✧ 1 ✧

      300 лет спустя после Великого отречения

      — Поспорим?       — Сатана, что тебе от меня нужно?       — Если ты убьёшь эту тварь, то я исполню любое твоё желание. А если я, то ты — моё.       Жаклин закатила глаза от услышанного предложения, затем бросила скучающий взгляд на напарника. Тео, невысокий и совсем юный на вид, лениво прислонился к дереву. Меж его пальцев мелькал нож, лезвие которого было смазано парализующим ядом.       Силуэт Тео подсвечивался мягким лунным светом. Длинные черные волосы, собранные в низкий небрежный хвост, сливались с тенями, лишь изредка вспыхивая синевой при движениях. Несколько прядей выбились, падая на высокие скулы, но он даже не пытался их убрать. Зачем? В бою нет места тщеславию.       Его наряд не отличался изысканностью: на нём сидел черный кафтан с серебряными застежками, плотно перехваченный поясом с ножнами. Кожаные брюки с десятком карманов выглядывали из под тяжелых длинных сапог на массивной подошве. Иногда Жаклин шутила, что он носит такую обувь, чтобы казаться выше. Тот на провокации не вёлся, а однажды на деле показал, как тяжесть его обуви может способствовать в сражении — зубы врагов от удара ноги отлетали мгновенно. Образ Тео завершал потертый плащ, пропитанный дымом костров и бинты на ладонях, что служили не для защиты, а чтобы рукоять меча не скользила из-за крови.       Жаклин являла собой живую антитезу всему, что было в нем. Высокая кудрявая француженка носила кожаную куртку с бесчисленными порезами, что появились не от небрежности, а в сражениях. Они выступали у неё в роли трофеев. Каждый шрам на материи соответствовал шраму на её теле, и Жаклин могла рассказать историю каждого, если бы любила болтать.       Остальная одежда была черного цвета, неброская и практичная, чтобы ничто не сковывало движения во время очередной миссии, будь то она в ущельях, лесах или на заброшенных землях. Где только не приходилось работать охотникам на нечисть, которыми они и являлись.       Жаклин Дюран и Теодор Лестер объединили свои силы, чтобы бороться со злом два года назад, во время инициации, наделяющей каждого охотника мощью, способной противостоять сверхъестественным существам. Тогда наблюдалась сильная нехватка борцов со злом. На работу брали всех желающих, даже самых юных и женщин.       Эти годы превратились в сотни ночей, проведенных у костра, десятки боевых ранений и бессчетное количество деревень, где их шумно и радостно встречали как спасителей. А ещё неловких попыток со стороны Тео заманить Жаклин к себе в постель. Ну, или в кусты, под которыми они иногда спали, когда поблизости не было таверн со свободными комнатами.       — И не мечтай, — ответила Жаклин и беззлобно усмехнулась. — Знаю я, чего ты хочешь. Но ты должен уяснить — я не трахаюсь с напарниками. Не в моих правилах мешать работу с личным. Повторяю тебе не в первый, но в последний раз. Скажи, что понял.       Она вдруг замерла, услышав хруст ветки неподалеку.       Темный лес шептал им что-то зловещее, ветер гнал по земле клубы тумана, а в воздухе появился запах гнили и железа.       По просьбе Дэвида Ньюмана — старейшины деревни Элмсвуд, охотники прибыли в эти места, чтобы избавить жителей от «монстра похожего на демона с волчьей мордой». По их словам, нечисть уносила в своё логово людей и нападала на скот.       Жаклин и Тео, кивнув друг другу, вынули мечи из ножен. Их оружия были своего рода близнецами, рожденными в одной кузне. Старый Грегор ковал их из стали, что три ночи кряду остывала в водах проклятого ручья. Такие клинки знали вкус тьмы еще до первого убийства.       