Вместе навсегда

      Из совсем свежей раны обильными потоками лилась горячая багряная кровь. Были задеты глубокие слои тканей и даже, похоже, какие-то крупные сосуды, от чего по кровавой реке прокатывались волны свежих приливов. Их разгоняло ускоренно бьющееся сердце, что прямо сейчас находилось под открытым пристальным взором.       Лорд видел перед собой зияющую дыру, через которую отлично просматривалась самая сокровенная часть любого стикмена. В его руке уверенно лежал окровавленный нож. Никогда он ещё не видел вживую отчаянно бьющегося внутри груди сердца, а прямо сейчас имел честь лицезреть сие чудо.       Тихое волнение колотилось где-то в горле, постепенно нарастая с осознанием, что он смотрел на то, как стремительным потоком из раны хлестала его собственная отвратительная, тяжёлая, недостойная существования жизнь. Именно поэтому он всё же решился пойти на этот шаг – отдать её другому. Точно так же, как и Избранный, ценой собственного бытия дать шанс другу.       Грудь чуть скребло жгучей болью. Она продиралась даже сквозь намеренно потерявшее чувствительность тело. На собственном отражении с каждой секундой становилось всё труднее сфокусироваться. Значит нужно прекращать впустую сверлить взглядом свою раскрытую для дальнейших манипуляций грудь и скорее переходить к делу, пока Тёмный тут не истёк кровью до смерти. Это было бы ещё глупее "героического" поступка Чоузена...       Уверенным движением свободная рука зарылась в плоть. Ладонь обдало жаром, стоило ей лишь приблизиться к источнику могущественных сил. Однако инородное присутствие в теле ощутилось лишь в тот момент, когда Дарк пальцами подцепил нечто, что служило у стикменов как трахея и пищевод одновременно. От оттягивания с места этого соединения рта и сердца в горле сразу возникло неприятное ощущение першения. Но Лорд лишь скривился, поднося холодное остроотточенное лезвие и примеряясь выше сердца. Им движила ненормальная решительность действовать до конца.       Дыхание прервалось. Сразу за одним резким разрезом в горло устремилась кровь. Сквозь нечувствительность неожиданно очень явно стрельнула боль, заставляя Тёмного Лорда с силой сжать рукоять и чуть было не повредить находившуюся во второй руке только отрезанную часть собственного организма. Во рту скопилась брызнувшая вверх по "пищеводу" жидкость, только сильнее удушая, вырвалась наружу в следующую секунду. И даже так скорее рефлекторная попытка вдоха ничего не дала, кроме напряжения в теле и едва различимого бульканья ещё оставшейся где-то по пути несостоявшегося вдоха крови. Дышать было больше нечем.       Дарк заставил себя плотно сжать зубы. Он не умрёт без воздуха ещё достаточно долго, чтобы закончить. Так что безумец снова поднял взгляд на своё отражение. Кровотечение из груди только усилилось из-за резко скакнувшего пульса, так ещё теперь кровь красовалась и на лице. Сейчас он выглядел так, как и должен, как видели его другие – отвратительно и пугающе. А в руке уже лежало собственное сердце. Тёмный ощущал его биение...       Кромка ножа упёрлась в новую цель – артерию, что шла прямо от сердца. Это последнее, что всё ещё не давало полноправно называть Лорда бессердечным. Действовать стоило быстро, пока сознание не начнёт его подводить больше, чем оно уже затуманилось из-за утраты единственного близкого и большого количества крови. Но то, какой мощной казалась аура от своей же силы, вселяло в голову множество сомнений. Ослабленный собственными усилиями, Дарк навряд ли сможет так же легко перерезать относительно прочный из-за сил главный сосуд. Но Тёмный не имел право на неуверенность. В текущем состоянии он всё равно скоро умрёт. Умрёт отвратительно медленно и мерзко. Достойная смерть за его деяния, о подавляющем большинстве которых он нисколько не жалел.       Стоило только острию войти в ткани от резкого нажима, как тело прожгла боль. Ярая и пылкая, точно сопротивляющаяся своя же сила. Она прожигала сквозь все барьеры. Казалось, болела сама аура, стараясь оставить покалеченное тело хоть в какой-то целостности, не дать лезвию пройти глубже, остановить безумный танец сумасшествия. Но Тёмный был упрям, шёл до конца. Он пройдёт через агонию, через ад, что сам же и сотворил, но выполнит данное когда-то обещание. Лорд всегда держит своё слово. Он вернёт Избранного.       Нож с трудом прорезал артерию. В ушах стоял гул, а руки, как, впрочем, и всё тело, заметно трясло. Энергия словно выла и плескалась бушующим океаном, водоворотом сжимая весь мир до нескольких сантиметров. Запястье ужасно жжёг браслет, сердце отчаянно горело и пульсировало, как и все сосуды в теле. Движения руки с инструментом становились всё более быстрыми и рваными от подступающей паники. Давай! Давай! Давай же!

