«Хищник в клетке»

— Стаилз, с тобой всё в порядке? — Скотт осторожно коснулся плеча друга, заметив, как у того дрогнули пальцы, вновь и вновь прижимающие телефон к уху. Стаилз не ответил. Он стоял, отвернувшись к шкафчикам, взгляд остекленевшим пятном впивался в стену. В трубке назойливо и мертво гудели длинные гудки. — Я не могу дозвониться до тёти, — наконец выдохнул он, и голос его звучал сдавленно. — Опять. Уже который раз. — Может, она просто занята? — попытался успокоить его Скотт, но сам почувствовал холодок тревоги. Стаилз никогда не выглядел так — его обычно живая, гиперактивная энергия сменилась ледяной, сфокусированной паникой. — Нет. Я звонил вчера. Весь день. Она бы перезвонила. — Стаилз резко опустил руку с телефоном. Он повернулся к Скотту, и в его широко открытых глазах читался чистый, недетский страх. — С ней что-то случилось, Скотт. Я это чувствую. Надо ехать. Уроки того дня растянулись в бесконечную, мучительную пытку. Стаилз не мог усидеть на месте: его нога нервно подёргивалась, пальцы выбивали бешеную дробь по крышке парты, взгляд то и дело метался к окну. Время, казалось, замедлилось намеренно, издеваясь над ним. Как только прозвенел последний звонок, они сорвались с места. Дорога до гостиницы промелькнула в напряжённом молчании, которое прерывал только треск полицейской волны на рации отца Стаилза, доносящийся из динамиков. Ворвавшись в прохладный, пропахший чистящими средствами холл, они устремились к стойке регистрации. Стаилз, опередив Скотта, почти налетел на неё. — Эй, эй, полегче, парни! — отшатнувшаяся администраторша, молодая девушка с именным бейджиком «Сара», испуганно положила ладонь на телефон. — Ещё шаг — и я вызову охрану. В чём дело? — Простите, мы… простите, — Стаилз сделал усилие над собой, пытаясь выровнять дыхание. Он сглотнул ком в горле. — Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, Тереза Стилински ещё в номере? — А вы ей кто? — спросила Сара, настороженно оглядывая взъерошенных подростков. — Я её племянник. Стаилз Стилински. Я не могу до неё дозвониться уже больше суток. Она не отвечает. Пожалуйста, — голос его дрогнул, и в этом «пожалуйста» был отчаянный, неподдельный страх. — Я боюсь, что с ней что-то не так. Девушка за стойкой смягчилась, увидев его бледное, искажённое беспокойством лицо. — Одну секунду, проверю, — она быстро застучала пальцами по клавиатуре, прокрутила список на экране. Её брови удивлённо поползли вверх. — Тереза Стилински. Номер до сих пор за ней числится, но… ключ-карта не использовалась со вчерашнего дня. Она не заходила в номер. Тишина, повисшая между ними, была густой и зловещей. Стаилз и Скотт медленно повернулись друг к другу. Взгляд их встретился — и без слов было всё ясно. Это не было простым совпадением.

***

Тем временем где-то под землей, в сырых катакомбах старого склада, пахло ржавчиной, землей и человеческой низостью. Воздух был густым и неподвижным. Они звали себя охотниками. Но сейчас от этого слова оставался лишь звук. Никакого уважения и чести лишь грязная работой, за которую платят, а после неё, отмыв руки от чужой крови, можно спокойно заказать пиво и не думать ни о чём до следующего раза. Двое мужчин в поношенной рабочей одежде с ничем не примечательными лицами, освещенными тусклым светом единственной лампочки, крутились около девушки. Один, по моложе, с обветренным лицом и пустым взглядом, курил, прислонившись к стене. Другой, плотный и лысый, ковыряя в зубах зубочисткой, подкручивал винты на оборудовании. — Живучая тварь. — беззлобно констатировал последний. — Уже сколько мы в неё влили, а всё рычит. — Зато не так скучно. — младший выпустил кольцо дыма и затушил сигарету. —Обычно они быстрее ломаются. А тут... можно поэкспериментировать. Противный мужской гогот резанул уши девушке от чего сто еще противнее. Она впилась ногтями в ладони, пока не хрустнули кости. Это был якорь. Островок выбранной боли посреди навязанной агонии. Сейчас не было допроса. С ней просто экспериментировали. И это знание не несло облегчения — оно било по гордости, раскаляло унижение докрасна, превращая его в чистую, неразбавленную злобу. Если бы была цель, был бы смысл. А это было просто... грязно. Лысый охотник, наконец настроив оборудование повернул рычаг на среднюю мощность. «Опять» — пронеслось в сознании. Все ее мышцы, предательски ослабшие, не напряглись в страхе. Они сгруппировались для удара, который достигал каждую клетку организма. Альфа внутри, загнанная в клетку из плоти и боли, не выла от ужаса. Она молчала. Их глаза встретились — пустые охотника и горящие алым огнем глаза альфы. В этом молчаливом диалоге не было ничего, кроме обещания. Обещания, что за каждый разряд тока, за каждый ожог она оторвет кусок плоти. Что она запомнит запах каждого из них и найдет по нему, когда вырвется на свободу. Ее губы, потрескавшиеся и в крови, дрогнули. Не в гримасе боли. В оскале. В немом, предсмертном обнажении клыков, которые еще сомкнутся на глотке того, кто сейчас возился с рубильником. Охотник, заметивший это, нахмурился. Его рука снова потянулась к рычагу.