Охотники действовали бесшумно, оглядываясь по сторонам и выходя из-за деревьев в поисках нечисти. Они даже не знали, кого именно ждут. Жители Элмсвуда были расплывчаты в своих рассказах о том, кто нагнал на них страх.       Нападение произошло внезапно. Огромная тварь вырвалась из густой чащи, игнорируя приманку в виде мертвого оленя, какую охотники оставили на поляне около часа назад. Жаклин едва успела повернуться к врагу, как мощные лапы с острыми когтями уже впились в неё. Удар сбил с ног и пригвоздил охотницу к земле. Яркая боль расцвела в теле, а из глубоких борозд на шее и боку потекла кровь, чернея в лунном свете.       Тео набросился на врага сбоку. Его меч, сверкнув, вошёл под рёбра по самую рукоять. Тварь заскулила и повернула к нему морду, искажённую болью. Гигантская лапа вырвала клинок из собственного тела и швырнула его в кусты.       — Чёрт... — Тео едва отпрыгнул, когда нечисть с рёвом бросилась на него.       Зубы, способные перекусить берцовую кость, щёлкнули в сантиметре от горла Лестера. В последний момент он вогнал нож в брюхо, рванул вверх, и кишки горячим потоком хлынули ему на сапоги.       Нечисть рухнула на землю и захрипела. Её тело начало сжиматься и ломаться, а шерсть втягивалась обратно под кожу. Кости трещали, как сухие ветки. Через минуту перед Тео лежала уже не тварь ростом в три метра, а девушка. Обнажённая и полностью обездвиженная благодаря парализующему яду с ножа, что так любил использовать Тео.       — Перевёртыш… интересно, — тяжело дыша проговорил он.       То, что на них напал не «демон с волчьей мордой» охотник понял сразу, как только нечисть выскочила из густой поросли. С виду она напоминала обычного оборотня. Но оборотни могли обращаться только в полнолуние, а до него оставалось ещё несколько недель. После трансформации сомнений в том, что перед ним перевертыш, не осталось.       Эти виды отличались тем, что перевёртыши, в отличии от оборотней, могли превращаться в кого угодно и когда угодно, и при этом оставаться в человеческом разуме. Благодаря своей звериной сущности и способности к регенерации, смертельная для человека рана на животе стремительно затягивалась. Это означало, что скоро Лестер узнает, зачем нечисти понадобилось соваться в деревню. Узнает мотивы, а после покончит с этим.       Переступив через неподвижное тело, Тео упал на колени рядом с Жаклин. Его пальцы впились в окровавленную рубаху. Ткань разошлась с влажным хлюпающим звуком. Под ней зияли глубокие разрезы от когтей, из которых всё ещё сочилась кровь.       Тео склонился над лицом напарницы и прислушался. Та почти не дышала.       — Не смей подыхать, слышишь? — зло зашипел он, доставая из внутреннего кармана маленький флакон с мерцающей голубоватой жидкостью.       Зелье вспыхнуло неземным светом, когда первая капля упала на рану. Плоть еле слышно затрещала, сжимаясь, будто обжигаемая невидимым пламенем. Жаклин дёрнулась, её пальцы впились в землю, но она не издала ни звука. Через минуту, благодаря стараниям Лестера, рваные края кожи затянулись, оставив после себя светлые шрамы. К сожалению, данное зелье лишь запечатывало плоть. Настоящее исцеление требовало рук опытного лекаря, да поскорее.       Перед их уходом Ньюман не просто указал охотникам верное направление, но и пообещал, что им в любое время дня и ночи будет оказана помощь. Эти слова сейчас звенели в голове у Тео, пока он оценивал бледное лицо Жаклин, на котором уже проступали мелкие капли пота.       Не раздумывая ни секунды, он принял решение вернуться в деревню. Но сначала...       Охотник оттащил перевёртыша к небольшому углублению у корней древней сосны. Тело было удивительно лёгким для существа, что ещё недавно казалось воплощением силы. Ветки хрустели под руками Тео, когда он создавал импровизированное укрытие, предварительно укрыв тонкую деву своим плащом.       — Я вернусь за тобой через час, — твердым голосом пообещал он, глядя в светлые и холодные глаза пленницы.       Собрав их оружие, Тео поднял Жаклин на руки и направился к деревне.       Элмсвуд встретил их тишиной и редкими огоньками в окнах. Охотник отыскал дом с резной табличкой, на которой были изображены скрещённые травы с ножом и несколько раз стукнул по двери носком сапога, да с такой силой, что, казалось, вот-вот сорвёт её с петель. В этот момент он был готов молиться всем богам, чтобы местный целитель Райан Милтон не использовал во сне беруши.       К его счастью, не использовал. Юноша, не старше самих охотников, появился на пороге достаточно быстро. Открыв дверь пошире, он велел Тео уложить Жаклин на кушетку, после чего накинул на плечи халат. В этот момент девушка приоткрыла глаза и что-то прохрипела.       — Молчи, Дюран. Как ты, блять, попалась? — со злостью в голосе спросил Лестер, склонившись над напарницей. Обычно их охота была похожа на веселье и танец с клинками. Но сегодня что-то пошло не так. — Что бы я делал без тебя?!       — В сторону, — спокойно сказал Райан и принялся за осмотр.       Его движения были спокойными и точными. Никакой спешки, только выверенная последовательность. Он не был колдуном, как большинство в деревне. Его сила заключалась в опыте, в знании того, как срастались кости, как останавливалась кровь и как затягивались раны.       — Повезло, — сказал он, ощупывая места повреждения. — Когти прошли вдоль мышц, не задев ничего жизненно важного. Но крови потеряно прилично. Она плохо выглядит. Придётся отпаивать её восстанавливающим зельем всю ночь.       Тео облегченно выдохнул. Он не вынес бы смерти Жаклин.       — Чем заживляли раны? — продолжал допрос целитель.       — Зельем со слезами феникса и чешуей Моркеса.       — Отлично сработано. Вы спасли ей жизнь.       Тео снова бросил взгляд на бледное лицо Дюран. Даже в пятнах крови и со спутанными волосами она вызывала в нём нежность. Он сунул руку в карман. Зелья осталось совсем немного. Неужели, если бы не его целебные свойства, она бы…       — Это все таки был демон? — осторожно спросил Райан, доставая из шкафа чистые полотенца.       — Перевёртыш.       — О… а как он выглядел? — голос юноши дрогнул. Он не смотрел на Тео. Его больше занимала Жаклин.       — Это была очень худая девчушка, — охотник внимательно посмотрел на собеседника. — Вам что-то известно, целитель?       — То же, что и всем…       — Но?       — Никаких «но». Три месяца назад исчез мой брат, я говорил вам об этом, когда вы всех опрашивали. Я уверен в том, что его забрала с собой эта тварь, — Райан оторвался от пострадавшей и посмотрел в черные глаза охотника. — Прошу, расправьтесь с ней или узнайте у неё где… где Эван...       — Узнаю, в обмен на жизнь Дюран, — Тео наставил палец на целителя и, когда тот кивнул, ушел, захлопнув за собой дверь.       Охотник, прежде чем вернуться в лес, зашёл в таверну «Пьяная утка» где они с Жаклин снимали комнату, и забрал свою походную сумку. Ступая почти бесшумно, Лестер осторожно оглядывался по сторонам, не исключая возможности, что в этой местности могут быть и другие перевёртыши. К счастью, в лесу царила тишина и спокойствие.       Пленница была всё так же неподвижна. Убрав ветки в стороны, Тео помог ей принять сидячее положение и принялся связывать тонкие руки и ноги серебряной нитью. — Сейчас я тебе дам противоядие, и мы поговорим, — сказал он, проверяя узлы. Серебро являлось отличным сдерживающим фактором для любой нечисти, которая умела трансформироваться. — И если твои ответы мне не понравятся, я снова вспорю тебе живот. Надеюсь, ты меня поняла.       