Нить оборвалась.

      В одно мгновение энергия с воем взмыла столбом вместе с победно вознесённой к небу алой рукой. В полностью окрашенной тёмно-красным ладони лежало сердце, сияло ещё присутствующей в ней ярко-рыжей силой, исторгало из перерезанной артерии кровь, заливая последние чистые участки по ощущению кипящей жидкость. Тёмный Лорд сиял широкой маниакальной улыбкой. А после аура пала наземь, стелясь туманными остатками и растворяясь в воздухе. Пылающая боль исчезла вместе с ней, оставляя грудную клетку как должно, совершенно нечувствительной.       Дарк опустил руку. Его шатало. Перед глазами плыло. Сознание быстро затягивало мутной пеленой. Силы покидали тело. Но операция ещё не завершена. Лорд обернулся. Справа от него, всё на том же матрасе, лежало тело Избранного. Почему-то это казалось знакомым, но воспоминания путались и расплывались. Первый же шаг в его сторону окончился неудачей и, выронив нож, Тёмный упал на колени перед всё ещё мёртвым другом. Повезло, что успел выставить перед собой ладонь и не свалился целиком. Резкое движение опять заставило тело зайтись в судорожных, будто панических, безуспешных попытках сделать вдох, до боли сжимало горло. Вернув себе контроль, не вставая, опираясь на матрас и пачкая его багровой кровью, Дарк подполз ближе к заботливо укрытой простынёй груди. Под тканью скрывался почти такой же разрез, что был у него самого, но лишь более аккуратный. Рука переместилась к ране. Даже в глубину тела, под кожу и до самого сердца пробрался этот злосчастный зелёный ожог...       Сильно трясущиеся пальцы как могли осторожно ухватили одну из двух заранее подготовленных трубок, что отходили перпендикулярно от соединяющих повреждённое недвижимое сердце Чоузена с остальным телом. Хорошо, что затмённый безумной мыслью изобретать всё же позаботился об этом заранее, несмотря на всю спешность мероприятия. Скорее на ощупь из-за плывущей и двоящейся картины перед глазами, не с первой попытки, Лорд прочно соединил два отростка своего сердца с теми же у Чоуза.       Слабость всё нарастала, тело наливалось неподъёмной тяжестью, его давило к полу. Но... Но Дарк же ещё не закончил... Он не успеет, не сможет! Нельзя оставлять всё вот так! Нужен кто-то, кто сможет..! Кто-то...       Бегающий взгляд ненароком уцепился за синюю дорожку. Она шла от руки Избранного куда-то вверх. Дарк проследовал по ней почти невидящими глазами и уткнулся в нечто большое, в нечто огромное и тёмное. Точно! Как изобретатель мог забыть собственное прекрасное творение! Он-то ему и нужен. Он точно сможет..! Надо только как-то сообщить, но как..? Дарк же больше не может...       Тёмного всё продолжало вдавливать в постель, отрезая любые попытки подняться. Он чисто физически не сможет сказать что-либо, остаётся только написать. Но все письменные принадлежности были непозволительно далеко и высоко. Попытка сконцентрироваться и найти хоть что-нибудь всё же дала плоды. Кровь. Его собственная кровь, что ляжет поверх зеркала – ближайшей вертикальной поверхности.       Руки не слушались, запястье жгло так, что отдавалось во всей конечности. Сил не было совершенно, но Лорд ползком продвигался на чистой силе собственного упрямства, коего всегда было в достатке. В голову уже куда заметнее было кислородное голодание, что только ухудшало всю ситуацию. И вот макушка уткнулась во что-то гладкое.       Дарк посмотрел перед собой. Он видел размытую алую голову. Это... Это же его отражение, да..? А зачем оно лежит у него на пути? Ему же срочно нужно было!.. А... А куда ему нужно..? Он же что-то делал, а потом... Ну и чего это на него смотрят с таким лицом?? Думать мешают! Но стоило Дарку увести взгляд выше, он заметил сидящего гиганта. Точно!       И так покрытая чуть подсохшим и подстёртым тёмно-красным дрожащая ладонь старательно влезла прямо в грудину, обжигаясь искомой кровью. На стекле понемногу расцвело кривое и смазанное под конец послание: "ХРАНИ ЕГО". На более ни сил, ни мыслей не хватило. Нужно... Ещё что-то... Разбудить... Нужно как-то разбудить копию... Что-то нажать...       В голове всё окончательно перемешалось. Окружение, да и сам Лорд проваливались в мутную бессмысленную пелену. Единственное отчётливое ощущение – неумолимо прожигающий руку браслет. Хотелось избавиться от этого чувства, но почему-то Дарк не позволял себе даже попытаться снять его. А пробившаяся частичка памяти, больше даже мышечной, подсказала нужную комбинацию нажатий.       И вот только теперь Тёмный Лорд позволил бессилию взять вверх и стал смиренно дожидаться своего конца. Он сделал всё, что мог. Отдал максимум своих возможностей. Оставалось только надеяться, что это не будет напрасным и усилия оправдаются. А даже если робот не справится, может Дарк встретит Чоу там, на другой стороне?..

