women moment

      Такси примчалось как на зло раньше срока. Сама судьба тянула нас к проклятому дому Дафны. Это подталкивало меня ускорить темп, ведь в стрессовых ситуациях я работаю лучше. План зарождался на ходу, как того велела ситуация. Филипп всем видом показывал мне, что такси так долго стоять не будет, а в час пик новое он поймает не скоро. Я же трагически бегал по нашему офису, ища несуществующие запонки.       — Ну, помоги же мне, вместо того, что б в дверях стоять!       — Если я уйду, таксист точно развернётся на все 180! — нервно топал он ногой, явно не собираясь двигаться с место.       «Хорошо бы так и случилось» — думал я себе.       — Да и потом, зачем тебе запонки?       — Филип, это не просто запонки, это... Нечто большее… И важное для меня, — неожиданно тоскливо даже для себя выдавил я, «не осмеливаясь» поднять глаз, но я чувствовал, как по его телу словно пробежал разряд. Видимо я неплохо натренировался в актёрском мастерстве.       Без слов друг ещё раз оглянулся на такси и махнул тому рукой, что б не задерживать ни в чём неповинного работягу ещё больше. Тяжело вздохнув он закрыл дверь, плавно прогладив её за своей спиной.       — Ладно, тогда разделимся, я поищу тут, ты — на втором этаже. Но если из-за этого мы опоздаем…       — Договорились! — с нескрываемой победной улыбкой сказал я, хватая друга за плечи крепкой хваткой, а затем, быстро разворачиваясь на пятках, взлетел по скрипучей лестнице на свой обжитый этаж. В голове уже вертелись пару вариантов того, что можно было бы придумать из сложившейся ситуации, и в ход пошёл самый… Крайний, но верный из них.       — Филипп, ну что, поехали? — сказал я, накидывая пальто у зеркала в прихожей. Светлая голова выглянула из единственного дверного проёма на первом этаже с искренним удивлением.       — Ты нашёл их?       — Я и так нас слишком задержал. Они не стоят того, что б огорчать даму своим отсутствием, — монотонно проговорил я, пряча безэмоциональное лицо в зеркале напротив. — Я позвонил Олдриджу, хотел попросить подбросить нас за скромные чаевые, которые мы можем позволить, но нас услышала миссис Олдридж… То есть, Мисс Дорис, и предложила свой байк как более быстрое средство передвижения. Так что тебе выходить через… — быстрый взгляд на серебряные часы, словно я не знал ответа заранее, — минут 5, а я, с твоего позволения, предпочту воспользоваться тобой, как посыльным, и сообщить мисс Дафне о моём постыдном опоздании.       Конечно же позволения Филиппа мне не требовались, ведь всё опять вилось за его спиной, что, с недавних пор, начало казаться мне не верной стратегией нашей дружбы. Но об этом подумаю после того, как обеспечу нашу безопасность, не вдавая его в подробности моих чёрных дел.       «Прости, милый друг».       После своего монолога мне пришлось наблюдать забавную картину сменяющихся эмоций. В лице напротив так и читалось недовольство, сомнение, задумчивость, немой вопрос, который остался не озвученным. Видимо он сам ответил, почему я даже не рассматривал вариант того, что б самому сесть в эту коляску для сумасшедших.       Чувствуя вину, которая неприятно обкручивалась вокруг горла, я откашлялся и повернулся к другу, что был уже в шаге от меня. Он был на удивление молчалив. Моя рука аккуратно легла на его плечо, словно боялся спугнуть дворового пса.       — Филипп, я осознаю твоё желание попасть туда вовремя, дабы не разочаровать мисс Ричмонд. Потому считай это моим извинением. Филипп смотрел на меня как олень в свете фар. Видимо он не хотел верить, что я заметил его симпатию к великолепной рыжеволосой ведьме. Тому свидетельствовал его недовольный румянец и последующий убежавший взгляд.       — Раз уж у нас вечер откровений, — говорил он в сторону, — я так же не мог не заметить твоего огромного нежелания сегодня появляться у мисс Дафры. И не спорь! Я не слепой! Я и не собирался. Со временем мне всё сложнее и сложнее удаётся скрывать от тебя что-либо. Однако моя откровенность застревала где-то на уровне желудка. Я лишь смотрел на его быстро сменяющиеся гримасы.       — И я принимаю это, но… Мне нужно, что б ты присутствовал на сегодняшнем балу.       Неверным будет сказать, что я был в шоке. В каком-то смысле я опешил от «такого рода» признания. Я чувствовал, как натянулась моя кожа на затылке, утягивая за собой брови и уши. Лицо моего компаньона уже не выглядело столько злостным, сколько раздражённым. Видимо он не хотел произносить эти слова, так как они казались ему и без того очевидными. Однако для меня они и правда являлись своего рода откровениями.       