Те кто остались в кадре

Забежав в свою мастерскую, Генри Эмили быстро спрятался за один из стеллажей с железками, шурупами и всякими разными инженерными приспособлениями, стараясь не сильно смеяться держа тот самый полароид в руках. Идея сфотографировать Уильяма держащего малышку Хариссов, было конечно спонтанной, но ему показалось отличной идеей запечатлеть момент того как его друг, впервые за пять лет, тепло относиться к ребенку, это было странно ново и совсем не похоже на его старого друга. — Генри! — Крикнул Афтон, тоже забежав в его мастерскую, его лицо было все таким же, смущенным, злым и неловким, он и сам понимал что то, что вызывает этот ребенок в нем, было новым для него, но уж точно не хотел, чтобы это было заснято на камеру. Проходя мимо стеллажей, Афтон огляделся, мастерская Эмили была не такой как его, тут царил пусть и беспорядок но какой никакой порядок был, наверное все из-за того, что его давний друг живёт с девушкой, которая ещё в университете была крайне чистоплотной, и даже его умудрялась строить как солдата в армии, что совсем неудивительно учитывая каким был тесть Генри. Викторию он предпочитает обходить стороной, слишком уж сложная для понимания женщина, или же, она слишком напоминает ему себя, ведь Афтон и сам помешан на порядке, но отнюдь не в мастерской. Следя взглядом за фигурой друга, Генри осторожно попытался выйти, но случайно уронил высоченную полку с деталями экзоскелетов, из-за чего, множество пластиковых глаз покатились по полу как маленькие мячики, создавая много шума и больше беспорядка чем было изначально. На этот звук Уильям обернулся и обнаружил своего друга застуканным там между железных стеллажей с хламом, и с той несчастной фотокамерой в руках. — Генри. Складывая руки на груди, все еще злым, но пока сдержанным голосом наконец поприветствовал его Афтон, пытаясь найти в этих глазах хоть долю совести за совершенное преступление против его репутации в пиццерии. — Уилл. С глазами как у провинившегося щеночка, мистер Эмили поставил камеру на стеллаж, словно не он её держал секунду назад. Их молчаливые гляделки длились ровно до того как, как не шелохнулись двери мастерской. — Аа.гу! — Оба мужчины повернулись на маленькое коричневое пятно в дверях. — Ааалу! — Это была Элли, что гулила на полу при входе, явно жаждущая всеобщего внимания здешнего работающего персонала. — Малявка, ты как выбралась из манежа? — В непонимании спросил Уильям, он же точно помнил что поставил ребенка обратно в манеж, так кто же ее выпустил? Ответа долго ждать не пришлось, так как заглядывая из-за края двери в мастерскую, там оказался пятилетняя копия Афтона старшего. — Майк, — Спокойно подытожил Генри встречаясь взглядом с Уильямом, а после вновь смотря на юнца. — ты что-то хотел? — Да… — Малыш кивнул. — пап, — Майкл огляделся смотря на отца. — там мама пришла, тебя искала. На это Уильям лишь закатил глаза, что сразу дало понять всем присутствующим, как же он «рад» что его «любимая» супруга пришла в пиццерию, и если обычно это должно вызывать радость и восторг, то у него это вызывает скорее желание закрыться в аниматронике и никогда из него не вылезать. Лишь бы не видеть эту ужасную женщину. — Игу, — Лишь отозвался он, а после выдохнул подходя к детям ближе. — а эту, — Беря Элли на руки он кивнул на девочку. — кто выпустил из манежа? Афтон младший лишь стыдливо засмущался. Не хотелось ему признаваться в том что произошло пару минут назад в игровой комнате. — Она…это… — Малыш неуверенно почесал свой затылок разлахматив и без того непослушные волосы. — Что? — Выгнув бровь продолжал давить Афтон старший, что прекрасно видел, как его сын не знает что сказать. — Она…ну…кубиком мне в голову попала.вот… — Ответил ребенок смотря на младенца в руках отца, что смотрела на Майка веселыми глазками. Уильям задумался. Полугодовая девочка, стукнула по лбу его, судя по всему, нелепому случаю сына женщины что он зовет женой. То что это был и его сын тоже он предпочитал не думать. Иначе это было бы равносильно признанию в том, что он такой же неудачник.