***

– Питер! Питер, открывай, чёрт возьми! Голос Стаилза, сдавленный от ярости и страха, резал тишину спального района. Его кулаки, уже покрасневшие, не стучали, а били по массивной дубовой двери, словно он пытался высадить её. Едва очередной удар оглушительно отозвался в прихожей, дверь резко распахнулась. Питер Хейл стоял на пороге, как воплощение грозы. На нём были лишь низко сидящие тренировочные штаны, и в этой небрежности было что-то опасно-естественное, как у хищника в логове. Глаза, обычно играющие насмешливыми искорками, сейчас были темны и холодны. – Стаилз, – его голос был тихим, шипящим, и от этого ещё более угрожающим. – Твой талант выводить меня из себя достиг апогея. У тебя есть секунда, чтобы объяснить, почему я не должен сломать тебе руку за порчу имущества Но Стаилзу было не до сарказма. Его взгляд, лихорадочный и невидящий, просканировал пространство за спиной Питера, ища хоть намёк на её присутствие. – Где Тера? – выдохнул он, и в его голосе прорвалась отчаянная дрожь. Не дожидаясь ответа, он с силой, которой сам от себя не ожидал, толкнул Питера в грудь и ворвался в квартиру, ловко уворачиваясь от попытки его схватить. Скотт, молчавший до этого, бросился следом. Не ожидавший такого дерзкого напора, Питер на секунду ошалел. Он застыл в дверном проёме, изумление на миг смыло злость с его лица. Лишь звонкий грохот дорогой китайской вазы, которую Стаилз задел локтем в прихожей, вернул его в реальность. – Вы... вы оба сошли с ума! – рыкнул он, и в следующее мгновение его движение было смазано до нечеловеческой скорости. Он нагнал парней в гостиной, схватив Стаилза за капюшон, а Скотта – за плечо, и с лёгкостью швырнул их обоих к стене. Их спины с глухим стуком ударились о стену, на мгновение выбив воздух из лёгких. – Ещё раз, – Питер рывком поднял их с пола, прижав к стене. – что за идиотская традиция врываться в мой дом? -Тера. Где она? –Стаилз попытался вырваться, но баланс сил был не равен. -Я понятия не имею где эта женщина. -Она не берёт трубку, не отвечает на сообщения. Может, ты снова захотел силы альфы? – язвил Стаилз. – Не получилось тогда, теперь решил попробовать на ней? Она для тебя просто «чудесный экземпляр», да? – Стилински, закрой рот. – голос Питера стал тише, но в нём появилась опасная, ледяная нота. –Тера пропала? –он перевел взгляд на Скотта. Тот лишь молча кивнул. –Черт. -его хватка внезапно ослабла. Парни, потеряв опору, съехали вниз по стене. Питер отступил на шаг, отвернулся. Его взгляд уставился в пустоту, пальцы сжали переносицу. В его памяти всплыли вчерашние события. – Чёрт возьми. – прошептал он, и в этом шёпоте было не раздражение, а внезапное, острое осознание. Оно мелькнуло в его глазах яркой, тревожной вспышкой. Он обернулся к парням, и теперь его лицо было другим – осталась лишь голая, холодная тревога.