Часть 14

      Сквозь прикрытые веки пробивался мягкий утренний свет, заставляя Дану поморщить носик и медленно открыть глаза. В них ещё остаётся лёгкая сонная дымка, но взгляд постепенно проясняется, пока лёгкие наполняются свежим воздухом прохладного раннего утра.       Девушка несколько секунд просто смотрит на солнечные лучи, которые водят хороводы на потолке, и улыбается, думая о прошедшей ночи. Воспоминания того, как они с Рафаилом наконец смогли насладиться друг другом, пробуждают еле уловимую волну возбуждения. И правая рука проводит по простыне, пытаясь нащупать любимого ангела, но рядом никого не оказывается.       Вопросительно взглянув на пустое место, Дана присаживается на кровати и шелестит одеялом, пытаясь прикрыть своё голое тело. Голова крутится в разные стороны, чтобы найти хоть малюсенькую подсказку того, где искать Рафаила, но вместо этого глаза находят кое-что другое.       — Какие красивые… — ступая босыми ногами на холодный пол, девушка подходит к подоконнику, на котором в вазе стоит букет луговых цветов. Почти идентичный тому, что был в её доме в тот день, когда они с астрейцами впервые встретились.       Пальцы аккуратно касаются белых лепестков ромашки — удивительно нежных, словно цветы только-только распустились. А затем проводят по слегка заострённым и бархатистым лепесточкам василька, чей насыщенный синий цвет красиво сияет в солнечных лучах.       — Доброе утро, любовь моя.       Низкий голос внезапно раздаётся прям над ухом, заставляя Дану вздрогнуть. Но не успевает она повернуться, как сильные руки сразу же обвивают её талию, с особой аккуратностью прижимая к себе.       — Доброе утро, — девушка улыбается и продолжает разглядывать цветы, немного наклоняя голову, чем Рафаил сразу пользуется. Его губы оставляют несколько коротких поцелуев на шее, которые перетекают к уху. — Я думала, что ты ушёл.       Всё-таки повернувшись, Дана сразу замечает как с кончиков мужских волос стекают капельки воды, а на плечах висит влажное полотенце. Её глаза пробегают по обнажённой груди, и щёки предательски вспыхивают. Что выглядит забавно, учитывая некоторые произошедшие события.       — Не хотел тебя будить, — ласково шепчет Рафаил и гладит девушку по волосам, — ты очень крепко спала.       И Дана заметно удивляется этим словам, поднимая голову. Ей действительно спалось настолько хорошо, что она даже не заметила, как проснулся Рафаил. Это было совсем на неё не похоже, ведь обычно её сон отличался удивительной чуткостью. Но сегодня всё было иначе.       — Какая же ты красивая, — любуется Даной мужчина и не может оторвать от неё своих глаз. Ему приносит настоящее удовольствие смотреть за тем, как часто она начинает моргать, получая комплименты в свою сторону. Как её брови встают домиком, словно не верит в услышанное. И как спустя несколько секунд уголки губ всё-таки смущённо поднимаются вверх. — Самая прекрасная из всех.       — Это невозможно, — девушка качает головой и подтягивает одеяло, прикрывающее её тело, чуть выше. Сейчас, услышав это, ей становится ещё более неловко. — Мне кажется, что у вас на небесах красота совершенно другого уровня. Девушки-ангелы, наверное, такие красивые… Я бы очень хотела когда-нибудь их увидеть.       — Ты сама похожа на ангела, — мягко отвечает Рафаил, а когда Дана хочет возразить на это, продолжает: — ни среди людей, ни среди кого-либо ещё мне не найти никого прекраснее тебя. И я говорю не только о твоей внешности, Дана.       