1.3

— И, прежде чем мы начнём, — Джейк снова подвинул стул ближе к веб-камере над основным монитором, отвлекаясь от ноутбука на подоконнике, — я хотел спросить, есть ли у вас фотография Элли? — Хм, мы делали пару селфи, — Лили пожала плечами, — когда встречались в «Авроре». — Вы с Элли ходили в «Аврору»? — он удивлённо моргнул, дожидаясь ответа. — Да, втроём. — Но разве Фила не арестовали? — Ну так после того как меня освободили, Алан его отпустил, — Ханна пожала плечами. — Мне очень хотелось познакомиться с Элли, потому что все вокруг говорили только о ней, и поэтому сразу же, как только меня выписали из больницы, я позвала их с Лили выпить вместе. — Понятно, — он кивнул, и всё же не стал заострять на этом внимание при сёстрах. — Но я не думаю, что эти фото тебе чем-то помогут, — честно призналась Лили, опустив телефон на колени. — Я… Мне нужно знать, как она выглядит, чтобы знать, что именно я ищу в базе данных полиции. Я получил доступ к компьютеру местного шерифа и через него я могу посмотреть улики в различных делах, кроме того, может, её объявляли пропавшей или её исчезновением уже занимаются. — Хм, — Ханна грустно вздохнула, отводя взгляд, прекрасно понимая, что он не стал озвучивать ещё один вариант — фотографии трупов. — Но тогда они бы связались с её родственниками или друзьями. — Если выяснили, кто она, — Джейк кивнул, рассматривая фотографии, присланные Лили. Элли на этих фотографиях кажется слегка испуганной, а вот Ханна заливается смехом. Улыбка Лили как и обычно сдержанная, даже скромная, но сразу было заметно, что Элли не чувствовала себя в безопасности. Он не мог не отметить, что она очень красива, и он видел её впервые в жизни. Да, у него была возможность взломать её камеру или даже камеры внутри магазина, где она проводила большинство времени, однако Джейк никогда бы и не подумал поступать так, переступать эту грань. Конечно, он копнул немного глубже, когда только заполучил её номер телефона из переписок Томаса. Наблюдая за тем, как он нерешительно мямлил, пытаясь убедить друзей написать незнакомке, Джейк уже убедился в том, что она не преступница и скорее всего не имеет никакого отношения к Ханне. Именно поэтому сейчас у него было больше представления о её телефоне и личных данных в Сети, в том числе электронные адреса, логин для всех сайтов одинаковый, и приблизительный список приложений, которыми она пользовалась. Среди таких приложений он заметил мобильную версию двух сайтов одной франшизы, и сразу понял, что, скорее всего, она отлично впишется в расследование. И это был сайт по покупке книг, а также по покупке книг б/у, просмотрев лишь рекомендации на этих сайтах, он пришёл к выводу, что она лишней в расследовании точно не стала бы, так что с нетерпением ждал момента, когда Томас наконец-то ей напишет и у него появится возможность официально вступить в игру. Этих два сайта были в его контрольном списке, открытом на ноутбуке, параллельно с этим он также держал открытую электронную почту, которую создал специально под имя Элли. Каждых пятнадцать секунд бот обновлял страницу браузера, а он оборачивался к экрану, чтобы убедится в том, что новых сообщений нет, хоть он их и ждал. — Она тогда была до ужаса смущена, — улыбнулась Ханна, заметив, что Джейк так долго рассматривает фото. — Да, говорила, что на фотографиях получается плохо и не хотела их делать, — Лили улыбнулась с маленькой грустью. — И даже про эту фотографию говорила, что она на ней вышла слишком плохо. Мы так и не смогли убедить её, что её можно выложить в инсту. — У Элли есть инста? — Джейк нахмурился, пытаясь вспомнить приложение на её телефоне. — Я и не спрашивала, — Ханна нахмурилась. — Мы можем поискать пока. — Может, позже, — Джейк кивнул, откладывая телефон подальше. — Как я и говорил, мне удалось кое-что найти, но я не уверен, что должен показать это. — Почему? — Лили удивлённо моргнула. — Потому что там жесть? — Не совсем, просто… Я не знаю, как вы отреагируете на такое, — он пожал плечами. — Это видео с камеры, момент, как Элли похищают. — Ты нашёл этот момент?! — Ханна закрыла рот руками. — Господи, так её и правда похитили! — Мы хотим это увидеть, — Лили решительно кивнула. — Не