Глава 3. Огонь под кожей

На четвёртой минуте урока Амбридж снова начала свой репертуар. — «Тёмные сущности, как таковые, не должны быть вызовом, если разум остаётся дисциплинированным». Страница восемнадцатая. Читаем. Без дискуссий. Стук её колец по столу был хуже креста. Она никогда не смотрела прямо. Всегда — мимо. Будто ученики — это декорации. Я сидела на последнем ряду. Записывала, что звучало как яд: «Контролировать. Подчинять. Игнорировать инстинкт». Магия у нас дома была другим. Она шептала. Пела. Горела. Она не терпела подавления. Амбридж прошлась между рядами и вдруг остановилась. Перед ним. Перед мальчиком с Пуффендуя. Оливер Льюис, тихий, с заиканием. — Ты опять рисуешь, Льюис? — Это… это просто… схемы… — он спрятал пергамент. — Покажи, — холодно. Она схватила лист и посмотрела. Истерично. — Руны?! Вы хотите сказать, что вы самовольно используете древние символы на моём уроке? — Я… я не… это просто… — он бледнел. Я встала. Не потому что хотела. Потому что что-то внутри меня застучало сильнее. — Это защитная формула, — сказала я. — Он не вредил никому. Амбридж резко повернулась. Её голос взвился: — Вы не в праве объяснять, мисс Марлоу. Сядьте немедленно. И тогда — это случилось. Я не поднимала палочку. Я даже не двигалась. Но воздух между нами вспыхнул на миг — как огненная пыльца. Не больно. Не ярко. Просто... как вспышка жара от тела, которое сказало: «Хватит». Амбридж отшатнулась, словно её ударили ветром. Тишина. Даже Фред замолчал. — Что это было? — прошептала она. Я стояла. Рядом — жар. На коже — ничего. Мои пальцы были чисты. Но сердце било руной: ⟨ᛉ⟩ — Эльхаз (защита). ⟨ᛇ⟩ — Эйваз (устойчивость). ⟨ᛋ⟩ — Соуло (внутренний огонь). Фред медленно встал со своего места. — Она просто напомнила вам, что страх — не дисциплина, профессор, — сказал он спокойно. Амбридж не ответила. Она только поставила Льюису «штрафной час» и ушла из класса на две минуты раньше. --- —Дитя. Я чувствую, что ты начинаешь открываться. Что-то или кто-то толкает тебя туда, где ты не держишь защиту. Помни: мы — не из тех, кто ищет тепло снаружи. Огонь, к которому тянешься, может быть не твоим. Не спутай пульс желания с голосом магии. Ты должна быть готова одна. Только тогда сила останется твоей. — Айя --- Я перечитала письмо трижды. Не потому что не поняла. А потому что поняла слишком ясно. Мать всегда чувствовала, когда я колеблюсь. Когда я думаю о ком-то больше, чем о себе. ⟨ᛞ⟩ на запястье снова зазудела. Порог. Переход. Я стёрла руну. Но тепло на коже осталось. Он защищал меня перед всей школой. Он не должен был. Но сделал. Не для шоу. Просто... потому что счёл нужным. Я посмотрела в окно. На темнеющее небо. А внутри — тихо зашевелился вопрос, который я не смела задать вслух: А если я не хочу быть одна? На следующий день школа дышала иначе. Точнее — сдерживала дыхание, когда я проходила мимо. Сначала — просто взгляды. Чуть дольше обычного. Чуть тяжелее. Потом — шёпот. Без слов. Просто ощущение, что о тебе уже всё решили. На завтрак я села, как всегда, в конце гриффиндорского стола. Но девочка, что опустилась рядом, вдруг пересела через минуту, будто вспомнила что-то срочное. На уроке заклинаний Анжелина искоса глянула, как я поднимаю палочку, и отодвинулась на полметра, будто от жара. Даже профессор Флитвик, всегда добрый говорил чуть медленнее, когда обращался ко мне. Не злоба. Опасение. Я стала не просто странной. Теперь я была непредсказуемой. А в Хогвартсе это — хуже, чем странность. --- На лестнице столкнулась с Ли Джорданом. — Эй, Эстель, — сказал он, но взгляд был не в глаза, а мимо. — Уже есть слухи, будто ты можешь зажечь кого-нибудь без палочки. Я молча подняла бровь. — Лично я — верю, что это бред. Но… — он пожал плечами, — ты же знаешь, как тут всё работает. Я знала. И он знал. И я ушла, не отвечая. --- Фред сидел у окна в общей комнате, когда я вошла. Смотрел вниз, на тёмный двор. Пальцы теребили один из их самодельных фейерверков — несработавший, судя по всему. Он не подошёл. Но и не отвернулся. Я чувствовала, как его взгляд скользнул по мне, когда я проходила мимо. Как будто хотел сказать — я здесь. Но не сейчас. --- Вечером, перед сном, я снова нарисовала руны. ⟨ᛉ⟩ — Эльхаз (внутренняя защита). ⟨ᚠ⟩ — Феху (контроль энергии). ⟨ᛁ⟩ — Иса (покой, лёд). Рука дрожала чуть сильнее, чем обычно. Я подумала о матери. О её письме. О том, как она чувствовала — что я больше не одна, и сразу же написала: > «Ты должна быть готова одна». А я не была. И это пугало меня больше, чем Амбридж. Больше, чем взгляды. Потому что впервые в жизни… я не хотела, чтобы меня боялись. Я хотела, чтобы меня поняли. А это — куда страшнее.