Глава 16: Прошлое, настоящее и определяемое будущее тёмного колдуна

«Ваше Великодушие, вынужден сообщить вам принеприятную новость. Сегодня, в ночь Совета трёх стран, была украдена та самая книга. Четверо наших рыцарей убиты. Самое страшное, что подумать теперь можно на кого угодно - как на наших соотечественников, так и на интрудцев, и на фриолдцев. Зацепок никаких, след потерян. Если информация дойдёт до правителей или Монархистов, не сносить нам голов,» - из тайной переписки аклэйнцев, какое-то число Светлого сезона.

Прошлое Как всё началось? Он затруднялся ответить. Остролист никогда не считал себя плохим человеком или тем более гениальным злодеем. Просто в какой-то момент в голове что-то щёлкнуло и всё изменилось. Детство у них с братом было безрадостное. Отец никогда не слыл добряком или душой компании, а когда от неизвестной болезни умерла мама, Эвкалипт и вовсе будто с цепи сорвался. Вымещал злость на детях. За любой проступок он готов был ударить. Мальчикам даже пришлось научиться ходить бесшумно, лишь бы не привлекать к себе лишнего внимания. - Это вы во всём виноваты! - часто повторял мужчина. А Остролист верил. Вдруг и правда, мама погибла из-за него? Люпин с детства был умницей. Много читал, родители нередко его хвалили, а что младший Монстера? Постоянно ввязывающийся в уличные драки, вечно взъерошенный, как нахохлившийся воробей, иногда грубый Остролист. Разочарование родителей! И в семь лет он твёрдо решил исправиться. Стал читать, изучать разные науки, даже языки. Больше всего Остролиста интересовали разные лечебные травы. Конечно, маму это бы не вернуло, но может отец бы смог увидеть, что он не такой уж безнадёжный. Но итог был один. Каждый вечер напившийся Эвкалипт поднимал на мальчишку руку. Правда, самому Остролисту доставалось редко. Он помнил, чтобы отец ударил его всего пару раз. Потому что рядом всегда был Люпин, который любой ценой закрывал брата или перетягивал внимание старшего Монстеры на себя. Как правило, после этого Эвкалипт уходил к себе на второй этаж и до обеда следующего дня не появлялся, а Остролист обрабатывал раны Люпина, благодаря знаниям о целебных растениях, если тот был без сознания сидел возле него. Как правило, приходил в себя старший брат быстро - через час он уже открывал глаза. Но один раз, мальчик пролежал на полу всю ночь. Младший сын давно вытер кровь с его кожи и промыл ссадины. Остролист молился Духам всю ночь, чтобы брат выжил и не убирал руки с его шеи, слушая слабый пульс. С первыми лучами Солнца Люпин пришёл в себя. Его брат поспешно вытер слёзы. - Я так боялся, что ты умрёшь! - шёпотом признался он: - Чтобы бы я делал без тебя? - Ты чего? - слабо улыбнулся Люпин: - Всё будет хорошо. Я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. Обещаю! А через год, Эвкалипт поднял мятеж. Якобы Кориандр Айва что-то сделал из-за чего умерла их мать. Мерзкая ложь, конечно, но фанатикам достаточно и её, чтобы схватиться за оружие. Остролист узнал о мятеже, случайно подслушав разговор отца с его людьми, и немедленно рассказал обо всём брату. В назначенный для атаки на дворец день, старший брат велел прятаться в погреб, но вечером их всё равно нашёл отряд хваранов. Мальчишек привели во дворец с завязываными глазами. Повязки разрешили снять, только когда их привели в просторную комнату. - Ждите здесь! - велел высоченный мужик в хваранских доспехах и вышел, задвинув дверь. Люпин прислушался. Двух воинов оставили их стеречь. Мальчик подошёл к окну, но стоило выйти на балкон, мысли о побеге таким способом сразу же вылетели из головы. Слишком высоко, этаж третий. - Что теперь будет с нами? - беспомощно уставился на брата Остролист. Младший сын сидел на футоне, обняв руками колени. - Я не знаю, - признался тот и сел рядом. - Мы же ничего не сделали, - прошептал Остролист. - Да. Я уверен, император это поймет. - Если нам вообще в его присутствии дадут рот открыть! - вздохнул мальчик и, прижавшись к брату, закрыл глаза. Прождать им пришлось до самого утра. - Люпин, проснись! - Остролист настойчиво потряс брата за плечо. Мальчик сразу открыл глаза. - За дверью голоса, - шёпотом объяснил младший Монстера. Люпин кивнул и прижал палец к губам. Голоса правда были, но слов разобрать не получалось. Дверь резко распахнулась и в комнату вошёл светловолосый мужчина в сопровождении двух самураев. Воины были в полном боевом облачении. "Мы пропали!" - понял Остролист. Он посмотрел на брата. Люпин поднялся с футона. Взгляд его был спокойным и не по-детски серьёзным, спина прямая, голова поднята высоко, гордо. Младший сын последовал его примеру и тоже поднялся, не вольно отряхивая старое хаори. - Оставьте нас! - приказал светловолосый мужчина и самураи послушно вышли, задвинув за собой дверь. Монстера