1.11

— Мне кажется, сюжет этой книги будет опасным, — сообщила Лили, передавая книгу Ханне. — Ну, знаешь, с погонями и перестрелками. — Не обычный сюжет мисс Марпл, да? — захихикала её сестра в ответ, рассматривая обложку протянутой книги. — Но я не читала книгу, Элли, обязательно расскажи мне потом, стоит ли её прочесть, ладно? — Угу, — она кивнула, беря из рук Ханны свою книгу. — Тебе понравился тортик? — спросила Лили. — Да, было очень вкусно, спасибо, — Элли широко улыбнулась. — Кстати, как ты относишься к тому, что мы называем тебя Элли? — поинтересовалась Ханна. — Немного странный вопрос, — она наклонила голову. — Разве это не моё имя? — Конечно, но я подумала… Если ты много что не помнишь, то, может, даже со своим именем свыкнуться сложно? — Нет, я просто знаю, что меня зовут Элли Данн. Хотя иногда я не отзываюсь на это имя, не знаю почему. То ли слишком далеко в мыслях, то ли ещё не привыкла. — Ты обязательно к этому привыкнешь, — улыбнулась Ханна ободряюще. — Да и не обязательно всегда отзываться на своё имя, особенно если не хочется, — засмеялась Лили. — Не учи её плохим вещам! — шутливо возмутилась Ханна, вызывая смех Элли. — И что нам делать, если она вдруг перестанет отзываться на своё имя? — Придётся применять наказание, — кивнула Лили. — Не делай так, правда, я просто пошутила. — И какое меня ждёт наказание? — со смешком переспросила Элли, но даже не успела отреагировать, когда Ханна вдруг приблизилась к ней со смелой улыбкой. — Отдашь мне книгу и никто не пострадает, ха-ха, — так живо смеясь, заявила девушка, хоть на самом деле и не собиралась ей навредить, а лишь шутила. Однако Элли вдруг застыла, словно смотря сквозь подругу. В голове появились вполне чёткие образы и очертания, голос, протянула рука и незнакомое лицо. — Ты чего? — удивилась Ханна, чуть насторожившись. — Я просто пошутила, не переживай об этом. — Я… — Элли словно видела этого человека прямо перед собой, отчего постаралась избавиться от его образа, мотнув головой. — Ты в порядке? — участливо спросил Джейк, наклонившись вперёд. — Кажется, я что-то вспомнила, — растерянно сказала Элли, повернувшись к нему. — Что именно? Ты успела запомнить? — спросила Лили оживленно. — Да, но совсем немного, — она едва заметно кивнула. Картинка хоть и была чёткой, однако она не до конца верила, что это и правда произошло с ней. Она чувствовала эти эмоции, будто бы понимала, что происходит, но не могла сказать точно, и всё же сомневалась. И всё равно Джейк попросил её рассказать о том, что она вспомнила. — Эм, я стояла где-то на открытой местности, рядом со стеклянным ограждением. Было ветренно, и солнце очень ярко светило. Я держала что-то в руках, прятала это за спиной, а передо мной стоит человек. Это мужчина, но… я не вижу его лицо, у него что-то такое… как маска на лице? И я не знаю, кто он. Но мне было очень страшно. Он протянул ко мне руку и сказал, что я достаточно поиграла и должна отдать ему то, что у меня за спиной, и тогда всё снова будет хорошо. Но я ему не верю, и говорю, что он должен уйти, — она опустила взгляд, стараясь изо всех сил сфокусировать всё своё внимание на воспоминании. — Но он меня не слушает и продолжает идти ко мне. Я будто знаю, что он не должен получить то, что у меня в руках, я боюсь только этого, а не его самого. И в последний момент я разворачиваюсь и выбрасываю этот предмет прямо вниз… там внизу скалы и море, и… я не помню, что было дальше. — Но это уже что-то, ведь так? — поддержала её Лили. — Это хороший знак, что ты потихоньку вспоминаешь. — Лили права, — Ханна кивнула, положив руку на плечо девушки. — Как ты себя чувствуешь сейчас? Может, тебе