Часть 10

Оставшиеся свободные дни до учёбы прошли тихо и мирно. Милли, Райнер, Фло и Берт почти все время были вместе. Правда, иногда Райнер и Бертольд куда-то уходили на несколько часов, объясняя это тем, что у них дела(какие у них могут быть дела?). Милли готова была лезть на стенку от этого. Ей нужен был Браун сутки напролёт. И несколько часов разлуки ощущались как несколько лет. Но, когда парни были в лагере, они вчетвером были неразлучной компанией. Пару раз снова дошли до озера(к полному разочарованию Милли без ночёвки), также несколько раз провели совместные тренировки. Райнер учил Краун маневрировать на УПМ. Что-то у неё получалось, но с трудом. Будучи под прицелом его янтарных глаз, она смотрела не на деревья впереди, а на него. И естественно во что-то обязательно врезалась. Он каждый раз бесился из-за этого и не понимал, как можно не заметить дерево двухметровой толщины перед собой? В один из дней Милли, Райнер, Фло и Берт снова посетили Трост. Им хотелось просто побродить по городу, изучить его улочки. Но и к Жанусику в гости они тоже зашли. Его мама была очень рада гостям. На этот раз она угостила их мясным пирогом и ухой. Все остались довольны таким угощением. Жан хотел выпроводить гостей как можно скорее, но на этот раз никто не поддался. Они с едва сдерживаемым смехом выслушали речь мадам Кирштейн о том, какой её Жанусик светлый мальчик. Как он любил её омлет в детстве, что мог съесть сразу три порции за раз, и от этого его щёчки были такие пухленькие и миленькие. Четвёрка неразлучников обсуждала это до самого возвращения в лагерь и даже там они не могли остановиться. Они смеялись до колик в животе. И даже Берт, чей смех редко кто слышал. Время довольно быстро пролетело, и вот оставался последний день свободы. Кадеты начали подтягиваться в лагерь. Вернулись Лиа и Мэри, соседки Милли. И Стефани снова перебралась к ним в комнату. Но была совсем этому не рада. Последние дни она только и делала, что наблюдала, как Райнер проводит дни с истеричной принцессой. А если Стефани предлагала ему сходить куда-то с ней, то у Брауна вечно находились неотложные дела. После их первого и единственного поцелуя они почти не общались. А ей хотелось знать, ответны ли её чувства. Но каждый раз, как она пыталась завести об этом разговор, Райнер сбегал. Стефани винила во всём Краун. И её ненависть достигла невероятных размеров. Иногда она даже подумывала о том, чтобы устроить какой-нибудь несчастный случай на тренировке, чтобы избавиться от этой девицы. Но пока это были лишь фантазии. Она ждала, когда приедут её подруги, чтобы обговорить это с ними. В лагерь также вернулись Жан и Марко. Милли и Фло как раз выходили из столовой с ужина, когда заметили только прибывших друзей, направляющихся в казарму. -- Марко! Мой дорогой! Я так соскучилась по тебе! Дай я тебя обниму! -- Милли радостно понеслась навстречу другу, распахивая объятия. -- Кхм, привет Милли! -- слегка обескуражено сказал Марко. Он не ожидал такого бурного приветствия. Но, конечно, обнял Милли. -- А я? А я что ли не дорогой? Меня обнять не надо? -- состроив обиженное лицо, прогундосил Жан. -- Ой, на тебя я уже насмотрелась. И наслушалась. Твои милые пухлые щёчки теперь навсегда в моей голове. -- отмахнулась от друга Краун. -- А вот Марко я две недели не видела. Не порти мне радость встречи. Милли взяла Марко за руку и пошла с ним в сторону казарм, попутно расспрашивая о том, как он провел отпуск. И рассказывая, как отпуск провела она. Конечно же, не забыв упомянуть поездку к Жану в Трост. В последнюю ночь перед учёбой было принято общее решение устроить