Часть 7

Абсолютную тишину поместья то и дело прерывал скрип половиц. Такие же старые, как и весь этот прогнивший дом. Тело совсем ещё юной девушки тащили прямо по полу, собирая каждый, хоть немного торчащий, гвоздь. Жесткий ковер натирал кожу, словно проводя обычной наждачкой. На своё же удивление, Ева была в полусознательном состоянии. Приоткрытые глаза застлала мутная пелена. Не было видно четких объектов, и лишь редкий свет из окон был отличен от темных объектов интерьера. — Мерзавка... Решила мне... испортить? — голос Маркиза был еле отличен от скрипа тех же половиц. То сливаясь с тишиной, то вбиваясь в сознание, слова запоминались периодично, — Забыла как...раньше... Лестница была неприятной. Долгая. Жесткая. Каждая ступень ударяла так, словно её голову каждый раз огребали о стену. Синий протёртый ковёр лишь немного смягчал падение. — Я напомню... Ты не сможешь... Весь подвал состоял из камня, и лестница не стала исключением. Ковёр же там был без надобности. Теплая алая струя скатывалась от лба к глазу, от глаза по щеке, размываясь о ледяной пол. Лицо Маркиза было размыто, и лишь с усилием можно было заметить, что его рот до сих пор открывался. Что он говорил Ева уже не слышала, постепенно проваливаясь в небытие. Начищенные туфли, что ходили вокруг, напоследок приблизились. Грубым толчком откинув тело подальше, в самую глубь камеры, мужчина наконец ушел.

***

Пробуждение было резким и болезненным. Глаза, что открылись с огромным усилием, ослеплял единственный горящий факел. Голова раскалывалась, а звон всё никак не хотел прекращаться. Терпеть боль, что волнами вспыхивала по всему телу, было почти невмоготу, а сухой кашель разрывал глотку. — Пиздец... Кгх-кх... Ползком подобравшись к запертому выходу, Ева начала колдовать нити. Извиваясь, они пролезли прямо в скважину, начиная подбирать необходимую форму. Щелчок. Под тяжестью тела решетка отодвинулась. Цепляясь за прутья, девушка встала на ноги и шатающимся шагом начала выбираться из подвала. Было уже утро. Рассветное солнце немного согревало, лучами опоясывая двор. Прачки бегали, вешая только-только постиранную одежду. Жизнь шла как всегда своим чередом. Прервав разговор кучера с горничной своим появлением, девушка облокотилась о стоящую карету. — Где Маркиз? — Ева не смотрела на слуг, но знала, что теперь все взгляды были прикованы к ней. Её платье местами было ободрано, а красные пятна были практически на всём теле. Волосы же были спутаны, спёкшаяся кровь застыла на золотых волосах. — Госпожа... Что это с вами...? Может вам... — новая горничная уже тянула руку что бы дотронуться до опущенных плеч, но резко отдернула её. Тыльную сторону ладони жгло от резкого удара. — Вы меня не услышали? Где. Маркиз. — на мгновение задумавшись, девушка дополнила, — и Лесли. Теперь в разговор уже влез и сам кучер, а смотря на недовольное лицо, что кривилось от пробирающей тело боли, сбивчиво начал объяснять. — Ну, они это... С леди Лесли то уехали. Ну, в храм, вот. На молитву. Так а Господин с утра злющий был, вы бы видели. Он приказал аж две кареты подготовить, да побыстрее. Ну и вот, поехали уже, — от такого объяснения у Евы начала кружиться голова. Этот говор не был редкостью среди слуг, но сейчас она была не в том состоянии, чтобы выслушивать всё это. — Собери мне экипаж и вези меня туда же. Быстрее. — Но... Ядовито уставившись на мужчину, девушка более ничего не говорила. Взгляд же обещал многое, если он не начнет уже шевелиться. В ответ на это кучер коротко поклонился и без лишних слов начал делать свою работу. Отойдя от кареты, Ева присела на ближайшую скамейку. Мельтешащие вокруг слуги сбивали с толку, а шепотки слышались чуть ли не от каждого угла. Дышать же становилось всё тяжелее и тяжелее, а её жалкие попытки делать это глубоко и ровно, минуя боль, были тщетными. Пытаясь сосредоточиться на чём-нибудь другом, девушка думала обо всём и одновременно ни о