Глава 4. Похищение.

Я медленно открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Сильный звон в голове и усталость по всему телу заставили сморщиться. Появилось ощущение, что я бегала беспрерывно несколько часов, а по правде — даже особо и не напрягалась. Так откуда эта усталость? Вокруг был лишь густой лес — настолько, что казалось: в ближайшем километре нет ни души, кроме меня. Место, которое как никогда было одинаковым, вдруг изменилось. Нет, я очнулась там же, но не в то время. Обычно время моего сна было ранним утром, с запахом далёкой осени и сухим лесом. А теперь — мрак, небольшие кусочки неба, покрытого тёмными тучами, зелень, намекающая на то, что сейчас где-то середина лета. Подрагивая, я всё же встала — лишь бы осмотреться и понять, насколько всё поменялось. По памяти в это время должна прибежать девочка. Но её нет. Глядя на место, где она обычно останавливалась, смеялась, а за ней бежали остальные дети, я окончательно убедилась: Это — другой сон. Впервые за столько лет собственный разум смог показать что-то, кроме заезженной картинки, которую я уже знаю наизусть — так, что могу пересказать её детально, как какой-то рассказ. И уверенно получить пятёрку за такое отличное описание. Интерес рассмотреть всё иное взял верх. Уверенным шагом я рванула по изученной дороге — прямиком в небольшое поле, где разместилась старая деревушка. Она была всё та же, как и раньше. Возможно, это пока единственное, что осталось прежним. Взгляд упал на хижину — домик... даже не знаю, как это назвать. Перекошенный, старый. И как только эти дети живут в этой захолупке? Представляю, насколько плохо. Каким бы сильным ни было желание, подоходить к нему даже не стала — вдруг сон оборвётся, как это обычно происходило. Мне этого явно не хватало. Поэтому, на всякий случай обойдя его стороной, я направилась дальше — искать что-то. Сама не знала, что именно. Пройдя немного вперёд, я стала разглядывать местность, которая на данный момент пустовала. Похоже, плохая погода не по душе жителям деревни — все попрятались в домах. А нет — в глаза всё же попались очертания человеческого тела. И не одного, а целых четверо. Постояв и поняв, что отсюда ничего не видно, я подошла ближе. Четыре человека — в тех же старых платьях, или в чём-то вроде них. С размытыми лицами. Вот только, кажется, они выросли. Двое парней и две девушки — я узнала их по волосам. Это те дети. Правда, сейчас их меньше, и они примерно моего возраста — если не ошибаюсь. Встали в нечто вроде круга, и что-то явно происходило. Но размытые лица и непонятный голос сильно мешали разобраться. В какой-то момент мне показалось, что я услышала что-то отдалённо похожее на знакомые слова — и не ошиблась. Одна из девушек каким-то отчаянным голосом произнесла: — С этого момента мы будем держаться одним целым. Всегда и навеки... Эти слова быстро пробрались в мою голову и заставили напрячься. Тем временем они взяли друг друга за руки. Это напоминало какую-то клятву или обещание? Держаться одним целым. Всегда и навеки? Что за бред? Нет. Я явно сошла с ума. Надо выбираться из этого проклятого сна и жить своей скучной, но спокойной жизнью. Если её так можно назвать.