вечеринку. В мужской казарме максимально освободили пространство. Кого-то послали в город за вином и сидром, а также закусками. Кто-то из кадетов принёс дудку и губную гармошку. Ночь обещала быть удачной и шумной. Райнер и Бертольд опять где-то пропадали, так что на вечеринку явились только часа через два после начала. Милли уже собиралась помчаться на встречу своей любви, но заметила, что Райнер подсел в компанию к Йегеру и активно влился в разговор. Она подумала, что Эрен может только о титанах разговаривать, а слушать о борьбе с ними в миллионый раз ей совсем не хочется. Так что, Райнера пришлось отложить на время. Жан и Марко тоже увлечённо болтали на какую-то совершенно скучную тему, что-то про новый вид оружия, или какая-то такая ерунда. Эти двое сейчас тоже не удовлетворяли её запросам. Фло вместе с Сашей и Конни куда-то пропали. Вроде как Саша начала ныть, что еды слишком мало и они направились на ответственную миссию по добыче доп.провизии. Милли была рада, что не пошла с ними. Сдерживать голодную Сашу, дорвавшуюся до склада с едой - очень страшная задача. Врагу не пожелаешь. Краун оглядела помещение в поисках жертвы, кому можно было бы подсесть на уши. И тут она заметила одиноко сидящего на кровати Бертольда. Он бегал по комнате глазами, словно искал кого-то. Милли поняла - это оно. И уверенным шагом направилась в его сторону. -- Привет, Берт. Вы уже вернулись? Может однажды поделитесь, что у вас там за важные дела? -- Милли бесцеремонно плюхнулась на кровать рядом с Бертольдом. -- П-привет. В-вернулись. -- Бертольд всегда начинал заикаться, когда нервничал. А он всегда нервничал, когда кто-то был близок к тайне их миссии. За вранье полностью отвечал Райнер, работой Берта было просто поддакивать ему. -- Райнер, если что, там. С Эреном. -- парень указал рукой в сторону друга. -- Я знаю. Но я хотела с тобой пообщаться. -- Со мной? -- капелька пота стекла у несчастного Берта по виску. -- А что не так? Разве мы не друзья? Разве последние несколько дней мы не вместе проводили? -- напирала на Бертольда Милли. -- Д-да, конечно. Д-друзья. Д-давай поговорим. -- вторая капля по счету потекла по виску парня. -- Отлично. Что ж, расскажи мне про свою жизнь что-нибудь. Про семью, про увлечения. Про личную жизнь. -- в нетерпеливом ожидании сказала Краун. У неё была цель и она шла к ней. -- Д-да особо нечего рассказывать. В-всё как у всех. -- третья капля пота потекла по виску. -- Но как же? Совсем ничего интересного? Чем ты любишь заниматься в свободное время? -- напирала Милли. -- У-у м-меня его п-почти н-нет. П-предпочитаю просто п-поваляться на к-кровати. -- Звучит как-то скучновато. А танцы? А театр? А книги? -- не унималась Краун. -- Д-да, я л-люблю почитать. Но особо н-некогда. П-после тренировок с-сил не остаётся. -- четвёртая капля пота стекла по виску. -- У тебя-то? Не остаётся сил? Помнится, когда ты мне нос расквасил, сил у тебя ещё предостаточно осталось. -- фыркнула Милли. -- П-прости за это. Я не специально. С-силы не р-рассчитал. Ты всё ещё обижаешься н-на меня? -- Уже нет. Чего только со мной после этого ни случалось. Но больше так не делай! — девушка с угрозой посмотрела на своего собеседника. -- Х-хорошо. П-постараюсь. -- Ладно, давай поговорим о чём-нибудь другом. Например, ты всегда ходишь только с Райнером? Вы как будто цепью скованные. Куда он, туда и ты. Не уверена, что я хоть раз видела тебя с кем-то ещё. -- Милли это немного напрягало. Побыть с Райнером наедине была почти невозможная задача. Только она заставала его одного, тут же невдалеке начинала маячить темная макушка. Как будто у Гувера чуйка