нужно отдохнуть? — Нет, я… Я в порядке, просто… Я сомневаюсь, что это и правда произошло. Что это не плод моей фантазии. И я даже не знаю, что хуже — если я это выдумала, или что-то такое случилось со мной в действительности. В комнате воцарилось молчание, ведь все, кроме самой Элли, знали, что это воспоминание скорее всего правдивым. Тем более Джейк, который самолично видел этого человека в маске, видел его кончину. То, что Элли в какой-то момент снова перестала выходить на связь, хотя и была уверена в том, что ей нельзя возвращаться, а после оказалась в доме, говорит о том, что он скорее всего её перехватил, и это было легко представить. Нежелательно это делать, но Джейк не переставал злиться из-за этого, ещё и Гавиал молчит. — Всё это произошло на самом деле, да? Поэтому вы не хотите говорить правду? — предположила Элли, осматривая всех присутствующих по очереди. — Вы же знаете, что я вспомнила правду, да? — Элли, мы не хотим, чтобы твой разум перегружался, — сказала Ханна с сожалением. — Но если я вспоминаю, значит, я готова? — Это не совсем так, — Джейк покачал головой. — Ты вспомнила небольшой фрагмент, это лишь капля из всех утеряных тобой воспоминаний, и никто из нас не может быть уверен в том, что мы можем безопасно рассказать тебе правду о случившемся. Даже если бы мы хотели это сделать, боюсь, мы бы не смогли сделать это. — Что именно ты имеешь в виду? — Мы с тобой начали общаться совсем недавно, и не знаем о тебе очень многого, — Лили качнула головой. — Кроме того, фрагмент твоих воспоминаний, судя по всему, случился тогда, когда никто из нас не мог этого видеть и слышать. Мы можем лишь догадываться, но, знаешь, человеческий разум очень сложная вещь, не имея своих данных, он может заимствовать их из чужих рассказов или даже придумывать их сам. Никто из нас не знает, что произошло в полной мере, и мы не хотим, чтобы у тебя сложилось неверное впечатление. Мы точно также как и ты ждём, когда ты вспомнишь всё своим чередом. — Мы хотим тебя защитить, Элли, не более, — Ханна погладила её по плечу, едва заметно улыбнувшись. — И вот видишь, мы говорили всего ничего, но как Ханна спровоцировала твою память, — подметила Лили. — Думаю, это отличный знак, тебе нужно продолжать налаживать контакты и пробовать новое, чтобы как можно скорее восстановить память. И мы хотим тебе в этом помочь. — Элли, не расстраивайся так сильно, — Ханна поджала губы, наклонившись к подруге, чтобы её обнять. — Я в порядке, — она едва заметно кивнула, отвернувшись к окну. Честно говоря, хотелось заплакать. Она не понимала, кто этот человек в маске, почему он был там и что именно её так сильно пугало. Сейчас она сомневалась буквально во всём вокруг, во всех, кого видела и слышала. Но больше всего она сомневалась в самой себе, словно её разум только то и делал, что создавал ей проблемы и заводил в ловушку. Но Элли действительно казалось, что она воюет сама с собой, отчего и чувствовала себя потерянной и обессиленной. Она не знает как будет правильно, не знает, где правда, и не знает, кому должна доверять. Но выбор у неё всё равно не слишком большой. Все люди вокруг неё так или иначе имеют один и тот же взгляд касаемо её прошлого, так что она даже не думала о том, что могла бы кого-то уговорить рассказать ей правду. И только Джейк сколько раз за сегодня просил её не влезать в это? Она видит его впервые, и даже если они дружили раньше, она не помнит этого. И всё равно доверяет ему. Почему? Было в нём что-то особенное, и она не могла уловить это нечто, оно словно ускользало сквозь пальцы, оставляя после себя уверенность в том, что ей следует идти за ним. И эту горькость было не