чём. Цветы, погода, её жизнь... Мысли мельком появлялись, и так же быстро менялись. Один за другим... Почему Лесли вообще поехала с ним? А Маркиз? Какой к черту храм, он никогда туда не ездил по собственному желанию. Из своеобразного транса её не вывел наконец собранный экипаж. Лошади уже стояли, притаптывая копытом и фыркая. Мужчина же, который коснулся её плеча, сразу же убрал руку подальше. — Все готово, госпожа. С трудом забравшись внутрь и сев на обитый бархатной тканью диван, девушка одновременно с этим услышала звук хлестнувших поводьев. Лошади тронулись, и пейзаж за окном стал постепенно меняться. Редкие деревья сменялись один за одним, постепенно становясь гуще и выше. Каждая же яма, что попадалась на пути, каждый камень, ощущались намного острее. А тошнота становилась сильнее. Рассеянным взглядом Ева пыталась тщательно следить за дорогой, и девушка удивилась, что вскоре песчано-земляная дорога сменилась на обычный крупный камень и гальку. Белый храм же возвышался над всеми окружающими сооружениями. Карета остановилась. Вход был намного дальше, но Еву волновало совсем не это. Вскочив с сиденья и резко открыв дверцу, девушка чуть не полетела прямо на твердую дорогу. Маркиза нет. Как и Лесли. Они еще не приехали? Кучер неприкаянно стоял рядом, и будто бы не понимал, почему же госпожа так удивленно и отчаянно смотрит по сторонам. Схватив мужчину за грудки, Ева из оставшихся сил дернула его. — Почему... мы приехали раньше них? Где они вообще? — Так это, вы же хотели быстрее приехать. Вот я и повез по самому короткому пути. — почесав затылок, кучер осмотрелся, — Они наверное ещё едут, но уже скоро будут здесь. Господин же это, приказывает обычно ехать через лесную дорогу. Там и дорога лучше, специально ровняли ведь, используют её чаще. Но от поместья Сперадо по ней ехать дольше, чем по опушке. Боже, она его когда-нибудь прибьет ненароком. Звонко цыкнув и оставив мужчину стоять дальше у дороги, Ева побежала в город. Если она не ошибается, то к той дороге к храму можно быстрее пробежать через переулки. Её верные каблуки хоть и были любимыми и удобными, но при таком беге лишь мешали. Не останавливаясь, Ева броском скинула их, подхватывая нитями тьмы, что также быстро исчезли, оставив обувь у неё в руках. Галька, песок, мелкий мусор... Каждый мелкий камушек впивался в стопы. Резко свернув в сторону, Ева и не заметила как столкнулась с кем-то. Удар был жестким, но не поднимая взгляда, и проболтав что-то похожее на извинение, Ева также побежала дальше. Крики, что летели ей вдогонку, девушка абсолютно не слышала. Как и топота, который раздавался всё ближе и ближе. И вот, прямо перед самым концом, её тело взмыло наверх. Сильные руки держали её на весу, не давая возможности выбраться и бежать дальше. Твою же ж... — Леди, с вами всё в порядке? — высокий рост, огромная сила и очень знакомое лицо. В том, что перед ней был один из Сальваторов Ева не сомневалась ни секунды, ведь раньше ей доводилось видеть их издалека на балах, — Я могу... — ладонью девушка прикрыла его рот, прерывая несомненно важную речь. — Отлично. Хочешь помочь — быстрее отнеси меня дальше по дороге к храму. Не хочешь, то будь добр, поставь меня обратно на землю. Дважды просить не пришлось. Сальватор пока без лишних расспросов побежал дальше, только уже с ношей на руках. Как оказалось чуть погодя, бежал не он один. За Бетрионом следовала небольшая кучка одетых так же как и он рыцарей. — И всё же... Что конкретно вам нужно там? — Лесли... Тсц! — парень неожиданно сильно сжал руки, от чего свежие раны дали о себе знать новой волной. Серьезный и собранный взгляд сменился извиняющимся, и Бетрион тут же ослабил хватку, — Лесли в опасности... Остальное давай позже. Как оказалось, в конце переулка спокойно стояли лошади разных мастей. Не разбегаясь, они спокойно ждали своих всадников. На одну из них, полностью черную, Бетрион сначала перекинул её, в прыжке поднимаясь