была на то, что вокруг его друга вертится Краун. -- Н-ну, он мой л-лучший друг. С кем мне ещё ходить? -- Милли уже сбилась со счету, сколько капель пота стекло по виску несчастного Берта. -- Хм, а если вдруг у тебя появится девушка... Ты с Райнером и к ней на свидания будешь ходить? — девушка игриво толкнула Гувера плечом и с любопытством посмотрела на него -- Н-но у м-меня н-нет д-девушки. К-когда... Если п-появится, т-то... -- Берт уже не говорил. Он блеял. И заливался океаном пота. -- Почему если? Тебе не нужна девушка? Ты не хочешь ни с кем встречаться? Ты боишься девушек? Тебе вообще никто не нравится? Совсем? Прям ни одной девушки на примете? -- Милли сейчас больше напоминала дознавателя, чем подругу. Ей не хватало только лампы под рукой, чтобы светить в глаза бедолаги Бертольда. -- Аа, Милли! Остановись! Ты меня пугаешь! -- Берт испуганно вжался в стену. -- Хорошо, хорошо! Согласна, я слишком разошлась. Просто хотела сказать, что ты симпатичный и милый парень. И тебе не стоит лишать себя удовольствия в общении с девушками. Если тебе кто-то нравится, то ты должен действовать. Возможно, какая-то девушка ждёт этого действия от тебя. Может кто-то надеется на какие-то шаги с твоей стороны. Может для кого-то ты парень мечты. И если ты чувствуешь тоже самое по отношению к кому-то, то не теряй время. Мы, знаешь ли, в таком мире живём, где каждая минута на счету. -- Милли протянула руку к всё ещё прижимающемуся к стенке Бертольду и активно похлопала его по плечу. Видимо, чтобы как следует вбить в него мысль, которую она пыталась донести. Краун, довольная собой, поднялась с кровати и поспешила покинуть Берта. Чтобы семена, которые она посадила в его почву начали прорастать в нём. Девушка решила выйти на улицу и подышать свежим воздухом. В казарму набилось слишком много народу, и духота, образовавшаяся в помещении, плохо влияла на неё. Голова начала слегка кружиться и побаливать. Прислонившись к перилам у входа, Милли рассматривала окружающие её "пейзажи". Весьма удручающие. Хотя сейчас, по прошествии времени, все выглядело не так катастрофично. Ведь именно здесь, в этом совсем неутонченном месте, с обшарпанными и покосившимися домами, с отвратительной едой и ледяной водой...Здесь Милли встретила человека, которого любит. Здесь встретила друзей. Здесь она почувствовала себя счастливой, впервые за несколько лет. И сейчас не жалела, что отец отправил её сюда. На горизонте показались Фло, Саша и Конни. Саша довольно что-то жевала, в то время как двое остальных шли с таким видом, будто пережили нападение не менее десятка Колоссов. И пяти Бронированных. Но по силе голодная Саша вряд ли сильно уступила бы такой армии титанов. Возможно даже, они предпочли бы сами залатать пробитую стену и воздвигнуть ещё парочку, лишь бы больше не встречаться с этим чудовищем по имени Саша Браус. -- Успешно сходили за едой? -- поинтересовалась Милли у приближающихся товарищей. -- Если брать в расчёт только то, что мы принесли еду, то да. Если учитывать то, как мы боролись не на жизнь, а на смерть, чтобы некоторые личности не вынесли весь склад...То не очень успешно. Повторять точно не стал бы. -- передернулся всем телом Конни, вспоминая эту эпохальную битву за еду. Возможно однажды он сочинит балладу о ней и в роли уличного музыканта поедет распевать по всей стране. Чтобы каждый житель Парадиза узнал какой он герой. -- Очень рада, что меня с вами не было. Если решите повторить заход, меня снова не зовите. -- усмехнулась Милли. -- Нет уж! Никаких вторых заходов. Точно не с ней. -- Конни кивнул на до сих пор жующую что-то Сашу. -- Это разумное решение. -- не посмела спорить Милли. -- Заходите скорее в казарму, пока вас с едой не заметили. А то влетит всем. Только оставьте мне Фло. Саша и Конни ушли в казарму, а Фло подошла к Милли. -- Что такое? Что-то случилось? -- Да знаешь...