синхронно поклонились. - Вы знаете, кто я? - мягко обратился к ним вошедший. - Да, Ваше Императорское Величество, - не поднимая головы, ответил Люпин. - Откуда? Мальчики опустили руки и старший ответил: - Понял по одежде, по тому, как вы держитесь, по тому, как приказали самураям. - И на вашем поясе вышит герб семьи Айва - две скрещенные молнии, - добавил Остролист. Он помнил, что недавно они читали книгу по геральдике, которую младшему мальчику отдала сердобольная соседка. Неожиданно, император Кориандр Айва улыбнулся. Не жестоко, не наигранно, не издевательски, а по-доброму. С удивлением Остролист понял, что он больше не боится этого человека. - Умные, - кивнул мужчина: - И замученные. Вам нужна помощь. Мальчики переглянулись. - Ваш отец убит во время учиненного им нападения на дворец. Мне жаль. Остролист вздрогнул, а Люпин холодно ответил: - А мне нет. - Я предлагаю вам остаться во дворце. Мы дадим вам хорошее образование и должности. - Что вы хотите в замен? - с вызовом спросил младший Монстера. - Ничего, - улыбнулся Кориандр: - От детей мне ничего не нужно. Если захотите уйти, вас никто не будет останавливать. - Можно мы подумаем? - спросил Люпин. - Конечно. Лекарь нужен? - Нет. - Хорошо. В таком случае, я распоряжусь, чтобы вам принесли еду. Отдыхайте, - кивнул Айва-сан и пошёл к двери, но от неё обернулся и заметил: - Ты щуришься. - Я много читал в полумраке, - ответил Люпин. Мужчина с пониманием кивнул и вышел. И началась совсем другая жизнь. Такая, о которой дети мятежника даже мечтать не могли. Многие во дворце шептались за из спинами, но сам Кориандр был с детьми добр и убеждал не обращать внимания на недоброжелателей. Жена императора Ива Айва тоже была добра к мальчикам. Даже баловала. Люпин теперь носил аккуратные очки с круглыми стёклами и больше не щурился. Но всё равно обоих не покидала мысль, что в любой момент император может изменить решение и выкинуть их на улицу. Поэтому Монстера исправно посещали уроки истории, математики, слове о законе, словесности, литературе, стратегии, музыке, живописи, каллиграфии, боевых искусств, этикета. Обучали их по той же программе, что и любых аристократов. И теперь Остролист убедился окончательно - Люпин лучше него. Если младшему приходилось зазубривать практически всё, чтобы не путаться в науках от обилия информации и прилагать много усилий, то Люпину всё давалось куда легче. Хорошая зрительная память и абстрактное мышление играли в этом не последнюю роль. Но брат никогда не зазнавался. Он вообще не придавал значения своим способностям, принимая как должное. И если бы старший Монстера узнал, что Остролиста задевает его успех, он бы наверное нашёл слова, чтобы вразумить брата, но младший тщательно прятал зависть. Он злился, но не на брата, на себя. За то, что не может достичь его уровня. И мальчик продолжал упорно трудиться. Он хотел добиться справедливости! Единственное, что он запоминал с первого раза и на всегда - целебные травы и их свойства. Прошло ещё два года. Мальчики совсем освоились во дворце. Страх, что их прогонят, постепенно утих. Наставники хвалили мальчиков, которые все науки схватывали на лету. Особой требовательностью отличалась наставница по правописанию девушка лет тридцати Юкка Оксалис. Невысокая, даже хрупкая и темноволосая. Ни от кого, кроме неё, Остролист не чувствовал предвзятого к себе отношения. Оксалис-сан же не скрывала, что верит в Люпина несколько больше, чем в его брата. Старшему Монстере она уделяла больше внимания, хвалила чаще и могла простить некоторые ошибки. С Остролиста же она сдирала три шкуры на каждом уроке. - Не знаешь, - пришла к выводу Юкка, когда Остролист не ответил уже на пятый вопрос по правописанию подряд. Мальчик смолчал и на это. Монстера злился. Вот что ей не нравится? Он ведь написал всё правильно, просто не смог объяснить почему и какими правилами это объясняется! - Значит так, с этого момента я запрещаю тебе читать что-то, кроме учебника по правописанию пока ты не расскажешь мне все правила! Остролист поперхнулся от возмущения. Только не это, его любимая травология! - Почтенная Оксалис, - обратился к учительнице Люпин: - Подумайте сами. Остролист сдаст экзамен в конце года? Сдаст. Так зачем запрещать ему сейчас читать то, что ему интереснее? Девушка ничего не ответила, только поморщилась недовольно. «Даже теперь защищает», - подумал Остролист, но уже не с благодарностью, как раньше, а с крохотным неудовольствием. Он ведь уже не совсем маленький! Плохое настроение не отпускало Остролиста до самого вечера. Солнце давно село за окнами их комнаты. - За что она так со мной? - младший брат лежал лицом вниз на футоне, но Люпин всё равно разобрал его слова. - Она просто требовательная, - заметил он, хоть и сам прекрасно понимал, что