на седло следом. Остальные запрыгнули на седла также, переходя сразу в галоп. Топот копыт поднял пыльную завесу. Лесной путь оказался не просто ровнее, а вел практически прямо. Вдоль широкой дороги росли ели и сосны, из-за чего на обочинах часто встречались разбросанные шишки и иголки. Вдали же начинала клубиться тонкая полоска сизого дыма, которую заметили все. Напряжение, что испытывала Ева, будто передалось и Бетриону. Он крепче ухватился за поводья, а лошадь же начала скакать быстрее, чем было до этого. Пока впереди наконец не появилась старая карета. Карета, которая горела алым пламенем. Ева знала чего ожидать. Знала. И всё равно, не мигая, уставилась на рвущийся вверх огонь, что пожирал деревянные доски и странные брёвна. Лошади остановились, и только девушка дернулась, в попытке быстрее слезть и побежать прямо в огонь, её тут же потянули обратно. — Сидите тут. Ясный командирский тон, что не терпит пререканий. Светловолосая хотела уже ответить, но серьезный взгляд, который сначала был устремлен прямо в пламя, а затем уже на неё, пригвоздил её и заставил промолчать. Бетрион тем временем слез с седла, сразу же побежав прямо к карете. За ним тут же погнались и остальные, оставив девушку позади. Подойдя вплотную к горящей двери, Сальватор простой силой вырвал её, заходя прямо внутрь. На мгновение у Евы перехватило дыхание, и аккуратно спустившись с лошади, она просто стала около неё, отчаянно вглядываясь в пламя. Секунда. Из полыхающей кареты парень вышел уже не один. Под увещевания подчиненных, Бетрион, держа в одной руке Лесли, другой снимал свою куртку, закутывая беловолосую. Живая. Глубокий вздох снял тяжесть, что приковывала её. Сердце же колотилось как бешенное, набатом стуча по ушам. От облегчения, разливавшемуся по телу, девушка чуть не свалилась прямо на землю. Только спустя мгновение Ева заметила, что по её щеке скатилась одна солёная капля. А затем ещё одна. Этого ей ещё не хватало. Быстро вытерев неожиданные слёзы, она краем глаза заметила вдалеке мужчин, что сейчас прятались за деревьями. Каждый из них держал в своих руках по топору, а вглядевшись в них внимательнее, Ева поняла, что не узнаёт ни одного из них. Видимо Маркиз довольно быстро нашел замену предыдущим. Послышался шорох. Прячущиеся слуги наконец решили выйти из теней, а отряд рыцарей лишь навострился. Некоторые из них достали оружие. — Кто там?! Грузный топот остановился в паре метров от рыцарей, показывая на свет толпу мужиков, что были одеты все практически одинаково. Шляпы и пиджаки создавали из них единую толпу. Вперед вышел один из них, обращаясь к спасителям. — Спасибо, что спасли нашу мисс. Мы не знаем кто вы, но несомненно отправим письмо с благодарностями, — взгляд вышедшего был закрыт тенью от шляпы, а вытянутая вперед рука уже тянулась к Лесли, — А теперь, прошу, отдайте нам её. Ева не чувствовала ничего. Ни ярости, ни отвращения, но желание отсечь этому нахалу его потную тянущуюся ладонь, прямо как и предыдущим исполнителям, увеличивалось в геометрической прогрессии. Возможно, не будь она настолько ослабшей, что радиус заклинаний снизился, то так бы и случилось, но происходящие перед её глазами события заставили отставить эту мысль, искренне наслаждаясь моментом. Всучив сестру одному из своих подчиненных, Бетрион ровным шагом направился к непроизвольному лидеру этой толпы. Одной рукой схватив его за горло, он приподнял мужчину над землёй. Тот же лишь трясся и кряхтел, словно пойманный гусь. — Кха! Ч-что вы... — Как интересно. Неважно, что сегодня так холодно — на тебе ни капли пота. Напротив... Ты даже немного замерз, — четко и неторопливо произнося каждое слово, Бетрион бесстрастно взирал на трепыхающееся тело — Не говоря уже об этих топорах... Вы будто изначально знали, что карета будет гореть. Не так ли? — Черт... Отпус... — откинутое тело прошлось на несколько метров вперед, прямо к остальным. Поддерживаемый остальными, он