Я там немного с Бертом поболтала. Теперь ему нужна срочная психологическая помощь. Ты иди к нему. Успокой бедного мальчика. Вы же, вроде как, поладили? -- у Милли был план и она его придерживалась. -- Что ты ему наговорила? -- испуганно спросила Фло. -- Опять гадостей каких-нибудь? -- Что ты? Просто поболтали о жизни! -- Милли отвела стыдливый взгляд от подруги. -- И что в этом разговоре страшного? Ты мне что-то не договариваешь! Не стал бы он из-за этого трястись от страха! -- настаивала Фло. -- Да он у тебя по жизни нервный! Он трясётся даже если просто подышать в его сторону! Я ни в чем не виновата! -- оправдывалась Милли. -- Всё, иди к нему! Фло недоверчиво посмотрела на подругу, но сделала, как та говорила. Она и сама не прочь была поговорить с Бертольдом. За последние дни они немного сблизились и нашли общие темы для разговора. И находиться в его обществе было уже не так неловко. Милли снова осталась одна. Вечер был тёплый. Где-то невдалеке ухала сова. Ветер шелестел листвой. На небе ярко сияла полная луна. Лагерь ночью выглядел так непривычно спокойно. А завтра здесь снова будут слышны разговоры, крики Шадиса, звуки падающих тел и сломанных носов. Сейчас это казалось таким нереальным, а завтра все будет наоборот. Тихий вечер будет чем-то далёким и невозможным. -- Решила проветриться? -- рядом с Милли на перила облокотился Райнер. "Я так соскучилась по твоему голосу! И по тебе тоже. Я ждала тебя, так ждала!" -- Угу. Что-то душно стало. Голова начала гудеть. -- Милли посмотрела на Райнера. Милли всегда смотрела на него. Ей это было необходимо как воздух. -- Стало полегче? -- участливо поинтересовался Браун. "Вот теперь определённо да. Хотя ты мог бы и добавить мне ещё побольше воздуха. Для этого специальная техника есть. Рот в рот, называется." -- Немного, -- тихим жалобным голосом прощебетала Милли. "Рот в рот!" -- Может прогуляемся? Тут ещё шумно. Отойдём подальше. Точно станет легче. Или можем дойти до медпункта. -- рассуждал Райнер. -- Давай прогуляемся. -- вздохнула Милли. "Где мой рот в рот?" -- Расскажи мне о жизни в столице. Как тебе там живётся? -- завёл разговор Браун. -- А ты никогда там не был? -- Ну я же деревенщина. Что мне делать там? Милли ударила Райнера кулаком по плечу. -- Давай без этого. Забудь это слово. Мы уже решили, что я была не права. -- Но я и правда деревенщина. Это не оскорбление. Это факт. И мне бы никто не позволил просто так пройти в столицу. -- Да? А почему? -- Ты там вообще была оторванна от жизни, да? -- засмеялся Райнер. -- В Митру только определённые люди могут зайти. Никто не пропустит крестьянина без спец.пропуска. --Серьёзно? Я не знала. Так вот почему я не видела там бедняков. А я думала, что...Нет, я вообще не думала об этом, если честно. Звучит как-то несправедливо по отношению к простым людям. -- Милли стыдливо опустила глаза, будто это она придумала пропускную систему. Но она была частью мира, который отгородил себя от других людей лишь из-за того, что у тех меньше денег. -- Такова уж жизнь. Она редко бывает справедливой. Краун понуро опустила голову. Сказать было особо нечего. -- Ты расстроилась из-за этого? -- сочувственно спросил Райнер. -- Да. Я жила в столице обычной жизнью аристократки. Той, которой живут ещё тысячи других аристократов. И если бы не попала сюда, даже не узнала, что есть другой мир. Что другие люди