Тео вынул из кармана маленький пузырёк с прозрачной жидкостью. Надавил пальцем девушке на подбородок и влил немного зелья в открытый рот. Несколько минут она не шевелилась, а когда противоядие начало действовать, то скривилась.       — У меня все мышцы задеревенели, — хрипло пожаловалась пленница.       — Бывает, — без сочувствия ответил Тео и повел плечами. — Имя?       — Натали.       — Расскажи-ка мне, Натали, кто в здравом уме будет нападать на мирных жителей?       — Карл. Мой отец.       — На нас с напарницей напал не твой отец.       — Это долгая история.       — У меня в запасе много времени. Начинай.       Девушка опустила взгляд и подтянула колени к груди, словно пытаясь стать меньше, незаметнее. Ей вмиг стало холодно. Мурашки побежали по спине зловещими дорожками, а ладони обхватили острые плечи.       — Он заставил меня.       Тео устроился поудобнее на мягком мху и сцепил перед собой пальцы.       — Продолжай.       — Это не просто. Я начну с начала, — Натали облизала пересохшие губы и осмотрелась. Их окружала тишина и спокойствие. — Около десяти лет назад Карл решил, что мы должны жить по старым законам. Что люди — это просто добыча, а мы — высшие существа, — девушка скривилась, — и тогда он начал делать все, чтобы захватить власть. Карл убивал других альф и предлагал сородичам присоединиться к нему. А тех немногих, кто давал отпор, ждала смерть.       В голосе Натали отчетливо слышалась дрожь и отчаяние. Лестер знал, что у каждого вида нечисти есть кодекс, и главный закон в нём гласил, что они не имеют право убивать себеподобных.       — С тех пор он стал очень сильным. В его руках абсолютная власть. Мы все вынуждены делать то, чего он желает. А желает Карл крови. Издевательства над людьми приносят ему удовольствие.       — Он хочет крови? — Тео резко наклонился, впиваясь взглядом в лицо Натали. — Тогда почему ты не перерезала ему глотку во сне?       Девушка съёжилась, словно от удара.       — Потому что его люди убили бы тех, кто мне дорог, — она судорожно втянула носом воздух. В лунном свете было видно, как Натали измождена. — Год назад он понял, что я не выношу этих издевательств и помогаю-то ему из-под палки… Поэтому Карл решил меня сломать. Мы тогда только-только обжились на этих землях… Он устроил облаву на Элмсвуд и привел в логово человека. Его зовут Крис. Он в плену уже больше полугода, и отец пытает его на моих глазах, если я не подчиняюсь.       Зрачки Тео расширились. Дэвид Ньюман рассказал им с Жаклин о каждом пропавшем из деревни человеке, в том числе и о своём сыне Кристиане. Знание о том, что тот жив, затеплилось в груди.       — Кристиан Ньюман? — нужно было убедиться. Натали закивала и Тео с облегчением выдохнул. — С ним всё в порядке?       — Пока что.       Охотник резко выпрямился. Ветер рванул его волосы, и на мгновение в темных глазах вспыхнуло что-то нечеловеческое.       — Веди меня к нему.       — Вы не понимаете! — Натали с силой вцепилась ему в рукав. — Там не только отец. Там больше дюжины перевёртышей, преданных ему. Нужен кто-то ещё.       Тео с недовольством посмотрел на девушку и прогремел над её головой:       — Если тебе изначально нужна была помощь, зачем напала на Дюран?!       — Я… — Натали начала заикаться. — Я хотела забрать её с собой. Я знаю, что вы, охотники, своих не бросаете и однажды пришли бы с подкреплением за ней. А отец… он не стал бы её сразу убивать. Вы бы успели…       — Еще чуть-чуть и она могла умереть, — со злостью выплюнул Лестер, вырывая рукав из цепкой хватки.       