беспокойся о нас, да, Ханна? — Да, конечно. Мы же можем заметить что-то, ведь так? — Я надеюсь, потому что я изучил это видео вдоль и поперёк, — он клацнул что-то на клавиатуре и вместо его изображения на экран ноутбука Ханны было выведено видео. Джейк тоже видел его, и всё же сохранял молчание. Абсолютно каждый раз, когда он видел это, его сердце протыкалось сотнями отравленных игл, но он продолжал смотреть, заставляя себя. Он хорошо видел серьёзность и сосредоточенность на лицах сестёр, даже отчасти болезненность, и ничего не мог с этим поделать, это только больше съедало изнутри. Ощущать себя беспомощным, наверное, для него это самый большой страх. И Лили, и Ханна вместе следили за происходящим. С самого краю изображения было видно фургон, кажется, совсем новый, последней модели. Однако он не сразу бросался в глаза. В центре изображения была внешняя металлическая лестница на второй этаж, на первом этаже приветливо помигивала неоновая вывеска цветочного магазина, но внутри было уже темно, как и на улице. Но стоящий рядом фонарь освещал узкую улочку. Не сразу, но на втором этаже они заметили свет в окнах, видимо, это дом Элли. Внезапно из-за фургона появился мужчина, судя по телосложению, и всё же он не пошёл по лестнице вверх, а повернул в переулок, полностью сливаясь с темнотой. Однако через секунд десять он включил фонарик, хоть было сложно что-то разобрать, но было отчётливо видно, что он открыл электрощиток, поковырялся там несколько секунд и вдруг свет во всём доме, и даже вывеска на улице, погасли. Мужчина закрыл щиток и выключил свет фонарика, но так и не появился снова. Однако сверху лестницы спустя минуту они заметили знакомый силуэт — Элли. Закутавшись в спортивную толстовку, она с фонариком спускалась вниз, держа в руках ключи. Она оглянулась вокруг и направилась прямо навстречу преступнику, сама того не зная. Открыв щиток своим ключом, она даже попыталась переключить что-то внутри, но не успела, так как на неё напали. Её фонарик упал на землю и тут же потух, они не могли увидеть больше ничего. Лишь через несколько секунд ближе к переулку подъехал фургон, простоял там несколько секунд, и тут же тронулся с места. — Боже мой, — Лили опустила голову. — Ты можешь узнать что-то о машине? Или взломать другие камеры, увидеть номера или что-то в таком духе? — с надеждой спросила Ханна. — Боюсь, что нет, — Джейк обречённо покачал головой. — И дело здесь не в том, что я не могу взломать камеры, а в том, что их номера защищены специальной плёнкой, вроде скотча. Некоторые люди клеят её на номера, вернее, на часть, допустим букву В заклеивают так, чтобы осталась буква I или что-то в таком духе. В жизни эта наклейка прозрачная, но на камерах она скрывает часть номера и, так как система определения номеров автоматическая, и на камере видно именно букву I, штрафы просто не приходят владельцу авто. Так вот, весь номер закрыт таким образом, как ни посмотри. И найти её по марке тоже не представится возможным, потому что машина тёмная, вокруг тоже не шибко много света, да и у нас нет уверенности, что это сделал кто-то из местных или что её держат в этом же городе. — Всё это звучит хуже и хуже, бедная Элли, я надеюсь, с ней всё хорошо, — Лили даже не пыталась скрыть, как ей было обидно и жаль. — Даже представить себе не могу, кто мог такое сделать? — Ханна покачала головой. — Мне удалось выяснить ещё кое-что, но это всё же никак нам не поможет. — Что? — Хм, они давно готовились к этому преступлению. — Ты думаешь? — Да, они… «тренировали» её, — Джейк пожал плечами. — Когда я смотрел это видео, то вспомнил, как Элли мне жаловалась, что у неё иногда пропадает свет, и что она никак не может решить эту проблему через компанию-поставщика. Я нашёл этот момент в переписке, когда именно она попросила меня подождать, потому что пошла включать переключатели в щитке. И после по этому же времени я нашёл записи с этой же камеры. Кто-то выключал рычаги и сбегал, а она выходила и включала их. — А она не говорила, когда это началось? — переспросила Ханна. — Сказала, что недавно. — Но раз так, разве это не может быть связано с нашим делом, нет? Разве ей не угрожали? — Но Ричи мёртв, — Ханна пожала плечами. — Я