Его прохладные, ещё влажные после душа руки ложатся ей на шею. Большие пальцы нежно скользят по щекам, приподнимая лицо, и взгляд опускается на губы. Они казались ещё немного припухшими после долгих поцелуев, но от этого были не менее притягательными. И Рафаил идёт на поводу у своих желаний, сразу наклоняясь вперёд.       — Нам с Микаэлем сегодня нужно будет проверить одно место, — отрываясь от женских губ, предупреждает мужчина. — Давид и Кассиэль тоже уже улетели. И Одри, скорее всего, с ними. Так что тебе нужно будет побыть немного одной.       — А Фурий и Сомнус?       — Они должны были вернуться в Цитадель. Но точно не знаю.       Дана как-то неуверенно кивает и обходит ангела, подходя к шкафу. Молча открывает дверцы, ища что-нибудь, что можно было накинуть на себя, но слишком долго стоит неподвижно. Глаза замирают на какой-то блёклой вещице, а вот поток мыслей остановить не получается.       — Дана? — Рафаил сразу понимает, что что-то не так. Слишком уж задумчивой кажется девушка. — Что с тобой?       — Не знаю, у меня просто плохое предчувствие, — она стягивает с вешалки удлинённый свитер и быстро надевает его, прячась за дверью шкафа. Это заставляет ангела улыбнуться. — Я не хочу оставаться одна.       Мужчина делает шаг на встречу, но отвлекается на звук сотового, оповещающий о входящем звонке. Дана же не сразу обращает внимание на мелодию, пытаясь собрать волосы в хвост. Однако спустя всего несколько секунд спешит найти телефон, которым в последние дни почти не пользовалась.       — Это папа, — уже более радостно произносит девушка, поднося мобильный к уху. — Алло? Да, папуль, привет.       Рафаил ещё какое-то время смотрит на Дану, а после отворачивается к окну, устремив взгляд куда-то вглубь сада. Не хочет смущать её и потому старательно делает вид, будто полностью поглощён природой.       — Не переживай, у меня всё хорошо, — девушка бросает короткий взгляд на любимого и мысленно благодарит его за особую деликатность. И затем вновь переключается на разговор с отцом. — Да, очень много работы. Прости, что не звоню.       Ложь срывается с губ неожиданно легко. Слишком легко. И от этого только тяжелее.       Тёплый голос в трубке вызывает на женских губах улыбку, хоть и не самую счастливую. А привычные вопросы, которые отцы задают своим дочерям, заставляют Дану больно кусать свои губы, чтобы не дать влаге скопиться в уголках глаз. Она старается ловить каждое отцовское слово, пытается воспроизвести в своей голове его образ, но это получается с трудом. Слишком давно они не виделись.       — Да-да, я хорошо кушаю, пап, — улыбка с лица полностью сходит. Хочется сказать совершенно другое. Что она скучает. И сейчас отдала бы многое, чтобы встретиться с отцом лично и поговорить. Не через динамик в телефоне, а лицом к лицу. Чтобы посмотреть, как он изменился за тот год, который они не виделись. — И я тоже очень скучаю…       Поперёк горла встаёт ком, и Дана больше не может говорить. Быстро попрощавшись, сбрасывает трубку и прижимает экран к губам, словно через него посылая поцелуй.       — Когда вы в последний раз виделись? — Рафаил сразу оказывается рядом и вытаскивает из женских ладоней телефон, откладывая на стол. В следующую секунду его руки тянут девушку к себе в объятия.       — Около года назад. Он военный, а потому видеться чаще просто не получается.       Дана чувствует мужское сердцебиение своей щекой, которой прижимается к груди, и шмыгает носом, позволяя себе пустить слезу.