сложно заметить, потому что Элли, вопреки тому, что обладала открытым и позитивным характером, сейчас едва ли держалась на плаву — то радовалась, то грустила. Джейку и самому было неприятно видеть, насколько сильно на неё влияет ситуация, но он ничего не мог поделать. Почти. Ханна и Лили ушли под выдуманные предлогом, а Джейк предложил Элли пройтись вместе и выпить горячего шоколада, да поболтать о том, о сём. Говоря откровенно, она не хотела никуда идти, ей бы со своими кубиками информации играть, и всё же она согласилась, что-то подсказывало ей, что не всё так просто. — Только будь осторожна, ладно? — предупредил он, протягивая ей ребристый стаканчик с напитком. — Мг, — она кивнула, — Спасибо. — Знаешь, Элли? Я могу понять, почему ты хочешь знать правду обо всём. — Знаю. — Но тебе следует знать, что я и сам не знаю многого из того, что с тобой случилось. Думаю, есть вещи, о которых я могу тебе сказать, но ты должна понимать, что это моё видение ситуации. — Ты правда это сделаешь? — удивилась девушка, даже остановившись. — Я могу рассказать немного, — он пожал плечами, оборачиваясь к ней. — Расскажи хоть что-нибудь, — она быстро кивнула, готовая принять вообще что угодно, если это хоть немного поможет ей. — Хм, когда мы были близки к тому, чтобы найти Ханну, я принял одно решение, которое могло бы расстроить тебя. После этого мне пришлось на некоторое время залечь на дно, и вот спустя три месяца я возвращаюсь, уверенный, что всё в порядке, но ты не отвечала на мои сообщения. И я попытался выяснить у Ханны и Лили что-нибудь о тебе, но и они ничего не знали о том, что с тобой произошло. — То есть… Я пропала, да? — Никто не знал, где ты. Твой магазин был пустым, в доме всё было спокойно и без особых признаков того, что ты была здесь недавно. — О, так мы дружили настолько, что я дала тебе ключи от своего дома? — Не совсем так, — Джейк смущённо улыбнулся, удивляюсь, как же она так подмечала все эти детали. — Но это не так важно для истории. Ты просто исчезла, вот и всё. И с тех пор я бросил все силы на то, чтобы найти тебя, и, как видишь, у меня получилось. — Так, значит, я пропала, и тот мужчина с респиратором на лице, которого я боялась, как-то с этим связан, да? — Полагаю, что так и есть. — Вот оно что, — девушка нахмурилась, ныряя в свои мысли. — Выходит, ты меня спас? — Не было бы приувеличением сказать так? — Не знаю, я этого всё равно не помню. — Ну, когда вспомнишь, тогда и скажешь мне, было ли это так. — А ты говорил, что перед тем, как спасти Ханну, ты сделал что-то, что могло меня расстроить. Что это? — О, ну, этого я тоже не могу рассказать, — он качнул головой. — Это слишком длинная история, я уже начал тебе рассказывать кое-что об этом, думаю, мне стоит придерживаться порядка, так тебе будет легче запомнить всё и ориентироваться в деталях. — Ну, хотя бы не скрываешь. — Почему тебя интересует то, что я мог расстроить тебя? — Ну, а вдруг ты действительно вытворил что-то страшное? — предположила девушка, но заметив его улыбку, и сама улыбнулась в ответ. — Я не знаю, обидел ли я тебя тогда. У меня не было времени поговорить с тобой по душам, а ты повела себя очень зрело, либо притворилась, не знаю точно. Раньше мы могли многое обсуждать, и ты не скрывала своих чувств, того, что ты злилась или расстраивалась. Однако в этот раз ситуация была критической, и я, когда вернулся, действительно боялся, что ты обиделась на меня и просто оборвала все связи, лишь бы больше никогда не иметь со мной дела. — Ну, если ты так подумал, разве это не значит, что ты и сам понимаешь, что твоя вина очень серьёзна, нет? — Возможно, это было эгоистично? Это был огромный