***

Клара Афтон, высокая, худая и одетая в роскошное зеленое платье, стояла напротив стойки администратора, и мягко и мило болтала с Маргарет Харрис, ведь было приятно получать комплименты от другой женщины, что и сама имеет прекрасный вкус в макияже. — А эти глаза, — Мэг приложила руки к сердцу. — Клара, я просто клянусь вам первой зарплатой, они словно два драгоценных изумруда мм~ — Протянула она делая комплименты насыщенно зелёным глазам миссис Афтон, что в свете неоновых вывесок и огней пиццерии, казалось куда более ярче чем было на самом деле. — Спасибо Мэгги, приятно услышать хоть долю комплиментов, а то в последнее время, комплименты мне делает только мой гинеколог. — Поблагодарила она Маргарет поглаживая свой выпирающий из-под платья беременный животик. — Клара? Серьезно? — Спросил Уильям держа на руках маленькую Элли а на шее Майкла, мальчишка помахал маме, хотел было спросить, а кто такие собственно говоря гинеколог, но владелец пиццерии продолжил, не давая и слова вставить детям. Его не устраивало что эта женщина совсем уж не ценила их совместную жизнь. — Тебе мало того что я для тебя делаю? «Изабелла бы никогда такого не сказала» Подумал он, слишком крепко сжав материал комбинезона Элли. Маргарет перевела взгляд с супругов Афтонов на свою дочь, что была улыбчивая, и кажется чувствовала себя королевой в руках босса её родителей, не обращая внимания, что атмосфера резко перестала быть такой уж дружелюбной. Она решила забрать малышку, пока эта светская беседа не переросла в сугубо супружескую. — Ну, ты мог бы делать больше, если бы хотел Билл, — Ответила она мягко, но с цитрусовой ноткой в своем голосе. Ее глаза следили за тем как чужой ребенок улыбалась в его руках, она выгнула бровь. — а что, в вашей пиццерии нет нянь чтобы смотреть за детьми, что владельцем приходится подрабатывать сиделками? Уильям нахмурился сузив свои глаза, если бы он мог, он бы давно испепелил бы её до тла. Но не мог. От части, но любил ту часть её что отвечала за внешность, что стала с годами лучше и почти такой же как у Изабеллы. Да и в целом Клара была неплохая во многих вещах в том числе и в постели, а пока что ничего иного ему было и не нужно, в конце концов, красота это тоже статус, даже если иногда это красота выносит ему мозг.

