Пока всё не стало мягким

Я иногда думаю, что оно не живое. Что оно просто часть моего тела. Выросло, как раковая опухоль, обросло венами, и теперь питается тем, что во мне должно было быть настоящим. Оно ест меня, и я позволяю. На кухне пахнет тухлой клубникой. Я оставила коробку с ягодами слишком надолго, и теперь они стали похожи на маленькие подгнившие сердца. Я не выбрасываю их. Мне нравится, как они выглядят: кожура трескается, внутри белёсая плесень, а запах сладкий, но уже перекисший. Я думаю, если бы я умерла сейчас, оно бы ело меня так же. Тихо. Медленно. Как ягоду, которая всё ещё кажется съедобной, если смотреть в полумраке. Я чувствую его в собственном теле, хотя оно где-то далеко. Наверное. Я ещё не встретила его. Я не видела его лицо, не знаю, какой у него голос, но когда за окном кто-то кашляет, я думаю, не оно ли? Когда трескается лёд в морозильнике, я вздрагиваю: вдруг это оно с другой стороны стены, ногтями по гипсокартону. Я засыпаю с ощущением, что его рука уже лежит на моём горле, но оно пока не сжимает. Моё тело давно гниёт. Я улыбаюсь, хожу по улицам, отвечаю на сообщения, иногда даже что-то ем. Но всё внутри давно мягкое, рыхлое, обволакивающее. Я не чувствую боли, только стыд от того, что продолжаю двигаться, когда внутри всё умерло. Я сижу на остановке. Поздно. Ветер носит вокруг меня кусочки пакета, как будто кто-то вырезал лоскуты из невидимого тела. Они прилипают к ногам, к пальцам. Один застревает в волосах, но не убираю, пусть будет, пусть думают, что я просто странная. Я вижу его случайно. Это не встреча, ее так нельзя назвать. Слишком тихо. Слишком мимоходом. Слишком нереально. Это был лишь образ в голове возникший на мгновение и пропавший вновь. Я не узнаю его, если увижу снова, но оно уже въелось. С этого дня я начинаю видеть его тени в чужих плечах, в сгибах локтей, в чужих пальцах, которые держат бутылку, как оно бы держало. Оно уже начало становиться мной. Пожирать меня изнутри, как паразит.