mudblood

Она должна была бояться.

Дрожать, когда я прохожу. Шарахаться от моего прикосновения, как от ожога. Но эта... эта грязнокровка смотрит на меня так, будто я — пыль на её ботинках. Я хочу разбить это высокомерие. Хочу вдавить её в каменные стены Хогвартса так сильно, чтобы она почувствовала каждый булыжник у себя в спине. Заставить её, наконец, увидеть меня — не как Малфоя, не как чистокровного ублюдка, а как мужчину, который может сломать её. Я ненавижу её. Ненавижу, как она закатывает глаза, когда кто-то говорит глупость. Ненавижу, как её пальцы перелистывают страницы, будто она уже всё знает. Ненавижу её голос — этот противный, самоуверенный тон, когда она поправляет всех вокруг. Но больше всего я ненавижу её губы. Мягкие. Розовые. Я представляю, как кусаю их до крови, как она стонет от боли, но не отстраняется. Как её ногти впиваются в мои плечи, а я прижимаю её ещё сильнее, пока она не задохнётся. Я ненавижу её. Но когда она проходит мимо, мой взгляд сам цепляется за изгиб её шеи, за то, как её юбка колышется при ходьбе. Я хочу сорвать с неё эту мантию, оставить синяки на её бёдрах, заставить её кричать моё имя — не в страхе, а в ярости, страсти. Потому что если она не будет ненавидеть меня так же сильно, как я её, то...значит, всё это бессмысленно. Я ловлю её взгляд через зал. Она сидит с Поттером и Уизли, смеётся над какой-то их глупой шуткой. Её губы растягиваются в улыбке, и я чувствую, как сжимаются мои кулаки. Ненавижу её смех. Он слишком громкий. Слишком... живой. Я хочу заткнуть её. Прижать ладонью к её губам, чтобы она почувствовала вкус моей кожи. Чтобы она замолчала. Но когда она поднимает глаза и встречается со мной взглядом — я отворачиваюсь первым.

***

Она роняет книги. Я наступаю на страницу пергамента, рву её каблуком. —Подними, — говорит она холодно. —Сделай это сама, Грейнджер. Но когда она наклоняется, её волосы падают на лицо, и я вижу, как дрожат её ресницы. Я ухожу. Слишком быстро.

***

Она засыпает над книгами. Я стою в тени и смотрю, как её грудь медленно поднимается и опускается. Как она может быть такой уязвимой? Я хочу разбудить её. Крикнуть. Ударить. Вместо этого я набрасываю ей на плечи свою мантию. Я не знаю что я чувствую. И это хуже всего.