риск, и я просто поставил тебя перед фактом, что сделаю это, и выбора у тебя никакого не было. — Пока что я не могу сказать ничего, потому что не знаю всей ситуации, но если ситуация была критической и ты так легко рисковал, и даже не обратил внимание на моё мнение, думаю, я бы обиделась на тебя в таком случае. — Так я и думал, — он нервно улыбнулся. — Но я не знаю всей ситуации, поэтому не буду обижаться на тебя снова. И всё же, если я узнаю всю правду и буду продолжать думать, что ты виновен, я не оставлю это просто так, Джейк. — Хорошо, — он расслабленно опустил плечи, про себя думая, что пусть уж будет что будет, лишь бы с ней всё было хорошо. Даже если вдруг она решит, что злится на него, он будет извиняться столько, сколько потребуется, ведь это она, и она здесь, а, значит, они достигли лучшего исхода из всех возможных. — Знаешь, это немного странно, — заявила она, чуть прищурившись. — Почему это происходит? — Что именно? — удивился Джейк, едва нахмурившись, заметив её слегка комичное подозрение. — Ты говоришь, что я никогда прежде не видела тебя в жизни, и всё же, по какой-то причине я доверяю тебе. Это такое странное ощущение, когда я смотрю на твою аватарку, и испытываю что-то, что никак не могу понять и объяснить. Я просто тебе доверяю, хотя не помню почему, но это как правило, которое нельзя нарушать. — Честно говоря, я и сам не знаю, почему так происходит. — Почему это вдруг? Разве ты не помнишь? Мы же дружили. Ты должен помнить это. — Я помню, Элли, — он снова встретил её серые глаза, любопытно наблюдающие за ним. — Я помню всё, но… Ты доверяла мне с самого начала, и, возможно, я совсем этого не заслужил. Тогда как все остальные друзья Ханны считали меня преступником, ты сразу же мне доверилась и говорила это открыто. Есть ли в твоём решении что-то более сакральное? Я не знаю, и я не способен понять это до конца, поэтому я решил, что буду дорожить твоим доверием, и в тот момент я мог дать тебе взамен только свое собственное доверие. Ты доверяла мне, а я доверял тебе. — Доверяя мне, ты ведь тоже шёл на риск, верно? — Может быть, но я знал, что ты не преступница, а у тебя такой уверенности быть не могло. — Хм, но ты ведь не преступник, верно? — Нет. — Хм, — она снова прищурилась, словно не поверила. — Наверное, я почувствовала в тебе что-то такое, поэтому и доверилась. Во всяком случае, это ощущение никуда не делось. И это безумие, я ничего не помню, но прекрасно помню, что должна доверять тебе. И я всё время чего-то жду… Кого-то не хватает, со мной что-то не так, и я чего-то жду, но что это такое, и что я должна с этим делать? — Я думаю, ты вспомнишь рано или поздно. Я надеюсь, что так и будет, — скрывая свою маленькую горечь в голосе, сказал Джейк, хотя и понимал, что она не сможет осознать этого в полной мере. По крайней мере не сейчас. — В любом случае, я хотел попросить тебя кое о чём. — О чём? — девушка наклонила голову вправо. — Давай не будем спешить с твоими воспоминаниями? Я знаю, как это может быть сложно, как это раздражает в некоторых моментах, но всё же, попробуй просто плыть по течению. Ты уже и сама видела, что ты вспоминаешь что-то, и это был прекрасный знак. Просто не спеши, хорошо? У тебя есть много времени. — Но это правда очень сложно, — она поджала губы, показывая маленькую обиду, словно её отругали. — Я понимаю, Элли, — он выдохнул, опуская плечи. — Но ты можешь навредить себе, если будешь действовать вопреки. — Но как? Это же всего лишь я? Как я могу навредить себе, получая свои воспоминания обратно? — Ладно, — Джейк быстро оглянулся вокруг, будто искал что-то, и всё же его взгляд остановился на окне. — Давай