***

      Словно после сладкого сна, перед глазами выстраивалась картинка помещения. Правда, РобоЧоу не помнил, чтобы "засыпал" именно тут, в мастерской. В памяти быстро расцвели последние яркие образы: два дня в тяжком ожидании Дарка; его поведение, будто ничего такого не было; потом такой резкий взрыв эмоций, пугающий порыв "вернуть его" через какую-то там жертву; несколько секунд борьбы и... Тьма. Видать, Лорд дотянулся до браслета, откуда у него был тревожно большой контроль над механическим телом его "друга". – Мх, Нугай... – Тихо ругнувшись под нос, "Чоузен" решил для себя как можно скорее отыскать Тёмного. Мало ли что тот успел натворить, пока он не видел, правильно? Его точно нельзя надолго одного оставлять после всего этого! И вот стоило только обернуться...       Робот замер. Он уткнулся взглядом в неизвестно откуда взявшееся тут зеркало. Но его смутило не оно само и даже не отражение в нём, а то, что было поверх. Надпись. Тёмно-красная, бордовая надпись. Послание. Неровное и смазанное, но отчётливо читаемое. Однако осмыслить текст даже не попытались. Панически быстро взгляд устремился ниже, по следам от разводов и одному конкретному, крупному, идущему от последней буквы прямо до... Руки. Алой руки, вымазанной в бордо.       Перед зеркалом лежал Лорд. Лежал неподвижно. Лежал в собственной крови. Будто бы смотрел на себя. В отражении было частично видно открытую чудовищную рану на его груди. И это выжжет остатки мыслей. Тело Дарка будет гореть зеленой, пока Избранный не пошевелится от бессилия. Он будет стараться изо всех сил, пытаться через боль ползти к другу, но... Всё тщетно. Алый силуэт не приблизится, зато будет тлеть, сгорит в зелёном огне. А вместе с ним и всё вокруг. А с окружением сгорит и сам Чоузен. Его прожжёт изнутри, из самого сердца, опоясает кислотного цвета пламенем и выедет. На какой-то короткий момент Чоу почудится, что он достал до руки Лорда. Мёртвый, но горячий, будто всё же живой... Тогда Избранный и поймёт, что умирает. Рядом с другом. С самым дорогим ему стикменом. Как ему и было предначертано...

Мир вновь погрузится во мрак...

***

      Робот постепенно очнулся из-за странного звука, что то и дело прорывается в пустоту сознания. Он "закрывает глаза" и отворачивается обратно, куда смотрел при своём пробуждении. Только тогда он осмеливается вновь взглянуть на мир. Освещение в мастерской успело с вечернего смениться дневным. Сколько же времени прошло..?       Несуществующее сердце больно кольнуло осознанием произошедшего. Дарк... Мёртв..? Это всё-таки случилось? Но от этой мысли почему-то в голове... По странному пусто. Нет, роботу очень больно и горестно из-за случившегося, от чего так пытался его спасти... Он сам? Нет... Он этого не помнит. Кто-то другой..? Кто-то спас Лорда, ведь так? Да, ценой собственной жизни, от чего тот буквально сходил с ума и создал его, "новое тело", робота, как подобие. Теперь копия это понимает совершенно чётко, но... Чья?.. Кого-то, звавшимся Избранным... Но почему-то отчаянные попытки вспомнить об этом Избранном хоть что-то, кроме имени, того, что он был другом Тёмного и умер, спасая его, результатов не дают. Но робот знает, что он помнил! Он был им (ну или считал, что был)! А теперь, будто вместе с Лордом, в памяти умер и Чоузен...       Из тревожных мыслей в реальность гиганта вновь возвращает звук, возникший в полной тишине. Только сейчас робот замечает, что кроме его и Лорда в комнате есть кто-то ещё. За его спиной, на матрасе где он сидит, лежит чёрный стикмен с ярко-зелёными ожогами на правой стороне тела и аккуратным разрезом на груди. И этот стикмен кажется... Дышит.       Это и есть Избранный, не так ли? Это его тело робот носил в себе целый месяц, да? Это от его вида случился второй "сбой"? Тогда почему сейчас... Его нет..? Столько вопросов кружится в голове и совершенно некому их задать.       Вновь отрезвляет звук. Вдох. Тяжёлый и хриплый, короткий, но всё-таки он был. Чоузен оказался... Живым? Или это Тёмный Лорд и правда нашёл способ, и смог его оживить, при этом умерев сам? Теперь они этого не узнают...       