отношение этой девушки к ним разниться уж очень сильно. Больше за этот вечер они не разговаривали на эту тему. В какой-то момент Остролист перестал обращать внимание на Юкку и решил, что для него это станет только лишней мотивацией к тому, чтобы стать лучше. Какое-то время у него получалось, а потом, в Светлый сезон, после очередного урока, Почтенная Оксалис-сан попросила Люпина задержаться. Остролисту пришлось уйти одному. В коридоре мальчик столкнулся с сёгуном Шафраном Циперусом - описание. Любопытство грызло младшего Монстеру, не оставляя шанса отмахнуться от назойливой мысли: "Подслушать!" Рискуя быть замеченным самураями и потерять уважение семьи Айва, Остролист забрался на дерево под окнами класса, в котором они занимались. Стояла жара и окна были открыты. Через них мальчик и услышал голос сёгуна: - Открывай десятую страницу. - Но, Почтенный, я уже прочитал книгу, - ответил Люпин. - За ночь? - в голосе Шафрана появилось удивление. - Да, она же лёгкая, тем более интересная. - Видите, я же говорила! - вмешался голос Юкки: - Я сама читала эту книгу две недели! - А вы можете дать мне что-то посложнее? - спросил Люпин. - Конечно, юноша. Пойдём! - сказал Циперус-сан. Остролист шёл к себе в комнату в смешанном настроении. Он был рад успехам старшего и завидовал ему до смерти. Позже, мальчик спросил, как бы невзначай, у брата название той книги. Чтобы прочитать её, ему понадобилось четыре дня. И юноша стал заниматься ещё упорнее. Ведь он хочет добиться справедливости! А на наставницу по правописанию правда перестал обращать внимание. ... Светлый сезон сменился Увядающим. Листья сначала пожелтели, а потом опали. Почтенная Ива Айва начала вести себя странно. Реже стала выходить в люди, зато к императрице часто приезжали лекари. - Думаешь, Айва-сама болеет? - спросил как-то Остролист Люпина, когда они вдвоём возвращались во дворец. Они ходили в город передать кое-какие документы молодому министру экономики. - Не знаю. Даже если так, надеюсь у Почтенной всё будет хорошо. - Давай сегодня вечером зайдём к ней? - предложил младший брат и ускорил шаг, заметив впереди ларёк с лунными пирожками юэбинами: - И сладостей купим, Ива ведь их так любит. - Хорошая мысль, - улыбнулся Люпин. К императрице их пропустили без лишних вопросов. За два года к мальчикам во дворце все привыкли, хоть и относились по-разному. - Я так рада, что вы пришли! - тепло улыбнулась им женщина. Она сидела в кресле у окна. Светлые волосы убраны в высокую шишку, украшали её две шпильки, губы слегка подкрашены, голубые глаза всегда излучали искреннюю доброту, синее дорогое кимоно было подвязано широким поясом. Ива всегда была добра ко всем. Кориандр в ней души не чаял. - Мы принесли вам угощение! - заявил Остролист и с улыбкой протянул женщине свёрток с пирожками. - Спасибо вам, - императрица улыбнулась и погладила мальчика по голове. - Лишь бы вы не болели! - за ноявил младший Монстера. Ива неожиданно засмеялась. - Мне приятно, что вы волнуетесь, милые, но я не больна. - Что же тогда с вами случилось? - удивлённо спросил Люпин. Императрица тепло улыбнулась и положила руку на живот: - Я жду ребёнка. Мальчики ахнули. Остролист недоверчиво нахмурился: - Как же так? Ведь ни один ребёнок туда не поместиться! - Остролист, это невежливо! - строго заметил Люпин, но Айва покачала головой: - Всё хорошо. Просто дети вырастают. Монстера расстроился: - Значит, теперь вы не будете нас любить? - Что ты? - произнесла женщина и обняла его: - Вы мне очень, очень дороги. Иди сюда. Она поманила Люпина и когда тот подошёл, обняла второго брата тоже: - Я так рада, что могу за вами присматривать. А спустя половину Сезона кто-то отравил придворного лекаря и разгромил его комнату. Убийца будто что-то искал. Вспыхнувшая паника усилила охрану во дворце и заставила людей относиться друг к другу с недоверием. Из провинции какой-то приехал пожилой алхимик и дал простой, но якобы эффективный совет - есть только серебряными приборами и из серебряной посуды. - Глупо это! - ворчал Остролист, когда Монстера устроили шуточный поединок на тренировочной площадке: - Ведь серебро чернеет не от всех ядов! - Но от самых распространенных - да, - возразил Люпин, парируя выпад брата: - И всё-таки, ты прав. Тем более, что вечером съезд даймё. Но если мы попробуем возразить, нас всё равно не послушают. - Не послушают, - со вздохом согласился младший. Закончили они где-то через полчаса. Люпин пошёл к ним в комнату, а Остролист решил забежать на кухню. До ужина ещё минимум два часа, а тренировка вымотала мальчика и в животе предательски урчало. - Не мешайся под ногами, иди отсюда! - прикрикнула на ребёнка старшая кухарка, но за него вступилась другая: - Не кричи! - и уже гораздо ласковее обратилась к Остролисту: - Подожди здесь, хорошо? Я сейчас тебе булочек дам. Брату тоже отнеси! - Хорошо, - улыбнулся черноволосый. Девушка отошла, а он остался стоять в уголке, чтобы не мешать суетившимся слугам. Съезды даймё проходили каждый Сезон и всегда обещали много вкусной еды вечером и кипящую, прямо как сейчас масло в чане напротив мальчика, суету днём. Все трудились, не покладая рук. По кухне плыли восхитительные запахи свежей выпечки, жареного мяса и рыбы. Но был один неприятный резкий - горького миндаля. Остролист так и не смог понять, откуда он исходит и что из него готовят. У Почтенной Айвы-самы была на него аллергия и из этого ореха во дворце ничего не готовили. А жаль, мальчику нравился вкус миндаля. - Вот, держи! - вернулась добрая служанка и протянула ему бумажный мешочек с булочками. - Спасибо, - улыбнулся мальчик и выбежал с кухни, ловко проскользнув между двумя парнями, которые несли тяжёлые корзины с продуктами. Оставшееся до ужина время, братья провели в своей комнате, жуя булочки и по очереди читая друг другу книгу. В тронном зале собрались супруги Айва, Циперус-сан, приближенные к императорской семье люди и все даймё. Монстера тоже позволили присутвовать. Как сказал Шафран: "Если мы хотим вырастить из них настоящих аристократов, им будет полезно посмотреть как проходят подобные ужины." Кориандр и Ива были не против. Мальчики сидели немного в стороне у окна. Есть им не хотелось - перебили аппетит булочками. Еду пока не принесли и Остролист откровенно скучал. Люпин внимательно следил за присутствующими. - Скука смертная, - шёпотом заметил Остролист. - Не скажи, - с улыбкой ответил Люпин и едва заметно кивнул в сторону одного мужчины: - Вот он только что соврал. Видишь, постоянно одергивает кимоно и отводит глаза? А та девушка напротив расслаблена и уверена, её плечи свободно опущены, а брови подняты. - Вот так, так! - хмыкнул младший: - Когда-нибудь твоя наблюдательность сослужит тебе хорошую службу. Подошли две служанки и поставили перед ними по тарелке с рагу из курицы. За главным столом блюда ещё разносили. - Можно вопрос? - негромко спросил Остролист. - Конечно, - кивнула девушка в сером кимоно и наклонилась к нему. - Будет блюдо из миндаля? Девушка сильно удивилась: - Мы давно ничего не готовим из этого ореха. - Что-то не так? - спросил Люпин, когда служанки отошли. - Странно, - проговорил Остролист задумчиво: - Я же слышал запах миндаля сегодня на кухне. Мальчик подцепил кусочек курицы вилкой, отправил в рот и поморщился: - Зачем же столько приправы сыпать? Люпин нахмурился, перемешал еду в своей тарелке и поднял взгляд. Он пробежался им по всем присутствующим и вдруг резко вскочил. - Ты что?! - шёпотом испугался Остролист. - Ваше Императорское Величество, не ешьте это! - воскликнул старший Монстера. Все тут же повернулись к ним. - Люпин, что случилось? - строго спросил Циперус-сан, поднимаясь на ноги. - Айву-саму пытались убить! - заявил Люпин: - Это не чеснок, это измельчённый и очищенный миндаль, на который у нее аллергия. При тепловой обработке этот орех становится мягким, а чтобы перебить его запах в большом количестве использовали приправу хмели-сунели. Молчание достигло своего пика. Длилось оно пару минут. - Почему ты так решил? - наконец удивлённо спросил Кориандр. - Это правда! - вставил Остролист: - На кухне сегодня готовили миндаль, я знаю! - Возможно, убийца готовил покушение ядом, - продолжал уверенно Люпин: - Самое простое - взять серу у лекаря Почтенного Имбиря-сана, которая должна использоваться в медицинских целях, но в больших дозах может служить ядом. Потом убийца убрал лекаря, чтобы избавиться от свидетеля и заодно проверить действие яда. Но этому плану помешали, когда стали есть серебром, ведь при взаимодействии с серой оно бы сразу потемнело. Нужно было придумать что-то другое и убийца решил сыграть на аллергии Её Императорского Величества. Люпин выпалил всё на одном дыхании, лишь бы не сбиться, не потерять мысль. Да, обвинения и догадки слишком поверхностные, но даже если он ошибся и никакого заговора нет, даже если накажут за это, всё равно! Рисковать здоровьем Ивы он не хотел. Повисло долгое тяжёлое молчание. - Ты можешь назвать предателя по имени? - наконец глухо спросил сёгун. - Могу, - кивнул мальчик: - Это старшая служанка Бересклет-сама. Женщина, стоящая немного в стороне вместе со служанками, подающими блюда, ахнула и крикнула: - Как ты смеешь, мальчишка?! - Вы притоптываете ногой, касаетесь лица, шеи и часто смотрите на дверь. Всё это свидетельствует о волнении, - спокойно объяснил Монстера. Женщина открыла было рот, чтобы снова возмутиться, но он уверенно продолжил: - Только слуги на кухне знают об аллергии, Её Императорского Величества. Вы знаете, как обработать миндаль так, чтобы