All Might

      Ты ведь ощущаешь, как меркнет в твоей измождённой груди светоч пламени, блики которого ты так рьяно, но в то же время бережно стараешься сохранить, чтобы как можно дальше протянуть свою извилистую линию жизни рядом с его широкой и сияющей тропой?       Конечно же, ощущаешь, и с каждым днём всё острее, вместе с этим замерзая изнутри, но не допуская даже малейшего шанса выдать себя и стать причиной его беспокойства.       Тебе до сих пор кажется, что все твои проблемы уже ничто по сравнению с одним только существованием этого курносого мальчика с веснушками, при виде тебя улыбающегося во весь рот.       Ты же его герой, Всесильный, не так ли?       Ты же его учитель, невольно ставящий его на голову выше остальных учеников.       Непозволительно, это непозволительно, ты снова делаешь всё, чтобы в очередной раз стать самым бестолковым учителем в мире, который не в силах воспитать достойного преемника. Или же дело в самом преемнике, Всесильный?       Или же дело изначально было только в нём, в обычном бездарном мальчишке, который незаметно для тебя самого прокрался в самое нутро, засев в нём ноющей занозой, которую без подручных средств уже не вытащить?       Ты теряешь хватку, Тошинори.       Ведь именно так он начинает называть тебя, узнав до последней детали всё твоё мрачное прошлое, скудное настоящее и беспросветное будущее, которого на самом-то деле и нет вовсе?       Ведь он начинает называть тебя так именно потому, что для него ты уже не всесильный, Яги?       О, ты даже не задумывался об этом, не правда ли?       Ты думал, что ему уже просто неудобно обходиться этими никому ненужными формальностями?       Глупый, глупый Тошинори.       Ты бессильно тянешь руки вслед этому юному и непокорному мальчишке, который скорее расшибётся в лепёшку, чем послушается твоего совета.       Ты же понимаешь, кого ты видишь, глядя на его удаляющуюся мускулистую спину, обтянутую нелепым геройским костюмом?       Признайся, Яги, ты видишь себя в его возрасте, помешанного на чёртовом чувстве справедливости и высокопарных словах о широкой улыбке, внушающей доверие оказавшимся в смертельной опасности.       Ох, Всесильный, дело изначально было только в нём, в бесконечно рыдающем по любому поводу Мидории Изуку, в котором ты разглядел крепкий росток фанатизма и слепого преклонения перед идолом.       Ты действительно до сих пор думаешь, что тот восторженный мальчик с потупленным взглядом был тем, кого ты так долго и безуспешно искал?       И в твою испещрённую миллионами мыслей голову не закрадывается сомнение, что главный выбор в твоей жизни был сделан неверно?       Бессильный.       Ведь так тебя теперь называют, Яги?       Ведь именно ты в один миг оказался объектом насмешек и презрения миллионов людей, которых ты защищал ценой своей собственной жизни?       Вот оборотная сторона твоей медали за геройство, Тошинори.       И ты знал, что рано или поздно это произойдёт.       Но вот только ты не учёл одного, Тошинори.       Что и твои ноги способны сами нести тебя вперёд навстречу неотвратимой катастрофе.       Что и ты, будучи сломленным и напрочь лишённым былых сил, не дашь ему попасть под перекрёстную атаку.       Что именно ты высвободишь последние крупицы пламени, поддерживающего жизнь в твоём костлявом теле, чтобы твой мальчик в последний раз увидел перед собой широкую и мощную спину уже позабытого всеми героя.       Что именно он услышит последние слова Всесильного, которые как никогда будут сквозить твёрдой уверенностью в победе и неподдельной искренностью в чувствах.       «Всё хорошо. Почему? Потому что я уже здесь».