Красная Шапочка (людоедство/каннибализм, оборотни, маньяки, изнасилование)

      Красная Шапочка кажется типичной историей-пугалкой для детей, предостерегающей их разговаривать с незнакомцами, и, спойлер — такой и является, хотя оригинал ее более жуткий, чем обработанные версии.       Эту сказку в разных версиях записывали братья Гримм и Шарль Перро, но сюжет о девочке или девушке, обманутой волком, был распространен во Франции и Италии со Средних веков. В альпийских предгорьях и в Тироле эта сказка была известна по меньшей мере с XIV века и пользовалась особой популярностью.       Итак, кто такая Красная Шапочка?       У главной героини сказки нет имени и нет возраста — в оригинале не сказано, сколько ей лет, ребенок она или молодая девушка. Говорится лишь то, что бабушка подарила ей шапочку из красного бархата, и «так как ей эта шапочка была очень к лицу и она ничего другого носить не хотела, то и стали ее звать Красной Шапочкой».       Интересно, что во многих культурах девушка, достигшая определенного возраста, должна прятать была волосы в знак недоступности, так как считалось, что женские волосы — мощное средство привлечения противоположного пола. Красный цвет — цвет жизни и крови. Шарль Перро опубликовал эту сказку в XVII веке, когда приличная женщина не могла себе позволить носить красное, так как этот цвет считался греховным, символизировал разврат и даже сам ад, и красные платья носили только дамы с очень плохой репутацией. Красная Шапочка же не просто носит красную шапочку (точнее, шаперон) — она носит ее постоянно, так часто, что получает прозвище в честь своего головного убора.       Бархат тоже вызывает вопросы — в прежние времена эта ткань, как и шелк, была очень дорогой, и носить бархат могли только богатые люди. Это был показатель высокого статуса. Откуда тогда у бабушки деньги на бархат, и почему она дарит внучке именно красную вещь?       Есть одна интересная версия, объясняющая историю Красной Шапочки с другой стороны — возможно, она — внебрачная дочь дворянина. В те времена знатные мужчины увлекались охотой. Возможно, отец Красной Шапочки забрел в деревню ее матери именно ради охоты, и заодно встретил приглянувшуюся ему крестьянку, и то ли соблазнил, то ли изнасиловал. Это закончилось беременностью. Мать девочки пришла к дворянину с новорожденным младенцем, но тот, конечно, ребенка не признал, и все же купил молчание обесчещенной женщины дорогими вещами, среди которых мог быть красный бархат.       Далее по этой версии мать Красной Шапочки, не желая растить бастарда, бросает нежеланного ребенка под дверью своего брата вместе с частью приданого, а сама убегает. Ну или топится. Так что растет Красная Шапочка в семье своего дяди и его жены, которая совершенно от этого не в восторге. Девочка при этом считается плодом греха, и осуждают не дворянина, а обесчещенную им женщину — в те времена обычно винили женщин, а не их обидчиков. Так что бабушка, хотя и любит внучку, видит в ней отражение прелюбодеяния дочери, поэтому красная шапочка в подарок — это проявление бабушкиной пассивной агрессии.       Почему одежда девочки имеет значение? Потому, что в красный шаперон ее «одел» Шарль Перро. До этого в сказке у героини не было отличительного элемента одежды, а до XVII века в некоторых версиях капюшон был золотого цвета. Стоила ткань такого цвета тоже дорого, но символику имела другую; золотой цвет всегда сохранял исключительно позитивное значение как символ божественности, власти и богатства.       Впрочем, то, что Красная Шапочка — внебрачный ребенок, всего лишь одна из версий. В самой сказке мачехи нет, и в лес девочку отправляет ее родная мать, и вряд ли с дурными намерениями:       «Вот однажды ее мать и сказала ей:       — Ну, Красная Шапочка, вот, возьми этот кусок пирога и бутылку вина, снеси бабушке; она и больна, и слаба, и это ей будет на пользу. Выходи из дома до наступления жары и, когда выйдешь, ступай умненько и в сторону от дороги не забегай, не то еще, пожалуй, упадешь и бутылку расшибешь, и бабушке тогда ничего не достанется.»       Есть разные варианты того, что героиня несла бабушке. В Северной Италии это была свежая рыба, в Швейцарии — головка молодого сыра, на юге Франции — пирожок и горшочек масла. Иногда это были молоко и хлеб. У Шарля Перро Красная Шапочка должна была принести бабушке торт и горшочек с маслом. У братьев Гримм — вышеуказанный пирог и бутылку вина.       Советы матери также звучат по-разному; у братьев Гримм она предостерегает: «Не сбивайся с пути», а у Шарля Перро «Не разговаривай с незнакомцами».       