Филипп вновь приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, как послышался неприятный рёв со стороны входной двери. Не первый раз за день я думаю о скоротечности времени.       — Видимо это мисс Дорис, — констатировал я, выходя из транса. — Думаю… тебе пора.       Хоть я так и сказал, но совершенно забыл о своей руке на чужом плече. Та безвольно лежала, словно декоративный эполет. Благо быстро возникший огонёк в глазах напротив вырвал меня из раздумий. Рука отлипла от чужого плеча и я было развернулся по направлению к зеркалу, как моё предплечье резко схватили, не давая сбежать.       — Джулиус! — второпях лепетал мой друг, — Пообещай мне, что придёшь. Пообещай, что не пропадёшь как обычно.       Я был оскорблён и тронут до боли в сердце одновременно, но для ответа выбрал не лучшую из этих двух эмоций. Видимо во мне сыграло раздражение от понимания того, что я, возможно, испорчу прекрасный вечер друга с его воздыханной дамой просто из-за своих дурных снов.       — Я никогда не пропадаю без причины, тебе как никому другому это известно.       Я одёрнул руку скорее из-за привычки не быть скованным в движениях, но и страх сближения с дорогим мне человеком так же промелькнул в мыслях. Со мной под руку бродит смерть, и я не держу её на коротком поводке, чтобы позволить людям подойти так близко. А Филл был тем, на кого мой вечный спутник в данную секунду точил ножи.       Мне не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать боль в чужом взгляде, и не нужно было смотреть в отражение зеркала, когда силуэт промелькнул за спиной, закрывая за собой дверь в наше агентство.       «Когда всё устаканится, я обязательно... обязательно…».       План по спасению ничего не подозревающего Филиппа Фелтона заключался в том, что, пока его катают по замысловатым улочкам через все пробки мира, я выиграю себе время, обследуя дом Дафны на присутствие Рейчел. Благо зарождающееся семейство Олдридж с радостью и без требований согласилось помочь в свой выходной день, стоило мне только намекнуть, что Филиппу грозит опасность. Инспектор любезно предоставил мне свою машину и довёз меня до нужного места так быстро, насколько мог, и на столько, чтобы мой дух не покинул тело при взгляде на спидометр.       Машина со свистом остановилась у палисадника. Широкая каменная тропа пролегала насквозь него, разрезая и последующий за ним сад, ведя прямо ко входу в массивный особняк Ричмонд.       Я так и не смог уговорить Олдриджа уехать отдыхать. Вместо этого он предпочёл поискать место для парковки, давая мне время найти хозяйку поместья.             Спешно распрощавшись, я помчал к треклятому дому. По спине скрёбся леденящий страх, возрождая в голове приснившиеся образы. Опять эти двери, опять этот проклятый дом, окровавленное лицо друга, его обмякшее тело на моих руках. Не успел я оглянуться, как уже неприлично громко и протяжно тарабанил дверным молотком в виде кулака, обхватившего кинжал. Головка того нервно ударялась о металл, привлекая внимание всех присутствующих в доме. Наконец дверь отварила одна из горничных.       — Чем могу помочь? — на удивление дружелюбно спросила девушка, словно не слыша бешенного отстукивания секунды назад. — Могу предположить, вы пришли на бал?       — Да. Могу я встретится с мисс Ричмонд?       — Проходите, сер, снимайте пальто. Госпожа сейчас занята. Она в своей комнате, я могу...       — Спасибо, — нервно улыбнулся я, залетая внутрь и закрывая за собой дверь. — Не стоит гонятся ради меня, вот, прошу, повесьте моё пальто, а я сам оповещу мисс Ричмонд о своём прибытии. Обворожительно улыбаясь, я взял прохладную кисть служанки, оставив на тыльной стороне поцелуй, а на внутренней своё пальто. Девушка обкрутила одежду рукой, с румянцем смотря убегавшему мне вслед.       Неведомым мне образом я нашёл нужную дверь, но не успел я подойти, как дверь сама приоткрылась. Оттуда выглядывала она — обворожительная, не смотря на свои растрёпанные рыжие волны, что всё ещё колыхались от дуновения ветра из дверного проёма, она — высокая без каблуков, стройная настолько, что её сорочка казалась большой без пояса, она...       «Убийца».       