1.«Начало»

Глава 1.«Начало» «Когда змеиных кровь сольётся воедино, Падёт последний ложный трон — На свет пробудится нежданно Та, чей дух будет объят холодным льдом. Рождённая меж двух миров, Ребёнок — звёздный путь во тьме. Она — чьё сердце выберет дракон. Она — кто будет проводник к судьбе.» *** За окнами замка — непроглядные сумерки, будто сама тьма сгустилась над школой с тех пор, как тёмный волшебник объявил войну всему миру. Мужчина, погружённый в мысли, держит в руках хрустальный шар, внутри которого переливается туманное сияние. Его пальцы слегка сжимают пророчество, будто пытаясь прочесть сквозь пелену времени... Глухой стук выводит его из раздумий. — Войдите, — звучит спокойный голос, хотя брови чуть сдвигаются к переносице. Дверь открывается, и в кабинет входит профессор Минерва Макгонагалл. Её осанка безупречна, как всегда, но в глазах — тень непонимания. — Альбус, вы заняты? — Она бросает острый взгляд на шар в его руках. — Нет, лишь размышляю над одной... любопытной загадкой, — он ставит шар на край стола, где тот мгновенно теряется среди десятков других волшебных артефактов. — Но вы же пришли за чем-то другим. Чай? — Макгонагалл едва заметно качает головой. — Я пришла спросить о новом преподавателе прорицания. Вы уверены, что это разумно? Вы же собирались убрать этот предмет из программы. — Дамблдор смягчает взгляд, но в глубине его голубых глаз мерцает что-то неуловимое. — Прорицание — искусство капризное, Минерва. Да, большинство пророков склонны к театральности, но я обязан не упустить эту возможность. — Хорошие корни ещё не означают компетентность, — сухо замечает она. — Вы уверены, что история не повторится, как в прошлые разы? Я слышала, что у Трелони прапрабабушка была прорицательницей, но... Вдруг снова будут эти выдуманные непонятки? Старый волшебник тихо смеётся, поправляя очки, а взгляд становится особенно задумчивым, будто он видит не только Макгонагалл перед собой, но и какие-то далёкие, скрытые от других события. — Пророчества не говорят прямо, они лишь намекают... Никогда не поймёшь, что из этого истина — Он последний раз посмотрел на шар, затем поднялся, и его мантия мягко зашуршала по полу. — Дадим шанс Сивилле. Возможно, сегодня она предскажет что-то... освежающе новое. Например, что я возьму второй кусочек лимонного пирога к ужину. Минерва вздыхает, но уголки её губ ползут наверх. — Только не говорите ей, что это шутка. Иначе к пирогу добавится «предзнаменование цитрусовой погибели» —Дверь закрывается с тихим скрипом. На столе хрустальный шар внезапно вспыхивает тусклым светом... Но в пустом кабинете этого уже никто не увидит. *** | 1 сентября 1991 года. 10:55 утра. Вокзал «Кингс-Кросс» | Солнечные лучи пробивались сквозь клубящийся пар, окрашивая алые вагоны "Хогвартс-экспресса" в золотистые тона. Элеонора Малфой стояла в стороне от шумной толпы с вытянутой спиной. На ней была надета длинная чёрная мантия и платье из плотного шёлка, лишённое каких-либо украшений – лишь в скрытом кармане лежали серебряные часы на тонкой цепи с выгравированными словами: «Tempus fugit, veritas manet». Ноги обуты в лакированные туфли без каблука – элегантные, но удобные для долгой дороги. Белокурые, почти платиновые волосы были собраны в тугой пучок, подчёркивая аккуратность и практичность. На солнце они отливали холодным серебром. Ледяные голубые глаза внимательно скользили по платформе. Взгляд сохранял спокойствие, но в глубине таилась лёгкая отстранённость – будто она уже знала все правила этого мира и не собиралась в них вписываться. На плече покоилась кожаная сумка тёмно-зелёного оттенка с серебряной застёжкой в виде змеи - намёк на её фамилию. Люциус, поправляя сыну воротник, говорил напутствующие слова голосом, который при каждом звуке разрезал воздух: — Помни, кто ты, Драко. Нарцисса нежно поцеловала старшего двойняшку в лоб, а затем повернулась к Элеоноре. В её глазах читалось безмолвное: «И ты будь умницей». Девочка лишь кивнула, поспешно отворачиваясь к поезду - её сердце учащенно билось в предвкушении свободы. 