попробуем на примере. Элли послушно последовала за ним к окну, с интересом наблюдая за тем, что он собирался сделать. После того, как он выдохнул пар на стекло, на нём образовалось серое пятно. Джейк аккуратно пальцем нарисовал небольшую дугу, а сверху сомкнул оба её конца прямой линией. — Попробуй завершить этот рисунок, — Джейк на шаг отошёл, давая Элли свободу действий. Она не была уверена, что им можно делать что-то вроде, и всё же она неуверенно подошла ближе к окну. Это было чем-то похоже на улыбку, не хватает глаз и кружочка вокруг, и именно их она нарисовала, а после обернулась к Джейку, будто говорила, что закончила. — Хорошо, — он снова подошёл ближе к окну, справа оставляя ещё одно серое пятно от своего тёплого дыхания. Он снова нарисовал полукруг, как в самом начале, а после опустил взгляд на девушку. — Это то, что ты помнишь и знаешь уже сейчас, — он указал на второй полукруг, который нарисовал только что. — А это то, как твой мозг заполняет пробелы, выстраивая теории, — он перевёл палец на смайлик, который получился у Элли, и только после снова вернулся к своему рисунку, чтобы завершить его. Джейк аккуратно дорисовал к полукругу тонкую палочку, уходящую вверх, а на ней разместил маленький треугольник, смотрящий вправо, отчего и получился кораблик. — А вот то, что случилось на самом деле, — он указал на свой рисунок, снова смотря на девушку. — Мозг человека сам дорисовывает недостающие детали. И если ты дорисовала себе какие-то штрихи и декорации для полноты картины, когда ты вспомнишь настоящие детали, может оказаться, что ты не сможешь понять, что было правдой, а что выдумкой. И я не смогу тебе никак с этим помочь, навряд ли кто-нибудь сможет сказать тебе, было ли это так или иначе, ведь мы все знаем тебе не больше трёх-четырёх месяцев. — Кажется, я понимаю, — слегка растерянно сказала Элли, смотря на оба рисунка. — Элли, ты всё вспомнишь, ты вспомнишь это так, как будет лучше для тебя. Просто позволь своему телу делать то, для чего оно и нужно — чтобы защитить тебя. — Мг, ладно, — она кивнула, всё ещё выглядя такой потерянной, словно этот пример выбил у неё землю из-под ног. Хотя, наверное, так и было. Она не была согласна с ним, хотела бы поспорить, но не могла, словно все её аргументы просто забылись, а, может, это лишь её подсознательное желание прислушиваться к нему. — Ты молодец, Элли, — опустив свою ладонь на чуть взьерошенные волосы девушки, он едва заметно улыбнулся. — Всё будет хорошо, вот увидишь. — Угу, — она кивнула, стараясь взять свой растерянный вид под контроль. Ощущать себя беспомощной сейчас казалось очень неприятным опытом, она боялась и шагу ступить, но когда она видела, что остальные тоже относятся к ней так, словно она очень ограничена, она быстро от этого уставала. Элли ведь не дурочка, она замечает все эти взгляды, аккуратно подобраные слова и волнение, то, как они переглядываются между собой, сохраняя тайну и не подпуская её ближе. И даже сейчас, отчасти от такого покровительского жеста было приятно, но она не могла избавиться от чувства, словно никто не воспринимает её со всей серьёзностью. И именно поэтому она не хотела показывать эти чувства, потому что не могла объяснить это, не хотела, чтобы кто-то подумал, будто она она не ценит эту доброту. Так что она надела мягкую улыбку и просто закрыла глаза, словно ничего не произошло. — Ты ещё не устала? — спросил Джейк. — Немного, — она кивнула. — Сегодня случилось слишком много всего, так что я думаю, что нужно будет лечь спать пораньше. — Это хорошая идея, Элли. Только не читай ту книгу на ночь, ладно? — Думаешь, я не смогу уснуть, пока не узнаю ответы на