***

      — Микаэль?       Девушка тихо проходит внутрь кабинета и разочарованно вскидывает руками. Надеялась застать архангела на своём месте, но они с Рафаилом, видимо, уже улетели.       Глазами пробежав по комнате, Дана разворачивается и тянется к дверной ручке. Но в последний момент любопытство берёт вверх, и она медленно, будто обдумывая своё решение, возвращает взгляд к рабочему столу Микаэля.       — Я просто хочу посмотреть, — перебирая бумаги, шепчет девушка. Старается делать это всё максимально осторожно, чтобы не испортить тот порядок, который был на столе. — Это же письма моей мамы? Значит ничего плохого я не делаю.       Мерное тиканье часов казалось чересчур громким, нервируя Дану ещё больше. Она чувствовала неприятный укол совести, из-за того, что без разрешения находится здесь и шарится в вещах, которые ей не принадлежат. Но одновременно с этим хотелось хотя бы одним глазком взглянуть на то, что когда-то держала в своих руках Ирма. Увидеть её почерк. И возможно найти в строчках что-то, что поможет почувствовать её присутствие хотя бы на мгновение.       Микаэль не изменял себе. Как и в прошлый раз все письма были аккуратно сложены в углу стола, прикрытые какими-то старыми книгами. Но достав их, Дана сразу заметила что кое-что всё-таки отличалось. Некоторые конверты оказались чуть смятыми, будто читая их, архангел проживал целую бурю эмоций. И открывать конкретно их — не хотелось.       Самое верхнее письмо казалось вскрытым совсем недавно и девушка решает прочитать именно его. Пальцы достают исписанный с обеих сторон листок и расправляют его, проходясь глазами по строчкам. Дана особо не вчитывается, только всматривается в красивые буквы, и всё больше находит сходств со своим собственным почерком. Улыбка на губах появляется практически сразу.       Когда следующее письмо оказывается в женских руках, то девушка не может сдержать своего удивления. А после прочтения, в этот раз решив обратить на написанные строчки внимание, озадаченно буравит лист взглядом. На нём было всего три предложения:       «Ты не послушал меня. И теперь будущее изменилось. Позаботься о Дане.»       — Что это значит? — вслух спрашивает девушка, абсолютно ничего не понимая. — Звучит словно… предупреждение.       Ещё несколько секунд пробыв в неком оцепенении, Дана складывает лист пополам и возвращает в конверт, тут же убирая и остальные письма на место. Она соврёт, если скажет, что её абсолютно не испугало прочитанное. Но пока это чувство смешивается с недоумением, потому что неясно как на всё это реагировать.       Укладывая книги в прежнее положение, с одной из них выпадает небольшая фотография. И Дана, довольно ловко поймав её, вновь изумляется, даже будто бы переставая дышать. Ведь на фото видит свою маму. Молодую и счастливую.       Ирма выглядела очень радостной и воодушевлённой. И находилась прямо здесь, в кабинете Микаэля, сидя за его столом. Скорее всего он её и фотографировал.       Дана осматривает комнату ещё раз. Она была почти безупречна: ровные стопки документов, книги на полках, и письменный стол, на котором, казалось, ничто никогда не лежало случайно. И фотография её матери тоже не могла оказаться здесь просто так.       Странный звук, прозвучавший откуда-то со стороны гостиной, заставляет резко оглянуться. В доме никого не должно было быть, а потому девушка решает, что ей послышалось, и старается успокоиться, но очередной грохот, уже более громкий, меняет все планы.       Дана убирает фотографию туда, откуда она выпала, и практически беззвучными шагами подходит к двери, прижимаясь к ней ухом. Старается даже не дышать, чтобы ненароком не пропустить ещё какие-либо звуки, и как назло больше ничего слышит. Однако от этого становится только тревожнее.       Отпрянув от двери, девушка медлит. Хочется уйти отсюда, добраться до своей комнаты и разобрать ту информацию, которую получила здесь, по полочкам. Но при этом кажется, что это будет большой ошибкой. Всё-таки смутное ощущение опасности мешает покинуть этот кабинет и задерживает Дану здесь ещё на несколько минут.       Выглядывая в коридор, всё кажется совершенно обычным. Никаких подозрительных звуков, никакого чужого присутствия. Но что-то всё равно как будто бы не так.       Она выходит из кабинета, продолжая смотреть по сторонам, и медленными шагами идёт к лестнице. И только возле неё облегчённо выдыхает.       — Вот ты где!

