Часть 6

Тьма. Ни звуков, ни света, вокруг было лишь одно — пустота. Каждую ночь происходит одно и то же. Честно, это настолько приелось, что не вызывает теперь ничего, кроме тошноты и боли. И каждую ночь к ней приходят разные люди. Дериел, что каждый раз проклинала её за само существование. За то, что испортила всю её жизнь своим внезапным появлением. Крики ярости оглушали, а заканчивались такие встречи одним — перерезанным горлом. Мама, что постоянно отводила взгляд, и смотрела лишь на свою новую семью. И сколько бы Ева не кричала, не молила посмотреть на неё так же, она оставалась глуха к таким просьбам. Маркиз, что истязал её. Морально, физически, выедая все остатки человечности, что были в ней. Знакомый подвал, такие же знакомые руки, что упорно выбивали одни и те же слова на подкорке сознания. Тебе не сбежать отсюда. Ты должна быть послушной. Убей её... его... этого... Иначе, я убью её. Слуги, её жертвы, другие аристократы... Лиц, что участвовали в её снах, стало так много, что она уже начинала путаться и забывать, кто есть кто. Но, наверно, самыми ужасными были сны, в которых появлялись Лиам или Лесли. Брат кричал. От страха, от боли. Хрипел от сжимающих его горло рук. Ева смотрела. Смотрела, и снова, как в ту ночь, не могла пошевелиться. И только воспоминание заканчивалось, оно снова повторялось. И снова, и снова... Пока её тело резко не дергалось, принудительно заставляя проснуться с тяжёлым дыханием. Лесли плакала. От той тяжелой ноши, что каждый день сваливалась на её плечи. В этих снах Ева не была похожа на себя. Эгоистичная, жестокая к своей же сестре, она издевалась над девочкой, пока не докажет что-то самой себе. Дериел же, которая почему-то была жива, относилась к своей младшей дочери не лучше, заставляя её чувствовать себя никем в этом доме. И каждый раз, вставая, единственное, что запоминала Ева — глаза Лесли, полные чистой и темной ненависти. Сегодняшний сон был по-странному пуст. Не было никого и ничего. Но, как оказалось, её суждения были ошибочными. Именно сегодня во сне объявился новый гость. — Ну и как тебе? В моём теле? — маленькая девочка, что встала перед ней, имела очень знакомые черты. Конечно знакомые, ведь похожие она видит чуть ли не каждый день перед зеркалом. Зелёные глаза яростно впивались в каждый участок тела, заставляя болезненно гореть. — Забрала моё тело. Мою жизнь. Моё имя. И не испытываешь ни капли вины? Перед маленькой девочкой, которая ни в чем не виновата? Ярость сменилась искренним, неумолимым смехом. — Да ты чудовище! Действительно чудовище! Ха-ха-ха! Возможно она права. А возможно перед ней сейчас её чувство вины и стоит, издевательски смеётся и душит. Душит цепкими детскими ладонями, что еле-еле прикрывали длинный шрам на шее. Боже, как же она устала. И вот, наконец, Ева резко открыла глаза, частично встав с дивана, на котором и заснула. Глубоко вздыхая, она пыталась унять разбушевавшееся сердцебиение. Теперь в длинный список ночных гостей можно добавить и Эли.