***

— Руна, не забудь выпить таблетки, — донёсся до меня голос Грейс с кухни, где она, судя по звукам, вовсю колдовала над обедом. — Хорошо, хорошо, — отмахнулась я на автомате, одновременно пытаясь влезть в джинсы и аккуратно нанести тушь. Времени, как обычно, в обрез. А ещё я, как обычно, опаздывала на встречу с подругой, которая, кажется, всерьёз грозилась меня задушить, если это повторится снова. Схватив сумку, сунула внутрь блеск для губ, влажные салфетки и наспех застёгнутый кошелёк. Вскочила в обувь и практически вылетела из дома, напрочь позабыв о таблетках. Хотя... Грейс, скорее всего, тоже уже забыла. Не критично. Пропущу один раз — небо не рухнет. Всё равно принимаю их ежедневно. До бара добралась быстро — сказывалось чувство вины перед подругой. Внутри, как всегда, пахло крепким алкоголем, сигаретами и чем-то сладким, липким — вроде вишнёвого сиропа. За стойкой стояла Ками, привычно смешивая очередной коктейль для очередного заскучавшего клиента. Иногда мне казалось, что она и живёт тут — будто у неё нет дома, нет выходных. Только бар, напитки и вечно дымящийся стакан рядом. Подойдя к стойке, я позвонила в крошечный серебристый колокольчик — он стоял тут чисто символически, но Ками всё равно реагировала на него с иронией. Она вручила винный бокал очередному посетителю и только тогда обернулась. Серьёзное, даже слегка уставшее лицо тут же смягчилось — и расплылось в тёплой, искренней улыбке. — Не соизволите обслужить особую гостью? — с лёгкой усмешкой я устроилась на высоком барном стуле, закидывая ногу на ногу. — Для особой гости — только лимонадик, — фыркнула Ками, напоминая о моём категорическом "не пью", и ловко налила в высокий стакан мой любимый сок. Сверху — долька лимона, трубочка и льдинка, звякнувшая о стекло. — Спасибо, — я сделала маленький глоток и, чуть прищурившись, глянула на неё: — Как у тебя дела? — Всё как всегда. Вчера вот позвали на вечеринку... Повеселилась, — ответила она, бросив взгляд куда-то вглубь зала, будто припоминая детали. — Ничего себе, решила наконец-то отдохнуть? — я приподняла бровь, сделав глоток сока. — Последнюю неделю только и делала, что работала, как заведённая. — Знакомая пригласила... — Ками чуть замялась, а на губах у неё появилась странная, почти смущённая улыбка. — Верченика моего хорошего друга, Или… пока ещё не известно, кто он, — добавила, опустив глаза к стойке. — Оу, и кто же этот счастливчик? — я тут же оживилась, расправляя плечи. — Кто-то успел украсть твоё сердце? — Он дружит с Джоном. Его зовут... Марсель Жерар, — с неожиданной теплотой произнесла она имя. Я чуть не подавилась соком. Марсель?.. Жерар? Тот самый, о котором Ребекка рассказывала всего пару дней назад?Нынешний король Нового Орлеана? Вампир, которому больше ста лет? — Марсель? Ты уверена? — осторожно уточнила я, надеясь, что ослышалась. — Да. А что? — она нахмурилась, пристально глядя на меня, явно собираясь задать ещё вопрос, но вдруг замолчала, уставившись куда-то позади меня. — Оу... а вот и он, — мило улыбнулась, будто сейчас должен был войти кто-то с обложки журнала. И правда — по залу неспешно шёл мужчина. Высокий, уверенный, ухоженный до блеска, как и положено столетнему вампиру с властью. Он смотрел прямо на нас, а точнее — на Ками. Потом его взгляд неторопливо скользнул на меня. Чёрт. Кажется, после встреч с Первородными, моя удача окончательно испарилась. — Привет, Ками, — он подошёл и сел рядом со мной, будто бы между нами и не было разницы в происхождении, возрасте или... пищевых предпочтениях. Я рефлекторно дёрнулась и закатила глаза. — Привет. Не ожидала тебя увидеть, — она расплылась в ещё более нежной улыбке. — Как я мог не прийти к такой очаровательной девушке, — ответил он, глядя на неё, а затем резко перевёл взгляд на меня. — А вы…? Разговаривать с ним — вампиром — совершенно не хотелось. Но вежливость всё же взяла верх. — Руна, — выдавила я полуулыбку, лишь бы не выглядеть полной хамкой. — Марсель, — он подал