***

      — Ты действительно думаешь, что они могут что-то знать? — спрашивает Рафаил, ощущая на себе множество чужих глаз.       — Ирма долгое время жила в этом монастыре, может именно тут она и спрятала то, что нам нужно, — Микаэль решает напрямую не называть Святой Грааль. И так привлекли слишком много внимания к своим персонам.       Рафаил, в отличие от Микаэля, никогда здесь не был. Он бегло пробегает взглядом по старым стенам, уже потемневших от времени, и иконам. Позолота на них давно потеряла яркий блеск, но всё же сумела сохранить своё благородное сияние. Нос вдыхал густой запах ладана, который смешался с ароматом воска и старого дерева.       Ангел поворачивает голову в сторону клироса, где стояли монахини, и только сейчас обращает внимание на их пение. Оно было спокойным, плавным, без сопровождения музыкальных инструментов, и безусловно помогало больше проникнуться атмосферой этого места. Только вот Рафаил, который за свою жизнь посетил уже множество храмов, был ко всему этому равнодушен. Даже несмотря на своё происхождение.       — Здравствуйте, — перед мужчинами появляется довольно пожилая женщина, которая сразу подозрительно оглядывает их. По ней было видно, что их приходу она совсем не рада.       — Здравствуйте, матушка игумения, — Микаэль узнаёт её. Они уже однажды виделись, когда он приходил сюда вместе с Ирмой. — Очень благодарен, что вы согласились поговорить с нами.       — Пойдёмте на улицу. Вы тревожите моих монахинь.        Рафаил чувствует, как напряжение между Микаэлем и этой женщиной повышается с каждой секундой, но молча следует за ними во двор. Между ними словно что-то произошло в прошлом и, возможно, это как-то связано с Ирмой. Вот только эта тема никогда не поднималась в стенах агентства.       — Я помню тебя, архангел, — женский голос звучит холодно, — и очень удивлена видеть тебя здесь снова.       Она переводит свой взгляд на Рафаила и чуть щурится, фокусируя зрение на его лице. Зная о сущности Микаэля, ей не сложно догадаться, что его спутник также не является человеком.       — Меня зовут Рафаил, — заметив её интерес, ангел сразу представляется. — Я рад познакомиться с вами.       — Что вам нужно? — не став проявлять излишнее дружелюбие, женщина сразу переходит к делу. Ей хочется, чтобы мужчины скорее покинули храм, и скрывать этого она не собирается.       — Мы ищем одну вещь, которая раньше была у Ирмы.       — И ты решил, что после её смерти эта вещь у меня?       — Надеялся на это.       Микаэль понимает, что ошибся в своём предположении, и жалеет о прибытии сюда. Здесь всё напоминает ему об Ирме и том дне, когда они вместе были тут. Тогда всё было хорошо, а сейчас… Сейчас всё поменялось, и быть здесь — значит целенаправленно причинять себе боль.       — А я ведь знала, что всё так и произойдёт, — игумения буравит его взглядом, показывая то, как сильно она жалеет о своём выборе, который был совершён в далёком прошлом. Микаэль считывает это в её глазах. — Я просила не забирать Ирму отсюда. Здесь она была в безопасности. Но меня никто не стал слушать. И где она теперь?       Архангел склоняет голову, чувствуя себя мальчишкой, хотя его вины в том, что девушку забрали отсюда, не было. Он лишь стал тем, на чьи плечи свалили огромную ответственность. И тоже без его личного согласия.       — Я рада, что хотя бы Дана не стала игрушкой в ваших руках, — качает головой женщина, не замечая того, как Микаэль с Рафаилом напряжённо переглядываются. — Бедная девочка потеряла мать… Дай бог хоть её жизнь будет долгой и счастливой.       Внезапно внутри ангела начинает подниматься тревога. Сердце как-то неспокойно бьётся, предвещая нечто плохое, и он оглядывается, не понимая чего ожидать.       — Рафаил? — Микаэль сразу улавливает беспокойство со стороны друга, поворачиваясь к нему. Но никакого ответа не получает и начинает волноваться сам. — Что ты почувствовал? Что-то с Даной?       — С Даной? — женщина хватается за сердце, заглядывая архангелу в глаза. В собственных же очевидный испуг. — Что с ней? Она что у вас?       Рафаил осознаёт, что опасность подстерегает их не здесь, и быстро расправляет крылья. В голове только единственная мысль — оставлять девушку одну было нельзя. Надеяться, что Аваддон всё ещё слаб, чтобы напасть, оказалось слишком опрометчиво.       — Что с девочкой? — игумения сжимает ангела за рукав рубашки, мешая ему сдвинуться с места. А после, переводя злой взгляд от одного мужчины к другому и обратно, громко спрашивает: — Вы что с ума сошли?! Вы же погубите её!       Рафаил замирает всего на секунду. Эти слова пугают его и вынуждают довольно резко сбросить с себя чужую руку, чтобы затем лишь одним взмахом крыльев подняться в воздух.

***

      — Отпустите меня! — голос Даны срывается на крик, пока она отчаянно пытается освободить своё запястье из цепкой хватки демона. Высокий и довольно крупный мужчина буквально тащит её в сторону гостиной, с гадким смехом реагируя на женские возгласы.       Девушка хватается свободной рукой за деревянные лестничные перила, затем за дверной косяк, но ничего не помогает ей хоть на немного задержаться на месте. Пытается ударить незнакомца, чтобы тот разжал пальцы, однако это только забавляет его. Их силы находятся на совершенно противоположном друг от друга уровне, и Дана чувствует это каждой клеточкой своего тела.       — Какая же ты шумная, — демон всё же отпускает её, но делает это настолько неожиданно и резко, что Дана падает на пол. Она задевает головой угол кофейного столика, из-за чего ненадолго теряет ориентацию в глазах, а в ушах начинает болезненно звенеть. — Ну вот видишь, ударилась. А всё могло обойтись без лишних травм.       Девушка поднимает на него расфокусированный, но всё же злобный взгляд, и медленно поднимается на ноги. Прикладывает ладонь к затылку, где сразу чувствует что-то липкое, пачкающее руку.       Демон молча наблюдает за тем, как Дана испуганно смотрит на свою ладонь, на которой видны следы крови, и улыбка на его лице становится шире. Вся эта ситуация веселит, даже будоражит, и будь его воля, он с радостью поразвлекался бы ещё. Вот только времени на такие игры у него сейчас нет.       — Предлагаю договориться, — начинает он и делает шаг навстречу, вот только Дана реагирует на это моментально, пятясь назад. — Ты уходишь со мной. Добровольно и без лишнего сопротивления. И тогда всё будет хорошо.       Женские глаза бегают по комнате, пытаются найти хоть что-то, чем можно будет защититься от мужчины, но голос в голове кричит, что всё бесполезно. Бороться с высшим существом глупо и слишком самонадеянно. Дана никогда не сможет быть с ним на равных.       — Только от тебя зависит, в каком виде ты уйдёшь отсюда, — ещё одна его попытка подойти ближе увенчается успехом, из-за чего девушке приходится поднять голову, чтобы посмотреть в глаза, полные черноты. — Я ведь в любом случае заберу тебя, так что лучше не…       Дана не находит ничего лучше, чем ударить демона подсвечником, и старается как можно скорее выбежать из комнаты, но не успевает. Повернувшись, видит протянутую мужскую руку, из которой секунду назад вылетел сгусток энергии, вынудивший дверь закрыться прямо перед её носом.       — Ну что ж, — мужские глаза загораются красным цветом, — я дал тебе шанс.       