тоже обдумывал вариант, что её похитили из-за этого дела. Однако это не кажется мне вероятным, например, потому что преступник был один, а здесь явно не меньше двух человек. Кроме того, я позаботился о том, чтобы её телефон не мог передать информацию о её местоположении, то есть, он не мог подвергаться взлому, не без помощи Наймоса, конечно, и всё равно. А ещё, если брать логикой, она не получала никаких знаков или других угроз. В таком случае, даже если взять ко вниманию то, что это может быть кто-то, связанный с Ричи, это значит, что сообщник хочет отомстить ей за её помощь в расследовании, но тогда почему он не хочет снова напасть на тебя? Ведь очевидно, что он не успокоился и ему нужно отомстить всем, кого он считает виновным. — Ты верно говоришь, — Ханна кивнула, снова отводя взгляд. — Маловероятно, что это кто-то, кто связан с этим делом. — Но мы же знаем теперь, что этот человек или группа людей… Не знаю, следили за ней? Они знали, где она живёт, где работает, наверное, следили за ней и в общественных местах, ведь так? Может, она замечала что-то такое? — Или это кто-то из тех, кого она знает, — Ханна взглянула на сестру. — Но твоё предположение звучит очень логично, может, во время расследования она делала заметки в дневнике или писала кому-то о чём-то странном? — Боюсь, у меня нет больше доступа к её перепискам, — Джейк пожал плечами, обдумывая слова сестёр. — Кому из вас она могла об этом рассказать? — Ханна снова посмотрела на сестру. — Джесси, — в один голос заявили Джейк и Лили. — О, они и правда близки, да? — Они сразу подружились, — Лили кивнула. — Я не думаю, что нам стоит привлекать её, — возразил Джейк, уже кожей чувствуя назревающей предложение. — Она паникёрша, склонна к быстрому реагированию и в такие моменты руководствуется чувствами, а не разумом. Кроме того, она не питает ко мне никаких чувств, кроме страха и осторожности, мы не сможем работать вместе. — А если она узнает правду, то, очевидно, захочет участвовать в расследовании, как ни крути, Элли для неё очень важна, — Ханна поджала губы, в целом соглашаясь с братом. — Джейк? — Лили подняла взгляд на брата. — Да? — А это… Не могут быть твои преследователи? У них ведь и был на неё зуб, да? — Был, но… Это очень маловероятно, — Джейк качнул головой. — Уверен? — Да. — Точно? — переспросила Ханна. — Ох, ну, — Джейк глубоко вздохнул, понимая, что объясниться придётся. — Я предполагал, что это могут быть люди из ФБР, потому что раньше они уже обращали на неё внимание. Они получили доступ к небольшой части нашей переписки и в итоге, пока я был в бегах, они пытались достать её. И всё же им практически удалось взломать камеру на её телефоне, и мне пришлось вмешаться. Они предполагали, что шантажируя и пугая её, смогут достать меня. Однако моё вмешательство не просто защитило её, но и дало им немного больше информации о моём местоположении, поэтому они оставили её в покое, сосредотачиваясь на мне. — То есть… Ты взял удар на себя? — Да, я знал, что таким образом раскроюсь, — он пожал плечами. — Вы не видели того, что видел я. Когда они взломали её телефон и пытались получить доступ к её камере, они не выглядели так, словно хотели задать ей пару вопросов, и я могу себе представить, как ей было страшно в тот момент. У меня не было другого выбора, мне пришлось это сделать. — Мне кажется, она об этом и не догадывалась, — Лили покачала головой. — Да, я тоже думаю, что она не поняла этого, — Джейк кивнул. — Таким образом я привлёк их внимание и Элли им больше не нужна. Более того, сейчас они считают меня погибшим в руднике, и у них нет нужды заходить так далеко. Конечно, ФБР иногда проделывают что-то в таком духе, но… Они похитили её три месяца назад…? Обычно они справляются быстрее. Кроме того, зачем её похищать? Чтобы вывести меня обратно в игру, но они никак не дали понять, что она у них, они не закинули приманку. Понимаете? Им же нужно достать меня, значит, они бы дали мне понять, что она у них и выставили бы требования. Но ничего подобного мне не удалось найти. — Вроде бы звучит логично, — Ханна сосредоточенно кивнула, смотря куда-то в сторону. — Тогда кто это может быть? Она не случайная жертва, и это точно, ведь