Часть 3: Магия... Да чёртова магия

Когда я открыла в себе способности к магии воды... точнее, к подчинению воды, местные маги почему-то отказывались называть себя магами. Они именовали себя покорителями стихий, подчёркивая, что это не магия. Что за дети? Магия есть магия. Точка. Так вот, я поставила себе цель — стать самым могущественным магом воды... в мире. Учитывая размеры Северного племени воды, тот факт, что Южное племя было уничтожено, и что магов воды больше нигде не осталось, моя задача уже не кажется такой амбициозной. Скорее наоборот… превзойти дикарей — это даже не вызов. Учиться я начала с двух лет, и к своему третьему дню рождения в этом мире добилась уже впечатляющих успехов. Я умела управлять водой и даже превращать её в лёд. Конечно, я изучила только стандартные приёмы, найденные в свитках библиотеки. Ничего невероятного там не было, что вполне логично — никто не станет хранить свои сильнейшие техники в свитках, доступных кому угодно. Любой сильный приём маг будет держать в секрете. Помимо прочитанных мной техник, я, разумеется, придумала свои и усовершенствовала существующие. Например, самым мощным и сложным найденным мной приёмом был "Водяной осьминог". Его суть в создании восьми щупалец, которыми маг управляет одновременно в бою. Я, конечно же, назвала этот приём "Тентакли"… Думаю, японцы бы пришли в восторг. Но я не только переименовывала техники — я их улучшала. Например, используя тентакли, я замораживала их концы, делая их острыми, что увеличивало их опасность в сотни раз. Без этого дополнения тентакли хоть и зрелищны, но не так уж и опасны. Теперь же они не только смертоносны, но и полезны в быту… И если кто-то решит пошло пошутить про мои тентакли, я разрежу его на сотню кусочков. И это не метафора. В ходе экспериментов я убедилась, что мои тентакли способны за несколько секунд разрубить ледяную куклу человеческого размера на 156 частей. А лёд куда твёрже мягкой человеческой плоти. Из других моих приёмов — я научилась метать маленькие ледяные пули почти с автоматной скоростью. А в сочетании с тентаклями, из которых я выпускаю эти пули, получается смертельная комбинация. Разумеется, такие тренировки не могли проходить в моей комнате, поэтому я часто сбегала из замка. К счастью, Тулия всегда меня прикрывала. Конечно, ей приходилось немного пригрозить, но теперь она послушна, как робот… Интересно, седые волосы в двадцать лет — это нормально? Я уходила недалеко от города, даже обустроила себе базу с помощью магии воды. Так проходили мои дни. Но, само собой, если я хотела стать сильнее, так продолжаться больше не могло. Дворец Северного племени воды. Арнук Вождь Северного племени должен был усиливать армию, думать об обороне… Может, даже искать помощи у Царства Земли, после того как стало известно, что Империя Огня полностью прорвала оборону Южного племени и практически полностью уничтожила его население. И хотя было очевидно, что они следующие, в данный момент вождя больше беспокоила внутренняя политика племени. И беспокоиться действительно было о чём. Маги с каждым годом бушевали всё сильнее, считая вождя недостойным. В традициях Северного племени сложился баланс между магами и не-маги. Обычные воины имели огромные привилегии, несмотря на то, что маги приносили куда больше пользы. Так повелось, что вождём всегда становился воин, не обладающий магией. Обычно авторитет вождя основывался на том, что, несмотря на отсутствие магических способностей, он мог победить большинство магов в племени. Но с Арнуком всё сложилось иначе. Арнук занял место вождя не благодаря силе, а благодаря хитрости, политическим интригам и полной поддержке мастера и старейшины Паку — сильнейшего мага племени. Без Паку у него не было бы ни единого шанса. Но теперь он пожинал плоды своих решений. Маги желали изменить традицию выбора вождя из касты воинов. И, к сожалению, эта идея завладела умами слишком многих. Пока это была лишь мысль, которую никто не осмеливался озвучить вслух, но Арнук понимал: если следующий вождь не оправдает ожиданий, баланс, державшийся веками, рухнет. Толкай... Тяни... Это не только принципы магии воды, но и философия, которой жило племя. Всему должен быть баланс, и Арнук чувствовал, что маятник в этот раз толкнули слишко сильно... и нужна сильна рука, что-бы эго потянуть назад. Пока он размышлял над судьбой племени, в тронный зал ворвалась маленькая девочка, выбив магией огромные десятиметровые ледяные двери. А с ней пришла головная боль вождя. Охрана попыталась задержать нарушительницу, но слишком быстро оказалась заморожена во льду. — Пап, не знаю, говорила ли я тебе, но охрана замка состоит из жалких ничтожеств и подлиз. Может, тебе это и приятно, но наша страна не в том положении, чтобы держать таких слабаков. — Голос трёхлетней девочки звучал слишком взрослым. В её интонациях сквозило презрение. Но не к солдатам… а к единственному человеку в зале, которому она пока не могла высказать всё, что думала. Вождь лишь махнул рукой, приказав людям забрать замороженных солдат и покинуть зал. Когда они остались одни, он наконец обратился к своей собеседнице: — Юи, ты забываешься… Эти солдаты — гордость нашего племени. Именно они защищают… Его речь была прервана длинным и явно наигранным зевком. Арнук уже знал, что бы он ни сказал, это будет проигнорировано или истолковано прямо противоположным образом. — Пап, если ты закончил, то давай перейдём к главному. — Получив усталый кивок, принцесса продолжила: — Позавчера мне исполнилось три года. В этом возрасте воины впервые берут в руки меч, маги учатся контролировать воду, а целительницы начинают практиковаться…  — Я прикажу записать тебя на обучение к мастеру Югоде, — быстро прервал её Арнук, хоть он и не желая, чтобы его дочь училась, хоть какой нибудь магии. Но она доставляла ему слишком много головной боли, чтобы спорить. — В смысле, только к Югоде?! А как же обучение магии воды… кроме целительства? А военное искусство? Я уже могу побить большинство твоих "солдат"! — Принцесса с презрением посмотрела на него. — Я уже говорил, что ты не будешь обучаться военному делу. Это идёт против наших традиций… Его прервала замороженная слюна, которая втромилась в трон, пролетев в милиметре от эго лица. — Что же я делаю не так? — тихо пробормотал вождь.