Я не знал, как к ней относится. Ярость буяла во мне, но то был лишь результат моих снов. На мгновенье её взгляд выдал страх при виде меня, но эта сильная женщина умела брать себя в руки. Я практически видел мускулы её лица сквозь кожу. Вот лицо расслабилось, улыбка, самодельно сконструированная для её идеального образа, правым уголком губ поползла вверх, взгляд был нацелен на мои глаза, перебегая с одного на другой. Медленно, дурманяще.       — Ах, это всего лишь вы, мистер Джулиус.       — А вы ожидали кого-то другого, Дафна?       — Как фамильярно! Не уж то вас так сбивает с толку мой домашний вид?       Её чарующая улыбка невольно заставило пробежаться взглядом по чужому телу вновь. Но я всегда держу в голове, что она не так проста, как кажется. Потому молча перевёл взгляд на дверь, а затем вновь в её нарочно спокойные глаза.       — Что вы делали в своих покоях такое важное, что накануне своего же мероприятия так и не подготовились ко встрече гостей? Позвольте узнать. Этот вопрос застал её врасплох. Улыбка спала с лица без следа. Лишь зелёные глаза оставались такими же полуприкрытыми.       — Считаете нормальным задавать такие вопросы девушке, в чей дом вы вломились и в чью комнату собирались проникнуть, полагаю, без стука?       — На то есть веские причины.       — Какие же? Соизвольте сказать, — её руки скрестились на груди и больше не держали дверь. Что бы показать свою уверенность она чуть отступила от двери, чтобы показаться в полный рост. Это был мой шанс проникнуть внутрь. Толков дверь рукой. Обвешанные кожей животных стены, голова оленя возвышалась над туалетным столиком, даже на полу лежала медвежья шкура. Подле окна стояла неприлично огромная двуспальная кровать с приоткрытым тёмным балдахином. Ажурная ткань рассеивала солнечный свет, но свозь оставленное отверстие я увидел...       — Мисс Ричмонд! Мистер Олдридж, он... Я не успела его остановить... Ох... — запыханная горничная устало взлетела по лестнице, торопясь, видимо, с самого гостевого гардероба. Дафна с шоком смотрела на происходящее, возмущённо хмурясь. Даже в таком состоянии между её бровей не образовалось ни единой складочки.       Закрыв дверь почти перед носом прислуги, дабы она не увидела того, чего не следовало. Теперь пазл в голове начал складываться.       — Я должен был понять раньше... Я же видел всё нужное и не додумался... — бормотал я вслух, придерживая дверь, что бы назойливая прислуга не вошла. — Мисс Ричмонд.       Наши взгляды пересеклись. Её, вновь напуганный, бегал между моих глазниц уже не так уверенно и медленно. Она не скрывала свой страх и раздражение.       — Откуда у вас это поместье? Полагаю, оно досталось вам от...       Не успел я договорить, как мягкая ладонь упала мне на губы. Испуганные глаза были так близко. Это были не те глаза, что во сне, и я был этому несказанно рад. Жаль добился я их неверным путём.       Она стояла так близко, что её грудь прилегла к моей. Аромат, исходящий от её рук пах воском свечей вперемешку с кремом для рук. Лёгкий цветочный аромат констатировал с ярким цитрусом и чем-то мне не известным, дурманящим. Дуновение ветра от её движений принесли ко мне ещё один похожий запах с её сияющих в солнечных лучах волос.       — Всё хорошо, Элен, я сама разберусь с ним. У нас есть личный разговор. Пойди, лучше, оповести гостей, чтоб все собирались в главном холле. Скоро мы начнём. Дабы отвлечься от этой, да боли интимной атмосферы, я вновь перевёл взгляд на постель. На ней расположились потухшие свечи, которые сдерживали за края небольшой кусок сорванных обоев. На нём чем-то чёрным рисовались очертания пентаграммы. А под бумагой виднелась доска Уиджа.       За дверью послышались медленно удаляющиеся шаги. Я вздохнул вновь удаляющийся от меня аромат цветов, и нежно обхватил чужое запястье. Отняв его от рта, я поджал губы, ощутив на них истинную прохладу этой комнаты в контрасте тепла чужого тела.       — Я сам могу ответить на мой вопрос, если вам так будет легче. Поправьте меня, если я буду не прав, — Мой голос звучал тихо, на грани с шёпотом. Я боялся сделать больнее этой, на первый взгляд, сильной, но внутри поистине хрупкой натуре. — Поместье принадлежало вашему покойному мужу, существование которого вы, по непонятным мне причинам, скрывали. Я должен был догадаться ещё в первый мой день здесь, — чужие брови дрогнули. Её взгляд был направлен куда-то мне в шею. Глаза словно дрожали от напряжения. Кисть явно напряглась, я чувствовал это по движению её сухожилий под моими пальцами. Я сильнее сжал её тонкое запястье, словно надеясь задержать улетающее сознание в реальности. — Вы не смогли смириться с утратой и решили провести ритуал по его призыву духа в тело, для чего вам потребовалось бы убить...       — Хватит!       Свободная рука сорвалась и со свистом приземлилась на моей щеке подщёчной. Я позволил освободиться ей от моего хвата и выплеснуть на мне все эмоции. Она ударяла своими дрожащими кулаками в мою грудь, с каждым разом всё слабее и слабее. Плечи ускоряли дрожь, я видел это за её спадающей лёгкой ночнички.       Жуткая боль распространялась в груди путанными корнями, смотря на плоды своих поспешных решений и выводов. Я нежно взялся за чужой спадающий ворот халата и накинул его ближе к шее хрупкой фигуры. Затем осторожно обнял за талию, словно сдерживая чужую дрожь, не давая разрастаться и разорвать носителя на части. Извинения застряли где-то внутри, ведь я знал, что не заслуживал прощения. Время шло. У плеча доносились постепенно утихающие всхлипы. Робкие руки хватались за лопатки моего пиджака, явно сминая старую ткань, но это было не важно. Немного подождав, я снова решился открыть рот, дабы отвлечься от этих душераздирающих звуков.       — Я тоже потерял свою любовь. Это было очень давно. И до сих пор я виню себя в её смерти… Я искал способы вернуть её, — всхлипы стали тише, видимо я смог привлечь к себе внимание. — Но я не нашёл. Все они ложны, Дафна. Нельзя оживить мёртвого. Какой бы способ ты не нашла, это не сработает. Даже если ты убьёшь всех присутствующих в доме. Это не выход, нужно просто отпустить.       — Отпустить, — раздался тихий голос где-то под подбородком. — Всё так просто, да? Отпустить и забыть, смириться и жить дальше… Но я не могу. Я не могу забыть, не могу оставить. А вы смогли?       — Нет, — без раздумий выпалил я, уставив пустой взгляд на магическую утварь. — я не могу. —Наши ситуации немного отличались. Её муж мёртв и вроде не преследует её в виде мстительного духа, грозясь убить всех, кто ей дорог. Но это нисколько не обесценивало её персону. — Вы очень сильная женщина, мисс Дафна Ричманд. Вы преданы мужу даже после его кончины. Настолько, что готовы на всё, ради него. Полагаю, потому вы проявляли интерес к моей персоне. Не сочтите меня эгоистом.       — Вы правы, — её руки сжались на моей спине, — Я догадывалась, что вы узнаете о магических проказах в моём доме, рано или поздно. Явитесь со своим милым другом и арестуете меня за всех тех, кого бы я убила. Осудите, за то, что прикоснулась к тёмным силам. Ведь это ваша работа — ловить тех, кто заигрался с магией. Потому хотела отвлечь вас… Соблазнить, если вам так угодно. Подстроить смерти на своём же балу, подставить тайного гостя. Но, видимо, я где-то просчиталась.       — Отнюдь. Вы постарались на славу, — я позволил себе ухмыльнуться и погладить даму по спине. Я был искренне очарован умом этой необычной женщины. — Думаю я бы поступил так же, в вашем положении.       — Вы ужасны.       — Знаю. И я прошу прощения за…       — Я не о том. Вы ужасно обращаетесь с женщинами. Вы обворожительно улыбаетесь, целуете им руки, а затем доводите до слёз, заставляете раскрыть и рассказывать маленькие женские секретики. Вместе с тем обнимаете прямо в спальне, пока дама в одной лишь сорочке плачется вам в жилетку, — тихий смешок раздался рябью по комнате, даже я не сдержал улыбки и недолго позволил себе смех. Ослабив объятия, я ожидал, пока меня так же отпустят. Но этого не последовало. Постепенно смех затих, а объятья стали крепче.       — Я чуть не убила человека… Я даже не была уверена, что этот чёртов ритуал вообще сработает.       — Но вы не убили.       — Но я могла.       — Я знаю. Именно поэтому я здесь. Я помогу вам.       — Поможете? Как? Мы страдаем одной болезнью.       — Значит будем искать лечение вместе.       — Вы же не намекаете на…       — Нет, нет! Конечно нет! Я уважаю вашу преданность мужу и ни в коем случае не посягнул бы занять чужое место. Полагаю, вы ответите мне тем же.       — Разумеется. Наконец настала тишина. Лишь тихие всхлипы изредка доносились у плеча. Я облокотился затылком о дверь. Неожиданно я осознал, что больше не замечаю запах чужих волос. Слишком к нему привык.