Колебание 4. Драма вместо сказки на ночь

      После моего явления в полицию все случилось быстро. Установили мою личность, пробили по базам и посадили в патрульную машину. Оказывается, семья у Ринки все-таки есть. Хотя я уже сомневаюсь, что хочу с ней знакомиться. Тоскливо прижалась лбом к стеклу автомобиля, рассматривая все менее благополучные пейзажи. Может лучше сразу в детдом, а? Я уже привыкла жить самостоятельно... Ладно. Мне просто не хочется есть пресное бенто. Одного раза хватило, я уже сыта по горло.       Аура "не-мешайте-ей-она-в-эдите" не спасла меня от распроссов. Внутреннее оплакивание утраченной независимости и личного пространства слишком сильно отражалось на моем лице. В процессе оформления дела и домой меня сопровождали аж целых два полицейских. Молоденькие, заряженные и, к сожалению, очень неравнодушные к своему делу. Загадочно переглядываясь на каждый мой страдальческий вздох, они ненавязчиво задавали мне различные вопросы. Ну, я точно не знаю, о чем они говорили, но по контексту можно пофантазировать. Почему я забыла дорогу до собственного дома, плохо ли со мной обращаются, какие у меня отношения с семьей и так далее. Я усиленно строила уставший вид и грустно качала головой. Младшие лейтенанты очень тактично решили не развивать тему, за что им большое спасибо. Но судя по их взглядам, себе они уже нарисовали картину несчастной девочки в сложной семейной обстановке. Что же, мне от этого ни холодно, ни жарко. Пускай сами шепчутся и меня не трогают. Несмотря на весь мой прогресс в японском, понимала я проиходящее лишь на фифти фифти.       Именно в таком виде меня встретила мать Ринки, открывшая дверь квартиры. Со взглядом побитого щенка и с двумя грозными офицерами за спиной. Бросив на меня недоуменный взгляд и вежливо представившись, Михо Окуда пригласила гостей в дом. Вернее, в очень маленькую, тесную квартирку. Буквально одна комнатка, кухня да санузел. Пока полицейские заходили внутрь, я задержалась у входа. На стенах висели чьи-то грамоты и медали. Но самое главное - фото. Их было не так много. И ни на одной из них не было Ринки. Лишь сама Михо и какой-то розоволосый парниша. Интересно.       Разувшись и усевшись на диван, мы замолчали. Не потому что не знали, о чем говорить. Просто мы с моими сопровождающими конкретно растерялись, увидев полумертвого молодого парня на футоне. Того самого, которого я заприметила на фото. Бедняга весь взмок и хрипел, даже не отреагировав на наше появление. Мы дружно перевели взгляд на Михо, когда она вежливо прочистила горло. Ой, точно. Жизнь меня научила, что пялиться - это некрасиво. Мои офицеры собрались и начали задавать вопросы, но как-то подрастеряли весь свой пыл. Ну, понимаю, мне после увиденного тоже как-то не по себе стало.       Пока взрослые вели серьезный разговор о своем, я рассматривала женщину. Та еще красотка. Уставшая от жизни, неухоженная, но все еще шикарная со своим струящимся блондом волос и выразительными серыми глазами. Михо скрестила руки на груди и внимательно слушала полицейских, кивая и что-то отвечая. Только бросаемые в мою сторону взгляды не предвещали ничего хорошего. Нервно улыбнулась ей и отвернулась к окну. Да-да, извините, больше не пялюсь. Кажется, дело запахло жареным.       Тем временем диалог подошел к завершению. Как я поняла, вопрос исчерпан. Девочка не выдержала атмосферы болезни и сбежала из дома. Затем была благополучно возвращена домой к уставшей матери, занятой уходом за больным. Это если верить версии той самой матери. Я через силу кивала, чувствуя на себе прожигающий взгляд Михо. Нет, на меня никак не давили, просто я терпила. Офицеры засобирались уходить, и мы с Михо пошли их провожать. Вежливо раскланявшись, мы обе молча встали на пороге. Я с тоской уставилась на отъезжающую машину. И медленно повернулась к блондинке. Та скрестила руки на груди и холодно качнула головой внутрь дома. Прикусив губу, я послушно села на диван. Не поднимая глаз от пола, слышу тяжелый вздох. Воу. Кажется, сейчас на меня будут орать.       — Anta, ittai nani yatteta no?! - Иии, да, я угадала. Из под челки аккуратно посмотрела на женщину. Она устало массировала плечо своей рукой, прикрыв глаза. Мадам, вы действительно выглядите утомленной. Вам бы прилечь, а не меня отчитывать. - Sore mo konna toki ni, Hiro wa...       Чего? Какой герой? Я не понимаю, что она говорит. А очень хотелось бы. Михо прерывает саму себя, еще раз глубоко вздохнув. Я уже хотела вкинуть свое коронное "нани?", как она резко впивается глазами в меня. Мой рот автоматически захлопывается. Ладно, поняла. Сидим в тишине.Только передайте это и тому розоволосому парнишке. Он все вертится на футоне, тяжело дыша. Тарахтит, как трактор, на всю квартиру. Я неловко прикусила щеку, не зная, куда себя деть. Ээ, извините. У меня это от нервов. А когда мы в молчанку-то перестанем играть?..       В последний раз сдавив свое плечо, Михо встает с дивана.       — Mou sugu taisetsu na hito ga kuru. Jibun no yakuwari, wasurenai koto. - И ушла, хлопнув одной из дверей.       Ошеломленно уставилась в одну точку. Ничего не поняла, но все равно неприятненькое чувство. "Ринка" целые сутки шаталась непонятно где. А тут даже никакого беспокойства за дочь. Хотя, может, зря я наговариваю? Стоит только посмотреть на местный обогреватель.       На футоне в лихорадке метался молодой парень. Его розовые волосы взмокли от пота, пока он бормотал что-то невнятное. Я крепко сжала ладони и подошла ближе. Ага, общие гены определенно прослеживаются. Предварительно даю ему звание брата. Только вот не понимаю. Он едва ли в сознании, и трясется так, словно над ним уже стоит смерть с косой из Симса. Ему в больницу надо в таком состоянии. Уж точно не в душной маленькой комнатушке бока отлеживать. Протягиваю руку чтобы коснутся лба и проверить температуру. Резко хлопает дверь. Я суматошно отдергиваюсь и поворачиваю голову. Не обращая на меня внимания, Михо ставит рядом тазик и начинает растирать парня полотенцем.       — Anata ni wa dekiru hazu nai wa. - Моя бровь взлетает вверх от знакомого слова. Декиру? Типа, как деку? Полегче, блонди. Ты кого сейчас бесполезной назвала? - Kaette.       Но выпендриваться я была не в праве. Не с чужой семьей и уж точно не без разрешения Ринки. Да и Михо, вроде, важным делом занята. Так что я пошла... Куда-то.       Выбор комнат был небольшим: или уборная, или кухня. Невесело хмыкнула, положив руку на заурчавший живот. Хотелось кушать. И меня никто и ничто не остановит. Ни злые матери, ни пресные бенто. Так что выбор был простым. Планировка квартиры вообщем-то была абсолютно прозрачна. Однокомнатная студия. Нехило для Японии! Если жить одному. Невпечатленно посмотрела на полупустой холодильник. Ай, ладно, главное хоть что-то съесть. Через силу набилась консервами с чем-то типа гороха. Японцы и их любовь к бобовым, блин. А может, в этой семье принципиально ненавидят нормальную человеческую еду. Кто их тут разберет.       Михо все еще была занята с больным парнишей. Почему-то она совершенно меня игнорирует, даже когда я хожу мимо туда-сюда. У нее зрение плохое, или ей просто все равно? Захожу в туалет и смотрю в зеркало. Внимательно и со всех сторон. Что ж, я все еще не Хагакурэ и вполне себе видима. Тогда просто забью болт на этот тотальный игнор моего существования. Лучше зубы почищу и умоюсь.       — Ринка-а-а... - Шепотом зову девочку. Алло? Пожалуйста, ответь хоть на этот раз. Я не хочу совать чужую зубную щетку себе в рот. Фу. Ручеек чужих мыслей активизировался на задворках разума, но голос все еще был неразборвивым. Очень жаль. Со вздохом начинаю чистить зубы пальцем и пастой. Надо бы разобраться, как нам нормально связь настроить. А то это не дело.       