руку, а когда я нехотя протянула свою, аккуратно коснулся губами моей ладони. Фальшивый жест галантности. Меня даже немного передёрнуло. Ками, впрочем, сияла как фонарь. — Руна — моя подруга. Мы познакомились через Джона, — добавила она с такой гордостью, будто вручала мне королевский титул. — Джон? А ты, случайно, не та красивая девушка, с которой он недавно познакомился? — прищурился Марсель. — Ха, возможно, — ответила я с фальшивой улыбкой. — Если память ему не изменила. Атмосфера была натянутой до скрипа. Я бросала в сторону Ками мольбы глазами, но она, похоже, была слишком увлечена его присутствием, чтобы что-то заметить. А Марсель... он всё чаще стал бросать в мою сторону цепкие взгляды, и когда Ками отошла, чтобы принять заказ, и вовсе начал действовать открыто. — Не понимаю, чего ты добиваешься, Марсель, — нахмурившись, я уставилась прямо на него. — В каком смысле? Я просто хочу поближе познакомиться с подругой Камиллы, — он даже не моргнул. — Очень на это надеюсь, — ответила я холодно. Внутри всё сжалось. Не от страха, нет. От какой-то необъяснимой тревоги, словно он играл в игру, правила которой знал только он. И, словно подтверждение внутреннего напряжения, мои пальцы дрогнули — бокал выскользнул и с грохотом разбился о пол. Один из осколков угодил в ладонь, и я не успела среагировать, как из раны хлынула кровь. — О, боже, ты в порядке?! — Ками тут же подбежала ко мне, глядя на порезанную ладонь. Я же, вместо того чтобы отвечать, посмотрела на Марселя. Он застыл. Его взгляд был не просто встревоженным — в нём что-то мелькнуло. Что-то хищное. Через секунду он резко отвернулся, а затем встал, и, даже не попрощавшись, быстро покинул бар. Я осталась сидеть, сжав ладонь, чувствуя, как кровь медленно стекает по запястью. Он ведь умеет контролировать себя,Так говорила Ребекка, да? Но тогда почему убежал? Ками протянула салфетки, торопливо прижимая их к моей руке. Она суетилась, подбирала осколки, извинялась, но мне уже не хотелось находиться в этом месте. — Всё в порядке, — прошептала я, вставая. — Я пойду. И, не дождавшись ответа, вышла на улицу — прочь от этой сцены, от Ками, и от Марселя Жерара с его непонятными реакциями.

***

Нервно идя вдоль Французского квартала, я всё ещё чувствовала напряжение. В голове не укладывался такой интерес ко мне со стороны Марселя. Его излишняя доброта и уважение раздражали до невозможного. Проходя через узкие переулки, в голову пришла мысль о защите. Если не ошибаюсь, блондинка говорила о каких-то украшениях с вербеной? Да! Они мне точно понадобятся — сейчас я слишком уязвима. Захотелось купить защитный кулон прямо сейчас, но я не знала ни одного подходящего места, кроме рынка. Хотя и не была уверена, что они есть даже там. Повернув за очередной угол, я внезапно увидела парня, облокотившегося о стену. Дёрнулась от неожиданности и, кинув на него короткий взгляд, поспешила дальше. Решив на прощание обернуться, я обнаружила, что его уже не было. Это насторожило меня ещё сильнее. Ускорив шаг, я вышла на одну из главных улиц. Но чувство, что за мной следят, не покидало. Я почти каждую секунду оборачивалась, нервно сжимая сумку. И вот — в толпе людей снова мелькнул тот самый парень. Но уже через секунду он исчез. Оглядываясь по сторонам, я заметила ещё двоих. Они переглянулись… и пошли в разные стороны. Теперь была уверена — за мной следят. Нужно что-то делать. Нужно оторваться. В том, что это не люди, уже не сомневалась. А значит, спрятаться будет куда сложнее. Не обращая внимания ни на что, я сорвалась с места и побежала в сторону дома, пересекая все возможные закоулки и не оглядываясь. Бежать. И только бежать. Повторяла это в голове как молитву, будто одними словами могла защитить себя от неудачи. Дом был далеко. Уже на полпути едва держалась на ногах — и всё же решила остановиться. Вдруг удалось оторваться? Я снова оказалась в одном из безлюдных мест, и это было плохо. Надо было выбраться туда, где больше людей. Но