Робот снова поворачивается в сторону душераздирающего зрелища, стараясь не смотреть на Дарка. Это было слишком больно, хоть сейчас он и вспомнить-то не может, как ощущается боль. Он просто знает, что ему больно. После всех терзаний Лорда, после всего, что робот видел и мельком уловил из последней истеричной речи, этот исход кажется... До жути предсказуемым. Но сейчас не до гореваний. На зеркале темнеет кровавое послание: "ХРАНИ ЕГО". Судя по всему, это было последним, что смог сделать Дарк. И его творение, его друг, обязан исполнить это поручение.       Внезапно Избранный шевелится, а робот настораживается. Дыхание зазвучало отчётливее, теперь в нём слышится натуга, лицо хмурится, на глазах проступают слёзы, тело напрягается и тяжело ёрзает. В какой-то момент уцелевшая рука перестаёт пытаться ухватиться за поверхность матраса и с крупной дрожью тянется к груди, к ране с участившимися мученическими полухрипами-полустонами. Нет, нет! Только не туда!       Робот перехватывает руку, что едва не коснулась тела. Слишком резко и сильно. Хват сразу стараются ослабить. На него уже уставились невидящим от боли и слёз взглядом. Внутри трепещет паника. Нужно её как можно быстрее унять, чтобы успокоить ещё и внезапно очнувшегося... Избранного? – Не трогай... Там. – Робот старается придать голосу твёрдости. Мученик послушно всё-таки пытается расслабить тело, рука безвольно повисает в большей, дыхание стараются унять, хоть и получается это скверно, а брови хмурятся. Отлично, пока всё даже проще, чем копия рассчитывал...       Чоузен, кажется, снова открывает глаза и пытается осмотреться. Он чуть поворачивает голову в сторону левой руки, всматривается в неё пару секунд и... Вдруг будто пугается, пытается вырваться, но сил ему совершенно не хватает, даже с учётом того, что робот сильно-то и не держит. Дыхание снова срывается на обрывчивые и хаотичные хрипы, смешивается с похожими, что, по всей видимости, были кашлем. Тело затрясло. Тут уже и сам робот пугается ни на шутку. Нужно срочно что-то придумать! – Чоу? Чоузен, ты слышишь меня?! Избранный! Чтоб тебя... – Копия осторожно опускает руку обратно на матрас, продолжает её держать. Чоуз никак не реагирует, всё мечется и хрипит, пока робот пытается найти что-нибудь, что могло бы успокоить излишне буйного подопечного.       Но тут Чоу внезапно замирает и затихает. Даже перестаёт пытаться дышать. Его только продолжает трясти от напряжения. Копия обеспокоено пробует всмотреться в его лицо, проследить за взглядом своего оригинала и понимает, что... Тот смотрит на зеркало. На то самое, под которым лежит Лорд и где багровеет его послание. Но смотрит он, кажется совсем не на это, а на самого себя. Присматривается с нескрываемым удивлением, переходящим в новую волну страха, будто Чоузен не узнаёт себя, впервые видит.       Избранный вновь часто задышал, разбивая надежды робота на спокойствие. Глаза Чоу продолжают слезиться, а сам он жмуриться, видимо, от боли, пытается совладать с сиплыми вдохами, то и дело стискивая зубы. Копия же совершенно не понимает, что ему делать. Он должен как-то помочь, но как?! Он может только следить, чтобы Чоуз не елозил слишком активно и, не дай код, не перевернулся. Мало ли, что Дарк успел сделать с телом своего друга. – б..б-ра... – Среди тяжёлых вдохов пробирается речь. Робота как жаром обдаёт. Его слух приковывается к тихому хриплому голосу. – ...бра-с..слет...д-дай...мне.....       Браслет..? Тот самый? Тот, что всегда носил Дарк? А других копия и не помнит... Он отрывает сам себя от размышлений. – Сейчас-сейчас, потерпи немного. – Робот торопливо встаёт и устремляется к так бесцеремонно лежащему в крови Лорду. Браслет чернеет, сияя своим завораживающим красным светом, на простёртой к зеркалу руке. И уже тянувшись к нему, копия засомневался...       А что если... Дарк ещё жив..? Что если ещё не всё потеряно? Что если ещё можно... От одного недолгого касания цепочка мыслей обрывается. Холодный. И всё равно, тонкая надежда пока держится – Чоуз тоже не отличается большой теплотой тела сейчас, но всё равно... Робот как можно аккуратнее поднимает друга, прижимает к своему телу, пытается расслышать и почувствовать хоть что-нибудь сквозь фоновый шум в комнате и голове...

Но чувствует только мертвенный холод абсолютно неподвижного тела, только липкость высохшей крови, только...

