Часть 8. Know exactly where it leads, but I…

«Добрый вечер, Василёк» «Как тебе идея посидеть следующие два вечера над нашим рефератом? День Х приближается»       Василиса видит эти сообщения уже перед сном. Она старается убирать телефон подальше, когда учится, потому что любой соблазн может испортить настрой. С Драгоцием она не толком не контактировала уже два дня, с той встречи в коридоре и совместного ланча. «Прости, была занята. Я не против. Что насчет места?»       Фэш просматривает сообщение практически сразу и долго печатает, иногда останавливаясь. «Завтра можно и в библиотеке. Но нам стоит поработать над выступлением, что в университете не получится. Есть какие-то предложения?»       Василиса только помыла волосы, уже практически избавившиеся от противного болотного подтона, и теперь она, развалившись на своем просторном матрасе, уставилась в потолок, будто там есть ответ на вопрос Фэша. «Кафе? В которое ты ходишь» «В последнее время там удивительно много людей. Видимо, они всё же занялись рекламой. В любом случае, можем посидеть в сквере: там есть приличные скамейки со столами, как для пикников. Хорошее место для репетиции»       Огнева пораскинула мозгами, перевернувшись на другой бок. «Хорошо» «И прекрати называть меня так», - ответила она на первое сообщение.       Минуты две Фэш ничего не писал, и Василиса уже собралась выключать телефон, когда получает ответ. «Спокойной ночи» с розовым сердечком в конце. Огнева долго всматривалась в это сообщение, не понимая, как ей реагировать, но всё же решила ничего не писать. В полной тишине и темноте она пыталась справиться со смущенной улыбкой, которая не хотела сходить с лица.

***

— Вау, Василёк, боюсь представить, как много у тебя уходит денег, чтобы каждый раз покупать мне капучино.       Огнева прищурилась из-за прозвища, но не стала выражать своего недовольства. — Это называется «жест доброй воли», — тактично ответила она, — Дипломатия.       Фэш сегодня был в бежевой льняной рубашке с подвернутыми рукавами. Василиса невольно задержала взгляд на его рельефных предплечьях. — Что нам осталось? — пространно спросил Драгоций, который был занят сторонними вещами: решал и черкал что-то в блокноте. — Вроде бы последний параграф и заключение. Но тебе проще посмотреть, твой же ноутбук, — с намеком произнесла она. Фэш наконец-то отвлекся и всё же открыл компьютер, листая 30 страниц текста, что они умудрились написать. — Да, ты права. Как у тебя было с литературой в школе? — Ну… хорошо было. Я с золотой медалью школу закончила, — удивленно ответила Василиса. — Отлично, — усмехнулся Фэш, показав ямочки, — Потому что заключение — чистая литература. И я поручаю эту работу тебе. — Эй! Я ненавижу их писать. — Спорю, что я больше. И у меня в школе с сочинениями туго было, поэтому, Василёк, вообще никак. Прости, — саркатично ответил Фэш. — Тогда я пишу последний параграф, а ты — заключение. Огнева, тяжело выдохнув, приняла свою незавидную участь и достала ноутбук из сумки. Пока Драгоций методично печатал, периодически листая учебники и делая глотки капучино, Василиса постоянно чертыхалась под нос, нервно перечитывая всё, что они писали раньше, и демонстративно страдала. Иногда она поворачивалась к Фэшу, заставая его с ехидной ухмылкой на лице. — Весело тебе, да? — Очень, — не отвлекаясь от ноутбука, ответил он. Василиса недовольно отхлебнула свое латте, продолжая делать свою мучительную часть. Так они сидели еще полчаса, пока она не почувствовала на себе слишком долгий взгляд Фэша. — Ты чего?       Он еще пару секунд посмотрел прямо ей в лицо, а потом потянулся рукой. Василиса пугливо отпрянула, но Драгоций придержал ее за плечо. — Подожди ты, — нахмурился он, — У тебя тут пенка от кофе, — и вытер пальцем место над верхней губой.       Василиса почувствовала, будто ее сердце пропустило удар. Она спряталась за волосами, ощущая, как горят ее щеки. Да уж, отсутствие всякой романтики на протяжении трех лет дает свои плоды: она умирает от смущения просто от того, что кто-то прикоснулся к ее лицу.       Фэш несколько секунд смотрел на нее изучающе-строго, но всё-таки отвернулся. Больше Василиса демонстративно не страдала, а просто уткнулась в ноутбук, сердито хмурясь.       Остаток встречи прошел в тишине, и Огнева так и горела желанием наконец-то завершить эту дурацкую работу. — Ты закончила? — спросил Фэш, когда за окном уже потемнело. — Да, — на выдохе ответила Василиса, — Еще поискала ошибок в тексте.       Фэш чуть обеспокоенно оглянулся на девушку, но всё же задержался на тексте в ноутбуке. — Тогда скинь мне на почту свой файл. Я всё соберу. — Хорошо. До встречи, — кинула Огнева, собрав свои вещи. — До завтра! — то ли напомнил, то ли попрощался Фэш в спину исчезающей в стеллажах девушки.