***

Стоя в пробке на дороге, Уильям уже в пятый раз проклинал ту минуту когда на слова супруги «ты отвезешь меня в женскую консультацию? Или мне придется такси вызывать?» он пробурчал «сам отвезу, иди в машину». Клара, из-за того что ей нечего было делать, а так же из-за того, что она была вынуждена находится в машине со своим «любимым» мужем, была немного… стервой. — Уилл, — Начала она мягко, но тем не менее по Кларовски резко. — ты сегодня придешь ночевать домой? — Она даже не смотрела в его сторону, предпочитая пялится в окно на стоящие в пробке машины, не хотела чтобы её малую грусть хоть как-то было заметно. Она не признается, но от части, ценила их брак, пусть и понимала, что Уильям никогда её не любил. Он любил Изабель, и в отличие от других, когда девушки были еще похожи внешне, с лёгкостью понимал где Иза а где Клара, вторую это очень бесило, ведь он ей правда тогда нравился. — Не знаю, много работы, — Кратко ответил Афтон, тоже отвернув голову в сторону автомобильной двери. — тебе разве нечем там заняться? — О, поверь мне есть чем заняться в НАШЕМ доме, просто меня раздражают расспросы НАШЕГО сына, почему для тебя работа важнее семьи, и самого Майкла. Уильям повернул на неё голову, на коленях Клары была сумочка новой модели обшитая жемчугом, ручку которой она крепко держала, вероятнее всего пытаясь говорить спокойно. — Он так сказал? — Удивился он, и перевел обратно взгляд вперед на дорогу, пробка пока что не собиралась рассасываться, как и совсем летний проливной дождь. В автомобиле повисла гнетущая тишина нарушаемая лишь стуком капель дождя. Каждый думал о своем, но примерно о том же. Спустя некоторое время размышлений, слова Уильяма постепенно долетали до Клары через густой туман воспоминаний. — Клара! — Голос Уильяма был раздраженный, что уже в третий раз повторил одно и то же, так и не добившись ответа от своей жены. — Что? — Резко ответила женщина, сузив светлые блондинистые брови. — Ты о чем черт возьми думаешь Клара? Двадцать минут смотришь в одну точку не моргая как какой-то дурацкий призрак. — Я тоже самое могу спросить про то, что так долго можно делать в твоей дурацкой мастерской, — Ответила она ему поправив прическу и переводя взгляд на лобовое стекло. — в которой, между прочем, не мешало бы навести порядок, — Ее уже было не остановить, накопленное за время его отсутствия мысли так и неслись из неё неистовым потоком упреков, что казалось совсем не оставляли и места для вдоха. — совсем развел бардак, мало тебе гаража дома, так ты ещё и на ра… — Хватит. — Без крика, но холодно, резко и громко произнес Афтон, просто вцепившись в руль своей машины пытаясь хоть как-то успокоится после слов супруги, которая совсем не интересует его работа и аниматроники. — я всего то спросил тебя, надо ли тебя забрать будет, а ты решила меня во всех грехах обвинить. «Изабель всегда нравилось слушать о моей работе.» Его мысли вновь вернулись к прекрасному образу призрака живущего в его голове и засевшей глубоко в его сердце.

***

Машина подъехала к женской консультации, и остановилась на парковке. Клара отстегнула ремень безопасности. В машине вновь повисла тишина сравнимая с ночной тишиной кладбища. Вот только на этом кладбище не было ничего кроме призраков прошлого по усопшей юности. Клара посмотрела на своего мужа, когда-то она смотрела на него совсем по другому, и опустив глаза на его руку мягко коснулась её своей. Почувствовав как Уильям напрягся только больше, она впервые не стала наседать, проглотила горький ком в горле, и как можно мягче попыталась сказать: — Нет, ну нужно меня забирать, я пойду к родителям, — Уильям посмотрел на неё, на его лице отразилась лишь понятная ему эмоция грусти, и …боли. — они давно уже ждут меня в гости, — Клара поцеловав его в щеку где остался отпечаток красной помады, она отстранилась открывая пассажирскую дверь машины выходя на свежий воздух. — спасибо, что подвез дорогой. На прощание, Уильям лишь поднял руку ладонью, словно говоря «пока», он был совершенно не здесь. Но внутри, что-то похолодело когда она развернулась спиной. Изабель ходила так же. Он был готов проклясть тот день когда предложил Кларе выйти за него. Но в тот момент, убитый горем и отчаянием после пьяной ночи с Кларой в день похорон Изабель, ему казалось женитьба на её сестре близнеце гениальной идеей. Двигатель машины вновь был заведен, а колеса повернулись в сторону выхода из парковки.