В следующий момент его пальцы оказываются направлены на Дану, заставляя почувствовать, как невидимая энергия начинает окутывать её тело, словно обнимая. Вот только никаких нежных объятий не следует. Лишь большая сила, которая с огромной скоростью отшвыривает девушку в сторону стеклянной балконной двери. Звук бьющегося стекла и звонкий женский крик сразу же разносятся по гостиной.       Дана жмурится от боли во всём теле, шипит от жжения ссадин и медленно привстаёт на локтях, чтобы посмотреть перед собой. Дверь разбита, куски от неё валяются вокруг, а демон, который стоял в другом конце комнаты, уже оказывается совсем близко.       — Не подходите… — девушка испуганно выставляет перед собой руки. Ей безумно страшно думать о том, что случится дальше. Даже представить не получается, что этот демон может с ней сделать.       Мужчина же никакого дискомфорта не испытывает. Он знает, что в агентстве никого больше нет, а значит можно ещё немного повеселиться. Да и Малек вряд ли хоть что-то ему сделает, если Дана попадёт к нему в руки немного покалеченной. Аваддону на это всё равно. Главная цель — доставить её живой. Но не обязательно невредимой.       Встав совсем близко, демон опускается на корточки перед своей жертвой, и молча смотрит в её глаза. Она же пытается отползти назад, не обращая внимания на неприятные ощущения в ладонях. Вот только мужская рука хватает её за лодыжку, дёргая на себя.       — Ты же понимаешь, что тебе никто не поможет, — и снова усмешка, которая заставляет Дану вздрогнуть.       Не отрывая взгляда от чужого лица, она пытается нащупать под своей рукой что-нибудь, чем можно будет дать отпор. И это получается довольно быстро, из-за осколков, валяющихся по всему полу. Девушка сразу же замахивается, чтобы нанести удар по груди, но мужчина слишком легко перехватывает её руку, принуждая отпустить жалкое орудие.       — Не смеши меня, — с этими словами демон обхватывает женскую шею своей ладонью, наклоняясь максимально близко. Его ноздри расширяются, когда вдыхают сладкий аромат молодой кожи, и то ли стон, то ли вздох слетает с мужских губ. — Вы, люди, совсем мне не нравитесь. Но с вами всегда так интересно. Особенно, когда вам страшно.       Хватка усиливается, перед глазами начинает всё плыть, и Дана цепляется за большие пальцы, чтобы хоть немного ослабить их. С каждой секундой дышать становится всё тяжелее, а в голове пусто. Бежать некуда.       Постепенно теряя сознание, девушка не сразу замечает, как получается сделать вдох. Ощущение чужих рук больше не тревожит, а мерзкое дыхание на шее перестаёт обжигать кожу.       — Твою мать… — болезненно хрипит мужчина.       Дана раскрывает глаза. Первое, что она видит, выжженную дыру, насквозь проходящую через мужской живот. Демон цепляется за рану, пятится назад и спотыкается о порог, замертво падая на ковёр. Ещё пару секунд были слышны тихие хрипы, а затем — тишина.       Женский взгляд скользит по трупу, крови, которая растекается по полу, и поднимается вверх. На входе в гостиную стоит Антари. Дана помнит его. И их встречу в саду тоже. А потому не знает, как реагировать на него. Однако, ещё раз взглянув на умершего демона, немного расслабляется.       Она пытается подняться на ноги, но все силы разом покидают тело, не давая этого сделать. Колени почти снова касаются пола, а затем появляется непривычная лёгкость, которая помогает девушке выпрямиться.       — Осторожно, — холодно говорит Антари, придерживая Дану за талию. Она даже не заметила, как мужчина оказался рядом.       — Спасибо, — неуверенно поднимает глаза, — и за него тоже.       