***

— С этим рефератом у меня нет времени на другие предметы, — пожаловалась Огнева. Она изучала планшетку с распечатанным текстом, которую ей принес Драгоций. — Ты что, сделал выжимку из всего реферата за вечер? — Потрудился чуть-чуть. Нужно же как-то отблагодарить за все твои капучино, — весело ответил он и подмигнул. Василиса подняла брови от удивления, уставилась на своего напарника, но промолчала.       Они сидели в сквере у университета. В конце апреля здесь цветут белыми лепестками вишневые деревья, и воздух пропитан сладким запахом пыльцы. Фэш и Василиса нашли небольшую беседку в глубине перелеска, заросшую плющом и закрытую сверху кроной раскидистого дуба. Ближе к вечеру здесь, на удивление, практически никого не было: орущие дети не нарушат их покой. — Садись ближе, — попросил Фэш, и Василиса послушно придвинулась к нему. Драгоций дал ей свой текстовыделитель для пометок, — Ты не хочешь начать? — Да мне все равно. Как бы ты предпочел? — Я не очень хочу, поэтому этим займешься ты, — черкнул в своих листах Драгоций, — А дальше по порядку: один абзац я, другой — ты.       Василиса кивнула и погрузилась в текст, который Фэш написал для них. Она выделяла фразы, на которых стоит сделать акцент, проговаривая их в голове. Драгоций раскинулся на лавочке в беседке, перебирая пальцами темные завитушки на голове и тихо бормоча текст.       Через десять минут они практически синхронно опустили планшетки, показывая свою готовность. — Спасибо за краткую сводку. Всё по делу, — поблагодарила Василиса его. — Я бы не успела сделать всё это.       Фэш ограничился кивком с улыбкой, пока доставал из своего рюкзака термос с двумя кружками. — Что это? Яд? — саркастично сказала Василиса, на что получила недовольный взгляд Фэша. Он безмятежно продолжил разливать жидкость по кружкам. — Это самый вкусный чай на свете. Ты должна быть рада, что тебе подвернулась удача попробовать его, — Драгоций подал маленькую походную кружку Василисе, — И с моей стороны было бы кощунством травить предлагать тебе яд. Столь прекрасные гены не должны закончиться на тебе.       Сказанное Василиса осознала только тогда, когда жидкость уже была в горле. Она с трудом проглотила, чуть не подавившись от душащего смеха. Видимо, Фэш тоже не понял, что сказал, и осмыслить получилось только тогда, когда Василиса начала бесконтрольно хихикать. Он и сам засмеялся от столь глупой фразы. — В жизни не слышала более нелепого подката, — с трудом произнесла Огнева. — Драгоций, ты гений.

