Роддом превратился в зону боевых действий

      Чуткий демон — некий «Один Заебанный Имп» — в глубине Круга Жадности глухо ворчал: «Нельзя скрестить змею и дракона и не получить потомство абсолютного ужаса!». Однако в шумном Аду мало кто слушал жалобы старого пердуна, вечно сидящего на диване с чашкой остывшего чая (варварская замена тем демонам, у которых жизнь кипела натуральным пламенем). Никому не пришло в голову вздрогнуть, пока не разнеслась весть: у Маммона и Мегатрона родился ребенок.       С самого утра в коридорах ходили шёпотом, а к обеду — нараспев, разнося панические слухи от одного беса к другому. Самый популярный «туристический» маршрут теперь пролегал мимо покоев Маммона, где, по рассказам, то и дело мелькал Мегатрон, как будто спасая (или охраняя?) что-то особо ценное. Безумные догадки тут же превращались в «жареные» сплетни, ведь слово «ребёнок» редко фигурировало вместе с образом двух зловещих, весьма жадных и разрушительных созданий — демона-магната и Лидера десептиконов.       Но правда оказалась куда как обескураживающей: да, действительно, на свет появился мальчик — Дионис. Само собой, гремучая смесь демонического наследия и кибергенов не могла быть спокойной.

***

      — Убедитесь, что он в яслях! — надрывались перепуганные слуги. — Нельзя, чтобы он свободно гулял где попало!       А между тем Дионис уже не «мирно лежал в колыбельке». Его колыбелью стал весь коридор! Первый визг размножился эхом по стенам, а чуть дальше пошёл свист и хлопок. Ребенок с ехидной усмешкой (такой, что, казалось, родился он уже с врождённой саркастичной мимикой) приподнялся на своих крохотных ножках и выпустил из крошечных рожек настоящий оранжевый столб пламени. Похоже, искра Мегатрона и природа Маммона дали колоссальный эффект.       В тот миг некто из импов, дежуривших у таких проблемных мест, рухнул на пол от неожиданности.       — Коллеги, спасаем счета-фактуры! — прохрипел он, обмахивая обгоревшие края своей шарахнутой униформы. — Тут малявка, изрыгающая пламя!       Однако не успели демоны-охранники подбежать, как раздалось ещё одно «ВЖУУУХ». На этот раз Дионис, с мимолётной ухмылкой (что-то похожее на фирменный оскал Мегатрона, только в уменьшенной копии), выстрелил крошечным залпом. Его оптика вспыхнула красным светом, и тут же часть стен просто обвалилась, не выдержав давления.       Тамплиеры в аду не водятся, но если бы кто-то из них оказался поблизости, наверняка перекрестился бы от ужаса: обломки посыпались вместе с клубами бетонной пыли, разбивая и магические печати Маммона, и часть камер Мегатрона, расставленных для наблюдения. Шальные искры поскакивали по полу, заодно устроив мини-фейерверк из проводки.       — Они разрушили часть несущих конструкций! — завопил один из бесов. — Обвалы! Кредитные хранилища… Ай, куда бежать?!       Импы метались, стараясь оттащить ценные папки и ящики от потенциальной зоны падения балок, грациозно качающихся над головой. Каждый спасал, что мог: калькуляторы, счета, долговые расписки. Некто в панике схватил целый мешочек золотых монет и не успел отпрыгнуть в сторону, когда сверху грохнулся кусок потолка: монеты рассыпались, звеня торжественно, будто радуясь хаосу.       — Не надо тут нагонять паники! — воскликнул Маммон, едва успевая вытащить из-под завала собственный троноподобный стул. На нем уже были заметны следы свежего пожара, а спинка с эмблемой отвалилась набок. — Пусть тренируется. В конце концов, ему нужно научиться использовать силы. Лучше уж проверять всё сразу с рождения, чем упустить выгоду потом.       Зашипел обгоревший кусок стены и распахнулась боковая дверь — в помещение вошёл Мегатрон. С каждой его тяжёлой поступью пол будто вибрировал, хотя резона трястись не было: коридор и без того был полон грохота. Лидер десептиконов окинул оптикой разгром, осколки и пепел, ещё едва уловимый запах расплавленного металла.       — Превосходно, — тихо пробормотал он, поправляя свою серебристую бронепластину. — Детский потенциал уже очевиден. Весьма напоминает первые учения на Кибертроне…       Чьи-то попытки сложить упавшие балки покрикивали друг на друга «Тащи сюда!» и «Не двигай, упадёт!», но всё мгновенно замолкло, когда Мегатрон приблизился к центру коридора и осмотрелся. Дрогнуть перед десептиконом боялись даже знакомые демоны.       — Итак, — медленно потянул десептикон своей зловещей бархатной хрипотцой, — раз уж мой сын решил тренироваться, пусть доводит дело до конца. Разрушение — путь к прогрессу, а великие завоеватели начинают с малого. Пусть отточит навыки здесь. Кстати… — он обернулся к чуть запачканному пеплом Маммону. — Твои документы можно потом перепечатать?       Маммон, морща лоб и вытирая осевшую на шапку петрушки гарь, ответил, аккуратно подбирая слова.       — Думаю, можно, но… Эм… Будет стоить дополнительных затрат и времени. Да он хоть и демон с примесью кибергенов, но поджигать ВСЁ вокруг — несколько накладно для моего кошелька, — он напряжённо вздохнул, оглядывая клочья бумаг и частично выломанные двери. Его жгучие глаза вспыхнули — скорее от досады, чем от зла. Конечно, Маммон понимал, что всю эту мини-армагеддон-репетицию предстоит оплачивать капитальным ремонтом. — Но ничего, — сказал демон, — ведь ребенок покорит Ад и принесёт ещё больше прибыли, если правильно вложиться в его разрушительные способности.       Вот так начался «удивительный» семейный путь Диониса, наследника кибертронской тирании и демонической жадности. И этот путь возвестил Аду о новом этапе цирка, в котором импы будут раз за разом хвататься за сердце, а рабочие — за голову, но главная реакция отца и (в какой-то мере) второго отца оставалась неизменной: да, это всего лишь «первый день» в жизни малыша.