Часть 1

      Кроу уже давно сбился со счета, сколько раз он видел этот пейзаж.       Снежная пустошь, царящая на многие километры вокруг, и Мантл, темным пятном видневшийся вдали на фоне белой тундры. Поджав губы, Кловер твердо встречает его взгляд, полный решимости, как и всегда. Они медленно кружат друг вокруг друга, обнажив оружие, готовые к бою. Он знает, как все будет дальше происходить. Он уже слишком много раз проходил этот сценарий. Что бы он ни сделал, какой бы выбор ни принял в этой холодной тюрьме, как бы сильно ни старался переломить ход битвы, результат всегда будет одним и тем же. Предвестник внезапно пронзит грудь Кловера, вырывая у него последний предсмертный вздох. Мужчина упадет на колени, тщетно пытаясь закрыть рукой рану, из которой захлещет кровь, пачкая его руку и одежду. У Кроу скрутит живот, когда он поймает взгляд врага с веселым оскалом на лице. И услышит фразу, которую слышал много раз до этого, слово в слово, которая, словно нож, пронзит его и с каждым звуком только сильнее врезаясь в его сердце.       — Правда, похоже, словно это именно ты только что убил Кловера?       И он будет смотреть на покрытый кровью Предвестник, сглатывая подступившую к горлу ярость вперемешку со стыдом, как и много раз до этого.       Но только в этот раз все пошло по-другому. Наваливаясь всем весом своего тела на Кловера, он еще не понимал, что что-то в этой бесконечной спирали сдвинулось. Он и раньше предпринимал такие же попытки. Акты отчаяния, каждый из которых в конечном итоге заканчивался неудачей.       Но на этот раз это сработало.       И Предвестник не пронзил Кловера. И Кловер не упал на землю, а вокруг него на снегу не растеклась лужа крови. И чистые бирюзовые глаза не потухли.       Боль пронзила его тело. Кончик Предвестника, окрасившись в ярко-красный цвет, насмешливо маячит в центре его поля зрения. Секунды идут, он встречается взглядом с широко раскрывшим глаза Кловером. Было сюрреалистично видеть его сидевшим на снегу. Все в этот момент выглядело сюрреалистичным. Тем, что не должно было происходить, но все же он почувствовал удовлетворение, видя жизнь в этих глазах. Они не потухли, как это было бесчисленное количество раз до этого. Вместо этого они горели, даже если единственное, что он может в них увидеть, было ужасом.       Лезвие втянулось обратно. Он ощущал, как оно проходит сквозь его тело, и рефлекторно попытался зажать рукой открывшуюся рану. Тщетно. Струйки крови свободно стекали по его пальцам. Он упал на спину, чувствуя, как силы окончательно покидают его, предпринимая напрасные, слабые попытки вдохнуть побольше воздуха. Кловер кричал. Тириан смеялся. Но они звучали приглушенно, словно ему набили в уши ваты. Несмотря на пронизывающий холод, который окружал его, в груди он чувствовал жар. Голова кружилась. Ледяной воздух иголками колол легкие при каждом новом вдохе.       «Неужели Кловер чувствовал то же самое все те разы, когда был смертельно ранен?»       Над ним склонилась фигура. Он заставляет себя сфокусироваться. Кловер слабо касается его окровавленной руки.       — Кроу, — тихо произносит Кловер. Он впервые в жизни слышит, как голос аса срывается.       Кроу больно дышать.       Его слова не имели значения. Он понял это через эти болезненные повторения. И все же, видя страдание на лице Кловера, он пытается. Он должен что-то сказать, чтобы хотя бы попытаться облегчить страдания человека, даже если это не сработает. Даже если это бесполезно. Даже если во всем этом нет никакого смысла.       Поэтому он делает все возможное, чтобы сделать вдох, несмотря на боль, пронизывающую его насквозь, и выдавливает из себя слова.       — Присмотри за ними.       Кловер на мгновение закрывает глаза, все еще пытаясь сдержать слезы, грозящие вот-вот пролиться, и кивает.       — Сделаю. Клянусь, я так и сделаю.       У него не будет и шанса. Кроу продолжает, несмотря на это понимание.       — Спасибо тебе… За то, что остаешься рядом. За то, что ты стал мне другом.       За многое, что осталось невысказанным. Ему не нужно этого говорить. Кловер уже знает.       К своему большому удивлению, он чувствует умиротворение. В отличие от многих предыдущих случаев, он не одинок в свои последние минуты. Близкий ему человек провожает его.       Кловер снова произносит его имя срывающимся от горя голосом.       Мир вокруг него начинает темнеть, несмотря на начавшийся восход солнца.       Кроу только и думает о том, как утешить скорбящего.

***

      Как и в конце каждого предыдущего цикла, Кроу резко проснулся в своей постели. Тяжело дыша, он неуклюже попытался нащупать бутылку воды, которая стояла на полу около кровати. Наконец, найдя ее, он жадно присосался к горлышку. Это не заглушит фантомную боль и не смоет воспоминания о заплаканных глазах Кловера. Тем не менее, он пил воду, в глубине души желая заглушить душевную боль другим напитком, способным обжечь горло. Но он продолжит отказывать себе в этом лживом утешении, ведь мольбы его племянницы остановиться так же свежи в его памяти, как и тот день, когда все это началось. Он не вернется к выпивке, несмотря ни на что. Он не позволит себе снова стать обузой, несмотря на сильное желание утопиться в алкоголе.       Со вздохом он закрыл лицо рукой.       Он знает, что когда повернет голову, то увидит, что часы показывают то же время, что и десятки раз до этого.       Так и было.       Часы показывали три утра.