вопросы? — Знаешь, я в этом уверен, — он пожал плечами, тоже улыбнувшись, когда она засмеялась. — Ладно, я начну читать её завтра, договорились, — она решительно кивнула, снова возвращаясь к своему напитку. — Кстати! — Что? — А завтра ты придёшь? — поинтересовалась девушка, едва заметно наклонив голову вправо. — Мг, если ты захочешь. — А почему бы мне не захотеть? — она удивлённо моргнула, нахмурившись и поджав губы. — Мало ли, — Джейк неловко улыбнулся. — Знаешь, просто… Иногда так бывает, что человек с амнезией изменяет своим привычкам и вкусам. Например, до потери памяти человек ненавидел корицу, потому что в детстве съел целую ложку, а во время амнезии попробовал выпечку с корицей, и, конечно же, полюбил её. — Ты думаешь, что я могла бы как-то по-другому посмотреть на тебя сейчас? — М… Я допускал такую мысль. — Тебя эта мысль пугает, да? — хитро прищурившись, Элли совсем немного приблизилась к нему, будто каждой клеточкой души смаковала его уязвимость. — Хе-хе. И нет в этом ничего страшного. — Тебе легко сказать, — избавившись от её напора, он облегчённо выдохнул. — На самом деле, — не менее хитро сказала она, привлекая к себе внимание, будто снова собиралась поставить его в неловкое положение, — я бы расстроилась, если бы ты не пришёл завтра. — Вот как? — он снова сбросил груз со своих плеч, уж не зная чего ожидать от этой девушки. — Да, так что нет ничего страшного в том, чтобы признать, что ты боялся, что я тебя возненавижу. Мы ведь были друзьями, — она кивнула, а после сосредоточенно уставилась на него. — И правда, — он неловко потёр шею, стараясь на смотреть на её внимательное выражение лица, и всё же пришлось, потому что её взгляд был таким назойливым. — Что? — Я жду, когда ты скажешь это, — она снова невинно улыбнулась, не отходя и на шаг. — Скажу ч-что? — он осмотрелся вокруг. — Что боялся, что я отнесусь к тебе плохо из-за своей потери памяти, — как само собой разумеющееся сообщила девушка. Он нервно вздохнул, искренне не понимая, чего он вообще ожидал? И разве не было достаточно, что он согласился с её мыслью, когда она озвучила её впервые? Но нет, теперь эта мелкая проныра требует личного признания. Несмотря на свою амнезию, она всё ещё остаётся собой в полной мере, и это удивляло, и удивляло даже больше, чем радовало, потому что в этой ситуации выход был один — краснея, сообщить, что он и правда до безумия боялся, что её амнезия может перевернуть всё с ног на голову, и заставить её ненавидеть его. И всё же он был спасён, и помощь пришла откуда не ждали. — Вот вы где, я вас ищу, — голос доктора прервал беседу, Элли переключила своё внимание на мужчину в белом халате, который вдруг кашлянул, подбирая слова. — Как вы себя чувствуете, мисс Данн? — Всё хорошо, — она улыбнулась. — Сегодня ко мне пришло много гостей, так что я немного устала, скоро отправлюсь спать. — Вот как? Это хорошо. Я уже говорил вам во время второго обхода, что ваши лекарства могут иметь побочные эффекты, поэтому если почувствуете головокружение, тошноту, заторможенность или слабость, вам следует говорить об этом. Моя главная задача в данный момент — подобрать самое правильное лечение, которое принесёт пользу. — Я понимаю, доктор Хартли, но думаю, что моя усталость — это последствие активности, — Элли улыбнулась. — К слову об активности, — Джейк вдруг включился в разговор, хотя Элли это и удивило, ей-то казалось, что он изо всех сил постарается не подавать признаков жизни, чтобы она забыла о своём требовании к нему. — Элли кое-что вспомнила сегодня. — Правда? — доктор перевёл взгляд на пациентку. — Да, это случилось немного внезапно, — она кивнула, неловко улыбнувшись. — Ханна