он перестал быть похож на орех. И я думаю, что именно вы занимались приготовлением рагу. Старшая служанка беспомощно открыла рот. - Извините, - неуверенно произнесла та самая девушка, которая угостила Остролиста булочками: - Верно, именно Бересклет-сама готовила рагу, а когда я спросила её про запах миндаля на кухне, она сказала, что пожарила немного орехов для себя. Тут женщина и не выдержала. Она кинулась к окну. Удачно спрыгнуть с первого этажа и сбежать ей показалось более реальным планом, чем проскочить мимо вооруженных самураев у дверей. Остролист среагировал раньше и кинулся ей наперерез прямо в ноги. Служанка запнулась и упала, сбив Монстеру с ног. Воины немедленно подбежали и увели извергающую проклятья в адрес мальчишек женщину. Гнетущая тишина вновь попробовала захватить тронный зал, но не смогла. Она взорвалась гулом поражённых голосов. - Ты как? - с тревогой спросил Люпин, подбежав к брату, который так и сидел на полу у окна. - Я испугался, - признался Остролист, потерев ушибленную при падении спину. - Вы мои милые! - подбежала Ива и, упав на колени возле него, обняла обоих: - Чтобы я без вас делала? - Спасибо, - тепло добавил подошедший Кориандр, приобнимая супругу. - Ловко ты её раскрыл! - поздней ночью сказал Остролист: - Это, наверное, самые быстрые расследование и разоблачение в истории. Они лежали в своей комнате на одном футоне. Оба не спали. - Пустяки! - отмахнулся Люпин: - Если бы не ты, я бы этого не сделал. Мы молодцы! - Да! - довольно улыбнулся Остролист, хоть и прекрасно понимал, что это брат всех спас, а не он. Ему такую задачку не решить! По крайней мере - пока. Но может быть, чуть позже? Точно, у него всё впереди! Мальчик закрыл глаза, повторяя что скоро он добьётся справедливости! Но смерть всё равно забрала добрую Иву. Случилось это через год после случая с попыткой отравления. Дворец давно наполнился детским смехом, а иногда плачем в исполнении двух голосов - родной дочери семьи Айвы Вербены и приёмной, но не менее любимой Камелии. Страшная болезнь лишила матери двух девочек, Кориандра супруги, а Интруда императрицы. Монстера в то время не было в столице. Шафран взял их с собой в поездку в провинцию какую-то. Вернулись они уже к похоронам. - Это несправедливо, - шептал Остролист, утирая рукавом слёзы: - Сначала мама, теперь Ива. За что? Он очень боялся за девочек, ведь знал, какого это - потерять маму. Кориандру потребовался год, чтобы вновь стать весёлым и жизнерадостным человеком, каким все его знали. Наследные принцессы совсем не помнили императрицу, но любви отца им хватало. То, что Люпин и Остролист часто приглядывали за девочками, стало ещё одним камнем в их огород, поводом для новых сплетен. Но юноши ни о чём не жалели. В эти годы они вновь чувствовали себя счастливыми, а главное нужными. Остролист помотал головой. Вспоминать девочек, к которым он много лет относился как к младшим сёстрам не хотелось. Решение убрать их далось ему нелегко. Но это было необходимо. Пока живы законные наследницы престола, власть Люпина под угрозой. Остролист хотел убить их быстро, незаметно отравить на Небо к родителям, но они сами всё усложнили, когда сбежали. Вынудили его обратиться к Каиру с взаимовыгодным предложением. Теперь ничего не изменить. В какой же момент зависть затмила счастье? Когда Шафран сделал Люпина своей правой рукой, почти никто не удивился. Случилось это, когда старшему Монстере исполнилось восемнадцать. Остролист был рад за брата и чуть ли не локти кусал от досады, ведь ему никак не удавалось достичь его уровня. О нет, до Люпина младшему по-прежнему было, как до Луны. У слову, именно в это время Кориандр решил оказаться воспитанникам великую честь - подарить частичку своей магии. Это считалось жестом великого доверия. Остролисту сразу понравилась сила в собственных руках. Буйная, колючая, игровая магия Грозы. С ней парней быстро научили управляться. Через год упорство Остролиста заметил столоначальник внешней политики Мак Гибискус и взял в помощники. И всё равно это было не то! Вместе с работой в министерстве Хуфа Син¹ в его жизни появилась Лакрица. Очаровательная девушка - дочь министра внутренней безопасности Гингко Аниса. Она помогала отцу во всём, а тот даже не пытался скрывать, что девушка готовиться занять его место. Первый раз они встретились в саду у Министерства в Цветущий сезон. Остролист, сидя на скамейке, читал архивные записи послов Аклэйна, когда к нему обратился голос юной девушки: - Извините, раньше я вас здесь не видела. Молодой человек поднял голову. На него, улыбаясь, смотрела девушка чуть полноватая с рыжими кудрявыми волосами до плеч и зелёными глазами. - Добрый день, - Монстера вежливо кивнул, представился и рассказал новой знакомой о себе. С тех пор они проводили