Глава 6

Она наткнулась на тушку белки в кустах. Судя по всему, зверёк погиб совсем недавно. Аделина присела на корточки и с помощью ветки аккуратно перевернула тело на бок, чтобы осмотреть со всех сторон. Пальцами она раздвинула шерсть в области шеи — её догадка подтвердилась. На коже виднелись крошечные ранки, словно от уколов иголкой. «Судя по количеству — их было трое», — подумала она. — «Надеюсь, они не выкосят всю живность в этом лесу». Там, где они с братом и сестрой впервые столкнулись с теми феями, звери всё ещё водились. Значит, народец не истребляет фауну полностью — возможно, Королева действительно следит за этим. Видимо, в этот лес они перебрались недавно. Но зачем?.. Для детей эти существа кажутся красивыми и добрыми — словно герои сказок. А на деле — это опасные создания. Вернувшись домой, Лина поставила чайник на плиту. Из рюкзака, в котором хранились необходимые вещи «на всякий случай», она достала банку молотого кофе и черничную булочку. Затем принялась рыться в сушильном шкафчике в поисках кружки. Перебирая посуду, она заметила в углу что-то блестящее. Привстав на цыпочки, осторожно протянула руку и кончиками ногтей подцепила странный предмет. Аккуратно переложила его на ладонь. Это была тончайшая блестящая нить, около 7–8 сантиметров длиной. Зеленоватая, похожая на человеческий волос, только гораздо тоньше. Лина замерла. Это кое-кого ей напомнило. — Хес, — вслух произнесла она. — Неужели ты всё-таки здесь? Разумеется, ей никто не ответил. Но было уже поздно: Лина поняла — феи в ее доме.

*** 

Волос она аккуратно поместила в колбу и спрятала в рюкзак. Заварив наконец кофе, надкусила черничную булочку, достала дневник и стала что-то записывать. На грани слуха ей вдруг послышался едва уловимый, мелодичный смех. Лина понимала: они не покажутся. Никогда. От этой мысли в груди сжалось от тоски. Обычным смертным не дано увидеть этих мистических существ. Феи и эльфы никогда не появляются напрямую — лишь мелькают на границе восприятия, оставляя после себя крошечные, косвенные улики, которые легко списать на совпадение. Тот тонкий зелёный волос мог быть чем угодно. Но Аделина знала правду. За годы работы археологом-исследователем в разных уголках мира она раз за разом натыкалась на эти неуловимые знаки. Их было много — обычные люди просто не замечали или не придавали значения. Да и сама Лина никому ничего не рассказывала. Зачем? У неё не было цели что-то доказывать миру. Её интересовало только одно: найти способ вернуться туда, зная, что это, скорее всего, невозможно. Их детская встреча с волшебным народцем была случайной. Тогда они увидели фей лишь потому, что пыльца Королевы уменьшила их до нужного размера. В ином случае — будучи "большими" — они бы не только не увидели, но и не услышали даже грандиозную битву с троллями, которая разворачивалась прямо над их головами, в кронах деревьев. В этот дневник Аделина записывала всё: воспоминания, обрывки видений, крупицы знаний — всё, что смогла сохранить с тех пор. Поглощённая записями, она машинально сделала глоток кофе и, не глядя, потянулась за булочкой. Но пальцы коснулись пустоты. Подняв глаза, Лина увидела, что тарелка пуста. Хотя точно помнила — булочку она доела лишь наполовину. — Только не говорите мне, что это всё влезло в него, — пробормотала она. — Или… ты тут не один? Вздохнув, она закрыла дневник и, подперев подбородок рукой, задумчиво уставилась в окно. И что ей теперь делать? Как поступить?