В общем-то, пока все выглядит вполне невинно. Мать не просто отправляет ребенка куда-то, а просит отнести продукты старой больной бабушке. Не просто просит, а дает четкие инструкции, как себя вести, что делать и чего не делать. Сама мать, видимо, отнести бабушке гостинец не имеет времени, надо работать — или на огороде, или в поле, или там и там; мы говорим о крестьянах, а свободного времени у них почти не было. Заодно это повод для Красной Шапочки и бабушки повидаться друг с другом — в самом начале истории сказано, что бабушка очень любит внучку, и, очевидно, это взаимно.       Все бы хорошо, но, чтобы попасть к бабушке, героине нужно пройти через лес, так как та жила «в самом лесу, на полчаса ходьбы от деревни». Из этого можно заключить, что бабушка была ведьмой или хотя бы знахаркой, так как обычно они жили именно в лесу или на околице деревни. Сам по себе лес — место довольно сакральное в традиционных верованиях.       Но, кем бы ни была бабушка, внучку она не обидит. Кроме того, идет Красная Шапочка через лес не ночью, даже не днем, а ранним утром; мать говорит ей выходить из дома до наступления жары. Если на улице светло, если не сходить с тропы и не разговаривать с подозрительными типами — возможно, все действительно может быть нормально.       Может быть, но нет, поскольку «…чуть только Красная Шапочка вступила в лес, повстречалась она с волком. Девочка, однако же, не знала, что это был за лютый зверь, и ничуть его не испугалась.»       Появляются вопросы: почему не испугалась? Почему не знала, что это за зверь? Она живет в деревне, лес находится совсем рядом. Если в лесу водятся волки — а они, как мы видим, водятся — то Красная Шапочка должна была, как минимум, слышать их вой. Да и сам вид волка не кажется безобидным, особенно если допустить, что Красная Шапочка — не маленький ребенок, а юная девушка.       Возможно, она не испугалась волка потому, что он не был волком. В некоторых версиях сказки прямо говорится, что это оборотень.       Возможно, Шапочка не испугалась и нарушила запрет матери говорить с незнакомцами потому, что этот «волк» не был незнакомцем.       С XV до середины XVII века в Европе длилась охота на ведьм, и сжигали не только колдуний, колдунов и еретиков, но и оборотней. Чаще всего суды над ними проходили в немецко-франкоязычных странах.       Существует история про «оборотня» Петера Штумпфа, который жил в XVI веке в немецком городе Бедбург. Он был, судя по всему, серийным убийцей, маньяком, который впоследствии сознался инквизиции в убийстве 14 детей и многих женщин, в том числе беременных. Сейчас есть сомнения насчет того, был ли он виновен на самом деле, но даже если не был — вряд ли в Средневековье не было настоящих маньяков-убийц.       Таким образом, вероятно, Красная Шапочка встречается не с волком, а со знакомым ей человеком, которого она, возможно, считает милым и уважает его, и не знает «что это был за лютый зверь». Диалог между ними происходит абсолютно обыденный:       «— Здравствуй, Красная Шапочка, — сказал он.       — Спасибо тебе на добром слове, волк.       — Куда это ты так рано выбралась, Красная Шапочка?       — К бабушке.       — А что ты там несешь под фартучком?       — Кусок пирога да вино. Вчера у нас матушка пироги пекла, так вот посылает больной и слабой бабушке, чтобы ей угодить и силы ее подкрепить.       — Красная Шапочка, да где же живет твоя бабушка?       — А вот еще на добрую четверть часа пути дальше в лесу, под тремя старыми дубами; там и стоит ее дом, кругом его еще изгородь из орешника. Небось теперь будешь знать? — сказала Красная Шапочка.»       Если допустить, что бабушка — знахарка, то не кажется неправильным то, как Красная Шапочка легко выдает «волку» ее адрес. Она не знает, что «волк» опасен, а если он обратится к бабушке за помощью, то, очевидно, заплатит ей за это, не деньгами, так продуктами или вещами. Это все равно что в современности порекомендовать соседу магазин, которым владеет родственник.       Бабушкин дом, меж тем, находится в не самом простом месте. В кельтской мифологии, особенно у друидов, дуб был одним из наиболее почитаемых деревьев. Дубовые рощи часто служили местами проведения священных обрядов. Три дуба могли символизировать священное место, средоточие энергии или портал между мирами. Также в европейском фольклоре дубы часто являются местом обитания духов и фей.       