не хуже, а чаще даже лучше, чем столичные жители. И что между нами такая пропасть, что без пропуска её не преодолеть. Будто мы за Синой не люди, а боги какие-то. И чтобы просто на нас посмотреть надо иметь весомую на то причину. Как так вышло, Райнер? Почему одни люди лучше других только из-за титула или счета в банке? Мы же не ходячие банкноты, а личности. Каждый из нас! Ты же гораздо лучше, чем какой-нибудь министр Кроули! Намного лучше. Да тут любой кадет лучше Кроули в тысячу раз. Но у него есть деньги, и всё? И все личностные качества стираются? Да он даже не сам их заработал. -- Тише, тише! А то так и до революции дойдёшь. -- попытался шутливо успокоить девушку Райнер. Он просто хотел узнать хоть какие-то сведения для миссии, а не переворачивать мир в чужой голове. -- До чего? -- Милли ни разу не слышала такого слова. Революция. -- Нууу, это когда тебя не устраивает государственный строй, несправедливое отношение к людям и ты все хочешь поменять. Например, свергнуть короля... -- Райнер ступал на опасную дорогу. Если Милли кому-то расскажет об этом разговоре, его возьмут на прицел и рано или поздно узнают правду о нём. -- Но я не хочу свергать короля. Он забавный. Всегда дарил мне леденец, когда в замке давали бал. Я просто хочу, чтобы все были счастливы. -- Ты настолько близка с королём? -- для Райнера Милли была таким огромным шансом вернуться домой. Только надо было сделать все правильно. Лучше всего было бы попасть к ней домой. Её отец наверняка один из тех, кто знает, у кого в руках Титан-Прародитель. Порыться бы в его бумагах...Или взять в плен... -- Не сказать, что мы лучшие друзья, -- засмеялась Милли, даже не догадываясь для чего её собеседник завёл этот разговор.-- Но я с ним хорошо знакома. В детстве отец часто брал меня а замок. -- Хотел бы и я побывать в королевском замке. Меня, конечно, и моя жизнь устраивает, но хотелось бы хоть раз взглянуть на столицу, на твой дом... Узнать, какой жизнью ты жила. -- Райнера мучила совесть за то, как он поступает с Милли, за то, что втирается к ней в доверие. Было противно от самого себя. Но дома его ждала семья...Разве мог он их подвести? К тому же, Краун была островной демоницей. Почему вообще он должен думать о ее чувствах, и о том, правильно ли он поступает по отношению к ней? Милли с горечью посмотрела на Райнера. Перед ней стоял человек, который в жизни видел только нищету, горе и разрушения. И вот он говорит ей, что хочет увидеть её дом. Хочет посмотреть на то, что ему никогда не будет доступно. А для неё это обычная вещь. -- Ты правда хотел бы побывать в моём доме? -- наивно спросила Милли. -- Да. Я уверен, он великолепен. Правда, насколько уместно я бы там смотрелся? В своей простой одежде? Без принятых в вашем мире манер? У меня такое чувство, будто если я появлюсь в твоём доме, то оскверню его тем самым. -- Райнер был уверен, что нащупал нужные рычаги. Если судить по лицу Милли, которая уже чуть ли не плакала. -- Не говори такого! Ты будешь очень даже уместно смотреться в моем доме! А кто посчитает иначе, тот глупец! -- Милли была в шоке от таких мыслей своего любимого. -- Я не могу тебе ничего обещать... Ведь отец меня саму не желает видеть. Но, если он передумает, если позволит хоть раз приехать домой, то я обязательно приглашу тебя. И даже не думай отказываться из-за того, что считаешь себя каким-то недостойным моего дома! Даже не говори мне этого больше никогда! Ты понял? -- Милли ткнула Райнера в грудь. -- Понял, понял! -- примирительно подняв руки, сказал Райнер. В душе он ликовал. Ведь был уверен, что сделал крошечный шаг на пути к дому.