откашливался от удушающего хвата, — Вам здесь делать нечего! Это всё просто случайность! А топоры мы взяли на всякий случай! — Хватит врать! Даже если... Незаметно подойдя ближе, Ева дернула рыцаря за рукав, мгновенно отвлекая его от начинающегося скандала. Заметили её теперь все, а на недовольный взгляд Сальватора хотелось лишь по-детски показать язык. — Просто случайность? Лошади случайно убежали, кучер случайно исчез, дверь случайно закрылась, карета случайно была обставлена бревнами и также случайно воспламенилась? Прямо как обычная спичка. И топоры вы просто так взяли? Ах, простите. Случайно. Я всё верно сказала? Подходя всё ближе к подручным Маркиза, девушка оплетала шею каждого из них нитями. Тончайшие, прямо как паутина, и практически незаметные. Ева долго работала над своей магией. Бесполезная по своему прямому назначению — поглощать всё на своем пути в огромных масштабах, девушка нашла иной способ использовать её. Вытягивая и заостряя, магия тьмы в её руках стала опасным оружием. А само свойство этой магии — поглощать и скрывать, делало нити незаметными даже для магов. — Да какая разница? Просто... — главарь резко замолчал, а Ева взглядом провела каплю пота, что скатилась по морщинистому лицу, — Мисс Эли... Мужчины застыли в ступоре. Многие даже уронили топоры и согнули ноги, будто в любой момент готовясь убегать. Ева искренне удивилась такой реакции, но удивление мгновенно сменилось весельем. Ей даже стало интересно, что же такого Маркиз рассказал про неё, ведь они не работали в их поместье, чтобы хотя бы увидеть её. Смотря на лица, застывшие в искреннем ужасе, девушка улыбнулась уголками губ, мимолетно прикрывая глаза. — Боже... — Ева махнула рукой в сторону леса — Можете бежать. И они побежали. Кто-то с криками, кто-то просто молча, не зная, что живыми они в любом случае не останутся. Ведь через несколько минут нити стянуться, отсекая головы. Рыцари мимолетно переглядывались между собой, а не озвученные вопросы так и остались витать в воздухе. Бетрион тяжело вздохнул, его плечи опустились. Подойдя к Лесли, он легким движением стер сажу с её щеки, что не осталось незамеченным самой Евой. — Нужно отнести это дитя в храм, — а затем, повернувшись к Еве, проронил, — Вас, леди Сперадо, тем более, — раздраженный взгляд встретился с непринужденным. Нежелание встревать в разборки между этими двумя было у каждого присутствующего. В немом согласии, они все отошли, оставляя капитана и странную девушку наедине. И только на достаточном расстоянии начали шептаться между собой. Подойдя ближе, Бетрион схватил одной рукой Еву за щеки. Легко и не больно, просто чтобы та смотрела прямо в его глаза. — Какое из слов “Сидите тут” вы не поняли? — сам парень не был зол, но его недовольство можно было увидеть за несколько километров, — Так ещё и позволили им сбежать. — Ах, вот как вы с дамами обращаетесь, лорд Сальватор? Какой вы грубиян оказывается, не удивительно, что у вас до сих пор невесты нет. Хоть обычно Ева пытается выбесить только одного человека, бесить остальных ей нравилось не меньше. Не так как Маркиза, доводя до неумолимой ярости, а лишь немного, зачастую балансируя на грани. Небольшая шалость, только и всего, но почему-то... Даже не смотря на ситуацию, ей очень хотелось поддеть Бетриона. Ковырнуть раны, чтобы посмотреть, кем же на самом деле являются Сальваторы. Возможно, она просто хочет убедиться, что Лесли с ними действительно будет в порядке, но какой толк врать самой себе? Она ревнует. Невообразимо глупо и чудовищно нелепо. Ревнует Лесли к этой чертовой семейке. Она помнит. Прекрасно помнит как сестра без умолку рассказывала о них. Как сверкала, когда описывала какая же Княгиня Сальватор восхитительная. И Ева приняла это. Ведь там ей будет намного лучше. Но то, что она чувствовала... Всё же голос разума не может достучаться до глухого сердца. — Это не ответ на мой вопрос, — хватка усилилась, но до