не успела и шагу сделать, как что-то сильно ударило меня по голове. В глазах потемнело, закружилась голова — потеряла равновесие. Последнее, что я увидела, — это те парни... Спустя несколько часов. Еле разлепив глаза, тут же ощутила пульсирующую боль в затылке — резкую, как удар током. Воспоминания нахлынули стремительно: улицы, Марсель, Ками… странные лица в переулках… тьма. Сколько я была в отключке? Инстинктивно попыталась пошевелить руками, но сразу почувствовала тяжесть. Что-то сдерживало каждое движение. Медленно переведя взгляд вниз, я увидела цепи — толстые, медные, натянутые туго, как нервы перед срывом. Сплетённые между собой, надёжно зафиксированные. Шансов вырваться не было. Подняв взгляд, я окинула взглядом помещение. Старый пыльный подвал — голые каменные стены, лампа под потолком, и стул напротив меня. Всё. Ни окон, ни часов. Ни намёка на время суток. Пусто. Жутко. Замкнуто. Как я сюда попала? И кто меня притащил? Начала дёргаться, пытаясь хотя бы ослабить хватку цепей, но всё было тщетно. Металл не поддавался. Голова разрывалась от вопросов: Зачем? Кому я нужна? Где-то неподалёку раздались голоса. Мужские. Тихие, приглушённые. Потом шаги — чёткие, размеренные, как у того, кто ничуть не торопится. Всё тело напряглось. Я крепко сжала кулаки и уставилась на металлическую дверь с решёткой. Она напоминала вход в клетку. Или выход. Тень пересекла свет за дверью. Мужская фигура. Замерла. И в следующее мгновение дверь распахнулась. В проёме стоял Марсель Жерар. Улыбающийся. Всё такой же надменный и чертовски уверенный в себе, как и в первую встречу. Только теперь в его взгляде было нечто новое — хищное, как у зверя, загнавшего добычу в угол. Ну конечно… Как я сразу не догадалась. Его вежливость, эти показные улыбки, мягкий голос — всё это лишь маска. Он вошёл, будто возвращался домой, и без тени спешки сел на стул, что, кажется, ждал его самого. — Давно не виделись, Руна, — протянул он моё имя с такой ленивой, почти ласковой интонацией, что захотелось ударить. — Как тебе твоё новое жилище? Уже освоилась? Я зло сощурилась. — Что. Тебе. Надо? — медленно, по слогам. Я не считала, сколько раз за последние недели говорила эту фразу — она превратилась в мантру, как "Отче наш" перед бедой. — Расслабься. — Он откинулся на спинку стула. — Я просто задам тебе пару вопросов. — Для чего? — Без лишних прелюдий. Всего три. — Он поднял руку, демонстрируя три пальца. — Первое: кто ты такая? — Второе: почему о тебе нет ни единой записи — ни в регистрах, ни в любых других местах? — И третье: что не так с твоей кровью? На секунду у меня внутри всё обмякло. Он говорил спокойно, почти нежно, но каждый его вопрос резал точнее ножа. Я застыла. Что не так с моей кровью? — Бред какой-то, — с трудом выдавила я. — Я — Руна. Ты это уже знаешь. Какая информация тебе вообще нужна? И с моей кровью всё в порядке. — Вот именно, — спокойно кивнул он. — Ты слишком “в порядке”. Слишком невидимая. Ни одна система тебя не видит. А значит, ты врёшь. А я, как ты могла заметить, лжи не люблю. — Он наклонился вперёд, его голос стал ниже. — Скажи правду — и я отпущу тебя. — Это и есть правда, — выплюнула я. — Я знаю, кто ты. И поверь, мне совсем не хочется иметь что-то общее с… такими как ты. Просто отпусти меня и забудь. Улыбка исчезла с его лица, уступив место чему-то холодному и колючему. — Не людьми, Руна? А ты уверена, что сама — человек? Мой взгляд стал острым, как бритва. — Уверена. Он медленно встал, отряхнул несуществующую пыль с лацкана пиджака и, взглянув мне в глаза, сказал тихо, почти с сожалением: — Забудь об этом разговоре. Ты просто шла домой… и дошла. Что? Я нахмурилась. Он что, пытался стереть мне память? — Ты… Ты что, совсем с ума сошёл? — Нет. Но ты — да, если думаешь, что сможешь сбежать. — Он резко обернулся к тем, кто стоял за дверью. — Заприте её. Ни еды, ни света. Пусть подумает. А потом ушёл, оставив меня в цепях, с тяжестью на груди и сотней новых вопросов в голове.

