Часть 4

      Они вдвоём шли по узким улицам. Там женщина вылила ведро с мочой, с другой стороны громко разговаривали пьяные моряки, которые и не старались подбирать слова, выражаясь бранью, а в углу женщина с мужчиной… Пожалуй, даже неважно, что они делали. Визерис поспешил дёрнуть Дейенерис за руку сильнее, чтобы она не смотрела в тот угол. Принцессе незачем видеть такое.       Он нашёл закуток на улице и сел, откинув голову на грязную стену, прижал к себе сестру, укрывая обоих плащом. Денег не было, еды не было, их больше никто не принимал на ночлег. Визерис сжал корону матери в руках — последнее, что может хоть как-то материально облегчить жизнь ему и сестре. Продать память о любимой матери или выжить?..       — Визерис, — Дейенерис подняла на него свои большие фиалковые глаза. — Расскажи, пожалуйста, про нашу семью. У нас кто-нибудь ещё есть?       — Нет, — к глазам подступили предательские слезы, и это его разозлило. Он король, он не должен плакать. — Мама и папа погибли.       — А у нас были братья и сестры?       Дейенерис не помнила маму, не знала отца и другой жизни в Красном замке. Наверное, так даже проще.       — Да. Но они тоже мертвы, — резко ответил Визерис.       — А какие они были? — она прижалась к брату сильнее, пытаясь согреться.       — Наш брат был сильным, как дракон, а сестра красивой, как луна, — перед глазами все начало расплываться, и Визерис шмыгнул носом. Нет, нет, ему не пристало плакать! — Но они мертвы. Их убил Роберт Баратеон.       — А почему он их убил? — Дейенерис смотрела на него, ни о чем не подозревая. Визерис зло двинул ей локтем в бок, так, что она пискнула от боли и отползла.       — Перестань задавать глупые вопросы! — закричал Визерис. Ему тоже хотелось бы знать, почему Роберт Баратеон убил его семью. — Или ты хочешь разбудить дракона, маленькая дура?       — Нет, нет! — Дейенерис вздрогнула, вся сжалась и помотала головой.       — Тогда спи, — Визерис снова прижал её к себе. — Мы не успели дойти. Если пойдём в темноте, на нас нападут. Поэтому ты поспи, а я буду тебя охранять, — с этими словами он погладил сестру по белым волосам.

*      *      *

      Селена крутилась в постели. Перьевая подушка казалась ей слишком влажной и твёрдой. Даже во сне она чувствовала боль от каждого вздоха, будто лёгкие горели огнём. К тому же, болело ребро, которым она ударилась из-за того чертового ворона.       Неужели в комнате так душно? Долгое лето действительно выдалось слишком долгим. Селена уже скучала по зиме. Пусть лучше будет холодно, чем сухой воздух и духота.       Боги милостивые, да что же это! В груди будто поселился дракон, а ребра простреливало болью при каждом вдохе. Она словно пылала огнём изнутри.       Селена открыла глаза и опешила.       Чужое лицо нависало над ней, а рука в кожаной перчатке давила на горло все сильнее. Глаза заволокла пелена. Если сейчас он ещё немного сожмёт её горло, Селена заснёт уже навсегда. Перспектива вечного сна и радости Тайвина от смерти нелюбимой жены была не очень-то воодушевляющей.       Селена пыталась брыкаться. Потянулась к чужому лицу, но мужчина грубо встряхнул её за шею. Она бы вскрикнула, но получился лишь сдавленный хрип. Селена потянулась правой рукой к тумбочке и на свое счастье нащупала кувшин с водой. Она схватила его, замахнулась и ударила мужчину по голове. Холодная вода разлилась, намочила волосы и сорочку. Селена толкнула чужака в грудь и быстро скатилась с кровати. Как было бы славно, хранись в её спальне меч из валирийской стали!       Она наспех нащупала нож для писем на столе. Мужчина схватил её за волосы, чужие пальцы опять сомкнулись на шее. Селена сжала нож и наотмашь вонзила в незнакомца. Как удачно — попала в глаз!       — Чёртова сука! — мужчина толкнул её с такой силой, что Селена ударилась о стол, и снова правым боком. Нет, определённо правое ребро скоро треснет. Оставив окровавленный нож, Селена бросилась к двери, выскочила в коридор. Она обернулась, боясь увидеть, что мужчина гонится за ней. Далеко бы она не убежала. Селена вздрогнула, когда врезалась в кого-то, но вздохнула с облегчением, увидев Эйвариса.       — Селена? — Эйварис беспокойно оглядел её. Он напрягся, увидев, что она мокрая, а рука в крови. — Все в порядке? Ты цела?       — Да, да, — Селена судорожно вздохнула. — В моих покоях. Мужчина. Хотел меня убить.       — Седьмое пекло! — Эйварис сжал её руку, поднял меч. — Тайвин мне голову открутит, если с тобой снова что-то случится!       Эйварис потянул её за запястье назад в покои, куда она хотела идти в последнюю очередь. Как только он вошёл в комнату, сразу опустил меч. Покои были пусты, графин валялся на полу, а на столе остались следы чужой крови.       — Сбежал? — Селена выглянула из-за спины Эйвариса.       — Да, — тот вернул меч в ножны. — Если он во дворе, Клиган его разорвёт.       — Клиган здесь? — Селена неловко ступала по полу, боясь, что из-за штор кто-то снова выпрыгнет, протянув руки к её горлу.       — Да. Тайвин прислал, чтобы он стерег тебя, — Эйварис разглядывал нож для бумаги. — Это ты его так?       — Да, в глаз, — Селена накинула халат, обула туфли. — Почему ты ночью бегал с мечом?       — Где-то две дюжины людей с самодельным знаменем Старков попытались напасть на замок, — Эйварис устало потёр переносицу.       — Ещё лучше, — Селена закатила глаза. — И где сейчас захватчики?       — Эти придурки заблудились в саду, — Эйварис усмехнулся, опустился на резной стул. — Я просто прочесывал коридор. Мало ли, вдруг кто-то все-таки нашёл дорогу в замок.       — Ясно, — Селена сильнее затянула пояс халата. — Где они сейчас?       — В замке Клиган, — Эйварис поднял глаза на тётку. — Может, кто-то и выживет. Тебе-то что.       — Ничего, — Селена скрестила руки на груди, подошла к столу. — Они могут что-то знать. Их нужно допросить и казнить на главной площади. В пример остальным.       — Селена, — Эйварис тяжело вздохнул. — Это просто группа людей, недовольная властью Тайвина, фанатики Старков. Может, даже северяне, затерявшиеся на Западе, — он пожал плечами. — У них даже знамя сделано из дерьма и палок.       — Ты будешь спорить со мной? — Селена вскинула брови. Эйварис посмотрел на неё, встал и шутливо поклонился.       — Прошу прощения, Ваше Величество. Ваш приказ будет выполнен сию минуту.       — Шут, — Селена хлопнула по столу и двинулась к выходу. — Я переночую в покоях Тайвина, — в дверях она обернулась. — Ты со мной?       — Спасибо, но я лучше постою снаружи, — скривился Эйварис.