11:00. С громким свистом поезд плавно тронулся. В отдельном купе собрались будущие слизеринцы. Пенси Паркинсон, словно королева, заняла лучшее место рядом с Драко, Крэбб и Гойл с аппетитом уплетали волшебные пирожки, а Блейз Забини изучал Элеонору с неподдельным интересом. Пенси бросила оценивающий взгляд на девочку, прислонившуюся к дверному косяку, и сладко произнесла: — Элеонора, не так ли? Драко говорил, что ты... «особенная». — Последнее слово прозвучало с явным намёком на «странная». Элле медленно перевела на неё взгляд, в котором читалось спокойное превосходство: — У каждого волшебника есть свои «особенности». Но если не знаешь всех скелетов в шкафу, лучше не нарываться, не находишь? — Её голос звучал мягко, но в словах чувствовалась сталь. — Кто знает, может однажды ты сама станешь одним из них. Оттолкнувшись от опоры, она направилась к выходу, но Драко схватил её за ладонь: — Эй... Ты куда? — Прогуляюсь, осмотрюсь, познакомлюсь с будущими однокурсниками, - ответила она, аккуратно высвобождая руку. — Ты давно не виделся с ребятами - оставайся. — Малфой засомневался, но в конечном итоге кивнул. Переступив порог купе, Элеонора глубоко выдохнула «Ну наконец-то». В уединении коридора волшебница распустила свой пучок, и волосы рассыпались по плечам, будто водопад света. Быстрыми движениями она собрала их в высокий небрежный хвост, который никак не мешался и не доставлял дискомфорта. Проходя мимо купе, Малфой замечала разных учеников: кто-то смеялся, кто-то волновался перед распределением. В одном из отсеков мелькнула знакомая рыжая макушка. Элле замедлила шаг, чтобы приглядеться: веснушчатый нос, потрёпанная мантия... «Точно Уизли. Неужели Рон?» Тут же сидела кудрявая девочка, оживлённо что-то рассказывая. Элеонора постучала и аккуратно спросила: — Извините за беспокойство. Ты Рон Уизли? Не подскажешь, где твои братья? Мальчик насторожился, его уши слегка покраснели: — Ээ... А ты кто? И зачем они тебе? Ведьмочка мысленно упрекнула себя, ведь в «Норе» почти никто не знал, как выглядит та самая «Снежинка». — Прости, я не представилась. Меня зовут Элеонора. Глаза Рона тут же округлились: —Так ты та самая Элле?! Я думал, что ты… старше. На её обычно холодном лице появилась тёплая улыбка. А помещение залилось тихим и коротким смехом. —Да, Фред и Джордж, видимо, забыли упомянуть, что я младше их на два года. – она убрала выскочившую прядку за ухо — Ну так что? — Где-то в середине поезда, - ответил Рон, всё ещё смотря на неё с удивлением. — Спасибо. Только теперь Элеонора разглядела других пассажиров. Рядом с Роном сидел зеленоглазый брюнет в очках - и на его лбу красовался знаменитый шрам-молния. «В последнее время мне, на удивление, сильно везёт» — подумала она. — Не показаться бы грубой... Но ты Гарри Поттер, верно? Мальчик смущённо кивнул: — Привет. Да, это я. — Рада знакомству! Удачи в Хогвартсе, — искренне пожелала Элеонора. И всё-таки она была права — тогда в ателье, в косом переулке, с Драко разговаривал именно он. — Надеюсь, тебе будет легко освоиться. Хотя... — её взгляд скользнул по шраму, — привыкнуть к вниманию может быть непросто. — Повернувшись к девочке, Малфой вежливо добавила — Прошу прощения, но твоё имя мне неизвестно. — Гермиона Грейнджер! — выпалила та, словно заученный текст. — Маглорождённая? — уточнила Элеонора без тени пренебрежения. — Интересно. Тогда и тебе удачи. — С лёгким кивком она вышла, оставив дверь купе распахнутой. Продолжая путь через вагоны, Элле на мгновение остановилась у окна. За стеклом мелькали живописные пейзажи - зелёные холмы, искрящиеся реки, маленькие деревушки. «Хогвартс-экспресс» вёз её домой. В отражении она увидела себя по-настоящему улыбающуюся и счастливую. Впереди был новый этап жизни, новые друзья и приключения. Она была готова ко всему... Как ей казалось в тот момент. Элеонора неторопливо шла по вагону, наслаждаясь приятным стуком колёс по рельсам, когда внезапно — раздался до боли знакомый звук неприятностей. Она едва успела отпрыгнуть назад, как перед её лицом пролетел дымящийся жёлтый шарик, оставив за собой шлейф дыма. — Неужели нельзя было дождаться хотя бы прибытия в школу? — закатив глаза, она заглянула в купе. — СНЕЖИНКА! — радостно взревели два рыжих урагана, буквально налетев на неё с объятиями. — Задушите... идиоты!.. — хрипло выдавила Элле, беспомощно барахтаясь между ними. Её лицо постепенно приобретало оттенок спелого персика от нехватки кислорода. Из коридора раздался весёлый смех — Оливер Вуд, скрестив руки на груди, с умилением наблюдал за сценой. — Рад видеть наших загонщиков в добром здравии! — прокомментировал он, глаза его искрились весельем. Вуд — высокий, крепко сложенный пятнадцатилетний парень с типичной спортивной фигурой для игрока в Квиддич. Его каштановые волосы вечно взъерошены — то ли от быстрых полётов на метле, то ли от того, что он слишком часто хватается за них в моменты переживаний. На нём почти всегда потрёпанная мантия Гриффиндора, а под ней — тренировочная рубашка. Но сейчас Оливер был одет в повседневную одежду и даже не скажешь, что он капитан команды своего факультета. — Вуд! Вытащи меня из этого кошмара! — взмолилась Элеонора, болтая ногами в воздухе. — Ох, Малфой, да они же по тебе скучали! — парниша ухмыльнулся. — Если на поле они будут так же цепко держать соперников, у нас все шансы на кубок в этом году! —Подмигнув, он собрался уходить, но на прощание бросил — Если что, вся команда через три купе. Можете прийти поболтать! Когда близнецы наконец отпустили её, Элле, красная как маков цвет, недовольно прошипела: — Наобнимались? Фред и Джордж рассмеялись, отступив на шаг. — Как же нам не хватало этого ворчания! — воскликнул Джордж, плюхаясь на сиденье. Фред же, кружа вокруг подруги, присвистнул: — Тебе идёт форма! Неужели ты теперь первокурсница? — И теперь официально можешь заколдовать нас своей волшебной палкой! — подхватил Джордж. — Спорим, она такая же строптивая, как и хозяйка? — Бьюсь об заклад, что она никого не будет слушаться! Кроме Элле, конечно. Элеонора, улыбнувшись, устроилась у окна и взяла со столика выпуск «Ежедневного пророка». — Так, что вы тут натворили? — спросила она, листая страницы. — Мы в пути всего час, а вы уже пытаетесь прикончить всех. — Её взгляд невольно зацепился за заметку об ограблении Гринготтса. — Ой, да ладно тебе, Снежинка, ты же неубиваемая! — махнул рукой старший близнец. — Это наши старые бомбочки, просто слегка модернизированные. — пояснил младший. — Вообще-то мы не планировали их запускать. — Поезд дёрнулся. — Вот они случайно и активировались. - Тараторили братья, дополняя слова друг друга, как любили делать постоянно. — Эй, ты нас вообще слушаешь? Элеонора словно вышла из транса, оторвав взгляд от газеты. — А? Да, да, я вас слышала... Близнецы мгновенно окружили её с двух сторон, пытаясь разглядеть, что так захватило её внимание. — Ограбление Гринготтса? Разве такое кто-то бы провернул? Гоблинов невозможно одурачить! — удивилась она. Фред же выхватил новостную бумажку и, пересаживаясь напротив, принял важный вид какого-нибудь человека из Министерства: — Мисс Малфой, прошу вас, не забивать свою юную головушку такими пустяками! Оставьте это профессионалам! - Все трое рассмеялись, и Джордж, подхватив игру, добавил: — Тебе бы лучше послушать настоящие сенсации! Например, что у Ли Джордана теперь есть огромный тарантул! Или что два твоих верных рыцаря видели кое-кого знаменитого в поезде... - Он многозначительно замолчал, растягивая интригу, но Элеонора лишь ухмыльнулась: — А... Гарри Поттера? Да, я в курсе. Лица близнецов исказились в комичной гримасе разочарования: — Да как ты это делаешь?! — Это же совсем неинтересно! Притянув их за плечи, Элле утешительно похлопала по спинам: — Ладно вам! В следующий раз может получится. Лучше расскажите, что я пропустила за лето. В купе пахло разнообразными сладостями, ведь по коридору ехала самая вкусная тележка, набитая