***

Вечером в дверь постучали. Открыв, Лина увидела на пороге тётю Любу — жену дяди Василия. Пожилая женщина радостно улыбнулась и протянула котомку, пахнущую чем-то печёным. — Линочка, привет! Смотрю, ты целый день дома — совсем на улицу не выходишь. — Тёть Люб, — улыбнулась она в ответ. — Да всё хорошо, просто занята была немного… Думала вечером выйти, подышать. Как раз к вам хотела зайти. Она, конечно, врала — никуда идти не собиралась. — Да скоро уже стемнеет, куда ж ты, — покачала головой тётя Люба. — У нас в лесу, конечно, нет опасного зверья, разве что ласки да лисы. Но всё равно — лучше в избе, в безопасности. Тем более сейчас какая-то дичь творится: зверьё косит непонятно что. Как бы до скотины домашней не добрались. «Не доберутся», — подумала Лина. — «Феи не настолько глупы, чтобы трогать то, что привлечёт к ним внимание людей». — Поешь немного, я тут пирожков с печенью и яйцом напекла. А то ты совсем худющая — смотреть страшно. Чем вы там в городе вообще питаетесь, молодёжь? — Спасибо, тёть Люб. — Обязательно загляни к нам завтра. — Хорошо. Она проводила соседку взглядом и закрыла дверь. Пирожки есть не стала, отложила до завтра. Засидевшись до полуночи с книжкой, Лина в какой-то момент подняла глаза и выглянула в окно — полюбовалась безоблачным, звёздным небом. Потом отложила книгу на тумбочку, поправила подушку и, устроившись поудобнее, закрыла глаза. Было очень жарко, настолько жарко, что она вздохнула и дернулась. Между ног сильно тянуло и нестерпимо хотелось большего. — Она не права, ты прекрасна, мне нравится твоя фигура, — прошептал ей на ухо мелодичный голос. Лина открыла глаза, встретившись с зелеными. — Хес, — простонала она. Мужчина лишь сильнее прижался к ней, прижимая спиной к бортику. На этот раз они были в купальне. Знакомой купальне, но Аделина едва помнила это. Вроде эта купальня находилась в какой-то гостинице, где они останавливались на ночевку во время похода. Женщина попыталась вспомнить детальнее, Хес не дал, захватив ее губы жадным поцелуем. Язык проник в рот, начав страстный танец с ее языком. Между ног шевельнулась мужская рука, массирующая женское лоно, не давая погаснуть разгорающемуся пожару. — М-м-м, — промычала эльфу в рот Лина. Ее синие крылья трепетали от охвативших чувств, создавая небольшие волны в воде. Хес придерживал одной рукой ее затылок, а другой продолжал гладить между ног. Его длинные зеленые волосы, закрывали по бокам обзор, пока продолжался этот долгий поцелуй. Сам он слегка шевелил крыльями, разгоняя пар от воды в стороны. Наконец-то он оторвался от нее и улыбнулся. Убрал руку с ее промежности и не сводя с Лины взгляда, облизнул пальцы. — Что ты…? — густо покраснела она. — Ты такая сладкая, слаще чем та булочка с ягодами, — прошептал он ей, наклонившись к уху. Она о многом хотела его спросить, но никак не могла сосредоточиться. Она смутно догадывалась, кто контролирует сон. Зеленоволосый эльф взял ее за руку и повел на середину купальни, повернул к себе спиной, достал откуда-то мочалку и стал мыть. Особенно уделяя местам на лопатках, откуда росли крылья. — Хааа…, — простонала Лина в ошеломлении, понимая, что оказывается у фей это эрогенные места. К ягодицам прижалось что-то твердое. Хес старательно обмывал ее тело, возбуждая и не давая повернуться к нему. Эльф тихо посмеивался, придерживая одной рукой, а другой водил мочалкой. Потом он отбросил предмет в сторону, чуть наклонил женщину вперед и вошел. У Аделины округлились глаза от неожиданности. Ища опору, она обхватила руками запястья мужчины, который придерживал ее за бедра. Начались ритмичные толчки, от которых она стонала, не в силах молчать. Хес не жалел ее, несколько раз доводя до оргазма. По ощущениям словно прошло несколько часов, на сколько долго это продолжалось, она не знала, но этот эльф был будто неутомим. — Какая хорошая, послушная девочка, — говорил он ей, ритмично двигаясь, одновременно поглаживая место на спине между крыльями. Ощущения накатывались волнами, Лина уже не о чем не думала, не соображала, превратившись в сплошной комок удовольствия. Она никогда бы не подумала, что такой секс может быть во сне. Мужские руки гуляли по всему телу. Терли жемчужину между ног, мяли соски. Мужские губы временами посасывали кожу на шее. Стеклянными глазами она смотрела на воду, пока ее брали сзади, едва различая отражения в мыльной воде. К спине было прижато мужское тело, а по бокам от них свисали длинные зеленые волосы, которые покачивались в так движениям. Удовольствие росло неуловимо, грозясь накрыть с головой и унести с собой сознание. Вскоре так и произошло. Аделина недовольно фыркнула, стряхивая с лица забившийся в нос пух. Какого чёрта?! Сердито откинув одеяло, она встала с кровати и, слегка покачиваясь, побрела в ванную — хотелось принять душ. Раздевшись, с удивлением заметила, что от её тела пахло мылом, словно она только что мылась. Но между ног всё еще было влажно. Поморщившись, она всё же залезла в ванну. Минут через десять, обернувшись полотенцем, она направилась на кухню — решила позавтракать пирожками, которые накануне принесла тётя Люба. Открыв шкафчик, куда вчера положила котомку, она замерла. Котомка была пуста. «Не поняла?» — нахмурившись, Аделина вытащила её и вывернула наизнанку. На руки осыпались остатки муки и странный, едва уловимо сверкающий песок. Сжав все это между пальцами, она всё поняла. Пыльца. Она ведь сама говорила: феи не показываются людям, только мелькают на грани восприятия, оставляют туманные следы — и то не всегда. Вот только с ней... с ней они, похоже, не церемонятся. Делают всё в открытую. Без стеснения. А один вообще во сне вытворяет с ней такое, что даже последняя проститутка показалась бы монашкой.