– ос...т-тавь... – Слабый голос резанул по сознанию. Раздражает. Что-что там он бормочет..? – ...е-го не- – Да как ты можешь знать?! – Резко срывается выкрик. Удивительно молниеносно, даже для себя, гигант поднимается и оборачивается, готовый рвать и метать. Но врезается взглядом в зажмуренное от громкости голоса лицо. Избранный всё так же продолжает болезненно хрипеть. Робот чуть не сорвался на абсолютно беспомощного Чоу... – о-ох, Алан... И-извини, я..! Сейчас...       Копия возвращается к своему изначальному месту. Тело Лорда всё ещё лежит на его руках. Безвольное, порванное и выпотрошенное, пустое, бездушное – как тряпичная кукла. Он и правда уже по ту сторону бытия. Как минимум, копия привык думать, что таковая существует, и надеется, Дарку там будет лучше...       Браслет пылает жаром. Это чувствуется даже с расстояния, а прикосновение только подтверждает. Робот всё ещё колеблется, но всё-таки снимает этот опасный аксессуар. На освобождённом запястье Дарка темнеет... Ожог? Что крайне странно с его устойчивостью к высоким температурам. Теперь передавать браслет Чоузену кажется ещё более плохой идеей, но он смотрит на этот несчастный кусок из чего бы он там не состоял, как на единственное спасение. Выбора у копии просто нет...       В этот раз, когда крупная ладонь обхватывает чёрную руку, Чоу реагирует вновь сбившимся вдохом, задерживает его, жмурится ещё сильнее. Как только браслет плотно огибает запястье, Избранный крупно вздрагивает. И застывает. Без движения. Без дыхания. С напряжением во всём теле. После нескольких секунд томительного ожидания, когда робот уже начинает до невозможного беспокоиться, раздаётся долгий выдох с шипением, несущий за собой ласковой волной расслабление, чтобы следующий вдох, хоть и сипло, но без особых препятствий наполнил грудь воздухом. Чоуз наконец дышит спокойно и обмякает.       Теперь "выдыхает" и копия. Опасность миновала, но осадок тяжёлым грузом всё ещё стелется где-то в глубине искусственной души. А теперь ещё и внимание привлекло то, как на руке Избранного, возле места подсоединения провода к телу, растёт кровоподтёк, наружу выглядывает начало иглы. Видимо, когда робот отходил, провод натянулся и чудом не выскочил. Надо бы как-то закрепить... Идеально было бы бинтом, который даже есть в комнате, но находится непозволительно далеко. Придётся действовать подручными средствами. Например, куском от простыни.       Всё время, пока гигант крайне старательно колдует над временной перевязкой, его подопечный неподвижно сверлит потолок. На глазах всё ещё стоят слёзы от только поутихшей прожигающей боли, от ощущения, словно кровь внутри горит. В бегущих мыслях нет никакой упорядоченности, всё пляшет. Но одна всё же вспыхивает достаточно ярко, чтобы не упустить её, осознать, прочувствовать... – я...я не смог...не сработало... – шепчет всё также хрипло и слабо. На эмоции нет сил. На борьбу нет сил. На жизнь сил тоже будто совсем не оставалось... Но он жив. Он выжил.       Фраза больно кольнула несуществующее сердце робота. Он только закончил мучаться с неумелой повязкой на руке и хотел было попытаться что-то сделать и с торсом, хоть это и рискованно, но сейчас переводит взгляд на Лорда, всё ещё неподвижно лежащего на крупных тёмных ногах. Положение сполна позволяет наглядеться на зияющую дыру на груди, на высохшие потоки крови и на улыбку навечно застывшую на лице. Не такую, какой он улыбался роботу – будто столь же искусственную –, а настоящую, горестно-счастливую, с надеждой где-то в глубине. Один из немногих разов, когда копия совсем не жалеет о какой-то не доступной ему способности. Плакать бы ему сейчас ещё не хватало... – Ты сделал всё, что было в твоих силах... – Всё же отвечает после долгой паузы, мысленно добавив: "А я мог бы сделать больше". Воцаряется тягостное молчание. Тишину нарушает только ровное хриплое дыхание Чоузена. Похоже, он уснул.       Робот всё не может оторвать взгляд от Дарка, укладывает его на себе "удобнее", держит его липкую ладонь в своей. Всё ещё не верится... Не верится, что так резко оборвалось. И что он ничего не сделал, чтобы этого не допустить, что до последнего не видел, насколько Лорду плохо. А смог бы увидеть..? Смог бы разобраться в этом коме из вечно сменяющихся настроений и состояний? Да он и сейчас не особо может... Думал ведь, что начал понимать, но в один день всё сломалось. В день, когда он сам сломался. В день первого сбоя... Только вот копия никак не может вспомнить, что именно случилось. Ему будто одномоментно стёрло почти всю память. Как только он... Увидел Дарка... Увидел мёртвым...       Вдруг внимание привлекает какое-то движение. И когда робот обращает внимание, его охватывает моментальная паника. Рана на груди заметно алеет, увеличивается, а её края... Сыпятся кодом. – Нет-нет-нет, только не это! Только не сейчас! Постой! – Робот пытается как-то накрыть растущую дыру, но от одного касания часть яркой плоти тут же крошится, от чего ладонь в испуге моментально отдёргивается назад. Нужно что-то срочно предпринять! Как за этот месяц не рассыпался Чоузен?! Точно! Провод! Но попытка спасения снова проваливает, как только на пути встаёт та самая повязка. – АРГХ, ЧТОБ ТЕБЯ..! – Уже собрался её порвать, но в глаза снова бросается зеркало с посланием. "ХРАНИ ЕГО"...       Ступор. Если Избранный не будет подключен, вдруг он снова... Что же делать? Не дать другу исчезнуть или исполнить его последнюю волю..? Попытаться спасти Лорда или сохранить Чоузена? Спасти Дарка? Сохранить Чоу? Дарка? Или Чоу? Дарк?! Чоу?! ДАРК?!! ЧОУ?!!       Рука в тёмной ладони теряет вес и исчезает. Уже слишком поздно. На торсе не остаётся незатронутых мест, он сыпется на глазах. Слишком сильно сжатая рука разлетается на символы, выскальзывая из хвата. А робот может только наблюдать, как сантиметр за сантиметром его создатель и друг превращается в ничто. Как исчезает его тело. Как лицо, как эта улыбка разваливается в труху и...

