6. Эпилог

6 месяцев спустя.

— Я знаю, что ты делаешь, Кихун. — Пью холодный кофе? — Если тебе нужна помощь с твоим ребенком, так и скажи, а не устраивай тут каждый день какие-то посиделки, чтоб меня заманить, — произнесла Ноыль, сидя рядом на скамье нового дома Кихуна. Малышка на руках девушки не переставала ёрзать, поворачивая головку из стороны сторону. Крошечная ручонка сжимала в кулачке ткань ее серой футболки. — Это ж Джунхо тебя зовёт. Разве ты приходишь не ради него? Ноыль покачала головой и отвела взгляд. В ту сторону, где Усок и Джунхо ставили мясо на мангал во дворе нового дома Кихуна. Те двое были отличной командой, и Кихун вполне мог вписать их в список совсем немногочисленных друзей. — Смотри, он и готовить умеет. Кихун очень удачно это произнес, потому что в тот самый момент Джунхо брызнул в огонь жидкость для розжига и отшатнулся от поднявшегося пламени, едва не подпалив шевелюру. Усок укоризненно прикрикнул на него. — Ни черта он не умеет, — не сдержала смех Ноыль и повернулась обратно к Кихуну. — Ни черта не умеет, знаю, — и он рассмеялся. — Но он хороший парень. — Кихун помолчал и продолжил, переведя тему: — Не говори ему, но я виделся с его братом. Все знали, что Джунхо до сих пор злится на брата, но кажется, ему стало спокойнее от мысли, что теперь тот безработный. Самого Джунхо, напротив, взяли обратно детективом в полицейское управление Ссанмундона. — Зачем? — спокойно поинтересовалась Ноыль. В голосе не было осуждения. За это она ему нравилась. Если время от времени он и спрашивал что-то об острове, она всегда отвечала свободно. Что было — то было, призналась она однажды. Если бы ей приказали застрелить Кихуна, она конечно же сделала бы это. Но была уверена, что такого приказа ни один солдат никогда не получит. Кихуна тогда озадачили эти слова. — Попросил, чтоб он передал моей дочке в Штаты деньги, оставшиеся от первого выигрыша, — без утайки сказал Кихун. Ноыль всегда была честна, и он платил ей той же монетой. — Сам-то я не смогу полететь. Да она наверное и не захочет меня видеть. — Не говори так. — Она уже достаточно взрослая, чтоб самой решать. И я ведь ее бросил. — А Инхо ничего не спрашивал про брата? — осторожно произнесла Ноыль, переводя разговор в другое русло. Он был за это благодарен. Мысли о дочери неизменно вызывали тоску. Он надеялся, что Гаён там живётся хорошо. — Нет. Девушка понимающе кивнула. Вряд ли она ожидала услышать что-то другое. — Наверное, вам двоим и без того было что друг другу сказать. — Мы перекинулись всего парой слов. Чувства смешанные сейчас. По правде говоря, было немного странно видеть его в обыкновенной черной футболке, которая будто боролась за свою жизнь, когда он отвинчивал пробку с бутылки. Ноыль отвернулась и внезапно закашлялась, прикрывая рот свободной рукой. Малышка пристально наблюдала за ней. — Извини, — произнесла она, когда ее спина наконец перестала сотрясаться. — Ну ничего, может ещё как-нибудь встретитесь. — С чего бы вдруг? — нахмурился Кихун. Ноыль на секунду замялась. Он не мог припомнить, чтобы девушка хоть раз негативно отзывалась о своем бывшем работодателе. — О чем болтаете? — спросил Джунхо, подойдя ближе. Он наклонился и скорчил гримасу. Малышка на руках Ноыль издала радостное гукание. — О том, как ты плох, когда дело доходит до барбекю, — без заминки ответила девушка. На лице отразилось облегчение. — Да, меня прогнали оттуда, — констатировал Джунхо, кажется, немного пристыженный тем, что на это указала именно Ноыль. — С позором, — добавил Усок, тоже подойдя ближе. — Но у меня есть и сильные стороны, — Джунхо упёр руки в бедра. Ноыль встала со скамейки, щурясь на солнце. — Серьезно? — спросила она и хмыкнула. — Хочешь, я возьму малышку Джунхи? — Кихун протянул руки. — О, да, — не отказалась Ноыль, — я уже чего-нибудь выпила бы. Девушка отдала ребенка и действительно направилась к переносному холодильнику с пивом. Кихун выдыхает с облегчением, когда малышка не начинает плакать у него на руках. Иногда он просто не знает, как ее успокоить, а вот Ноыль ей нравится. Он ведь только из вежливости предложил взять ребенка, на самом деле он был бы не против, если бы она пробыла нянькой хоть весь вечер. — Чего вы меня позорите? — спрашивает Джунхо, как только Ноыль отошла достаточной далеко. — Как мило, кто-то влюбился, — усмехнулся Усок. — Но ладно, вы вообще видели Ноыль? Тут нет твоей вины, дружище. — Ничего подобного, — стал оправдываться Джунхо. — Да вы постоянно где-то вместе, как ни позвоню тебе. — Ну взяли малышку Джунхи на прогулку в парк пару раз. Это ничего не значит. — Он повернулся к Кихуну. — Скажи ему. — Да я вообще как раз с ним согласен, — отозвался хозяин дома. Джунхо махнул рукой и отошёл. Кто бы сомневался, что он направится в сторону Ноыль. Кихун знал, что девушка на днях собиралась лететь за дочкой в Китай. Наверное, переживает. Он искренне надеялся, что девочка правда найдется. Оставшись наедине с ребенком, он сидел и смотрел в ее маленькое личико. Она улыбалась. Каждый новый день, отдалявший Кихуна от событий игры, сглаживал в памяти пережитое, но единственное, что не уходило — глубокое чувство благодарности. Из головы не выходило воспоминание. «То место изначально было не для тебя», сказал Хван Инхо в их последнюю встречу, сидя за разделявшим их столиком среди обыкновенных посетителей кафе, которые понятия не имели, кто находится рядом. «Знаешь, я дал тебе нож, потому что в свое время и мне предложили такой выбор. Наверное, я просто хотел, чтобы после всего, через что ты прошел, ты спас себя и жил дальше». Он знал, что мотивы такого человека, как Инхо, не могли быть столь просты и благородны, но всё же был благодарен. Как бы там ни было, он будет жить. И ребенок тоже.