Глава 1: "Под чужим навесом "

Она не помнила, как уснула. Только - как лежала под тёплым навесом, между мешков с рисом в одном из повозок каравана. Словно была зерном сама. Сухим, спрятанным, безымянным. Но это уже кажется таким далёким, хоть и было это три дня назад . Все вечера уже смешались в один. Только теперь воздух пахнет углём, сгоревшим маслом и пылью. Ветер дует с северных гор - колючий, как заноза. Люди расходятся с рынка. Тканевые навесы над лавками хлопают на ветру. Под одним из навесов, между штабелем ящиков и мешками с шелухой, лежит человек, скрытый в плащ, лицом к стене. Поначалу - кажется, что это вор или пьяница. Но если приглядеться - видно женскую ногу, обмотанную грязной тряпицей. Она не шевелится. Из за угла послышались тихие но уверенные шаги и легкое поскрипывание колесиков. Пожилая пара торговцев возвращается с рынка домой. Бабушка крепко держа ручку тянет за собой тележку с остатками фиников. В её руке - связка корней. Она негромко бормочет на китайском . - Ветра с гор. Завтра суставы скрутит. Дедушка молчит и слегка кивает. В его руке - трость. Он идёт чуть позади неся сумку с тканями. Проходя мимо, женщина оборачивается на хлопок ткани. Останавливается. Смотрит в сторону лежащего тела. Чуть проворчал. - Опять кто-то греется в чьей-то тени... Она хочет идти дальше. Но в темноте слышится хрип. Мягкий, почти как шелест ткани. Мужчина чуть хромая приближается. Смотрит. Ветер чуть сдвигает край шляпы, и на мгновение открывается белое лицо. Очень белое. Она чуть заглядывает за плечо мужа и кинула перед тем как отвернуться собираясь идти дальше. - Дао, это не местная. Оставь в покое Он опираясь на трость опускается на корточки. Кладёт ладонь на шею девушки. Горячо. Дао Синь молча наблюдает. женщина смотрит на мужа. Их взгляды встречаются. - У неё жар. Если оставить - к утру умрёт. Она чуть помялась перевеля взгляд с мужа сново на девушку. - Айша . не умрёт - обернётся духом.тебе нужна такая ноша под конец жизни? Айша выдохнула , покачала головой... Поковыляла к ним . --- Плохо освещённая комната. Глиняная печь греет воздух. Шелест углей которые двигают палкой. На самодельной лежанке - девушка в лихорадке она чуть хмурится . Платок соскользнул - длинные пшеничные волосы чуть растрепались на подушке, с мокрого лба течет холодный пот стекая на одежду. Она что-то тихо бормочет на непонятном языке. Иногда - всхлипывает, будто зовёт кого-то. Айша снимает чайник с углей и наливает в миску отвар. Она составила все что нужно на поднос и спокойно опустилась у низкой лежанки . Достав черпак она слегка капает отвар в рот больной. Ткань промокает от пара. Женщина чуть хмурится видя что бормотание незнакомки мешает ей пить. Она чуть покачала головой и пробормотала на своём языке. - Не молись громко, девочка. Местные боги не понимают твоего языка. Она повернулась к подносу , обманула кусок чистой ткани в отвар. Слегка отжав его, чуть встряхнула и аккуратно положила на лоб девушки. Недолго понаблюдать за больной она вздохнула и направилась с подносом к выходу . Айша выходит из комнаты задавая трубки " музыки ветра" . Легкий звук чуть славил виски. Девушка чуть морщится слегка дотрагиваясь до полотенца на лбу рукой . Звук трубок переходит в звон монет. - мужской мягкий голос, до боли родной. Все посчитала? Он перебирая вещи в мешке все пытаясь не задеть свечку на столе. Повернулся к дочери. Девочка лет 7 перебирала монетки с одной кучки в другую перебирая задумчиво с энтузиазмом одну в руках. Дана? Она поправляла длинные рукава ночной рубашки мотая головой считая. Да да. Я.. 11..12 13.. Отец просматривал её кучки монет разложение полумесяцем вокруг девочки. По возрастанию от башенки с 1 монетки до 20. Он чуть досадно почесал бороду, пригладил пышные усы. Чуть тепло усмехнулся . -Ну так ты будешь считать до капели. Гляди как делается . Он взял горсть монет из мешка и начал ловко отсчитывать по башенкам . -Так.. Он поставил свой ряд с ровными одинаковыми стобиками из монет рядом с её. -гляди, вот один столбик десять монет - чуть сдвинул столбик с другим - уже двадцать. И так вот не нужно терять время на ненужные подсчеты. - а как же "на труд в учёбе времени должно быть не жалко"? Отец чуть ухмыльнулся записывая то что посчитал. Чуть тихо одобрительно сказал про себя -запомнила значит. Хорошо. Поворачиваясь к ней указал на листок -только послушай такое. в учёбе- времени не жалей . Но в деле иногда время решает. И чем быстрее сообразил тем лучше для тебя . Он хитро глянул на дочь . Он выглядела заинтересованно задумчивой. Она перевела взгляд с отца на монетку в руках. Он устало выдохнул . -ладно.. на сегодня урок закончен. Он чуть провел рукой сметая башенки со стола обратно в мешок. Резкий свет - тусклый, ржаво-жёлтый, как старое золото на купеческом перстне. Потом - тень, шаги, шелест ткани. И время, которое не считалось. Пять дней. Или вечность. Она лежала на низкой циновке, под покрывалом, пахнущим дымом и сушёными травами. В окно бился ветер. В комнате всё было чужим - формы, запахи, даже воздух. И всё же - она была жива. Временами её поднимали - поили чем-то горьким. Иногда - обтирали, что-то нашёптывали. Женщина с руками, пахнущими перцем и рисом. Мужчина с глазами, которые не задавали вопросов. Жар ушёл неохотно, как пьяный с праздника - оставив за собой следы: разбитую слабость, мокрые волосы и сухой рот. Она всё ещё не говорила. Но уже смотрела. Сначала - на дым из печи. Потом - на движения рук Айши, когда та резала имбирь. Потом - на стены, трещины, занавеску из мешковины. И только потом - на людей. На шестой день Дана вышла из комнаты. Неуверенно, держась за дверной косяк. Во дворе - голуби клевали пшено, глиняные миски сохли на солнце. Всё было простым, бедным, но уютным. Она не знала, что можно, а что - нет. Поэтому просто взяла метлу и начала подметать у крыльца. Небольшие крупицы снега переплетались с пылью в воздухе поблескивая на солнце . Половицы чуть скрипнули. в дом заходила Айша держа корзину со свежим бельём. она остановилась чуть удивившись, что больная гостья уже так скоро решила отплатить за кров работой . Но одобрительно хмыкнул . Она достала из корзины далеко не новую но чистую одежду и протянула девушке. - завтра начнёшь мыть рис , Тин. Дана взяла чистую одежду. Имя "Тин" прозвучало, как щёлкнувший замок. Не русское, не её - но отказываться было поздно.". Она не поняла что именно она сказала но кивнула .. - спасибо .. Айша чуть глянула на неё через плечо услышав её необычно чужую речь . Коротко повела плечом и отвернулась , уйдя в дом. Дана чуть поморщилась от реакции женщины на её речь. Напомнила себе снова что ей стоит придержать язык в этом месте "от греха подальше" . Её взгляд упал на одежду в руках . Сколько ещё всего ей прейдется спрятать под этой чужой кожей.. она зашла в дом следом .