***

В поместье было пусто. Почему-то раньше Ева совсем не замечала, что кроме слуг, тут жили лишь Макриз, Лесли, да и она сама. Это здание было полностью пропитано одиночеством и холодом, что исходил из каждой комнаты. Тишину коридоров прерывали лишь горничные, что носились туда-сюда. И Лесли жила так? Пока её не было? Запертая в четырёх стенах, без возможности уйти дальше территории поместья... Проведя ладонью по старой картине, девушка с удивлением смотрела на маленькую Эли, что держала в руках ладонь Дериел. Давящий ком застрял где-то глубоко в горле. Выбежав на улицу, и завернув в сторону сада, Ева облегчённо выдохнула, прижавшись к ближайшему дереву. Сон же будто и не собирался выходить из головы, продолжая напоминать о себе. Раньше она не задумывалась о том, каким образом она вообще попала в это тело. Точнее задумывалась, но эти мысли не поглощали её, оставаясь лишь на периферии. Ведь как ей узнать ответ, если она и свой последний день в своём мире не помнит? Может это был просто обычный день. Пары нудно пролетели сквозь уши, и, вернувшись в общагу, она провела остаток дня там же. А возможно что-то поменялось, и вот она уже была сбита машиной по пути. Думать обо всем этом было бессмысленно, ведь она знала лишь один факт — она заняла чужое тело, частично изменив его. Она не знала, что случилось с Эли. Она не знала что случилось с ней самой. Она не знала даже кем она теперь является, ведь красные глаза вообще не принадлежали ни одной из них. Усталый вздох слился с холодным ветром. Прикрыв на пару мгновений глаза, девушка мимоходом провела ладонью по колье, что скрывало её шрам. Спустившись по коре, Ева присела у основания рябины. Красные ягоды красиво блестели под солнцем. Жаль, что она не захватила с собой курительную трубку... Сколько она пробыла в таком состоянии девушка не знала, однако шаги, что быстро приближались к ней, заставили мгновенно напрячься. — Ну и где она? — тихий шелест листьев разрезал недовольный голос Маркиза. Схватив сидящую девушку за руку, он резко дернул её, заставляя встать. — Кто "она", отец? — Ева наклонила голову вбок, смотря на мужчину с удивлением. Строить из себя дурочку девушка любила, ведь появляющееся раздражение на лице собеседника начинало приятно греть душу. И лишь последствия такой игры чаще всего останавливали Еву. Ходить побитой пару месяцев было... трудно, хоть и терпимо. Но девушка не могла смотреть на грустные глаза Лесли, что аккуратно проводили по каждому синяку. — Не притворяйся, ты знаешь о ком я! — грубо встряхнув за плечи, и вцепившись в них мертвой хваткой, Маркиз злостно пялился на неё, — Лесли! Где Лесли? — Насколько мне известно, она поехала вчера в церковь и осталась там на ночь. Разве вас не предупредил кучер? — мужчина на такой ответ лишь цыкнул, резко отпихнув девушку. Ева промолчала, взглядом провожая Маркиза, что уже выходил из сада. Стряхнув несуществующую пыль, светловолосая качнула головой из стороны в сторону. Это... странно. Листва так же тихо покачивалась на деревьях, иногда спадая на зеленую траву. Вокруг же не было ни единой души. Пустым взглядом уставившись в одну точку, Ева думала лишь об одном. Если он что-то сделает... снова. Взгляд зацепился за подъезжающую карету. Она точно его убьёт.

***

Выбежавшая Лесли сверкала, прямо как начищенный самовар. Её не смогли остановить ни слуги, ни огромное расстояние между ними. С разбегу врезавшись в сестру, они обе чуть не упали прямо на каменную дорожку. — Ну что, сестрёнка, скучала по мне? — и, ослепив своей яркой улыбкой, Лесли выжидающе уставилась на Еву. И что ей сказать? Что она всего лишь за день успела соскучиться по ней? Да что там говорить, только за ночь, но по ощущениям Ева не видела младшую будто целую вечность. Это очень смущало. Отведя голову в сторону, девушка негромко ответила: — Пойдём, поговорим уже внутри, — Ева быстро отвернулась, и, захватив ладонь Лесли, быстрым шагом отправилась внутрь. Девочка на такое заявление рассмеялась, заметив как обычно непроницаемое и бледное лицо покраснело от кончиков ушей до самой шеи.