сказала очень похожую фразу, которую я слышала раньше, и я вспомнила этот момент. — Вот оно что. Это было какое-то событие, да? — Да, небольшое. — Насколько детально вы помните его? — Хм, думаю… очень хорошо. Если сравнивать, то… примерно так же хорошо, как и то, что я помню, как ходила сегодня в библиотеку. — Вы можете рассказать об этом фрагменете подробнее? — А, ну… Если вкратце, то я вспомнила человека, который требовал, чтобы я отдала ему то, что прячу за спиной. И я не хотела этого делать. Он сказал, что если я отдам ему этот предмет, то всё снова будет хорошо, но я выбросила это «что-то» вниз, прямо с обрыва. А дальше я не помню… — Вам этот человек показался знакомым? Вы можете вспомнить черты его лица? — Я помню, как он выглядел, но… у него на лице была какая-то маска, поэтому я не смогу описать его внешность. — Вам показалось, что у этого фрагмента есть предыстория или последствия? — Конечно, они должны быть, — Элли пожала плечами. — Но что касается ощущений? Вам показалось, словно вы близки к тому, чтобы вспомнить продолжение или любые другие детали? — Наверное… я этого не заметила, я была немного напугана, потому что вспомнила об этом первый раз. И мои чувства тогда казались мне очень реальными, будто это случилось прямо сейчас. — Я понимаю, — мужчина кивнул. — Если оценивать от одного до десяти, насколько хорошо вы помните детали окружения в этом воспоминании? — На… На девять? Там было не очень много предметов, и всё же я помню их. Но я не помню, что именно я держала в руках. — Может быть и так, что ты даже не смотрела на этот предмет именно в тот отрезок времени, — предположил Джейк, хотя и знал, что именно она выбросила тогда. — Думаю, ты можешь позже вспомнить фрагмент до, и тогда всё встанет на свои места, да? — Мг, — она кивнула, улыбнувшись. — Думаю, это в любом случае отличная новость, — врач с улыбкой кивнул, действительно разделяя улыбку от момента. — Просто продолжайте пробовать что-то новое и общайтесь с людьми, думаю, новые воспоминания точно не оставят себя долго ждать. Кроме того, я бы рекомендовал вам начать вести дневник, и лучше всего использовать обычный блокнот для этой цели. Попробуйте записывать то, что происходит с вами, ваше самочувствие, мысли, догадки, новые воспоминания. Это поможет вам лучше отслеживать прогресс и также даст дополнительную помощь вашему мозгу в структуризации этих мыслей. Казалось бы, воспоминаний нет, значит и места должно быть больше, но это не совсем так. Это место не освободилось, и точно не даёт вам дополнительное пространство для манёвра. Скорее это можно проилюстривать вашей же палатой. Ваша амнезия – это как взять и накрыть всю мебель в вашей палате белыми простынями. Казалось бы, мебели больше не видно, но это не значит, что её нет, верно? — Конечно, она там, но просто она скрыта от глаз, — кивнула Элли. — Именно это и произошло в вашем мозгу, ваши воспоминания всё ещё там, просто они накрыты покрывалом. И общая запутанность, постоянные сомнения, вопросы, подозрения — это абсолютно нормально. Записи помогут вам структурировать свои мысли, лучше с ними работать, больше запоминать. Кроме того, никто не знает, сколько времени займёт полное восстановление, однако даже если этот процесс затянется, в конечном итоге, в моменты, когда может быть сложно, и будут опускаться руки, вы сможете просматривать свои записи и видеть свой прогресс и путь, который вы уже прошли. Даже сейчас, вы проснулись только утром, словно совсем новый человек, но к вечеру вы уже узнали о себе много нового от своих друзей, и даже сами вспомнили что-то, не так ли? Это придаёт вдохновения, поэтому подумайте об этом, я