Оставляет его одного.

      Не было больше липкой крови – только её тёмный цвет. Не было больше тела – только улетающие вдаль частички. Не было больше Тёмного Лорда – только его творение...

***

      Время идёт своим незаметным чередом: дни сменяют ночи, солнечный свет перемежается с лунным. А в мастерской всё остаётся неизменно. Избранный всё так же спит, а его механическая копия почти неподвижно сидит на одном месте. Он... Думает. О многом. Вся ситуация напоминает момент, когда робот только-только узнал, что носит в себе тогда ещё не живого Чоузена. Тогда он тоже очень долго пробыл один на один со своими мыслями в ожидании, когда же недонекромант явится к нему. Только тогда он старательно игнорировал поток вопросов в сознании, а не рассуждал о нём, лишь бы скоротать дни, и находился на одном месте из собственного желания, а не как сейчас – из-за "привязи" к компьютеру и телу оригинала. Да и ждать "друга" уже не приходится...       Со стороны Чоу снова слышно слабое шевеление. Такое бывало уже несколько раз, но ничего, кроме минимальной смены положения, за этим не следовало, так что робот только бросает взгляд, дабы проследить. Вскоре снова становится тихо. Красные огоньки вновь сверлят пол, продолжая размышления о потенциальном будущем общении с подопечным. Без Лорда... Пока его не прерывает неразборчивое мычание. На это робот уже удивлённо и настороженно оборачивается.       Избранный делает пару сиплых глубоких (насколько мог) вдохов, как бы пробуя воздух, напитывая им тягостное тело для его облегчения. Немного морщась и щурясь, открывает глаза. Внимательно осматривает помещение, как позволяет положение, окружающий полумрак и, скорее всего, состояние. Копия же сидит чуть позади, пока вне поля зрения. Он тихо и внимательно следит за Чоузом в ожидании, пока тот сам его заметит. Однако, Чоу явно имеет другие планы. Он пытается подняться, но очень скоро бросает эту затею, как только дыхание сбивает болезненное шипение. Робот даже сделать или сказать ничего не успел. – Алан... – Подопечный шёпотом выругивается. У копии же невольно возникает вопрос, кто же такой это "Алан"?.. – как я..? мммх...       Избранный снова принимается впитывать глазами информацию. Теперь он замечает остатки бардака в стороне: тёмные пятна на полу и зеркало. Через него пробует осматривать уже самого себя, в тьме продолжаю не видеть сидящий позади огромный силуэт. Зрение едва фокусируется, но всё равно Чоу натыкается взглядом на неумелые повязки на туловище, руке и чёрный браслет Дарка.       Чоуз ещё раз пытается хотя бы привстать, уже не так резко, как в первый. Через зеркало робот видит, насколько это оказывается для него непросто. Вся мимика так и кричит о явной боли и тяжести, а в движениях заметна мёртвая недвижимость особенно яркой в своей зелени правой руки. С вновь результата никакого, кроме хриплой отдышки. Робот вмешиваться пока не спешит... – Лорд?.. – Немного более громкий голос заставляет копию чуть ли не вздрогнуть от неприятной неожиданности. – Дарк!.. – И снова Чоуз зовёт. И снова робот чувствует, будто уже ему больно. В тишине слышно, как Чоу сдерживает кашель, собирает в груди побольше воздуха для новых, насколько он только сможет, громких слов. – Лорд! Подо-...Кхм! Подойди... Сюда! – Он мёртв. – Робот больше не может терпеть эту пытку и подступающую необъяснимую злость.       Избранный резко притихает, опять уставившись в зеркало. Копия ловит взгляд на себе. Взгляд глаза в глаза. Стремительно меняющийся с удивлённо-испуганного на нарочито уверенный, угрожающий. И не важно, что Чоузен даже сесть не может. Он наконец-то замечает тёмного гиганта. – Что... Что забыл... В моём доме?.. Кто ты?.. Откуда знаешь... Тёмного Лорда? – Речь даётся с явным трудом, приходится делать паузы, Чоу будто не хватает воздуха. Но всё равно слова его звучат чётко, как удары, требовательно, пускай теперь и тихо. – Дарк... Он вроде создал меня. Долгая история... – Происходит небольшая заминка, в которую робот ещё раз убеждается, что окончательно выбрал для себя ответ на один из вопросов, возникший в многочасовых размышлениях. – Моё имя Чоби. – И с чего... м-мне верить.... тебе? – С каждым словом голос Чоу заметно слабеет, но его взгляд остаётся неизменно уверенным. – У тебя нет выбора.       