А нырять-то зачем?

Попадались мне не раз работы описывавшие момент ныряния Гарри за мечом старины Годрика и то, что было после. В которых пишется, что нырять-то и необязательно было. Вот и я решился изложить то, как это ещё могло бы быть. И, как, на мой взгляд, должна была пройти встреча с Роном. *** Гарри Джеймс Поттер стоял на берегу небольшого, лесного озерца, куда его привёл чей-то Патронус в виде Лани и… рассуждал. А рассуждения его сводились к тому, что вот он меч Годрика. То, что им как раз нужно. То самое средство, которое может уничтожать хоркруксы. И казалось бы чего проще. Возьми в руки меч, рубани по медальону Слизерина и… писец котёнку, то есть хоркруксу. Вот только имелось на пути к этому действию одно маленькое препятствие. А дело всё было в том, что меч лежал на дне этого самого озерца, на берегу которого стоял сейчас Гарри. И теперь его нужно было как-то оттуда достать. И, снова, казалось бы чего проще, возьми да нырни. Ну, и достань меч. Вот только Гарри, почему-то, делать этого как раз и не хотелось. Мучительно, не хотелось. Ну, если так выразиться можно. В всё потому, что его интуиция ревела пароходной сиреной, что поступать как истинный гриффиндорец прямо сейчас не надо. То есть, безрассудно. — Хм-м… — подумалось ему вдруг, — а повременю-ка я пока с зимними купаниями. И пойду-ка я с Гермионой посоветуюсь. Нет, ну а чего? Одна голова хорошо, а полторы лучше. Так он рассуждал двигаясь обратно к палатке, в которой они с Гермионой последнее время жили, можно сказать. С тех пор как им пришлось скрыться из дома Сириуса. Кстати, то что его голову можно смело считать за половину, в данном, конкретном случае, Гарри знал точно и, не комплексовал из-за этого. Ведь если подумать, то так оно и было. Потому что хорош он был только в импровизациях. А вот в плане фундаментальных знаний у него всегда были существенные пробелы. — Ну, вот для этого-то мне Гермиона и нужна, — думалось ему. — Глядишь, узнает она мою информацию, подумает, проанализирует ситуацию и решение выдаст. И, хорошо что Рончика нет теперь с нами. А то он бы своим нытьём про то что жрать нечего и его постоянно мёрзнущую задницу подумать бы ей не дал. Да и вообще… Как только Гарри вспомнил про Рона, то решил он, что с ним нужно кончать. Потому как Рон, особенно в последние несколько месяцев, был как эдакий… чемодан без ручки. И нести неудобно, и выкинуть не получается. Вот и решил Гарри, наконец, всё то «старьё», что находится в этом самом «чемодане», как, впрочем, и сам «чемодан» занести на свалку да там и оставить. — И, слава богу, что этот вопрос прямо сейчас решать не нужно, — рассуждал Гарри подходя к их палатке. — Потому как и без него у меня проблемы появились и получу я, для начала, по… первое число. А всё из-за того, что отправившись за Патронусом, он оставил Гермиону спящей, в палатке. И чтобы было если бы его, например, в ловушку какую-нибудь заманили? Н-да. Плохо всё было бы. В общем, так оно и получилось, когда Гермиона проснулась. И хорошо ещё, что Гарри её пробуждения долго ждать не пришлось, а то он, вообще, извёлся бы. Так что сначала он имел что послушать, но потом, когда Гермиона устала ругаться, то и похвалила его. За то что не ринулся он «сломя голову» за мечом, а дождался пока она проснётся. — Хорошо, — подвела она, наконец, итоги своей речи. — Сейчас мы попьём чая, после чего пойдём вместе и посмотрим что можно сделать. Так они и поступили. Попили чая, потом собрали палатку и Гермиона поместила её в свою сумочку расшитую бисером. И только после этого они пошли к озеру. А когда пришли на место, то Гарри стало стыдно. Потому