***

— Готова, Василёк? — Драгоций вновь неожиданно появился за ее спиной. Василиса сейчас была слишком сконцентрирована на своих мыслях. Первое настолько масштабное публичное выступление в новом университете: до этого она ограничивалась лишь ответами преподавателям и зачетами им же тет-а-тет. Руки с планшеткой зашлись тремором, и Василиса пыталась собрать все расплывающиеся формулы в голове. А тут еще и саркастичный Фэш, который своим заигрывающим поведением заставляет ее кровь закипать. Как же не хочется запнуться или ошибиться. Фэш возвысился над ней, бросая тень на листы с исчерканным текстом, чтобы наконец привлечь внимание. Драгоций выглядел, как идеал женщин из легких на чтение романов. Белая рубашка с закатанными рукавами и расслабленным бордовым галстуком, черные брюки с завышенной талией, а коричневые кудряшки зачесаны назад. Василиса усмехнулась своим мыслям, но всё же отвлеклась на него. — Переживаю, — подняла наконец голову Огнева. Она расплылась в неловкой улыбке, сдерживая нервозность. Чего кривить душой, Василиса тоже сегодня постаралась: надела бордовое трикотажное платье, доходящее до щиколоток и обтягивающее бедра, а длинные рукава расширялись к кистям. На голове закрутила замороченный пучок, а в ушах – золотые кольца. В немного другом контексте, вроде ресторана или театра, окружающие могли бы подумать, что эти двое – давно уже замужняя пара. У Василисы сложилось впечатление, что они, не сговариваясь, играют какой-то спектакль и должны убедить остальных в чем-то.       Кажется, Фэш подумал о том же. Возможно, они перестарались, и обычный реферат в университете не предполагает подобной подготовки. Но они ментально договорились и согласились на что-то, и эта мысль не выходила из головы. — Не переживай, подстрахую. Я знаю этот текст наизусть. — Не удивлена, — усмехнулась Василиса. Она проверяет время на своих аккуратных механических часах и движением по направлению к аудитории показывает, что надо идти. Фэш послушно последовал за ней. — Флэшку не забыла? — Ты меня недооцениваешь. В любом случае, у меня достаточно подстраховки на такие случаи, — прийти на выступление без презентации было бы провалом. Они корчились над ней одновременно с теорией и выполировали ее до блеска.       Подготовка к выступлению была размеренной и лениво-степенной. Фэш покопался с разрешения преподавателя в его компьютере, чтобы вывести презентацию, а Василиса упорядочила их листы с текстами. Они редко перебрасывались словами, ощущая странную правильность этой ситуации.       Люди в аудитории собрались, а профессор вернулся с дымящийся чашкой чая. Василиса чувствовала, что от них ожидают какое-то шоу, учитывая обстоятельства, положившие начало их совместной работе, и сердце говорило ей, что это самое шоу и будет. Она не знала, каким образом это произойдет, но и уверенность в том, что Фэш его устроит, не покидала ее. — Как приятно ожидать выступления от двух лучших студентов потока, аж сердце радуется. Начинайте, ребята, — дал добро профессор.       И Василиса начала. Она чувствовала себя так, будто большая ставка в покере зашла, и ей не надо останавливаться: слова так и лились из уст. Удивленно-заинтересованные подачей взгляды одногруппников и внезапно тревожащий мысли одобрительно-нежный Фэша поднимали температуру в ее крови, и Василиса почувствовала, как раскраснелись ее щеки. Она прерывалась, когда выступал Фэш, очаровывая людей своей спокойной и вальяжной речью, и вновь заходилась математической тирадой.       После выступления Огнева ощущала себя пробежавшей марафон. Зал молчал еще несколько секунд: Василиса побоялась, что сделала что-то не так. Быстро оглянулась на профессора, который широко улыбался, на Фэша, горделивые глаза которого были направленны на одногруппников. И только потом студенты зашлись аплодисментами, шокировавшие Огневу. Она не знала, что так можно хлопать после простого реферата. — Превосходно, ребята, — профессор тяжело встал с своего широкого кожаного кресла, подходя к Фэшу и Василисе. — Давно так не наслаждался подачей. Я очень вас хвалю за проделанную работу: еще вчера почитал текст, который вы прислали на почту. Очень достойная научная работа. Уверен, что студентам было все понятно, — он похлопал их по плечам, становясь посередине.       Драгоций и Огнева обменялись взглядами, которые было бы сложно прочитать окружающим их людям. Радостные, проникнутые уважением и гордостью, но еще с чем-то. Чем-то жгучим и терпким, что горчит на языке.       Преподаватель отошел, знаменуя конец представления. Однако Фэш наклонился, заложив руку за спину, подхватил руку Василису и мазнул губами по внешней стороне ладони. Всё произошло так быстро, что Огнева очнулась только после того, как ощутила теплое прикосновение к коже. Аудитория затихла, как и мысли в ее голове. Только Фэш подхватил ее за талию, по-джентельменски проводив ее до места. Василиса оглянулась, ловя его игривый взгляд и улыбку с ямочками, и она приняла его игру. Шок аудитории теперь смешил ее. Да, не зря она не сомневалась в Драгоцие. Настоящий шоумен.