От такого заявления Избранный вновь начинает ёрзать в попытке приподняться или хотя бы повернуться к собеседнику, чтобы смотреть напрямую на него, а не через посредничество зеркала. В ответ механическая рука осторожно касается здорового плеча, дабы удержать на месте, от чего Чоу только резче отдёргивается с угрожающим, практически, рыком: – Не трожь!.. м-меня... тсс... – и болезненным шипением, переходящим в хрип. – Ладно, только не двигайся. У тебя серьёзные раны. – Подопечный недовольно фыркает, но ёрзать перестаёт, снова уставившись в красные огоньки через зеркало. – Если бы я хотел и мог, то уже от тебя избавится.       На это Чоуз только хмыкнул. На короткий промежуток воцаряется шаткая тишина. Робот давно не смотрит на Избранного прямо, только искоса следит. Тот, в свою очередь, так же не выпускает надолго из поля зрения неожиданного "гостя", молчит и всё продолжает мельком разглядывать обстановку.       Чоби догоняет странная мысль: при первом пробуждении Чоуз не выказывал и доли враждебности, что, наверное, должна была присутствовать хотя бы из-за очевидной боли. Однако, предполагать он может только из собственных первых впечатлений в "новом" теле, воспоминания о которых уже притуплены временем. И всё же, тогда Чоузен выглядел... Скорее испуганно и растерянно. А что значила его фраза "я не смог"? Точно ли они подумали об одном и том же или робот додумал своего? – ч-чоу..? – Чоби оглядывается скорее рефлекторно. На короткий миг ему кажется, что это Дарк его зовёт, но... – А? Кто?.. – ответ уже самого Чоу заставляет усомниться в собственном нездравомыслии. Он ли сходит с ума, как Лорд, или в доме и правда есть кто-то ещё..?       Робот всё-таки поворачивается к подопечному телом и даже чуть спускается с насиженного места на пол рядом, чтобы посмотреть ему в лицо. Удивлённое, непонимающее, смотрящее растерянным взглядом то ли куда-то в потолок, то ли... В глубь себя? Но неожиданно резким рывком переводит внимание на свою левую руку, от чего тут же щурится. А рука, дрожа, держится чуть приподнятой, тоже чуть дёрнулась на резкость движений Чоуза, после неспешно ложась на лицо. Ладонь медленно чуть проводит вверх, будто Избранный пытается проверить себя на ощупь, но делает это с таким выражением, будто это не его рука вовсе. А затем... – Чоу? – с неверящей интонацией спрашивает самого себя.       Чоби совершенно сбит с толку. Что происходит? Что ему делать? Почему Избранный начинает плакать?! Миллион "что?" и "почему?" пляшут в голове. А может, что-то всё-таки пошло не так? Дарк где-то ошибся и теперь и сам Чоузен понятия не имеет, кто он такой? Или это последствия его смерти? Или... Или что-то вроде тех "сбоев", что были у самого робота и которые он уже не помнит? Всё слишком сложно и непонятно! Это злит. Очень сильно злит, выводит из себя! Хочется схватить первое, что попадётся под руку и сломать! И первым попадает Избранный – причина всех проблем. Проблем Дарка, проблем самого Чоби. Избранный и есть проблема. – Ч-Чоби! Кха! Ка-какого... Нугая?! – Робота отрезвляет, как Чоуз обратился к нему. Копия, наклонившись над Избранным, держит его за плечи немного навесу. Снова не может справиться с непонятно откуда взявшейся злостью. – Чоби..? – Почему-то Чоу повторяет его имя, словно только что узнал его. А на глаза всё ещё стоят слёзы, лицо на пару секунд выглядит будто приятно удивлённым и... Очень-очень знакомым. Но быстро становится опять хмурым и сердитым. – пусти... меня. Быстро. Н-нет, подо... подожди... да что за?..       