за ней следили. Вы все знаете, что за причины могут быть, кроме мести. Конечно, она имела в виду самую частую причину похищения — причина сексуального характера. И это было легко представить, особенно если учитывать, что по таким критериям чаще всего похищают блондинок со светлыми глазами, даже девочек предпочитают белокурых. И Элли подходила под это описание — кроме того, что она располагала мягкими чертами лица, и в целом очень миловидной внешностью, она была блондинкой с серыми глазами. И как бы ни хотелось думать об этом, все трое отдавали себе в этом отчёт. Сюда ещё можно добавить подонков, которые торгуют людьми или органами, и в таком случае давление поднималось всё выше, подключались нервозность и страх. Если так, её может уже и не быть в США, даже на материке. Но если отбросить рациональный взгляд, подключая чувства…? Никто из них не был готов думать и представлять себе Элли в таком виде. Это вероятно. Но слишком больно и неприятно. И если девушки боялись за неё, Джейк злился, что не мог ничего с этим сделать. — Джейк, знаешь, мы тоже переживаем о ней, я думаю, мы найдём её и всё будет хорошо, — осторожно сказала Лили. — Если мы будем думать о плохом, это ничем нам не поможет, но нам нужно сохранять ясность ума. Ради Элли. — Лили права, — Ханна кивнула, снова поднимая взгляд на брата. — Нам нужно продолжать поиски, переживать будем, когда найдём доказательства. И… Если мы можем чем-то тебе помогать, пожалуйста, скажи. Мы тоже хотим сделать всё возможное, чтобы найти её. — Спасибо, — он кивнул, глубоко дыша. — Я ценю вашу помощь, правда. Ваши идеи урезонивают мои, и вы уже многое делаете. Я, наверное, продолжу читать её дневник. — У неё запутанный почерк, мы можем помочь с этим, — предложила Лили. — Было бы отлично, — он кивнул, а после поднялся со своего места, направляясь к небольшой тумбе у кровати, чтобы взять дневник. — Я сейчас отправлю фото. — Сгоняешь за соком? — Ханна озвучила просьбу младшей сестре. — И лёд положи, пожалуйста. Спасибо! Лили только потрепала её по волосам, удаляясь на кухню. Ничего не изменилось за столько лет, она как была девочкой на побегушках у старшей сестры, так и осталась. Но это умиляло даже, словно они совсем не выросли, и им всё ещё тринадцать и пять лет, Ханна сидит перед телевизором в своё время, смотрит какой-то мультфильм после школы, и чтобы не отвлекаться лишний раз, гоняет младшую сестру за соком и чипсами на кухню. И хоть раньше она не была так благосклонна, всё равно выполняла эти мелкие просьбы, потому что добрая страшная сестра обычно щедра — и своими конфетами поделится, прикроет перед мамой, даст свою косметику посмотреть или пшикнет духами. — Мы найдём её, — коротко сказала Ханна, заметив, что Джейк вернулся. — Да, — он кивнул, отвлекаясь от блокнота. — Я не отступлюсь от поисков, даже если мне придётся потратить на это остаток жизни. Я хочу знать правду. И отомстить. — Я понимаю твои чувства, Джейк, — Ханна едва заметно улыбнулась. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что мы с Лили на твоей стороне, на вашей с Элли. И напомнить, что мы всё же одна семья, ты можешь рассчитывать на нашу помощь. И я говорю не только про расследование, но и о моральной помощи. — Спасибо, Ханна, — Джейк едва заметно кивнул, даже не зная, что ей сказать. И она хорошо понимала, что он и не скажет ничего. Вот таким он был. Раньше только она и болтала из них двоих, а он слушал. Иногда он всё же рассказывал ей что-то о себе, о школе или о компьютерах, и всё равно именно она и была той самой болтушкой в их отношениях. Джейк никогда не говорил ей о своих чувствах. О событиях, о новостях в жизни — да, но не о чувствах. И она поняла это только сейчас. Он не жаловался ни на кого, ни разу не говорил о своих друзьях и недоброжелателях, а ведь не может быть, что у него не было проблем в школе, они бывают даже у самых популярных и влиятельных детей. И всё же, он был так внимателен, когда она говорила о своих переживаниях. Как-то раз она сказала, что её кошка, Соня, заболела, она уже была старенькой, но Ханна очень переживала о питомце, и, конечно, рассказала Джейку об этом, прислала ему фотографии этой роскошной девочки. И, конечно же, он