много времени вместе. Гуляли по саду, ходили в архив, обедали. В свободное время гуляли по набережной и торговой площади. Рядом с Анис Остролист чувствовал себя бесконечно счастливым. Каждый вечер он заходил к Люпину. Сегодня же, чуть ли не в припрыжку. - Ах, братец, - Остролист уже давно не помнил, чтобы так открыто проявлял свои эмоции: - Она невероятная! Люпин только улыбался. В любое время, когда бы Остролист к нему не пришёл, он откладывал дела и выражал готовность выслушать младшего. Их отношения с годами не потеряли той искренней братской нежности, которая порой присуща лишь детям. Жизнь шла своим чередом. Братья жили счастливо, с упорством выполняя свои обязанности, верой и правдой служа империи. Спустя четыре года во дворце появился Рододендрон. Бросив службу в какой-тотам провинции, он стал правой рукой генерала Интруда и началась «война». Люпину от Агавы доставалось больше, зато Остролист реагировал на выпады в их с братом сторону агрессивнее. На деле это мало что изменило, просто добавило в будни некоторой горчинки. После смерти Циперуса-сана Люпин на законных основаниях стал сёгуном. Молодому человеку было всего двадцать три. Тогда в Остролисте что-то сломалось окончательно. В молодом человеке будто проснулся тот самый мальчик, завидующий более успешному старшему брату. Он понял, что если всё так оставит, не простит себе. Остролист слишком долго был в тени, пора добиться справедливости. Год ушёл у него на то, чтобы найти нужную информацию. Да, это был нечестный ход, но ведь победителей не судит. Тем более, что он не хотел ничего плохого, просто убедить Гибискуса-сана отказаться от своего поста в пользу младшего Монстеры. А конкурент у него был. Парень примерно одного возраста с Остролистом Розмарин Трициртис, который уже четвёртый год помогал в министерстве. Юноше пророчили великое будущее. Тем временем, про Монстеру в Хуфа Син шептались, будто не смотря на все его старания, Гибискус-сан завещает своё место не ему, а Розмарину. Этого Монстера больше всего и боялся, ведь тогда всё было зря. Мак был уже довольно пожилым, из-за работы редко видел свою семью. Если он раньше времени уйдёт на заслуженный отдых, всем будет только лучше. И тогда Остролист решился обратиться к Тьме. Только её магия могла дать силы влиять на чужое сознание. Несколько попыток достать контрабандные книги из Секрута и кинжал, сделанный из клыка редкого саблезубого тигра, а также Сезон подготовки того стоили. Ночь ритуала выпала на начало Светлого сезона. Ночной лес встретил потенциального тёмного мага тишиной и темнотой. Здесь ему никто не помешает. Остролист хорошо запомнил первый (как он надеялся тогда и последний) раз. Горячую кровь, текущую по ладоням; древнее запретное заклинание; магию, пробирающуюся в тело, наполняющую его, как вода пустой сосуд и чувство могущества в собственных руках. Не такое, как от грозовой магии. Не лёгкость и резкость, а тягучесть и острота. Этот обряд позволял человеку пользоваться силой Тьмы ровно сутки. Столоначальник досконально изучил нюансы тёмной магии и всё рассчитал. Тёмные маги могли пользоваться магией и не платить за неё здоровьем гораздо дольше обычных колдунов. За день ему точно ничего не будет. Больше Монстера никогда не обратиться к этим силам. Он вернулся во дворец на рассвете. Жил Остролист по-прежнему там, только уже отдельно от брата. Ему удалось пробраться к себе и остаться незамеченным. Нож из звериного клыка неприятно оттягивал пояс под хаори, а царапины на предплечьях болели, хоть он и замотал их бинтами. Но Монстера ни о чём не жалел. Сила, которая беспокойными волнами затапливала его, того стоила. Спал он в ту ночь не больше двух часов, однако усталости потом не чувствовал. ... Остролист шёл в министерство Хуфа Син. Внушительное здание, хоть и без лишних изъянов, находилось на другом берегу от дворца прямо возле реки. - Доброе утро, Почтенный, - молодой человек вошёл в кабинет министра Гибискуса. - Доброе, Остролист, - светловолосый мужчина с короткой бородкой кивнул помощнику и протянул ему стопку бумаг, сразу же вернувшись к работе: - Ознакомься пожалуйста и подпиши. - Как угодно, - Монстера с поклоном принял документы. Следовало откланяться и уйти. Как подойти к главному так, чтобы себя не выдать Монстера не знал. - Как ваше здоровье? - как бы невзначай осведомился он. Мак рассеянно посмотрел на него и сдержанно улыбнулся: - Неплохо, благодарю. Остролист перехватил его взгляд и сосредоточился: - Может быть, вас мучает страшная усталость? Головные боли? Зрачки в карих глазах мужчины расширились, осмысленность во взгляде пропала. - Да, - безэмоционально отозвался столоначальник. "Отлично," - выдохнул Остролист. Кончики пальцев покалывало от напряжения и пришлось сжать их в кулаки. Дыхание