Чоби смотрит на своего подопечного. Уже даже думать не хочется, ведь тот продолжает выкидывать всё новые странные заскоки, а робот ещё от того парада шокирующих выходок Дарка не отошёл. Сразу видно – друзья. И всё равно копия держит Чоуза, словно тот ему вот-вот объяснит что к чему. В ответ на него тоже смотрят, но с каким-то неясным выражением. – Как думаешь, может в тебя неупокоенный дух Дарка вселился, хах? – Чоби усмехается собственной мысли. Чоузен вторит ему своим тихим смешком. Потом они смеются уже вместе. Всё это кажется таким абсурдно смешным! Будто всё, каждое событие, от начала до конца, от смерти до воскрешения, просто шутка, розыгрыш! И, похоже, Избранному даже смешнее, потому что он всё продолжает смеяться, прерывается на кашель и снова смеётся. Смеётся так, что невысохшие глаза опять слезятся, а тело сильно дрожит. Смеётся так, что Чоби уже начинает беспокоиться и отпускает Чоу, снова только молчаливо следит. – кхаха-ха! дух д... Дарка! Кх-пхаха! Да т-тут я! Аха..! Хахах! Я! Лорд! Я... здесь!.. – По-погоди... Лорд?! – Чоби снова приближается к Избранному, неверя его словам, его голосу. Это совершенно точно говорит Чоуз, но то, как говорит... – Чоузен, ты же не шутишь? – Однако именно сейчас на лице царит точно такое же непонимание и удивление, какое наверняка тот видел у своей копии. – Не... не шутит... Чоби. – ...Чем докажешь?       Ответ звучит далеко не сразу. Вместо него только сиплое дыхание. Это заставляет только сильнее напрячься. – ты... ты ду-...маешь... этот долбоёб... знает про... бра-...слет?..       Разом все сомнения рухнули. Ну да, это точно Дарк! Дарк, что ругается с поводом и без, вечно упрекает Чоу (и его копию, соответственно) в недальновидности и глупости. Но... Как? Как он смог выжить, как говорит голосом Чоузена, как смотрит его глазами? Точно призрак, вселившийся в тело. Больше вариантов и быть не может.       И всё-таки, хоть и хочется спросить и сказать столь многое, Чоузен... Лорд? Оба они заметно устали. Отдышка слишком явная, да и голос хрипит куда сильнее. Тёмному потребовалось уж слишком много времени на сбор мыслей для ответа, в которое лицо особенно морщилось, будто даже думать болезненно дискомфортно. Тело, как подмечает Чоби, растеряло то малое тепло, что успело приобрести. Чоу всё ещё очень и очень слаб, а если их ещё и двоя... Им точно нужен отдых. Да и самому роботу было бы неплохо переварить всю новую информацию и найти, чем восполнить энергию, потраченную на все эти волнения. И всему этому очень поспособствует выход из мастерской. – Ам, Дарк... Как мне от компьютера отключиться? – от комп-..? давай... п-потом... – Речь уже совсем смазывается, будто Лорд (или Чоуз..?) засыпает на ходу.       Ну что ж... Потом, значит потом. Но оставлять всё как есть Чоби не намерен. Он осторожно приподнимает тело Избранного, садится на его место и кладёт на себя. Чоу что-то там недовольно бурчит, и, видимо, Лорд бубнит ему в ответ, чтобы не возникал. Робот поплотнее укутывает их тело в остатки простыни. Он хотел было сделать себя теплее, да только... Не смог вспомнить, как именно это делать. Хотя копия точно знает, что умел так. Похоже, с воспоминаниями Чоузена теперь из искусственного разума скрылось и интуитивное понимание его способностей, которые Дарк так старательно одна за другой "возвращал". Ну и ладно, Чоби и так достаточно тёплый, что напряжённое тело на нём сначала расслабляется и перестаёт так трястись, а потом и вовсе, пригревшись и замлевши, само слабо прижимается к нему в сонной неге.       Чоби снова остаётся один на один со своими мыслями. Один на один с затаившимися в глубине неверием и злостью. Происходящее не перестаёт казаться абсурдным и ненастоящим, а гнев на Чоу, Дарка и самого себя всё никак не проходит. Робот точно держал мёртвого Лорда, вот почти так же, как и сейчас; видел, как его тело обратилось в пыль... А он здесь. И был буквально позади него в тот самый момент, когда Чоби чуть не убил его вместе с Чоузеном, пытаясь "спасти".       Может он просто бредит..? Прям как сам Тёмный видел в нём друга, видит теперь в этом самом друге своего; чувствует, как в унисон с двойной силой бьются их сердца? А на самом деле так и не выбрался из последнего приступа, когда только увидел его в крови со страшной раной на груди...       Чоби закрывает глаза и выдыхает. Наверное, уже и не важно, правда ли это всё или очередное затянувшееся, как всегда такое реальное, ведение. Даже если и так, то что с того? Если оно ощущается, как действительность, то пусть будет так. Копия позаботится о своих подопечных, если те живы хотя бы здесь. Таково было последнее указание его создателя, его друга. А Чоби обязан ему жизнью. Им обоим...