Сделав все дела, открываю дверь. И тут же спотыкаюсь мизинцем о дверной угол. Да ну что за день такой! Раздраженно снимаю носки и рассматриваю пострадавший палец. И с отвисшей челюстью захлопываю дверь обратно, присаживаясь на унитаз. Подношу несчастную ногу к лицу и внимательно присматриваюсь. Вот это номер. Мне не показалось. Это... Раны.       Прикрываю рот рукой, сдерживая судорожный вздох. Ранки были настолько мелкие, что их было трудно сразу заметить. Но они есть: точки разной степени заживленности, спрятанные на коже между пальцами. Судя по всему, нанесены они тонкой иглой. Осторожно обвожу их пальцем. Это еще что такое? Я очень надеюсь, что это какая-то странная аккупунктура или другая местная традиционная медицина. Качаю головой. Я могла самостоятельно справиться с любой другой неприятностью в жизни Ринки. Даже отсутствие нормальной чистки зубов меня не напугало. Но это... Нам нужно серьезно поговорить.       — Ринка? - Молчание. Я скептично хмыкаю. О, дорогая, я слышу поток твоих мыслей, не пытайся игнорировать меня. Строго помахала носком перед лицом и могла буквально почувствовать, как она мысленно закатывает глаза и включается в диалог. Ого, она раздражена? Может, я перебарщиваю. Иногда я включаю такую невероятную душнилу, что аж самой плохо становится. Но ничего не могу поделать, такая вот я. - Ринка...       — "Can`t you just pretend you didnt see this?" - Ее голос отличался от того тонкого и слабого тона, что я услышала в первый наш разговор. Сейчас он звучал... Слишком ровно. Пусто и безэмоционально.       Я снова качаю головой. Слышу ее вздох.       — "It`s not that it looks like. I was training my quirk, that`s all." - Я навострила уши. Наконец-то, хоть какая-то информация! У меня было много вопросов. Почему такой выбор места нанесения ран, почему она посчитала это нужным, почему...       — And what quirk requires such training? - Сжимаю челюсть, смотря на ранки. Снова накатывает тошнота и беспокойство. Бедные ее ножки.       — "A healing one."       Ответ убил. Будь мы в другой ситуации, я бы уже взволнованно скакала на месте. Исцеляющая причуда? На весь канон только у одной крутой бабульки была такая. Блин, интересно, но обстоятельства для праздных вопросов такие себе.       — I`m sure there are better ways to do so rather than hurting yourself. - Случайно повышаю тон и зажимаю рот руками. Мда. Ну и классное местечко для душевного разговора я нашла. Туалет, да со странной матерью и полуобморочным братом за стеной.       — "You have no idea! I..." - Ой, нет, это все идет к ссоре. Не стоило мне так выражаться. Можно подумать, что я упрекнуть и наехать пытаюсь. Но я ничего плохого не хотела... Голова моя бедовая. Вот почему я никогда не фильтрую то, что говорю? Примирительно поднимаю руки в воздух.       — Hey, easy there. Let`s forget about this. - Вздрагиваю от громкого звука снаружи и выдыхаю. - And sorry. I just wanted to help. - Мой шепот срывается под конец. Тяжело было вести этот разговор. Мы... Да мы фактически не знали друг друга. Скорее всего, я для Ринки была всего лишь злобной захватчицей ее тела. Однако я правда чувствовала некую связь с девочкой. Может, мы начали сливаться друг с другом, или наши души связаны судьбой, или еще какая попаданческая фантастика имела место быть. Неважно! Мне все равно не стоило лезть не в свое дело.       Ринка молчит. Я поджимаю губы и натягиваю носки обратно.       Ага, меня опять кинули в мут. Ладно, с соседушкой мы еще успеем поговорить. А сейчас пора перестать забивать себе голову чужими проблемами. Как говорится, утро вечера мудренее. Тем более, что Михо уже уложилась на диван и будить ее лишний раз не стоит. Не буди лихо, пока тихо... Судя по всему, мне предполагается спать на аккуратно сложенном у шкафа футоне. Тихонько расстилаю его и устраиваюсь на боковую. И все-таки все азиатики одинаковые. Все свои корпешки изобрели...