Девушка кивает на лежащего на полу демона, но Антари даже не поворачивает голову в его сторону. Он задерживает взгляд на разбитой губе, смотрит на ссадины на щеке. И ему не нравится то, что видит.       — Интересно, как же ты оказалась в такой ситуации? — спрашивает демон, отходя на шаг назад. — Почему ты одна?       — Я… — несмотря на своё спасение, Дана всё же не доверяет ему. И, казалось бы, он не является их врагом. Но всё же роль у него весьма неоднозначная, поэтому девушка решает не говорить ему о местоположении остальных.       Антари решает больше ничего не спрашивать. Он просто смотрит. Его глаза быстро бегают от одной раны к другой, обводят всё женское тело, и от этого взора Дане становится не по себе. Сейчас ей уже не страшно, а скорее неловко. Демон разглядывает её чересчур внимательно. А после, опустившись на диван, он говорит:       — Я подожду Микаэля здесь.       С этим приходится смириться, ведь выгнать его вряд ли получится. Но в этой ситуации всё же есть что-то хорошее. Антари вроде бы не собирался вредить девушке. А значит теперь в доме хотя бы безопасно. Хотя надеется на то, что он поможет ей ещё раз, в случае опасности, тоже было нельзя.       Дана делает шаг. И перед глазами резко начинает всё плыть.       «Передо мной стоит толпа разъярённых людей. Они боятся меня. Но продолжают подходить всё ближе.»       Девушка держится за голову, пока мысли уносят её куда-то далеко отсюда. Чужие мысли.       «В мою сторону летят жестокие фразы. Они просят. Просят вернуться меня туда, откуда я пришла.»       Отрывки чьих-то воспоминаний заставляют Дану почувствовать себя преданной. Одинокой. Словно там была она. Будто бы всё это происходило с ней.       «Камень болезненно рассекает кожу на губах. Ещё один врезается в голову. А затем ещё один. И ещё. И ещё…»       — Эй? — Антари встаёт с дивана, когда девушка хватается за дверной косяк, чуть не падая. В её глазах темнеет, и она теряет сознание, обрывая поток непонятных картинок.       Демон подрывается с места, в последний момент успевая поймать Дану, и легко поднимает её над полом. Женское тело сразу обмякает в его руках.       — Что тут вообще происходит… — обречённо шепчет мужчина. Он смотрит на бледное лицо, на котором ещё остались следы тревоги и страха, и вздыхает.       Он настораживается, когда за его спиной слышится шелест крыльев. Это может быть кто угодно: астрейцы или же очередной демон, который вряд ли явился сюда с добрыми намерениями. Сражаться с девушкой на руках будет сложно. Да и сам Антари вообще не планировал вступать с кем-то в бой, ему всего лишь нужно было решить некоторые вопросы с Микаэлем и улететь.       К его облегчению перед балконом появляется Рафаил, который, увидев Дану, в ступоре замирает. Волнующий вопрос сразу же слетает с мужских губ:       — Что с ней?       Он замечает на полу тело незнакомого демона и вновь смотрит на девушку. Вся в царапинах, ссадинах и синяках, а на шее видны покрасневшие следы от пальцев. Это приводит его в ужас.       Антари открывает рот, чтобы объяснить то, что здесь произошло, но прерывается. Рафаил всё понял и без его помощи — это видно по взгляду. В зелёных глазах так и плещется ярость.       Руки ангела загораются белым светом. Мощная энергия будоражит воздух, заставляет всех птиц в округе в спешке покинуть это место. Антари же с опаской наблюдает за силой, что внушает в него почти животный страх. Никогда ещё он не ощущал настолько величественной и одновременно пугающей энергии.       На мгновение свет ослепляет, обжигая глаза. Демон теряется, жмурится, но вернув себе ясность, поворачивается в ту сторону, где до этого момента лежал труп мужчины. Теперь на его месте не было ничего. Энергия Рафаила превратила тело врага в пыль.