сих пор не причиняла боли. Глаза же будто смотрели прямо в душу, в попытке найти там какой-нибудь ответ. — Ладно-ладно... Я просто... решила вам помочь? И, как видите, закончилось это всё не так уж и плохо. Ну а что уж до побега... Я просто очень милосердная? — откровенная ложь. Её абсолютно не волновал этот несчастный конфликт и она прекрасно знает, что они бы справились и без неё. Единственное, чего она добивалась — это возможность приблизиться к тем мужчинам, чтобы оплести их нитями. Скептицизм в глазах Бетриона говорил ярче любых слов. А если ещё и вспомнить, какие о ней ходят слухи, то поверить в такое было практически невозможно. Что ж... Она в любом случае лгать никогда не умела, а единственным человеком, что вёлся на её ложь был Маркиз. — Хорошо... Допустим, я в это поверил. Как вы узнали о пожаре? — Сальватор наконец отпустил руку с щек, всё также пялясь в душу. — А как ещё по вашему? Я просто под-слу-ша-ла. С каждым произнесенным слогом Ева ближе приближалась к чужому уху, снижая голос до заговорщического шепота. И хоть сделать это было немного проблематично, доходя макушкой до его плеч, девушка схватила чужие предплечья по обе стороны и потянула вниз, заставляя парня наклониться. Невинная улыбка в конце завершила простое объяснение. — И подробности вы мне не расскажете? — не касаясь, лишь взглядом оглядев её увечья, Бетрион намекал именно на них. — М-м-м... Нет? — тяжелый вздох, и взгляд, направленный на знакомую лошадь будто закончил разговор. Развернувшись, и потянув Еву за собой, Сальватор также быстро, как и в переулке, посадил сначала её, а затем уже запрыгнул на седло сам. Дорога обратно к храму стала менее напряженной, но девушка то и дело иногда прожигала спину блондинистого рыцаря, что вёз бессознательную Лесли на своей лошади. В храме их встретили бурно, утащив Еву чуть ли не с самого порога. Причитая над ранами и удивляясь тому, как она вообще пробыла так долго в сознании, священники быстро разобрались с её состоянием, хоть и излечив не до конца. Всё же травма головы была достаточно серьезной, из-за чего ей позже нужно будет выпить пару зелий. Лесли, как и Бетриона, осмотрели намного быстрее. Ожоги младшей исчезали прямо на глазах, но Ева, прикусив губу до крови, уставилась в окно. Лишь в конце, когда всё наконец закончилось, девушка подошла к сестре, аккуратно погладив по голове. Глядя же на обожжённые руки Сальватора, что скоро сменились на обычные здоровые, светловолосая вспомнила, что так и не поблагодарила его. Да, возможно она сейчас невольно и недолюбливает Сальваторов, но он всё же спас Лесли. Задумавшись над таким обычным действием, она и не заметила как вышла из храма вслед за парнем, что держал в своих руках младшую. Благодарность... Ей не составляло труда сказать кому-нибудь спасибо, даже если это и было сказано чисто ради вежливости. Но сказать ему простое спасибо казалось чем-то... несоразмерным? — Сальватор. Парень встал, и вопросительно взглянул на Еву. Девушка же в нерешительности смотрела в ответ, прокручивая свою идею в голове ещё раз, и, глубоко вздохнув, подошла поближе. Аккуратно взяв одну из рук, она легко коснулась губами внутренней стороны ладони, где ранее находился ожог. — Спасибо. И также аккуратно отпустив руку, она развернулась, направившись в сторону кареты, что на удивление до сих пор стояла вдали. Неспешно и безразлично, думая лишь о том, что ей теперь делать с помешанным Маркизом. Возможно, если бы девушка обернулась, то искренне удивилась бы и посмеялась от отчетливого румянца, что охватил щеки Бетриона. Кучер разговаривал с другими товарищами, но заметил приближение Евы и тут же распрощался с собеседниками, возвращаясь на свое место. — Едем в поместье. Мужчина молча принял это к сведенью, проверяя лошадей и колеса. Забравшись внутрь, девушка лишь устало вздохнула. Вглядываясь в даль, она уже ощущала интереснейший разговор с Маркизом, который ей предстоит.