что тот уровень владения заклинаниями, который Гермиона продемонстрировала, ему и во сне бы не приснился. Ну, чтобы он сам также колдовал. — Да уж, — думалось ему — грёбаный Рон. Ведь это из-за него я так и остался неучем. Хотя, чего я ему-то уподобляюсь. Это же у него кто-то другой всегда виноват, а он, при этом, белый и пушистый. Точнее, рыжий. В общем, сам дурак и лентяй. А Гермиона, меж тем, закончила колдовать и задумалась. Потому как все её усилия не дали даже малейшего результата. Точнее, результат был, но отрицательный. И хоть говорится, что отрицательный результат, это тоже результат, вот только, не в данном случае. — Слушай, Гарри, — сказала она, подумав. — А ну-ка, напомни мне, что там Дамблдор говорил? Что меч Годрика даётся в руки лишь истинному гриффиндорцу? Так, что ли? — Ага, — подтвердил Гарри. — Только он это говорил про извлечение меча из Распределяющей шляпы. А тут, как видишь, случай немного другой. — Ну, а как по мне, то данный случай практически аналогичный. Так что вытяни руку, сожми кисть, как будто меч в ней держишь и попробуй его мысленно… ну, позвать, что ли, — попросила Гермиона. — Что, так просто? — уставился на неё недоверчиво Гарри. — А сложно не получается, — сообщила ему Гермиона. — Так что, давай Гарри, пробуй. И Гарри попробовал, почти не веря в успех. Но, тем не менее, меч взял, да и оказался у него в руке. Так что он, сначала, недоверчиво посмотрел на оказавшийся у него в руке меч, потом воткнул его в землю и схватив Гермиону в охапку, закружил по берегу. — Получилось, Гермиона! Получилось! — радостно восклицал, при этом Гарри. — Да, да. Я тоже рада. Но, давай ты поставишь меня на землю, возьмёшь меч и мы свалим отсюда. Куда-нибудь, где мы вот так на виду не будем. А-то ведь заявится ещё кто-то. И наименее приятно будет, если у этого кого-то ещё и волосы рыжие будут. — Э-э-э… а ты уверена? — уточнил у неё Гарри уже после того как они углубились в лес и Гермиона снова наколдовала кучу маскирующих и защитных заклинаний вокруг места где они остановились. — Насчёт рыжего? — Пф-ф-ф… — фыркнула она в ответ. — Конечно уверена. В общем, я подумала и поняла, что Рон безнадёжен. Так что наши с ним дальнейшие отношения лишены всякого смысла. Как бы я, при этом, к нему не относилась. — Ну, тогда я рад, что наши головы посетили одинаковые мысли. Почти одновременно, — сообщил ей Гарри. — Впрочем, хрен с ним, с рыжим. Давай-ка мы с тобой лучше медальончик почикаем и забудем хотя бы о нём как о страшном сне. — Ага, давай, — согласилась Гермиона и наколдовала плоский камень приличных размеров. На который уложила медальон. Дальше Гарри извлёк из мешочка перчатки, надел их и, взявшись за меч, попробовал рубануть по медальону. Однако, лезвие увело в сторону. Как будто бы хоркрукс окружал невидимый защитный… шар, слой, барьер. В общем, не получилось у Гарри с первого раза его уничтожить. — Вот значит как, — заметил он, глядя на медальон и чуть наклонив к плечу голову. — Ну, теперь понятно, почему Кричеру он не «по зубам» оказался. Значит, придётся его открыть. А чтобы его открыть, наверное, нужно будет на него просто… пошипеть. Как тогда на дверь в Тайной комнате. Тьфу ты чёрт. — Вдруг он скривился от досады и сплюнул на землю. — Ты чего, Гарри? — не поняла Гермиона. — А то, — пояснил он ей. — Вот меч. Лезвие которого впитало в себя яд василиска. Василиска, которого я этим самым мечом и завалил, в своё время. И, который, возможно, до сих пор лежит неразделанный в Тайной комнате. Клыком которого я тогда тоже хоркрукс уничтожил. Нет, ну как так-то? Почему я только сейчас об этом