***

В женской консультации было тихо, спокойно и многолюдно, поправив свое платье, женщина прошла в холл, но повернув голову заметила их. Маргаритки. Белые. С желтым центром. Клара невольно вспомнила Изабель… Это была зима, девушки учились на втором курсе, и жили вместе в общежитии по советом родителей, но из-за разных курсов направлений заканчивали по времени по разному. Клара сидела в комнате, на своей кровати у окна за которым уже начинало темнеть, читала конспект пытаясь подготовится к вечерней лекции, на сковородке на плите жарились яйца и бекон на ужин, пока в кастрюльке рядом на соседней конфорке варилась курочка для Изабель. Девушка всегда следила за своей фигурой в отличии от сестры. — Клара! — Вбегая в комнату с разбега, открывая нараспашку дверь, Изабель прокричала так, что напугала сестру что сидела на своей кровати спокойно пару мгновений назад. Тетрадка в её руках дрогнула, а сама девушка злостно глянула на сестру за пережитый испуг. — Изабель! — Крикнула девушка убирая конспект в сторону вставая с кровати. — Ты чего врываешься как коллекторы к должникам? Что то случилось? Не смотря на свой первоначальный гнев, девушка была обеспокоена, Изабель никогда раньше не врывалась в их комнату, да и красные щеки с мороза, и напрочь мокрая от снега куртка доказывали что что-то случилось. Или кое кто загулял после семинара. — Ну… — Немного помявшись, но Изабель кивнула сияя улыбкой. — …да! — Из-за крика сестры ранее, девушка совсем не заметила в руках Изабель крошечный букет, где было всего несколько маргариток, неравных по длине. Белые лепестки немного подмерзли на концах, от чего стали чуть прозрачными, будто тонкие осколки стекла на свету. Серединки, тёплые, жёлтые, но приглушенные морозом немного блеклые. А между стеблями, тонкие ниточки инея, как серебристые жилки. Он держался плохо: кое-где лепестки мялись, где-то обломился стебелёк, но в целом выглядел удивительно живым для зимы простым, теплым, почти детским, учитывая свой маленький размер. А потом до студентки дошло. Маргаритки. Это чёртовы маргаритки с университетской клумбы. На которые её сестра смотрит каждое утро по дороге на лекции вот уже второй год. — Изабель, ты что, сорвала с клумбы университета цветы?! — Спросила Клара, искренне надеясь, что даже если это и так, то её никто не видел за этим занятием, потому что это было бы настоящим позором для них обеих. Клара знала что их родителям это совсем не понравится. А расстраивать родителей ей хотелось в последнюю очередь. Прижимая зимний букет маргариток к груди, Изабель отрицательно покачала головой, и мягко улыбнулась проходя во внутрь комнаты. — Нет, не я, — Ставя цветы в вазу из трёх бутылок отрицательно ответила студентка. — Билл~ — Кто? Одним голосом спросила девушка, надеясь что услышит не ту фамилию о которой думает уже полгода. — Уильям, — Клара выдохнула, пожалуй слишком шумно. — ну Уильям Афтон, я же тебе про него говорила Клар, — В глазах девушки было непонимание, неужели её сестра совсем забыла его? — С инженерного факультета. Всего-то полгода прошло с того инцидента с мячом и лавочкой, а Клара прекрасно понимала о ком идёт речь. Клара перевела взгляд на цветы на столе. Конечно она знала про кого говорит ее сестра, девушка надеялась, нет, верила что когда они с Изабель проходят мимо на свои курсы, он смотрит на неё, а не на ее сестру. В груди Клары что-то кольнуло от воспоминаний.

***

Проезжая мимо светофора, Уильям, ожидая сигнала, обратил свое внимание на растущие на клумбе цветы, но поняв что они выглядят как-то слишком уж знакомо вернул взгляд на них более детальнее. Это были они. Первые цветы с которых началось все. — Уильям! Боже мой, это же нарушение правил! — Крикнула от удивления и радости Изабель, прикрывая рот ладошками в голубых варежках, смотря на сорванные маргаритки в руках Афтона. — Ну, правила иногда можно нарушить, — Передавая ей цветы парень немного замялся но улыбнулся. — если это сделает кое кого дорогого очень счастливым. — Признался он, и сам немного засмущался, скрывая это за фразой: — и правда очень холодно. Изабель подбежала к нему и поцеловала в щеку, нежно, и осторожно, смущённо отводя взгляд на подаренные цветы. — Спасибо, Билл. Девушка сразу перешла на «ты», дабы обозначить их новые роли в жизни друг друга. Иза никогда не скрывала свои настоящие эмоции перед ним. Как на своей щеке танцовщица ощутила поцелуй, и смущённо с ъежилась в плечах голубой курточки. — И тебе… Иза. Уильям коснулся своей щеки, той что поцеловала Клара, и протер от красной помады своей супруги. Светло сливовая помада Изабель была куда привычнее. Роднее.