сбилось. Главное не потерять концентрацию. - Испытываете ли вы желание всё бросить, уйти с работы? Оставить всё на верного помощника? - Да, желаю, - кивнул Мак, хотя сейчас он меньше всего был похож на человека, который может хоть что-то желать. Следующую фразу Остролист в последний момент решил сформировать не как приказ, а как вопрос. Вдруг он вообще зря всё это затеял? - И кого же вы готовы поставить на своё место? - Вас. Вы преданный, образованный, хорошо воспитанный человек. Трициртису не хватает некоторого благородства и усидчивости. Вот так, так! Монстера так удивился, что чуть не потерял контроль. Под гипнозом невозможно врать, а значит Гибискус-сан правда считает его достойным этой должности. Вины когтями царапнула по сердцу. Он обманул человека, который считает его преданным. Дверь резко отъехала в сторону и в кабинет вошёл Розмарин. Остролист моргнул, обрывая магию. Мак вздрогнул и рассеянно заморгал. - Я не вовремя? - обеспокоенно спросил Трициртис и подозрительно уставился на Монстеру. Щуплый на голову ниже Остролиста с короткими кудрявыми русыми волосами. Было в парне что-то разбойничье, а ещё он чем-то неуловимо напоминал хорька. - Нет нет, - поспешно заверил Гибискус, нахмурился и потер виски: - Остролист, вы что-то хотели? - Всё, что я хотел, я уже узнал, - отозвался черноволосый парень: - Хорошего дня, Почтенный. Он бросил беглый небрежный взгляд на Трициртиса и произнёс: - И вам. Розмарин недовольно насупился и ничего не ответил. Остролист покинул кабинет, гордо расправив плечи и вскинув голову. Торжество его омрачало только чувство вины. Зря Остролист это всё затеял. С магией Тьмы шутки плохи. Теперь, главное, чтобы никто не узнал о его поступке, иначе точно всё пропало! Съедаемый совестью Монстера решил просто забыть об этом случае и начать сначала. Но это у него не получилось. В один из дней, когда парень вернулся во дворец с работы, в коридоре его остановила служанка: - Почтенный, вас ждут в вашей комнате. - Кто? - удивился Остролист. - Юноша какой-то, я его не знаю, - девушка рассеянно пожала плечами и пошла дальше. Дурное предчувствие неприятным холодком разлилось по спине. Некий юноша, значит? В комнате всё было перевёрнуто вверх дном, а за столом, нагло закинув ногу на ногу, восседал Розмарин. - По какому праву вы здесь хозяйничаете? - зло осведомился Остролист и сложил руки на груди. - Не мог оставить предательство ненаказыным, - едко отозвался конкурент с недоброй улыбочкой. - Какое предательство? - прищурился Монстера, внутренне холодея. Нет, этого не может быть! - Ну как же! - Розмарин манерно взмахнул руками и извлёк из под стола несколько книжек и кинжал из клыка редкого хищника: - Такие редкие экземпляры и просто так лежат в ящике стола. Стыдно должно быть! - В следующий раз спрячу лучше! - буркнул Остролист. Как он мог так оплашать? Расслабился из-за своего успеха, потерял бдительность. - Боюсь, следующего раза у вас не предвидится, - с наигранным раскаяниям вздохнул хорёк: - Я, как преданный подданный Интруда не могу утаить столь важную информацию. Подумать только, брат самого сёгуна империи занимается запрещённой магией! - Не смейте впутывать сюда Люпина! - процедил Монстера: - Чего вы хотите? - Пытаетесь меня купить? - удивился Трициртис и осклабился: - А знаете, мне нравится. Сто золотых монет и я буду нем как рыба. - Сколько? - воскликнул Остролист: - Где же я возьму такую сумму?! - Вероятно там же, где взяли эти книги! - хохотнул Розмарин и встал: - Буду ждать завтра в шесть вечера у столетней ивы. Честь имею! Кудрявый вышел. В бессильной злобе Монстера не глядя метнул молнией. Она расколола дорогую вазу на подоконнике. - Проклятье! - процедил парень, тяжело опираясь руками о стол. Трициртису ничего не стоит всё рассказать и тогда он навлечёт позор не только на самого Остролиста. О нет, тень будет брошена и на Люпина, и на Лакрицу. Его же самого, вероятно, сошлют и тогда точно не видать желанного величия. Неужели Монстера сколько лет ждал, чтобы так глупо всего лишиться? Нет уж! Он этого не допустит. Нужно только придумать где взять требуемую сумму до завтрашнего вечера. К брату идти нельзя, Люпин сразу поймёт, что что-то случилось. Остролист тяжело вздохнул и взял в руки злополучные книги. Нужно было избавиться от них сразу же после обряда! Но теперь поздно сожалеть. Парень спрятал книги в шкаф, а кинжал заткнул за пояс кимоно. Сверху подвязался ещё одним более широким, чтобы спрятать оружие и вышел из комнаты. ... - Сколько ты просишь? - ахнула Лакрица, выслушав его нескромную просьбу. - Сто монет, - со вздохом повторил Остролист. Раньше он никогда не чувствовал себя рядом с ней так неловко. Молодые люди уединились в саду на том самом месте, где впервые встретились. - Зачем? - девушка