яствами. Время текло плавно, словно ленивая река. Вагоны наполнялись смехом и оживлёнными разговорами, создавая уютный гул. — Я же говорю, это получилось случайно! — Именно! Мама даже не ругалась — сарай взлетел на воздух вместе со всеми садовыми гномами, которых она так терпеть не могла! — Близнецы вскочили с мест, на ходу доедая тыквеченьки, любезно предложенные пятикурсниками из Пуффендуя. — Мы заглянем к Вуду и остальной команде, — сказал Фред, поправляя мантию. — Пойдёшь с нами? Уверен, все будут рады наконец увидеть тебя в хогвартской форме. Элеонора, лениво откинувшись на спинку сиденья, сладко подтянулась, всем видом показывая нежелание вставать: — Не, вы идите. Я тут посижу. — Она поудобнее устроилась у стены, снимая обувь. — Точно? — Мгм. Её взгляд скользнул к окну, где за стеклом мелькали золотые поля и тёмные силуэты высоких деревьев. — Ну как хочешь. Если что — зови. Ты знаешь, где мы, — кивнул Джордж, и они вышли, оставив в воздухе приятный привкус задорных историй. Оставшись одна, Элле погрузилась в собственные размышления. За маленькими шторками природа стремительно менялась. Стаи птиц, подхваченные ветром, гнались за вагонами, а солнце подавало признаки вечера, опускаясь всё ближе к горизонту. Веки становились тяжелее, усталость накрывала мягкой волной. Когда поезд нырнул в туннель, погрузив всё в кромешную темноту, Элеонора, не сопротивляясь, тихо провалилась в царство сновидений. *** Ледяной ветер выл в трубах, а метель, словно разгневанный дух, яростно билась в витражи. Комната, затянутая в полумрак, дышала холодным величием. Высокие окна в свинцовых переплётах едва пропускали тусклый свет луны, зато от камина, где плясали синеватые языки магического пламени, по стенам скользили тревожные тени. Главная кровать с колоннами из чёрного дуба была застелена шелковистым покрывалом. Стены украшали портреты предков – их бледные лица искажались, когда крики девушки становились особенно пронзительными. Нарцисса Малфой, стиснув зубы, рожала долгожданного наследника. Лекари в изумрудных мантиях перешёптывались, как испуганные вороны, но их голоса тонули в душераздирающей симфонии звуков. Ровно в полночь на свет появился ребёнок. — Мальчик! – возвестила повитуха, заворачивая младенца в парчовое фамильное одеяло. Нарцисса, обессиленная, позволила себе слабую улыбку облегчения. Но прежде, чем ей подали сына, её тело вновь скрутила адская боль. Все в непонимании подбегали помочь и понять, что же происходит. — Схватки?! Снова? – вскрикнула юная служанка, схватив в руки новое полотенце. Через пять мучительных минут, под немые взгляды окаменевших лекарей, на свет появилась вторая жизнь. Когда дверь распахнулась с громовым стуком, даже пламя, исходящее из свечей, дрогнуло. Люциус Малфой, бледный как сама смерть, замер на пороге. Его свинцовый взгляд медленно скользнул по колыбели: Драко – багровый, орущий, сжимал кулачки, будто уже ненавидел весь мир. И.. она — совершенно тихая, с белоснежной кожей, спала с невозмутимостью королевы. — Что... это? – его голос прозвучал тише шёпота, но страшнее удара хлыста. Нарцисса, дрожа, попыталась подняться: — Двойня, Люциус. Наш сын... и дочь. — Ты говорила об одном наследнике. — Он подошёл к колыбели медленно, остановившись совсем рядом. — Я не знала... — Нарцисса говорила с больной слабостью, аккуратно укутываясь в одеяло. —Никто не знал?! – он повернулся к лекарям так резко, что те отпрянули. Получив отрицательные мотания головами, Люциус, наклонившись над девочкой, замер, приглядываясь. Она не проснулась, лишь слабо пошевелила пальчиками – будто пробовала на ощупь этот враждебный мир. — Девочка. — Словно приговор прозвучало эта фраза. — Но она твоя кровь! – обречённо прошептала Нарцисса, разочарованная реакцией мужа. — Может и так, но главным наследником всё равно станет старший, — Развернувшись, он вышел, хлопнув дверью, что даже в окнах задрожали стёкла. Нарцисса прижимала детей к груди, но её взгляд каждый раз прилипал к