Меня добивают и не дают опомниться

9-10 июня. Из цикла “смеёмся сквозь нервный тик” Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах. А хочешь выбесить себя — попробуй их реализовать с техникой в 2025 году. Третий день как в черной комедии: телефон решил, что он — верховный судья моей жизни. То сеть ушла в отпуск без предупреждения, то девайс врубил режим «антисоциального детокса» и любезно сообщил: «А теперь, милая, отдохни 15 минут от интернета. Сюрприз: ты заблокирована». И так по кругу. Словно я — злой герой греческой трагедии, наказанный цикличным техническим абсурдом. А отбой симки — это вообще отдельный акт абсурда. Даже описывать не хочется, это надо прожить. На вкус — как холодный чай из ада. В общем, пиздец, господа. Я пыталась держаться, честно. Но теперь — только хохот в лицо хаосу и тихий мат в подушку. И вот теперь, когда я рыдаю навзрыд, как героиня дешёвого сериала в финальной серии сезона, до меня начинает доходить. Вся эта чёртова одиссея — не просто приколы вселенной. Это были аномалии с намёком. Это была не тупо невезуха. Это была… защита. Меня реально берегли. От того, что меня бы снесло, если бы связь установилась. Если бы всё пошло по плану, как я так наивно рассчитывала. Это был не сбой. Это был щит. Жёсткий, кривой, но работающий. Ирония в том, что пока я бесилась и швыряла телефон, вселенная вставала между мной и очередной внутренней катастрофой, которую я сама себе устроила бы, дай мне шанс. Вот так. Иногда то, что кажется концом света, — просто плохой интернет и очень хорошая интуиция, маскирующаяся под сбой сети. В этом мире я трепетно держусь за тех, кого люблю. Особенно за своих. Родители для меня — всё. Корни, опора, боль, и самая тяжёлая школа одновременно. Я уехала всего на пару дней. Подышать. Восстановиться. Почувствовать, что я могу быть собой, без напряжения под кожей. А потом… один разговор. Фраза. Простой, тупой, разрушающий до основания диалог, от которого хочется не просто уйти — исчезнуть. Раствориться в воздухе, забыться, стереть свою часть в этой истории. Меня сегодня назвали одержимой бесом. Сказали, что я перекрываю мамин денежный канал. Что отец болеет из-за меня. Что я притянула беду в дом своими руками. Вот просто представь: ты бережно несёшь любовь, страх, надежду — как воду в ладонях, стараешься не пролить ни капли. А в ответ — кипяток. На голову. На сердце. На всё, что внутри тебя ещё пыталось верить, что между вами может быть что-то светлое. Я не оправдываюсь. Не ищу жалости. Просто фиксирую факт: больно. И обидно. За себя. За них. За то, что мы не умеем разговаривать, кроме как через обвинения, страх и магическое мышление. Может, в другой жизни я буду просто гостьей. Без кармы. Без каналов. Без вины. А пока — я просто учусь не сгорать полностью. Хоть и больно до слёз. Я сижу сейчас в тишине, и даже эта тишина как будто режет по коже. Не от слов — от того, откуда они были сказаны. Потому что я знала, что нас многое разделяет — взгляды, страхи, поколения, но не думала, что когда-нибудь меня обвинят в бедах, которые даже не мои. Не знала, что стану для них ведьмой. Не той, что исцеляет — той, от которой, как они думают, надо спасаться. И вот я тут — между желанием доказать, что я хорошая, что я их люблю… и пониманием, что уже нельзя. Что это путь обратно в клетку. А я слишком долго училась дышать. Да, мне хочется выть. Бросить всё. Захлопнуть дверь. Но я не стану злой. Я не превращусь в них. Я не отдам свою душу в обмен на то, чтобы меня просто перестали бояться. Пусть называют, как хотят. Пусть молятся, чтобы я ушла. Я останусь. Не там — в себе. Я выберу быть. Жить. Не виноватой. Не одержимой. Просто живой.