Орешник (или лещина), как уже было сказано в статье про Золушку, символизировал связь с потусторонним миром и также был священным деревом друидов. В ирландском и шотландском фольклоре орешник иногда считался местом обитания фей и других лесных существ. В фольклоре многих европейских стран ветки орешника использовались для защиты от злых духов, ведьм и молний, так что ограда сделана именно из орешника, возможно, как раз поэтому.       «Волк» с самого начала нацелился на убийство бабушки, но решил:       «Эта маленькая, нежная девочка — славный будет для меня кусочек, почище, чем старуха; надо это так хитро дельце обделать, чтобы мне обе на зубок попали».       Чтобы замедлить Красную Шапочку, он предлагает ей полюбоваться цветами. Справедливости ради, насобирать цветов для бабушки решает сама девочка, без подсказки «волка», и, пока она занята этим, «волк» направляется по указанному адресу в дом бабушки, где проглатывает старушку целиком, а затем надевает бабушкино платье и чепчик, и укладывается в ее постель.       Есть разные версии того, что происходило дальше. В той, что существовала еще до обработки Гриммов и Перро, «волк» съел бабушку целиком, но оставил маленький кусочек мяса и немного крови. Из мяса он сделал либо сосиски, либо жаркое, а кровь налил в бутылочку, чтобы выдать за вино. Когда пришла Красная Шапочка, «волк» под личиной старушки напоил и накормил девочку всем этим, а потом попросил ее раздеться, бросить свою одежду в огонь и лечь рядом, и, после классической беседы про «почему у тебя такие большие зубы», съел героиню.       На этом народная сказка и сказка Шарля Перро заканчивается. Никакого чудесного спасения нет. В конце Перро пишет:       «Детишкам маленьким не без причин       (А уж особенно девицам,       красавицам и баловницам),       В пути встречая всяческих мужчин,       Нельзя речей коварных слушать, —       Иначе волк их может скушать.»       Это явный намек на сексуальный подтекст сказки, где «волк», по всей видимости, не просто съел, а предварительно изнасиловал девушку. Или же совсем не съел, а только изнасиловал, и процесс проглатывания — завуалированный намек на изнасилование, которого в оригинале и у братьев Гримм нет.       Лирическое отступление: в необработанной версии сказки Красную Шапочку об опасности пытается предупредить кошка, которую «волк» убивает, и это тоже может говорить о принадлежности бабушки к ведьминскому роду — слишком плотно ассоциируются кошки с ведьмами. И ладно бы просто кошка жила в доме старушки, мышей же надо кому-то ловить — но бабушка живет в лесу, под тремя дубами, еще и кошка у нее особенная…       Продолжение сказки, где Красная Шапочка и бабушка спасаются, появилось потом, в трактовке братьев Гримм. Волк, съев и старушку, и девочку, опять ложится в кровать, засыпает и громко храпит. Так громко, что проходящий мимо дома бабушки охотник слышит это и задумывается — почему это бабушка вдруг так храпит? Он решает проверить, все ли с той в порядке, входит в дом, видит «волка», и сначала хочет застрелить его из ружья, но потом думает — что, если «волк» не просто съел бабушку (что очевидно), а проглотил, и тогда ее можно спасти? Подумав так, охотник:       «…не выстрелил, а взял ножницы и стал вспарывать спящему волку брюхо.»       Чуть только взрезал, как увидел, что там мелькнула красная шапочка; а дальше стал резать, и выпрыгнула оттуда девочка и воскликнула:       — Ах, как я перепугалась, как к волку-то в его темную утробушку попалась!       А за Красною Шапочкою кое-как выбралась и бабушка-старушка.»       Это еще не конец — пока «волк» или спит, или без сознания, его не просто убивают:       «Тут уж Красная Шапочка натаскала поскорее больших камней, которые они и навалили волку в брюхо и зашили разрез; и когда он проснулся, то хотел было улизнуть; но не вынес тягости камней, пал наземь и издох.»       Этому радуются все трое. Охотник сразу же сдирает с «волка» шкуру, бабушка совершенно спокойно кушает то, что принесла ей в гостинец внучка, а Красная Шапочка думает:       «Ну уж теперь я никогда не стану в лесу убегать в сторону от большой дороги, не ослушаюсь больше матушкиного приказания».       В итоге, в трактовке и Шарля Перро, и братьев Гримм эта сказка — предостережение, как для детей, так и для женщин: нельзя разговаривать с подозрительными мужчинами, которые могут оказаться маньяками, как сексуальными, так и не очень.       На самом деле, не думаю, что у этой сказки, именно как у истории, которую рассказывали друг другу люди в старинные времена, есть более глубокий смысл, хотя символики в ней, конечно, хватает.