***

— Марсель, я не понимаю, зачем тебе Руна. — Джон, раздражённо размахивая руками, шагал следом за боссом. — Ты, типа, коллекцию из девочек решил собрать? Давина, Руна… Кто следующий? Он кипел. Только что узнал, что Марсель держит Руну в плену, и никак не мог понять — зачем? Просто человек? На первый взгляд — да. Но Марсель не из тех, кто действует импульсивно. И это пугало. Марсель остановился, обернувшись через плечо, и спокойно, но с той самой хищной твёрдостью, от которой Джош всегда терял дар речи, сказал: — Эта девочка не простая. — Я контролирую каждый чёртов угол в этом городе. Знаю, кто с кем спит, кто с кем делит кровь и чьё сердце бьётся быстрее при виде луны. — Он подошёл ближе, понизил голос. — Но она... она скользит мимо всего. Ни следа. Ни силы. Ни слабости. И знаешь, что самое хреновое? Он прищурился. — Сегодня я узнал, что она знакома с Клаусом. И с Ребеккой. Джон замер. — Вот это уже звучит чертовски плохо… — Вот именно. — Марсель говорил негромко, но каждое слово резало, как стекло. — Как только первородные вернулись, город превратился в пороховую бочку. Пропавшие ведьмы, оборотни, разрушенные барьеры, Давина взбешена, Элайджа в отключке — и тут появляется она. Совпадение? — Он качнул головой. — Я так не думаю.

***

На следующий день. Пансионат Майкалсонов был окутан редким спокойствием и уютом — что само по себе уже было редкостью для них. Ироничная музыка расплывалась по залу, как праздник в честь объединения братьев и сестры. Клаус медленно перелистывал страницы древней книги, а напротив него сидел Элайджа, занятый тем же. Послышался отдалённый стук каблуков, говорящий о том, что их явно недовольная сестричка уже в пути. И действительно, через пару секунд в проёме показалась Ребекка — с явным непониманием, что здесь происходит. — Так вот чем вы заняты? — начала она, глядя, как они читают книжки. — Теперь, когда мы снова вместе — вампирский книжный клуб? — Чтение развивает мозг, сестра, — не отрывая взгляда, произнёс Клаус. — Не так ли, Элайджа? — Да, это так, Никлаус. — А это что такое? — указала она пальцем на бедную девушку, которая, кажется, уже не дышала. — Искупительная жертва, — тем же спокойным голосом произнес тот. — Я решил, что после стольких дней истощения в гробу, мой старший брат слегка голоден. — Я же объяснил тебе, что прощение нельзя купить, — отозвался Элайджа. — Я бы предпочёл увидеть извинения в твоём поведении, раскаяние. Личностный рост. — А не этот абсурд, — вновь указал он на "подарок" рукой. — Не пропадать же ей даром. — Пожалуй, схожу за мусорным ведром. Потому что ты испачкал двухсотлетний ковёр, — бросив взгляд на кровь, стекающую со стола, Ребекка удалилась прочь. — Точно... Встав с дивана, она направился в след за Хейли, которая только что проснулась. — Доброе утро, — сказал Элайджа зайдя на кухню, опираясь о дверной косяк. — Привет, — не ожидая увидеть его, невольно улыбнулась. — Послушай, я знаю, что в этом доме, кроме меня, никто не пьёт молоко… но может, кто-то из вас будет его хоть иногда покупать? — И