и погружает их в нее. Ира держится крепкой хваткой за его плечи и отбрасывает назад волосы. - Ну же, Ирина Алексеевна, - Олег пристально смотрит на то, как тяжело она дышит. Женщина сжимает бедра и качает головой, удерживая его руку своей и заставляя остановиться. Его ладони обнимают ее за талию, когда она забирает его в себя под его судорожный вздох. Она чувствует, что он на грани. К которой она его подвела. - Не забывайте дышать, Олег Михалыч, - шепчет Брагина раскаленным голосом около его уха и начинает двигаться. От врача исходит жар, когда она выгибается, сжимается, приподнимается, опускается и стонет, облизывая губы. Он до боли впивается пальцами в ее кожу, вбиваясь все глубже и пока не предполагая, что на ее плече и руке останутся неявные синяки, о которых потом будут спрашивать их друзья в Склифе. Заведующая будет краснеть, вспоминая это первое января, а Брагину останется уходить от ответов и ждать вечера, чтобы заняться любовью с женой, которой больше не нужны ни записи в диктофоне, ни иллюзорный мир воображения.