вспомнил? — Наверное, — выдала после непродолжительного раздумья Гермиона, — потому что… Дамблдор. — Ну, да, — согласился с ней Гарри. — Я тоже всё больше и больше склоняюсь к мысли, что у старичка был какой-то свой план. Впрочем, об этом мы завтра подумаем, а сейчас бери-ка ты меч, а я эту заразу открыть попробую. Дальше он передал Гермионе меч, который она занесла над медальоном, схватившись за рукоять двумя руками и направив его остриём вниз. Гарри прошипел «Откройся» на парселтанге и, как только крышка открылась Гермиона меч в него и всадила. — А-а-а… — раздался крик из чёрного облачка поднявшегося над медальоном. — Что ты наделала, тупая грязнокровка? — А сам-то ты кто? — не растерялась Гермиона. — Поганый полукровка. — Чей папаша был магглом и дураком, — добавил Гарри. Впрочем, той части души, которую Волдик поместил в медальон, было уже всё равно. Развеялась она. С мощным выбросом магии. — Вот ведь… — поморщилась Гермиона. — Держи-ка меч, а я проверю, не посносило ли все мои заклинания. Но не успела она начать выполнять задуманное, как из леса послушался крик: «Гарри! Гермиона! Где вы? Это я Рон.» На что они переглянулись и Гарри приложил палец к губам, призывая к молчанию. После чего быстренько надел на себя свою мантию-невидимку и только после этого Гермиона ответила Рону. Ну, а дальше тот и показался. Выйдя из леса с немного дебильноватой улыбкой. И, разумеется, он был сразу взят на прицел волшебной палочки Гермионы, а невидимый Гарри обошёл его со спины и так там и остался. Даже после контрольных вопросов, когда выяснилось, что Рон это действительно Рон, а не кто-нибудь под него замаскированный. После чего, кстати, последовал вопрос о том, как он их нашёл. — Я… Это… — начал рассказывать Рон, — находился в «Ракушке», у Билла. В общем, я лежал на кровати и щёлкал делюминатором. Щёлк, щёлк. А потом, вдруг услышал как ты имя моё назвала и я сказал, что хочу оказаться рядом с тобой. И меня перетащило. Типа, как порт-ключом. Хорошо ещё, что у меня всё своё с собой было. Я, кстати, когда от вас ушёл, то чуть в плен не попал. Хорошо ещё, что «выкрутиться» и удрать удалось. — Странно, — заметила слушавшая уго Гермиона. — Очень странно. Она задумчиво рассматривала Рона, словно прикидывая верить ему или нет. — Что, странно? — не понял Рон. — И кстати, а где Гарри? — На подходе, Рон. На подходе, — ответила она ему. — А странно то, что ты имя своё услышал. Да ещё и от меня. Потому что знаешь когда я его последний раз произносила? Как раз тогда, когда удержать тебя пыталась. Ну, когда ты, — она покрутила в воздухе кистью свободной от палочки руки, подбирая выражение, — вынужден был нас… покинуть. Бамс! По плечу Рона что-то хлопнуло. Он скосил глаза и увидел лезвие меча. — Привет, Рончик, — поздоровался Гарри. — Давно не виделись. Ты, кстати, не дёргайся, а то меч-то, тот самый. И если ты случайно поцарапаешься, то слёз феникса у нас нету. А теперь медленно вытащи всё из карманов и брось перед собой на землю. — Ты что, не доверяешь мне?! — попробовал было возмущаться Рон, но Гарри лишь попросил его начать побыстрее опустошать карманы. И добавил, что терпение у него не бесконечное. Так что Рон принялся делать то, что ему сказали. И как только на землю упал делюминатор, а вытащил его Рон самым первым, Гермиона тут же притянула его к себе используя Акцио. А Рон, меж тем продолжил выбрасывать из карманов всякую всячину. Впрочем, особо там ничего такого и не было. Только несколько волшебных палочек, включая его собственную. Исключение составляла только куча флаконов с непонятным содержимым. Их Гермиона тоже реквизировала. И спрятала