*      *      *

      На утро Селена была во дворе. Семь человек стояли на коленях, грязные, в своей и чужой крови, в ранах, обреченные, но пока что живые. Клиган стоял рядом с Селеной. Та упивалась властью. Одно её слово — и Клиган отрубит всем головы. Эта иллюзия власти, которую ей позволял Тайвин, будоражила.       — Кто вы? — она внимательно оглядела пленников.       — Подданные истинного короля Робба Старка! — крикнул один из мужчин.       — Кто вы? — Селена повторила громче.       — Северяне. Пьяницы из ближайшей таверны, — Эйварис сложил руки на поясе. — Покончить с ними, и всего делов.       — Леди Ланнистер, позвольте, я отрублю им головы, — Грегор потянулся к мечу. Селена подняла руку, останавливая его.       — Старик Тайвин совсем обезумел, раз его домом управляет баба! — второй мужчина плюнул ей под ноги. — Хорошо сосешь его исохший член, раз так уверенна в себе?       — Сир Грегор, отрубите ему голову, — Селена поджала губы. Эйварис был прав — просто пьяницы из таверны. Она развернулась и направилась прочь. Клиган вытащил меч.       — Львиная сука! — крикнул северянин. Селена сжала кулак, продолжая идти прочь. — Играй в мужчину дальше, но яиц у тебя все равно нет. Шлюха, глотающая сперму старика!       Селена остановилась. Внутри поднималось какое-то новое и непонятное чувство. Нет, это было унижение, но жалость к себе… и злость. Она всего лишь женщина, которая вынуждена ложиться под старика, чтобы сохранить власть. Она чувствовала себя униженной, потому что этот мужчина был прав. Злость поднималась в ней, словно разгорающийся огонь. Селена развернулась, выхватила меч у Эйвариса, и рука вывернулась из-за его тяжести. Одно резкое движение — и голова северянина покатилась по земле, оставляя кровавый след. К горлу подступала тошнота. Вид обезглавленного тела, головы и того, что за всем этим последовало, заставил скривиться. Она вернула Эйварису меч, продолжая глядеть на тело, не моргая.       — Остальных сжечь на главной площади, в полдень. Пусть все знают, чем чревато нападение на дом Львов, — Селена моргнула и отвернулась, тяжело дыша. Тошнота и странное удовлетворение от содеянного смешались. Селена быстрыми и резкими шагами ушла прочь от пленных, которым подписала смертный приговор.       Так вот какова цена верности…       Запах сожжённой плоти наполнил воздух, словно врезался в нос и оставил в лёгких чёрный осадок смерти. Люди шептались, прижимали руки ко ртам и качали головами, но никто не говорил ни слова против. Взгляд Селены был прикован к пламени, к горящей человеческой плоти. Одни были уже мертвы, другие кричали от боли, моля Богов о смерти. Селена поерзала в седле. Она смотрела на чужую смерть в огне, но странное чувство завязалось в тугой узел в груди и внизу живота. Селена сжала зубы, опустила глаза, поглаживая свою лошадь по гриве. Слишком много впечатлений за последние время. Утес Кастерли стал превращаться в ночной кошмар.       — Эйварис, — Селена позвала его, все ещё гладя свою кобылу. — Прикажи собрать вещи. Пусть все летит в Седьмое пекло! Я еду к своему мужу.       — Ты с ума сошла? — Эйварис подъехал ближе. — Тайвин покричит на тебя и всё, а мне открутит голову. Нет, Селена. Нет.       — Эйварис, — Селена строго взглянула на племянника. Ей было слишком страшно оставаться в Кастерли. Замок превращался во второй Харренхолл, причём только для неё. — Это не обсуждается. Пусть Тайвин кричит сколько хочет. Я не останусь там, где меня пытались убить.       Селена дернула за поводья, давая понять, что разговор окончен. Пока Тайвин не вернётся в Кастерли, ноги её в замке не будет.       Ужасное осознание того, что даже личная безопасность и неприкосновенность жизни Селены напрямую зависела от её мужа, ощущалось холодком под кожей.