***

Глубокая ночь наступила быстро и незаметно. И хотя Еве стало намного спокойней, смотря на спящую сестру, но глухое беспокойство до сих пор не давало прикрыть глаза даже на минуту. Княгиня согласилась удочерить Лесли. Это было действительно хорошей новостью. И хоть этот процесс был довольно сложным, учитывая, что младшая по факту имеет биологического родителя, она сказала что разберётся со всем. Нужно лишь подождать около месяца, чтобы женщина смогла всё уладить. Но ещё, кроме всего прочего, Ева переживала из-за своей глубокой привязанности к младшей сестре. И вроде бы, что тут такого? Это нормально, однако... страх снова потерять дорогого человека будто постепенно превращал эту привязанность уже в нездоровую зависимость. Иногда ей кажется, что она слишком волнуется о ней и даже гиперопекает...? Хотя... С таким окружением её волнения были небезосновательны. Но всё же, эти мысли не дают ей теперь покоя. Видимо идея Лесли оказалась даже лучше, чем она изначально предполагала. У младшей появиться достойная защита, и ей не придётся постоянно переживать за неё. Сама же Ева... Что ж, ей определенно нужно отдохнуть. Отдохнуть от всего: от аристократии, от беспокойных мыслей, от лжи, убийств, заговоров и... всего прочего. Она устала. Просто устала. И, возможно, когда всё это закончится, она уедет. Может на год, или даже два? Посмотрит на этот новый мир, познакомится с кем-нибудь... За столько лет Ева уже и забыла какого это, жить нормальной жизнью. Даже про свои увлечения забыла. Может быть, она снова возьмёт в свои руки кисть... Глубоко вдохнув, и постепенно выдыхая, девушка отложила эти мысли на потом. Сейчас её больше всего волновал Маркиз. Аккуратно встав, девушка практически бесшумно проскользнула в тёмный коридор. Не взяв с собой подсвечник, Ева заученным маршрутом направилась в кабинет. Приближаясь всё ближе к нужной комнате, она заметила желтую полоску света, что выглядывала из-под закрытой двери. А вот это уже интересно. Подойдя к массивному куску дерева почти вплотную, Ева попыталась расслышать хоть что-нибудь, однако скрип и звук шагов перекрывали все слова, заставляя слышать лишь бессвязный бред. В кабинете определенно был Маркиз, но девушка слышала ещё пару других голосов, что сливались в один. — Завтра... И масло... Топоры... Единственные понятные слова, а сколько смысла. Он снова хочет запихнуть её в пламя? Ногти впились прямо в мягкую ладонь, рассекая её до алых капель. Опять хочет убить её...? Сжатые челюсти чуть скрипнули, а в распахнутых глазах читалась лишь... Пустота. Момент ярости сменился ужасающей легкостью. Ева расслабила руки, а уставший взгляд опустился на пол. Дверь резко открылась, задев одного из слуг. Не обращая внимания ни на одного из них, девушка плавно приближалась к Маркизу. — Не хочешь и мне свой план озвучить? — встав посреди кабинета, светловолосая уставилась на Маркиза с легкой усмешкой. Руки свободно висели параллельно телу. Кровавые капли стекали по изящным пальцам, — А то мне кажется... я что-то упустила. — Да как ты смеешь...! — Трэ резко вскочил со своего кресла, приближаясь к девушке, — Ты забыла где твоё место? Мне напомнить тебе!? — замахнувшаяся рука со множеством перстней обожгла левую щёку, — Мелкая шавка, забыла кто твой хозяин? Я не обязан отчитываться перед тобой! Ева пошатнулась, рефлекторно прикрыв место удара, но взглядом до сих пор выжигая дыры в теле мужчины. Маркиз же был весь красный, гулко вдыхая и выдыхая, будто пробежав несколько километров. Не давая и секунды опомниться, девушка сжала руку в кулак. От внезапного удара, Трэ отшатнулся прямо к широкому столу. Яркий хруст приятно оседал по комнате, и Ева не смогла сдержать широкой улыбки, что в этой ситуации выглядела жутко. — Чего стоите, идиоты! — кровь ручьями стекала прямо по подбородку, пачкая белоснежную рубашку, густые усы и спадая прямо на глянцевый паркет. Мужики стояли в оцепенении, но вскоре встрепенулись, кидаясь то один, то другой. В помещении было тесно из-за такого количества людей. Духота и затхлый запах не давали дышать. Всего их было около... десяти? Извиваясь, Ева то сталкивала прислужников Маркиза между собой, то подрезала сухожилия тонкими нитями магии. Может у неё магии и мало, но она давно научилась умело управляться с ней. Некоторым же везло меньше. Лишенные одной из рук, или ног, они валялись на полу, глухо крича от боли. Лишь надеясь, что Лесли крепко спит, и не проснётся под аккомпанемент воплей, девушка продолжала отбиваться от крупных туш. И вот — затишье... Тяжело дыша, Ева пыталась приди в себя, попутно ища исчезнувшего Маркиза. Улыбка так и не сошла с её лица. Ослабшие слуги под ногами лишь мешали, в попытках ухватить за ноги и повалить. Целенаправленно наступая на широкие ладони, девушка осматривала душное пространство. Может убежал? Мир перед глазами двоился и расслаивался. Шатаясь из стороны в сторону, девушка шла к распахнутой настежь двери. Трясущиеся руки сжимали чёрное платье. Не привыкла я к таким побоищам... Слишком быстро устаю... Переступив порог, Ева глубоко вдохнула прохладный воздух коридора. Прикрытые на секунду глаза не заметили нависшую сзади тень. Глухой стук удара будто эхом пронёсся во тьме поместья.