2. Первая встреча

      Кара отскочила от него с таким пронзительным визгом, что юноша прижал ладони к ушам, и чуть не разбила зеркало.       — Тише, тише! — нахмурился он, отходя. — Я тебя не трогаю, видишь? — и тихо добавил: — Пока что.       Кара пристально, настороженно смотрела на него.       — Ты кто такой? Ты какого…       — Тссс, не нужно нам таких формулировок. Я твой наставник, маленькая принцесса.       Теперь у неё была возможность разглядеть его внимательнее. На вид юноше было лет восемнадцать, и если бы не проседь в тёмных волосах, Кара подумала бы, что примерно так оно и есть.       — Наставник? И отец об этом знает?       — Уж обо мне твой отец очень хорошо знает, — очаровательно улыбнулся он и тут же стал строгим-строгим, таким, что она невольно опустила голову. — Я тебе не предмет гардероба. Моё имя Балтеус. Хочешь сказать, тебе про меня не рассказывали?       — Рассказывали, — промямлила Кара. Ей и правда рассказывали эту страшную сказку… На самом деле, каждый раз, когда она вела себя слишком уж плохо и об этом узнавал отец. — Но-но я…       — Не верила, — хмыкнул Балтеус. — Да кто бы сомневался. И кто поверит в говорящий ремень, ведь правда?       Кара совсем смутилась. Как бы ей не хотелось верить в обратное, по всему выходило, что папенькины рассказы не были выдумкой. Припомнив, чем эти рассказы обычно заканчивались, она перепугалась ещё больше.       — Да уж, тебе следует меня бояться, — усмехнулся юноша, заметив. В его голосе не было злобы, но Кара вздрогнула. — Я давно не видел таких грубых, ленивых, злых и избалованных детей, как ты, милая принцесса. А ну тихо! Ты знаешь, что это так. Уж во всём дворце непослушнее никого не отыскать так точно.       И теперь она вынуждена была признать, что это правда.       — Знаешь ли, что я наказывал твоего папеньку, когда он вёл себя из рук вон плохо?       Кара сглотнула.       — Мама ни за что не разрешила бы тебе… — прошептала она, чувствуя в глазах слёзы и не очень понимая, действительно ли боится, или это её сознание включило прекрасную актёрскую игру, но склоняясь к первому.       — Ах, но это не ей решать, — покачал головой Балтеус. — Сейчас решает даже не твой отец. Я воспитал слишком много непослушных детей, я знаю лучше их обоих вместе взятых, что иногда всё, что тебе нужно — это хорошая порка.       В следующий же миг после того, как он сказал это, у Кары задрожали коленки. Она определённо знала, что такое порка… Но вот до этого момента никогда не думала, что такая штука может быть применена к ней. К мальчишкам конюхам, к провинившимся маленьким служанкам, к детям советников, подслушавшим разговоры старших — да, но.       — Но Балтеус! — всхлипнула она, молитвенно сложив руки. — Так нельзя. Я принцесса ведь…       — Тем более воспитанной ты должна быть. Нет уж, принцесса, сегодня ты получишь порку, и если снова какая-нибудь из твоих шалостей повторится, ты получишь ещё одну, но только вдвое хуже. И поверь, твой отец пребывает в абсолютном отчаянии относительно твоего поведения, если уж он решился допустить до тебя… Меня. Уяснила?       Кара нехотя кивнула. Хотелось ещё спорить, отнекиваться и истерить, может быть даже убежать, но она сомневалась, что из этого что-нибудь получится, а неудачная попытка была бы слишком уж унизительной. Даже в весьма нежном возрасте эта принцесса имела своё представление о гордости.       Балтеус улыбнулся самым уголком губ и изобразил короткие аплодисменты, звук которых получился приглушённым из-за его тонких кожаных перчаток.       — Можешь же слушаться, когда нужно…       Подчиняясь, казалось, одному его взгляду, подушка прыгнула от изголовья кровати к середине.       — Ложись. Покончим с этим скорее... До следующего раза.       Балтеус вынул из шлевок ремень, подозрительно похожий на тот, что недавно лежал на её месте. Кара вжалась в кровать, застыла, зажмурилась и от страха даже задержала дыхание.       — Это тебе за лень, — оповестил юноша и быстро хлестнул перепуганную девчонку пониже спины. Она чуть не вскочила от жгучей боли. — Это за грубость. А это за непослушание.       Он говорил отрывисто и окончание каждой фразы подкреплял оглушительным шлепком. Больше всего Кара хотела взвыть в голос, или прикрыться, спасаясь от довольно сильной боли, но это было бы даже более унизительно, поэтому она стиснула зубы, сжалась и молчала. Не всхлипывать не получалось, конечно… Однако до поры до времени она полагала, что хорошо держится. Балтеус опроверг эти мысли довольно скоро.       — Маленькая принцесса, — попросил он, остановившись на минуту. Маленькой Кара себя не считала, но возражать сейчас не хотелось. От слёз она и дышала-то с трудом… — Поправь подушку. Приподнимись.       Слёзы бесконечной обиды и стыда снова брызнули из голубых глаз. Варианта не подчиниться, однако, не было, и девчонка медленно вернула измятую подушку в прежнюю кондицию, улеглась на неё снова и робко подалась на встречу ремню.       Удары стали реже, но сильнее, давая ей время занять позицию после каждого из них, потому что теперь-то Кара начала извиваться.       — А-а-ай! Ну не надо! Не надо! Я поняла! — вскричала она наконец, пытаясь прикрыться руками. Но по пути к ягодицам её руки были перехвачены чужой рукой, запястья — прижаты к пояснице.       — Если ты поняла, я не задержусь надолго, — отчётливо проговорил Балтеус. — Вверх, принцесса. Немного осталось.       Кара нехотя послушалась и приподнялась даже больше, но в следующие пару минут ревела так громко и так отчаянно, что не сразу заметила, как всё это закончилось. Когда же она сумела выровнять дыхание, и отлепить заплаканное лицо от простыни, Балтеус стал самим собой — потрёпанным кожаным ремнём с красивой пряжкой. Исполосованная попа горела. Кара с трудом подавила желание искромсать этот ремень на мелкие кусочки, поплакала ещё немного и легла спать. Униженная и оскорблённая.

***

      Ритт покосился на неё с опаской, но у Кары не было никакого настроения издеваться.       — Что, опять высекли? — немного удивлённо спросила она, заметив, как он украдкой потирает зад. Мальчишка кивнул. — Очень больно?       — Да… Нормально, вроде. Нормально. Как обычно.       — Если что, говори, я тебе мазь принесу от королевского лекаря, — быстро процедила Кара и выскочила из конюшни.