посочувствовал ей. Но мало того, он периодически писал ей письма, и в них также упоминал Соню, интересовался её самочувствием и смогла ли она сегодня поесть. Он не кажется человеком, который способен понять всю полноту чувств, читать по глазам и видеть скрытый подтекст, однако это не мешало ему быть максимально эмпатичным, когда дело касалось чувств близких ему людей. И зная об этом, Ханне было легко представить его как человека, берущего на себя множество проблем всех вокруг, но не передающих кому-нибудь своих собственных. Поэтому на её лице появилась лишь горькая улыбка, когда она осознала, что в этот раз он точно будет молчать, он не даст ей увидеть свои истинные чувства. — Сок, — Лили улыбнулась, оставляя большой стакан перед сестрой. — Ты уже прислал фотку? — Мг, — Джейк кивнул, отвлекаясь на ноутбук. — Все люди боятся, что их дневник прочтут, но мне кажется, Элли зашла слишком далеко в этих опасениях, — посетовала Ханна, заметив, что и Лили хихикнула в ответ. — Её почерк просто нечто, — Лили согласно кивнула, и всё же сосредоточила взгляд на фотографии. «Сегодня мне звонили из Фаун-Крик, бабушка снова попала в больницу. Её врач настаивает, что я должна приехать и сдать тест на совместимость, кажется, ей может понадобится пересадка почки, а донора не так легко и найти. Он был груб. С одной стороны я понимаю, что не может быть ничего важнее человеческой жизни. Может быть, в будущем, если она узнает, что я сделала ради неё, она станет лучше ко мне относится и перестанет говорить обо мне гадости всем своим соседям? Но с другой стороны я хорошо понимаю, что она не изменится. Я знаю это, даже если хочу помочь где-то далеко в глубине души. Мне кажется, она думает, что потеряла больше, гораздо больше, чем я могу вообразить, словно я отобрала у неё всё самое лучше. Но я лишь родилась. И я даже не просила об этом. Лучше бы она дала маме больше яда, может, папа был бы жив? Всю ночь я только и думала об этом, я чувствовала, как эти сомнения сжигают меня изнутри и даже пепла не оставят после себя. Мне кажется, я самая неправильная девушка на всей Земле, и должна стыдиться этого. А после я снова защищаю себя от огня, кто же ещё будет переживать обо мне, если не я сама? А если это и есть эгоизм? Утром я была разбита, мне не хотелось даже воды, не говоря уже о работе. В такие моменты мне кажется, будто я даже не часть этого мира, не часть человечества как вида. Ладно, если я не часть какой-то группы по интересам, если у меня в самом деле нет друзей. Но не ощущать себя человеком? В такие моменты жизнь похожа на существование — без цели. Я не хочу умирать, но иногда думаю о том, что не хочу существовать. Это не желание умереть, это желание прекратить всё это, потому что сложно. По крайней мере так сказал мой психолог. Уютный клубок ниток, в которой воткнули спицы. Гвоздь, который нужно сломать, чтобы вытащить изнутри и чтобы он перестал причинять столько неприятностей. В такие моменты у меня нет даже мыслей и минимальных желаний. И это забавно, я будто даже душу не вижу — внутри пустота, даже в голове. Это смешно, наблюдая за собой в такие моменты, я удивляюсь, и мне становится страшно — как можно быть настолько пустой? Обычно, когда мне грустно, я плачу или ем сладости, но не в такие моменты. Когда я снова становлюсь пустой личиной, я не хочу ничего, я могу днями напролёт лежать в своей кровати и смотреть в потолок. Но сейчас я должна работать, сейчас важно постараться вернуться в колею, может, мне удастся заставить себя пересилить эти чувства? Но время идёт так медленно, а сил совсем нет, хочется спать. И вот ещё один звонок. Я думала, что это будет врач бабушки, он обещал позвонить снова. Но это была бабушка. Помимо всех неприятностей, она сказала, чтобы я не смела делать это, что ей не нужны мои подачки и она справится со всем сама. Чтобы я не думала даже приезжать или отправлять ей цветы. Что ж, кажется, она сама решила всё вместо меня. Ей не хочется моей помощи, пусть она прекрасно осознаёт, что может умереть без донора. Но после этого разговора, хоть он до краёв был заполнен колкостями, как в прочем и всегда, я чувствовала себя счастливой. Мне не хотелось этого делать, а теперь появилась