в своей сумочке, как и делюминатор. — Всё, — сказал он через некоторое время. — Больше у меня ничего нет. — Очень хорошо, — ухмыльнулся ему в спину Гарри. — А теперь медленно, не делая резких движений, закатай рукава. — Что-о-о?! — взбеленился Рон. — Да вы совсем офигели, что ли?! — Не дёргайся, сука. И делай что тебе говорят, — «надавил» Гарри. В противном случае сдохнешь прямо сейчас. А то слишком складно ты «поёшь», Рончик. Только ты забыл что мы тебя как облупленного знаем. Как и то, что ты большой любитель приукрасить события, выпятив, при этом, свою роль. — Ну, ладно. Ладно, — Рон принялся нехотя закатывать правый рукав. — Вот, убедились. — Продемонстрировал он чистое предплечье. — Ага. Только это всего одна твоя рука, — заметил Гарри. — А теперь так же медленно, покажи вторую. Рон, бурча, закатал второй рукав и показал левое предплечье, на котором, к счастью для него тоже ничего не оказалось. — Ну, — начал он после этого, — теперь-то может уберёшь меч от моей шеи? — Не так быстро, Рончик, — ответила ему Гермиона. — А расскажи-ка нам, дружище, что это за непонятные зелья оказались в твоих карманах? Да ещё и так много? — Это… Э-э-э… Всякие лечебные, — начал было говорить Рончик. Вот только много он сказать не успел. Гермиона мгновенно применила к нему Силенцио и Инкарцеро. — Гарри, — сказала она после этого. — Давай-ка мы куда-нибудь переместимся, а там установим палатку и я их проверю. Эти зельица. А то что-то у него кончики ушей покраснели. Причём очень сильно. — Слушай, Гермиона, — Гарри вдруг «пронзила» догадка. — А не могут ли они на наш разум влиять? Ведь вспомнилось же мне, наконец-то… ну, то о чём мы говорили. И не могло ли быть так что ушёл он нас совсем не потому что ему, видите ли, жрать было нечего, а потому что у него зелья закончились. Которые он нам всё это время подливал. — А вот мы сейчас переместимся и узнаем. — И я даже знаю куда, — сообщил Гарри. — Уж там-то нас точно искать никто не будет. После чего он взял, да и аппарировал всех вместе в Литтл Уингинг. Используя вместо палочки меч Годрика. Прямо в дом его родственничков. — Ха! Так ведь это же здо́рово! — воскликнул Гарри когда они оказались в гостиной дома. И, пояснил. — Классно, что меч как палочку использовать можно. А то ведь пользоваться одной на двоих как-то… некомфортно, что ли. А одна палочка на двоих, Гермионина, у них оказалась после посещения Годриковой впадины. Случилось там кое-что, в результате чего палочка Гарри сломанной оказалась. В общем, расставили они палатку прямо там, в гостиной. И Гермиона начала проверять что за зелья притащил с собой Рончик. А Гарри подумал, подумал, да и наложил на Рона Сомниус. А потом ещё подумал, и к Сомниусу Петрификус Тоталус добавился. Ну, для надёжности. Проверка, проводимая Гермионой, к счастью, долго не продлилась. Вот только результаты её настроение им испортили. Потому что, правы они оказались. И Гарри, и Гермиона. Она, кстати, тоже пришла к выводу что за зельями Рончик отправился. А то, что так долго он отсутствовал, так в этом ничего удивительного. Потому как частенько они с места на место перемещались. Вот рыжий и не мог их найти, как ни старался. Ну, и пришли они к выводу, что подпаивать их начали ещё перед шестым курсом. В противном случае, какого спрашивается Мерлина лысого, они вдруг, ни с того, ни с сего на младшеньких рыжих внимание обратили. Ведь, простите за выражение, ни кожи, ни рожи. Ни у того, ни у другой. Впрочем, что делать с Уизли вообще, и с их младшим братцем в частности их сейчас в последнюю очередь заботило. Тем более, что вариантов особых и не было. Ну, насчёт