***

      Иногда в людях просыпается странная уверенность в наличии у себя скрытой суперсилы. Невозможно ни разу в жизни не попробовать вскипятить воду взглядом, призвать молнию, зажечь Люмос или выпустить паутину из запястья... Хорошо, когда в такие моменты нет свидетелей твоего позора. Но в моем случае он есть. Пусть и в моей голове и не желающий со мной разговаривать.       Именно так для меня прошло воскресенье. Михо чуть ли не на целый день куда-то ушла, оставив меня ухаживать за больным братом Ринки. Хиро, вроде, как она его звала. Может, сокращение, или какая-то странная домашняя кличка. В супергеройском сеттинге этого мира звучит забавно. Я очень быстро поняла, что от чего бы он не слег, его совершенно не колышут любые попытки сбить температуру. Так что я просто медитировала над розоволосым парнишей, пытаясь активировать эту непонятную причуду исцеления. И так, и эдак изгалялась, но никакого видимого эффекта не было. Что за несправедливость. Где моя мэрисьюшность?       Ринка меня игнорировала и не отзывалась. Прямо как и ее мама, когда та под ночь вернулась домой и рванула проверять Хиро. Какая замечательная семейная преемственность. В общем, выходные выдались грустными. Так что разлепив глаза в несувестную рань понедельника, я была решительно настроена выпустить пар.       В школу я добралась старым проверенным способом. Мм, донимать окружающих с утра пораньше! Просто прицепиться и идти следом за какой-то группой не получилось - общий поток учеников шел в совершенно разных направлениях. Нет, серьезно, тут даже непонятно, кто из какой школы. Почти все ходят в этой садисткой черной форме. Я бы сказала, что это полнейшее подавление индивидуальности, но здесь каждый человек был уникален. Спасибо причудам. Думаю, именно по этой причине в местной Японии все так трясутся над своими квирками. Когда менталитет и политика десятилетиями пытается вбить в голову коллективизм и собственную незначимость в системе, яркие причуды кажутся единственной разрешенной ценностью личности. Ну, или людям просто нравится уметь делать зрелищное пиу-пиу бам быдыщ.       Видимо, пришла я даже слишком рано. Было только семь утра, и в коридорах было ужасающе пусто. Я скорчила страдальческое лицо, подходя к своему шкафчику для обуви. Если бы знала расписание, могла бы поспать подольше, эх. Погодите. А это что такое?       Рядом со своим шкафчиком стоял Мидория с тряпкой в руках. Его отчитывал какой-то учитель, указывая на исписанную маркером поверхность. Я удивленно застыла. Это что, вчера он так и не смог их отмыть? Или это уже новые успели появиться? Подхожу поближе, прищуриваясь. Да нет, это все те же самые. Перевожу взгляд на низко опустившего голову главного героя и брызжещюго слюной сенсея. Блин, ну если хулиганы использовали какой-то суперстойкий перманентный маркер, то это же не вина Мидории! Ну-ка, где там мой словарь...       — Здавствуйте, сенсей! - Привлекаю внимание мужчины. Тот небрежно кивает мне и отворачивается обратно, набиря воздуха в легкие. Подмигиваю удивленно смотрящему исподлобья мальчику. Не волнуйся, коллега, в обиду тебя не дадим. - Вам помочь?       Учитель что-то неодобрительно тарахтит. Мидория начинает суетиться, переводя взгляд то на меня, то на мужчину, тоже что-то бормоча. Не обращая внимания на их реакцию, выхватываю тряпку из рук зеленыша и провожу по поверхности. Э? Все ведь отмывается. Не понимаю, в чем проблема. Гордо оборачиваюсь и показываю знак "окей" учителю, тыкая в шкаф. Все, дело в надежных руках, иди уже отсюда. Сенсей недовольно сопит, бросает еще что-то напоследок, и махнул на нас рукой. Я довольно улыбаюсь и смотрю на замершего главного героя. Тот в ответ во все глаза вытаращился на меня. Смешной такой, когда глаза от удивления круглые.       — Tasukete kurete arigatō, Okuda-san. Demo… - Прерываю его удивленным смешком. Он знает Ринку, что ли? Показываю ему большой палец и отворачиваюсь обратно к шкафчику. Мидория еще пару раз порывался что-то сказать, но я делала напряженный от усилий вид. Так что вскоре он сдался, сходил за еще одной тряпкой и принялся мне помогать. Эх. Братан, я бы все равно тебя не поняла, так что давай молча займемся делом.       Но что-то было конкретно не так с этим шкафчиком. Казалось, я только довольно утерла пот со лба и полюбовалась чистой поверхностью, как на моих глазах все надписи тут же появились снова. Я ошеломленно разинула рот. Повернулась к Мидории. Он грустно кивает. Так. Вот сейчас было бы прекрасно понимать японский, чтобы он мог мне объяснить, что это за чертовщина. Засучиваю рукава и снова принимаюсь за работу. Что бы это не было, должен же быть предел, верно?       Оказалось, что нет. Сколько бы мы не пытались отмыть все надписи, они постоянно возвращалась спустя пару минут. Я потихоньку начала закипать. Молча уставилась на шкафчик, пока Мидория упорно водил тряпкой. Если это причуда одного из тех хулиганов, то зачем вообще заставлять Мидорию убирать это? И вообще, почему в первую очередь он должен огребать за проделки других? В каноне это особо не раскрывалось, но какой же это мерзкий буллинг. Просто за то, что человек родился не таким, как все, не "уникальным", "беспричудным"... Глупости. Какая же отвратительная школа. Не сдержавшись, слабо стукаю шкафчик, будто это лично он меня оскорбил. Да прекрати ты уже возвращать надписи!       Медленно выдохнула и извинющимся взглядом стрельнула в Мидорию. Его шкафчику итак досталось, а тут я еще. Еще и про проблемы с контролем гнева что-то говорю. Мда, сори. Он лишь неловко хихикает и понимающе улыбается. Я чуть ли не в слезах отворчаиваюсь, вновь берясь за тряпку. И вот как эту несчастную булочку с корицей можно ненавидеть? Вместе мы очень быстро все почистили и опять замерли, ожидая возвращения надписей.       Только вот они не вернулись. Ни через минуту, ни через две, и не через пять. Они просто прекратили появляться вновь. Это что тут получается?.. Что такого изменилось, в отличии от всех прошлых попыток, что надписи перестали появлятся? Единственное, что приходит на ум, это...       Осторожно оборачиваюсь к Мидории. Тот уже с огромными глазами что-то бормотал себе под нос. И я с таким же диким лицом перевожу взгляд на свои руки.       Ничего не понимаю. Ринка же говорила про исцеляющую причуду. А это что такое? Почему мое злостное покушение на шкаф остановило появление надписей? Уже чувствуя приближащуюся волну вопросов от Мидории, быстренько попрощалась с ним и убежала. Ответов нет и у меня самой.       Пока мы с Мидорией оттирали шкаф, школа успела ожить. Класс встретил меня шумными разговорами и перестрелкой ластиками. Ясно, тут все по базе. До звонка оставалось еще много времени, но многие пришли заранее и уже крушили все вокруг. С невозмутимым лицом разложила вещи на своей парте. О, конфетка. Остались еще припрятанные с манга-кафе, оказывается. Как неожиданно и приятно. Закидываю в рот. Чего добру пропадать? Вчера я смахнула все найденные тетради и учебники в сумку, не глядя. Тяжеловато было все это тащить, но расписания я не знаю. Грустно разлеглась на парте, наблюдая за хаосом в классе. Вот бы кто-то за меня собирал рюкзак. Если бы у меня такое в жизни было, я бы!...       — Доброе утро, Окуда-сан. Как ты себя чувствуешь? - Неожиданно передо мной встает Дюймовочка. Я удивленно выпрямляюсь. Она загородила прекрасный вид на изображающего выброшенную на берег рыбу школьника. Которого, конечно же, криками подбадривал и снимал на видео мой старый знакомый Влад Бумага. Прищуриваюсь и перевожу взгляд на девочку. Ну, такие базовые фразы я уже выучила.       — Все хорошо, спасибо. - Доброжелательно улыбаюсь и встаю из-за парты. Она кивает и уходит, не задерживаясь. Староста, наверное? И провожала меня в тот раз, и проконтролировала дежурство. Мне она нравится, милая девчонка. Есть в ней что-то такое цундерское, из-за чего за ней очень интересно наблюдать. Но это обождёт. Сегодня у меня другая цель.       Подхожу к Владику и встаю рядышком. Вежливо жду, когда он закончит свои дела и обратит на меня внимание. В классе было шумно, да и он сам не отставал, увлеченно снимая все вокруг и громко комментируя. Моя бровь дергается. Чего-то все меня в этом мире игнорируют.       — Кхм. Кхм-кхм. Кхе! - Попытка вежливо прочистить горло привела к новой драме. Я поперхнулась конфетой, схватившись рукой за горло и с выпученными глазами стуча себя по груди. Дети в классе замолчали, уставившись на меня. Только тогда белобрысый удивленно перевел на меня взгляд. Да-да, я тут всего лишь умираю, продолжай снимать. Однако Влад Бумага нахмурился и быстро подошел ближе. Еще больше давлюсь от удивления, когда у пацана отрастает призрачная пара рук, куда он перекладвает телефон. Затем он перехватывает меня и... Раз! Конфетка тут же вылетает из дыхательных путей. Я ошеломленно смотрю на пацана, жадно хватая воздух. Воу, чистейший прием Геймлиха. Неожиданно. Откуда он этому научился? Но спас он меня железобетонно, так что я поклонилась и поблагадарила довольно нахохлившегося А4.       В классе раздаются аплодсменты. Убедившись, что со мной все нормально, Владик позирует ака Всемогущий, направляя на себя камеру этими странными призрачными руками. У меня опять отвисает челюсть. Он что, все это время снимал? Елки палки. Я же хотела попросить его удалить вчерашнее видео! Вела себя там, как последняя сумашедшая. Если это попадет в сеть, пострадает репутация Ринки. К тому же, уверена - у меня там на лице написано "Я попаданка". Неловко пытаюсь позвать белобрысика сквозь шум, но меня уже оттеснили восторженные одноклассники. Схватилась за голову. И перевела дикий взгляд на Дюймовочку. У нее опять был этот жалостливо-понимающий вид санитара в психушке. Поймав мой взгляд, она медленно кивнула мне. О боже. Она теперь точно считает меня душевно больной. Извини, Ринка.       Терять мне больше нечего. Я подхожу к ней и спрашиваю имя моего спасителя. Дюймовочка уже даже не удивлялась. Медленно, по буквам продиктовав настоящее имя Влада Бумаги, она поддерживающе похлопала меня по плечу. Прикрываю глаза и умираю от стыда. Эта девочка уже видела все мои худшие стороны и преступления против вежливости. Не понимаю, как она остается такой терпеливой и понимающей. Благодарю ее и вновь пытаюсь подойти к белобрысыму, как оказалось, Ямаучи. Тот все еще был окружен толпой одноклассников, которые раскачивали и подкидывали его в воздух. Я устало вздохнула. Итак, в мощности этих легких я уже убедилась, гордость моя уже потеряна, так что...       — НОГОКОРО ЯМАУЧИ! - От неожиданности юного блогера роняют на пол. Тот встает, потирая копчик, во все глаза смотря на меня. Так, вот только не делай такой невинный вид. Я уже не могу дать заднюю. В конце концов, хотела сделать это еще тогда, когда впервые очутилась здесь. Столько фраз пришлось прогнать в переводчике, ужас. - Пожалуйста, удали видео.       Он заливисто рассмеялся и покачал головой. Сзади него снова появились призрачные пары рук, перехватившие телефон повыше.       — Jōdan desho? Kore o appu shitara, saiseisū ga meccha nobiru tte!       Мальчишки рядом с ним важно кивали, закатывая на меня глаза:       — Sō sō, kechiru na yo~?       — Tada no shitto jan.       — Sekaijū ni ano busa-gao ga bareru no ga kowain daro, ha-ha!       Мои брови поползли на лоб. Мало что поняла, но издевательские улыбки сложно с чем-то перепутать. Ладно. Я пришла подготовленной к любому исходу. И с желанием выпустить пар. Скрестила руки на груди и с насмешкой посмотрела на них. Мальчики, вы даже не представляете, с кем связались.       — Ямаучи. За школой, после уроков. Кто выиграет, исполняет желание другого. - И под аккомпанемент шокированных вздохов сажусь за свою парту. Влад Бумага озадаченно почесал затылок и хотел что-то сказать, но в класс зашел учитель. Я с любопытством смотрела за перешептываниями убежавших в угол класса мальчишек. Вот не понимаю. Вроде неплохой малый, сразу бросился мне помогать. Почему он так одержим популярностью?       Звенит звонок на урок. Дюймовочка встает, четко и громко что-то говоря. Все резко подскакивают с места, синхронно поклоняются и садятся обратно. Я только и могла, что глазами хлопать. Съежилась и неловко улыбнулась хорошо знакомому дяде-учителю в желтом галстуке. Извиняйте, я не знала, что тут такое делается. Только не злитесь опять, пожалуйста. Сенсей тяжело вздыхает, качает головой и начинает урок. Ура. Неучтенное парообразование пока отменяется.       На переменах я все ждала, когда Ямаучи нашепчется и пойдет уже нормально говорить со мной. Может, мы бы вообще пришли к консенсусу. Однако этого так и не случилось, хоть я и видела его колебания. Прозвенел звонок - ребята похватали его под руки и утащили на обед. Скучающе потянулась всем телом и тоже вышла прогуляться. Бенто у меня, к сожалению, не было. Михо об этом даже не почесалась. Видимо, то пресное бенто бедная Ринка готовила сама. Чувствую вину, что так поливала его мусором в мыслях. Она же, по идее, может слышать мои мысли также, как и я ее. Неловко вышло. Надеюсь только, что она так же не понимает мой русский, как я не понимаю ее японский...       Кстати, раз уж мы рядышком, пойду загляну к главным героям. Интересно, как они там поживают. Да и с Аской надо поздороваться. Может, она даже поделится со мной бенто, хе-хе...       — Окуда-чан! - Вздрагиваю, оглядываясь. Вспомнишь солнце - вот и оранжевый лучик? Стоит и сверкает милой улыбкой. Она всегда появляется, когда я думаю о ней. Начинаю подозревать, что это ее причуда.       Удивленно поохав над моим отсутствующим бенто, Аска любезно поделилась своей порцией. Так что когда после уроков я пришла на стрелку, голодной не была. Слухи про наши с Ямаучи терки, видимо, успели облететь всю школу. Удивленно оглядываю окружение, выходя на место стрелки. На заднем дворе нас собралась приличная толпа. Где-то даже мелькнули Бакуго и Мидория. Не знаю, кто их позвал, но первого я уже не особо желаю видеть после того туалетного инцидента. Все еще стыдно, блин. Завидев меня, все оживленно зашумели и расступились, пропуская вперед к импровизированному рингу. На моей стороне стояли некоторые девочки из моего класса, приободряя и поддерживая. Ну, и еще Аска обеспокоенно прилипла, жалобно уговаривая не делать этого. С другой стороны стояли преимущественно мальчишки, да и сам нервный Ногокоро. Жаль, что мы так и не смогли нормально поговорить. Но если надо, я могу постоять за честь Ринки. Все же те компрометирующие кадры - моя вина.       Уверенно ухмыльнулась и хрустнула костяшками палец. Пора показать, кто тут уже отсидел одиннадцать лет.