надеюсь, что вы отнесетесь к этому с пониманием ситуации и просто доверитесь моему опыту. — Хорошо, — Элли задумчиво кивнула. — Я думаю, что идея хорошая. Мне кажется… Это, по крайней мере, мне знакомо. Не знаю, почему. — Возможно, когда вы будете писать в свой дневник, вы вспомните, почему это так важно, — подметил мужчина с улыбкой. — Но… Моё лечение может затянуться аж настолько? — вдруг спросила Элли. — Хм, ну… ситуации бывают разные, чаще всего пациенты с амнезией понемногу восстанавливают свою память, бывает и так, что психологические травмы настолько сильные, что человек просто не может ничего вспомнить. Но иногда амнезия — это просто физический недуг и является симптомом другой болезни. С вашим организмом всё в порядке, и мы можем с уверенностью исключить такие серьёзные болезни. Так что лично я ставлю на то, что причиной вашей амнезии стал психологический барьер, и чтобы его преодолеть, нужно время и, конечно же, работа со специалистом. — С каким специалистом? — удивлённо спросила Элли. — С психологом, как минимум, — мужчина пожал плечами. — Но есть и вероятность, что это будет тянутся годами? — было хорошо слышно, что Элли волнуется. — Такая вероятность существует всегда, но это не значит, что с вами будет именно так, — врач покачал головой, не сразу замечая, что это никак не впечатлило её, и она продолжает понемногу паниковать. — Элли? — тихо позвал Джейк, опустив ладонь ей на плечо. — Давай мы вернёмся к этому разговору через неделю, ладно? — А что будет через неделю? — растерянно и с недоверием спросила девушка. — Кое-что должно измениться. Я знаю, что тебе сейчас сложно, и что такая неизвестность пугает. Но думая об этом, ты не изменишь ничего, это тебе не поможет. Поэтому давай просто вернёмся к этой теме через неделю, хорошо? — Ладно, — она кивнула едва заметно, хоть в глубине души и не была согласна. — Ты мне доверяешь? — переспросил Джейк. — Доверяю, — кивнула она, встречая его почти незаметную улыбку. — Но… я думаю, есть ещё один метод, который мы могли бы попробовать, — вдруг голос подал врач, привлекая к себе внимание. — Какой? — нетерпеливо спросила Элли, чуть поддавшись вперёд. — Ах, это, — он опустил руку в карман халата, что-то ища, но при этом продолжая молчать. Они не знали, что именно искал доктор Хартли, но его попытки достать это из кармана длились недолго. Он вытащил ладонь, сжимая в руках какую-то бумажку, и не сразу заметил, как из кармана выпала связка ключей. Звон металла раздался по пустому коридору эхом, особенно громко прозвучав в голове Элли, словно отбивался рикошетом прямо в её ушах, порождая эхо и отголоски. Нечто знакомое заполонило разум как размытая картинка. Она почувствовала, как её тело сковали крепкие руки, из-за чего она выронила ключи и фонарик. Стараясь вырваться или закричать, она даже не осознавала тогда, что её рот надёжно закрыт большой ладонью в перчатке. Кто-то тащил её за собой, прижимая к себе и не обращая внимания на её попытки отбиваться. Вокруг было так темно, ни единой души, кроме них, и всё же когда её швырнули на холодный металлический пол в машине, в глазах потемнело, и это было ощутимо — она закрыла глаза и не вспомнила больше ничего. — Элли? — знакомый голос пропывался сквозь пелену сковывающего захвата. Ей всё ещё казалось, что её держат, больно сжимая челюсть, что сопротивляться всё равно бесполезно. Это ощущение страха, безнадёжности и просто кровавого ужаса холодным потом опускалось по спине, а после жаром раэливалось по плечам и груди. И всё же этот голос не убрал всех этих ощущений, он лишь вывел её наружу. Она болезненно нахмурилась от света, не сразу замечая врача перед собой.