Рончика. Либо массированный Обливиэйт, настолько, чтобы он соседом Локхарта в Мунго оказался. Либо, «бритвой по горлу и в колодец». Потому как, вспомнился Гарри, и снова вдруг, неожиданно, их разговор с Дамби. Тот который после выхода из Тайной комнаты, в кабинете Макгонагалл, состоялся. А сказал ему тогда Дамбушка, практически прямым текстом, что он тоже один из хоркруксов. Вот только Гарри тогда этого не понял. В силу отсутствующих знаний. И на первый план, теперь, выходила совсем другая задача. Теперь не хоркруксы искать и уничтожать нужно стало, а Волдика выловить и зельице нужное в него влить. Которое Напитком живой смерти называется. И только потом, неторопливо и вдумчиво поискать другие. Ну, и попутно, приуменьшить количество прихвостней Змеемордого. Чтобы потом какой-нибудь Малфой не заявил, что он, дескать, под Империо находился. Потому что умирать Гарри как-то совсем не хотелось. Да и Гермиона с ним согласилась, что это на самый крайний случай. Если только другого выхода не будет. А пока неплохо бы и другие способы разобраться с хоркруксами поискать. Может, даже, у гоблинов поспрашивать. Причём не обязательно здесь, в Англии. Они, как выяснилось и во Франции банкирством занимаются. И, вполне возможно, что сталкивались гоблинские Разрушители проклятий с такой хренью. Потому как о том, что нет другого способа с хоркруксами разбираться, кроме уничтожения, это им так Дамби заявил. А насколько он был честен, они и сами убедились. — Знаешь, Гермиона, — подвёл Гарри итог сегодняшнего дня, — чем больше я узнаю о том что мы с тобой, по сути, всего лишь «разменная монета», тем больше мне хочется послать всё и всех и пусть они сами со всей этой хренью разбираются. Ведь никто же ничего не делал. И, тот же Дамблдор, вместо того чтобы что-то полезное сделать, на заднице ровно всё это время сидел. А теперь сам сдох, скотина, а вы тут как хотите, так и живите. — И я с тобой проявлю солидарность, пожалуй, по всем пунктам, — согласилась с ним Гермиона. — Можно было бы конечно всё бросить и свалить отсюда куда подальше. Вот только, он же псих и на тебе зациклен. И не успокоится, пока не найдёт. Поэтому, я тоже считаю, что нам во Францию, на некоторое время, поехать нужно. С теми же Делакурами пообщаться, например. А прямо сейчас, давай подумаем что нам с Рончиком делать. Ведь он же в курсе про хоркруксы. — А чего там решать, — ответил ей Гарри, — монетку подкинем. Хотя, подожди. Добби! — Гарри Поттер, сэр, звал Добби? — спросил появившийся буквально через секунду домовик. — Привет, дружище, — поздоровались с ним Гарри с Гермионой. После чего Гарри спросил. — Скажи-ка, Добби, ты можешь так спрятать рыжего, что бы его никто и никогда не нашёл. — Да, Добби может, — подтвердил домовик. — А во Францию ты с нами «смотаться» не хочешь? — Увы, — грустно ответил домовик, — Добби не может. Он помогает ученикам Хогвартса. Но, Добби знает кого попросить. И ещё через секунду перед ними стояла Винки. Которая бросила пить, к тому времени, но категорически заявила что ей нужна семья. И признала в качестве таковой Гарри и Гермиону. Ну, а дальше они сдали Добби Рончика, с рук на руки, а сами отправились на «боковую». Потому как завтра предстоял новый, насыщенный день. Во время которого, как они надеялись, им удастся сделать ещё один шаг на пути к новой жизни. Совсем не той что для них запланировали некоторые хитровымудренные длиннобородые старцы и всякие там рыжие матриархи. Разумеется, как у них пойдут дела они не знали. Но спать они улеглись с надеждой на лучшее. И ещё они надеялись, что история, теперь, пойдёт немного по другому пути.