причина. Делает ли это из меня монстра, неспособного к сочувствию, неумеющего отбросить эгоизм ради семьи? Но я даже не хочу думать, что сказал бы папа, если бы увидел эту ситуацию и мою гордость. Он умер по её вине, сколько она ни пыталась бы винить меня в этом. Но он всегда её оправдывал. Изменил бы он своё мнение? Или всё же продолжал бы защищать её? Но мама… Я уверена, она бы сделала правильный выбор, если бы была здесь. Она точно знала, что делать. Всё было бы иначе, если бы не её смерть» — Я немного запуталась в её семейных отношениях, — Лили нахмурилась. — То есть, мы знаем, что у неё есть бабушка, мама и папа, да? — Но оба её родителя погибли, — Ханна кивнула. — Но сама Элли винит в их смерти именно бабушку, а бабушка, наоборот, винит в этом Элли. — Мне удалось кое-что найти, — сказал Джейк. — Я нашёл у Элли электронную медицинскую карту, она лечилась в частной клинике по страховке, и здесь указаны имена её родителей. И, судя по всему, они оба умерли. Её отец, Филипп Данн, погиб десять лет назад, а её мать, Мириам Данн, умерла двадцать четыре года назад, в день, когда родилась Элли. — Погоди, но в дневнике Элли сказала про какой-то яд? Да? — Да… Она сказала это, кажется, о бабушке, что лучше бы бабушка дала её маме больше яда, и в таком случае выжил бы хотя бы отец? — Лили оглянулась на сестру. — То есть, её бабушка убила свою невестку? — Джейк нахмурился. — И Элли в этот раз сказала, что было бы лучше, если бы доза яда была больше, чтобы и её саму это задело, не так ли? — Похоже на то, — Ханна закусила губу, не скрывая отчаянья. — Вполне очевидно, что Элли могла бы винить себя в смерти мамы. Иногда в таких ситуациях дети действительно чувствую вину, словно отобрали жизнь другого человека, давшего ему право жизни. — Но как бы их смерть могла предотвратить смерть Филиппа? — Джейк нахмурился, стараясь не заострять внимание на теме суицидальных мыслей Элли. — Не знаю, мы же не знаем, как он умер, да? — Но Элли упоминала, что бабушка считает, что она забрала у неё её сына, — Лили нахмурилась. — Что, если произошёл несчастный случай, в котором Элли участвовала, и там же пострадал её отец? — Но Элли говорит, что во всём виновата бабушка, — Ханна нахмурилась. — Может быть так, что обстоятельства сложились таким образом, что все они были виноваты в этом отчасти, но никто не хотел признавать вину, — предположил Джейк. — Вы думаете, это поможет нам выяснить, где сейчас Элли? — спросила Ханна. — Конечно, мы станем лучше понимать её, но… Меня не покидает чувство, что я просто роюсь в её белье и что получаю знания, которые получать не должна. — Я понимаю, что для вас это может быть сложно, — Джейк кивнул. — Мне жаль, что вам приходится это делать. И всё же, я думаю, это может быть полезно. Нам нужно знать, что именно происходило в то время. Я перескочил некоторые записи и отправил ту, которая датируется началом расследования, плюс-минус две недели. — Мне тоже неуютно, — кивнула Лили. — Но я понимаю, что Элли бы сделала это ради нас, если это потребовалось бы. — Она уже делала это, чтобы найти тебя, — подтвердил Джейк. — И ей тоже было неловко. — Я знаю, она говорила, — Ханна вздохнула, отводя взгляд. — Я… Думаю, что нам стоит сделать перерыв. Обдумайте всё ещё раз. — Да, конечно, нам нужны ответы, и… — Я не об этом, — Джейк мотнул головой. — Подумайте о том, хотите ли вы продолжать это делать, не будет ли вам сложно совладать со своей совестью. Если вы откажетесь делать это, я всё пойму и не стану винить вас. — Джейк, мы хотим помочь, — Ханна подняла озадаченный взгляд. — Я лишь поделилась своими чувствами, но это не значит, что я отказываюсь. — И всё же хорошенько подумайте. Мне жаль, что обстоятельства вынуждают вас делать такие вещи, и мне тоже неуютно, ведь очевидно, что она не доверяла никому настолько, чтобы показать такую информацию о себе. — Да, но сейчас другая ситуация, — Лили посмотрела на сестру, пытаясь найти в ней больше понимания. — Элли нуждается в нас и, кажется, мы единственные, кто может… — Что? — Джейк тихо наклонился в сторону, вглядываясь куда-то за кадр. — Что там? — Ханна и Лили вдруг оживились, откладывая свой разговор на потом. — Она вошла в свой аккаунт!