отбеливатель тоже, — махая тряпкой, Ребекка направилась в сторону зала. — Я надеюсь, они хорошо к тебе относились в моё отсутствие? — «В моё отсутствие» — слишком деликатное выражение, — ответила Хейли. — После того, как родной брат вонзил в тебя клинок, на меня напали вампиры из Французского квартала. Жить пришлось в доме с тайным подземельем, полным гробов, и меня чуть не убили ведьмы, которые думают, что мой ребёнок — Люцифер. — Оу, молоко, — пробормотал она, следя за тем, как вливает белую жидкость в тарелку с хлопьями. — Они хорошие. Странные… но заботливые. Знаю, я должна благодарить тебя. — Я просто рад, что ты цела и невредима. Кстати, о ведьмах-убийцах — у меня есть опасения. — Они злые. И моя жизнь всё ещё связана с жизнью Сафи Деваро — что совсем не радует. — Да. Я думаю, пришло время позаботиться об этой проблеме. — Полностью поддерживаю. Как только их связь разорвётся — мы уедем из этого города. Кого надо убить? — Скорее всего, никого… — или всех. — А ещё, Элайджа, я бы очень хотела познакомить тебя с одним человеком, — с мягкой улыбкой Ребекка посмотрела на брата. — И с кем же? — прищурив глаза. — Скоро узнаешь. Сначала мне нужно выяснить, куда она подевалась, — бросила она, выходя из дома. — Что за девушка? — ничего не понимая, Хейли посмотрела на него. — Понятия не имею… но обязательно узнаю. Не много подумав, он направился в противоположную сторону. — Позволь спросить, Никлаус, — неспешно зайдя в комнату, Элайджа сел напротив брата. — Конечно, что такое? — ехидно улыбнувшись, Клаус отпил глоток крепкого вина. — Про какую девушку говорит наша сестра? — Ох, поверь, Элайджа, она тебе понравится. Как и мне. — Если это твоя новая подружка, которой ты манипулируешь, то меня это не интересует, — заметил Элайджа, явно намекая на прошлые выходки брата. — Нет. Но если тебе так интересно, позволь познакомить вас прямо сейчас, — встав с мягкого дивана, он медленно направился к двери. — Надеюсь, это действительно что-то важное. Не хочу тратить своё время на бессмысленные вещи, — бросил Элайджа, следуя за братом. А Клаус лишь тихо усмехнулся, сворачивая в неожиданном направлении. — И куда вы собрались? — перегородив путь и скрестив руки на груди, блондинка прищурилась. — Я решил утолить его интерес и как можно скорее показать... — Клаус на секунду задумался. — уникальную особу. — Руну? — Спешу тебя разочаровать. Я не могу найти её уже несколько дней — ни в её доме, ни в библиотеке, — спокойно сообщила Ребекка. — Руна?.. К чему это всё? — нахмурился Элайджа. — Да, ты всё правильно понял, Элайджа. Мы встретили девушку, которая идентична человеку, умершему тысячу лет назад. — Этого не может быть. Она не была двойником. — Именно. И нам предстоит разобраться с этим. Понять, кто она такая. — Клаус обошёл Ребекку и уверенно направился к выходу. — Так что давайте приложим усилия и найдём её. Он распахивает дверь и уходит. Элайджа молча смотрит на сестру, затем коротко кивает и идёт следом. Ребекка остаётся на месте, задумчивая и тревожная, но все же следует за ними.