нежданной дочери. Лекари поспешно ретировались, бормоча о "дьявольской случайности" и "проклятых сюрпризах". — Драко... и Элеонора. Да, Драко и Элеонора Малфой, – прошептала она, целуя каждого в лоб с материнской нежностью. За окнами буря выла всё яростнее – казалось, сама природа пыталась стереть этот день из памяти мира. Беловласая девочка спала, не ведая, что её судьба будет перечёркнута рождением избранного, появившимся на исходе седьмого месяца. *** Прошло всего мгновение или же несколько часов, но что-то мягкое защекотало нос, вытягивая девочку из сна. Элле моргнула, с трудом разлепляя веки. Перед ней оказался Фред, держа белое пёрышко и ухмыляясь. — Доброе утро, спящая красавица. — Только сейчас она осознала, что всю оставшуюся дорогу проспала. Аккуратно приподнявшись, Малфой также встретила взгляд Джорджа, который присел недалеко от брата. — Я.. уснула что ли? — Самым сладким и непробудным сном! Элеонора потёрла глаза, пытаясь сориентироваться. Стены купе отражали мягкий закатный свет, а в коридорах зашумели ученики, которые уже были переодеты в школьную форму. — Сколько ещё ехать? — Ведьмочка потянулась, проверяя, не затекли ли конечности, и ловко переплела растрёпанный хвостик на голове. — Пять минут, ваше величество, — ответил Фред. — Иначе бы не потревожили, — добавил Джордж. Встав на ноги, Элеонора разгладила неровности на своей мантии и, убедившись, что её часы на месте, благодарно улыбнулась. — Ладно, тогда я, наверное, пойду поищу Драко. Не хватало, чтобы он потерял меня до прибытия в школу. Увидимся в Большом зале! - Потрепав близнецов по рыжим макушкам, она выскользнула из купе, бросив на прощание весёлое: «Не взрывать ничего без меня» Хогвартс-экспресс плавно замедлил ход, доставляя на нужную станцию новое поколение волшебников. Элеонора Малфой уже стояла на каменном берегу, вдыхая знакомый запах озера и древних стен. Но её размышления прервали — Хагрид уже махал огромной рукой, направляя первокурсников к лодкам. Озеро рябилась от огромного количества учеников. Четыре человека в одной лодке, и как бы не было очевидно: Элеонора сидела напротив Драко, который важно расправлял мантию, стараясь не смотреть на воду. Крэбб и Гойл тупо переглядывались, будто ожидая, что тьма глубин вот-вот поглотит их. А она... улыбалась. Не широко, не открыто — лишь лёгкий изгиб губ, который никто не заметил бы, если бы не знал её. Профессор Макгонагалл встретила их у дверей Большого зала. Её строгий взгляд скользнул по Элеоноре — и на мгновение смягчился. «Меня тут ждали. Как приятно возвращаться туда, где тебе рады. Малфоям доступно многое из-за высокого финансового положения, но такой роскоши моей семье не понять никогда» Первокурсники выстроились в ряд. Когда время настало, все потихоньку начали продвигаться по залу Хогвартса, на встречу своему будущему факультету. За столом Грифендора уже сидели две рыжие бестолочи, с ними находился и Перси. К сожалению, Билл и Чарли выпустились со школы, но Элеонора имела честь знать их лично, пока была в подручных у учителей. После некоторой лекции, профессор начала распределение: Ханна Аббот, Сьюзен Боунс, Терри Бут, Мэнди Брокльхёрст, Лаванда Браун, Миллисент Балстроуд, а также Джастин Финч-Флетче, Шеймус Финниган, Гермиона Грейнджер, Невилл Лонгботтом, Мораг Макдугал и наконец Драко Малфой. Он гордо вышел, и еле успев дотронуться до его головы, шляпа закричала: — СЛИЗЕРИН!! И затем — настала её очередь. Элеонора села на табурет, чувствуя, как все глаза в зале устремлены на неё. Близнецы сидели, скрестив пальцы, даже не пытаясь скрыть свою заинтересованность. Как обычно. Но её мысли прервал еле слышный голос Рона Уизли, доносящийся из толпы: —Что?!..Малфой?! Так она Малфой?! Не может быть! — он с недопониманием посмотрел на братьев, но те его даже не замечали. Шляпа же зашептала у волшебницы над ухом: — О-о-о... Интересно. Умная. Очень умная. Но не просто книжный червь — стратег. Храбрость… А ещё доброта. Да...