Натали снова сжалась и посмотрела на охотника снизу вверх.       — Так вы поможете?       Тео замер на мгновение, ощущая, как в висках пульсирует ярость.       «Эта сучка рисковала жизнью Жаклин... ради своего плана?»       Его пальцы сжались так, что кости хрустнули. Но через секунду он выдохнул, заставив себя мыслить холодно.       — Ты сказала — «тех, кто тебе дорог». Кого ещё держит в плену твой отец? — спросил Тео, пристально наблюдая за реакцией девушки.       Она потупила взгляд.       — Эвана Милтона, — сказала так тихо, словно их кто-то мог подслушать. Тео вспомнил глаза Райана, тусклые, с тенью безысходности. Он наверняка обрадуется, когда брат вернётся домой.       — Ещё?       — Двух девушек из соседней деревни. И... ребёнка. Я не знаю их имён.       Лестер закрыл глаза и шумно выдохнул.       — Ты понимаешь, что даже если мы их освободим и покончим с твоим отцом, тебе всё равно будет грозить казнь? — резко спросил он.       Девушка медленно кивнула.       — Понимаю.       — И всё равно просишь помощи?       — Да.       — Хорошо, — в итоге сказал он и опустился обратно на землю. В его голове уже выстраивался план. — Тогда слушай внимательно. Вот что мы сделаем…

***

      Жаклин очнулась резко, морщась от неприятных ощущений во всем теле. Сначала она не поняла, где находится. Потолок над ней был низким, деревянным и с трещинами. Воздух пах травами, кровью и чем-то едким, возможно, зельем.       Медленно пришло понимание, что находится она в доме лекаря.       Память возвращалась обрывками. Лес. Туман. Огромная тварь, вонзившая когти в её тело. Боль была такая острая, что даже сейчас, лежа неподвижно, охотница чувствовала, как шрамы на теле пульсируют, будто напоминая, что она едва выжила.       Пред внутренним взором появился Тео. То, как он, склонившись над ней с лицом, искаженным яростью и страхом, говорил: «Не смей подыхать, слышишь?»       Жаклин приподнялась на локтях, игнорируя протестующую боль в мышцах.       — Тео?       Тишина.       Комната была пуста. Сердце Дюран бешено заколотилось. Она вспомнила, как Лестер, не задумываясь, бросился на врага и как его меч вонзился в ребра твари…       Убил ли он её? Если да, почему Тео не сидит сейчас у постели?       Охотница почти физически ощутила, как что-то сжимается у неё в груди, холодное и тяжелое.       Что, если не убил? Что, если погиб сам?       С трудом перекатившись на край кушетки, Жаклин схватилась за спинку кушетки, чтобы подняться. Ноги дрожали, но она заставила их держать свой вес. Она намеревалась отправиться на поиски напарника. Но не успела Жаклин сделать и трёх шагов, как дверь скрипнула.       — Вы не должны вставать!       На пороге появился целитель, бледный, с тёмными кругами под глазами. В руках он сжимал склянку с мутной жидкостью.       Жаклин проигнорировала его.       — Где Тео?       Райан медленно качнул головой.       — Он ушёл.       — Куда?!       — Он принес вас и вернулся в лес.       Жаклин стиснула зубы.       Она знала Теодора от и до. Знала, что тот не стал бы просто так уходить, оставив её здесь.       — Он вернётся, — Райан попытался успокоить Жаклин. — Присядьте и выпейте это, — он подал ей склянку.       — Нет. Я должна идти.       — Вы не выйдете отсюда, пока не восстановитесь. В таком состоянии вы не уйдете дальше перекрёстка.       Девушка прикрыла глаза. Целитель был прав. Она чувствовала себя ослабшей. В таком состоянии она станет для Тео скорее обузой, чем помощницей.       Тяжело вздохнув, она вернулась к кушетке и выпила плохо пахнущий настой для восстановления крови. А через несколько минут сон снова сморил её.