она есть, хоть ты и прячешь её за ледяными стенами. И хитрости хоть отбавляй... Куда же тебя отправить? —она задумалась. — Гриффиндор помог бы тебе раскрыться... Но Слизерин....семья. Ты боишься разочаровать их? Элеонора стиснула зубы. —Не боюсь. Но я хочу выбрать Слизерин, если есть такая возможность. Шляпа засмеялась — и тут же прокричала в зал: — СЛИЗЕРИН! Стол змеи взорвался аплодисментами, но громче всех кричали Фред и Джордж, устроив настоящую овацию. Она не смогла сдержать лёгкой улыбки, направляясь к своему новому факультету. Эти двое умеют поддерживать, определенно. Сев на место рядом с братом, Малфой посмотрела на учительский стол, и поймав взгляд самого строгого, но самого близкого для неё профессора – Профессора Снейпа, и получив одобрительный кивок, волшебница спустя долгое время смогла расслабиться. После ещё некоторых ребят, Минерва Макгонагалл прокричала следующее имя: —Гарри Поттер! Едва мальчишка вышел из строя, по залу шуршащими язычками пламени зазмеились шепотки: «Она сказала Поттер? Гарри Поттер? Тот самый?» С ним шляпа боролась даже дольше, чем с Элеонорой. Юная волшебница наблюдала за этим с интересом. Она много читала про Поттеров из истории разных источников, но в поезде встретила абсолютно обыкновенного мальчика. И вот сейчас от этого выбора распределяющей шляпы зависит судьба живой легенды. —Не хочешь? Нет? Что ж, если уверен, пусть будет ГРИФЕНДОР! «Честно? Ожидаемо» - подумала Элеонора и вернулась разглядывать красивый потолок Большого Зала. Ну, а что? Ей было всё равно, кто на какой факультет попадёт. И далее распределение пошло, как и прежде. «Ставлю свои часы на то, что Рон попадёт в Грифендор». Еда появилась на столах в мгновение ока, но Элеонора ела мало — её мысли были далеко. Кровавый Барон, неожиданно материализовавшись рядом, заставил Драко побледнеть и отодвинуться: — Поздравляю, мисс Малфой, — прошипел призрак. — С таким одарённым учеником Слизерин точно возьмёт кубок школы седьмой год подряд. Она кивнула, проявляя уважение и благодарность: —Слышать это от вас, несказанная честь, господин Барон. Как поживает Елена? — Так развязался их обычный светский разговор, который оба они очень любили устраивать в свободное время. Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор поднялся со своего трона. Все затихли. — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… - Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах близнецов Уизли. — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть самой мучительной смертью. Правая часть коридора на третьем этаже? Переглянувшись с Фредом и Джорджем, они закрепили себе цель на ближайшее время. Ну не могли же они не проверить, что такого скрывает именно эта территория замка. Но потом случилось самое страшное... гимн. Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на ее конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова. Профессор предложил всем спеть «как им угодно», и близнецы тут же затянули его на мотив похоронного марша, растягивая слова так, что даже Макгонагалл чуть не подавилась чаем. Элеонора же прикусила губу, чтобы не рассмеяться. — О, музыка! — воскликнул директор, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Ее волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! После банкета староста Слизерина - Джемма Фарли отвела всех учеников в подземелье, но Элеонору попросила остаться в главной гостиной. Когда все первокурсники разошлись, она отвела её в отдельную небольшую комнату с высокими сводами и окном с видом на подводный мир озера, впрочем, как и остальные окна этого факультета. Малфой знала — это распоряжение профессора Снейпа. —Повезло тебе, Элле! Приглашай на ночёвку хоть иногда, — Посмеялась девушка. Элеонора была хорошо знакома со старостами в Хогвартсе, ведь так же активно участвовала в жизни школы и в помощи профессорам прежде, чем поступила сюда официально. Дверь закрылась. Элеонора бросилась к окну — и увидела своё отражение в тёмном стекле. «Наконец я буду учиться в Хогвартсе...»