подняла брови. В зелёных глазах читалось беспокойство. Анис провела рукой по его щеке: - У тебя всё хорошо? - Кое-какие проблемы, - увильнул от ответа парень. Лакрица отстранилась и нахмурилась: - Ты же понимаешь, в каких бы мы с тобой не были отношениях, долг моему отцу тебе придёться вернуть. Как можно быстрее и с процентами. - Я знаю, - мягко улыбнулся Монстера: - Я всё отдам, как только разберусь с неприятностями. Рыжеволосая поджала губы цвета спелого персика. Она всегда так делала, когда была чем-то недовольна. - Темнишь. - Прости, лисица, пока по-другому никак! - усмехнулся Остролист. Провёл двумя пальцами по её щеке и бережно взял за подбородок. - Я обещаю, что со всем разберусь. Монстера накрыл её губы своими. Приятные сладкие запахи ванили и шоколада защекотали нос. Её рука скользнула по его волосам и Лакрица отстранилась. - Хорошо, - она цокнула, вроде недовольно, но на щеках играл нежный румянец: - Я поговорю с отцом. - Спасибо, - Остролист улыбнулся. В груди у него ворочалось неприятное чувство. Врать любимой девушке казалось уже совсем непростительным. Пожалуй, он правда зашёл слишком далеко, но выбора нет. На кону стоит слишком многое. И ведь ей это никак не навредит. Ничего, уже вечером он со всем разберётся! ... Столетней ивой называли, согласно легенде, самое древнее дерево в Интруде. Она росла в лесу недалеко от Кайгана на обрыве возле реки. Солнце только-только начало прятаться за далёкими горами. Небо лениво и неохотно меняло окраску. Светлый сезон Остролист любил именно за такие долгие дни, запах разнотравья, свежесть ветерка, но сейчас ему было не до любования природой. Розмарин и правда уже ждал его, облакотившись на древнее дерево. - Добрый вечер, Остролист, - насмешливо прищурился он: - Всегда поражался, как на такой достаточно высокой платформе вы ходите абсолютно бесшумно. - Привычка, - равнодушно отозвался Монстера и бросил парню мешочек с монетами. - Я могу не пересчитывать, поверить вам на слово? - усмехнулся тот, не без удовольствия взвешивая деньги в ладони. - Разумеется! - усмехнулся Остролист: - Мы ведь деловые люди. Трициртис важно кивнул, будто речь шла о каком-то пустяке, а вовсе не о взятке за молчание о предательстве. Розмарин явно чувствовал себя хозяином положения. Деньги были у него, но уходить парень не собирался. - Что ещё? - сквозь зубы осведомился Монстера. Кудрявый юноша невино поднял брови: - Да знаете, тут возникло одно обстоятельство. Теперь, я ваш сообщник. Значит, мне придётся убраться из страны. А для этого нужны деньги. Я думаю, ещё сотни монет должно хватить. Вы изволите меня понимать? - У вас есть хоть какая-то совесть? - еле слышно спросил Остролист. - Сомневаюсь, - поднял брови хорёк: - В противном случае, я бы вас уже выдал. Ну так до завтра? - Нет! - процедил Остролист: - Я выполнил ваше условие и с меня хватит. У меня нет требуемой суммы. Делайте, что хотите! Он выкрутиться. Кориандр милостив, его в любом случае не казнят. Но плясать под дудку этого гнусного существа Монстера больше не собирался. Он уверенно развернулся и пошёл прочь. - Скажите, насколько ваш брат дорожит постом сёгуна? - негромко обронил Розмарин. Остролист резко остановился. - У него ведь тоже будут проблемы! - ухмыльнулся парень: - Так предать доверие самого императора. Какая гнусность! Дети мятежника, сразу понятно. Монстера не ответил, в бессильной злобе сжимая кулаки и зубы. Черноволосый почувствовал, что звереет. Сколько же ненависти и злобы он испытывал к этому наглому, напыщенному человеку! Худшее, что могло с ним произойти, это оказаться в руках своего соперника. - Вы подвели своего брата, обманули доверие Кориандра! - подсыпа́л порох в огонь Трициртис: - И не хотите это исправлять. Что ж, дело ваше! Надеюсь, увидимся в суде. Розмарин пожал плечами и пошёл прочь мимо соперника. Остролист зажмурился. Он сам себя загнал в ловушку! Трициртис может шантажировать Монстеру, сколько душе угодно, пока ему не надоест и он не захочет обо всём рассказать Кориандру. Где взять денег? Такой суммы, кроме брата больше не у кого просить. Этого Розмарин и добивается? Чтобы он сам себя выдал? Не дождётся! В след за отчаянием его затопила животная злость. Люпин бы не отступил. Он бы обязательно что-нибудь придумал, а значит и Остролист не имеет права сдаться. Плохо понимая, что делает, Остролист окликнул своего недруга: - Трициртис-сан. Кудрявый неохотно остановился и лениво обернулся: - Да? Одним стремительным движением Монстера сократил расстояние между ними и ударил Розмарина кинжалом в сердце. Глаза Трициртиса удивлённо расширились, а потом в них появился ужас. Из горла юноши вырвался сдавленный хрип. Остролист провернул рукоять и выдернул оружие. Изо рта бледнеющего на глазах парня потекла кровь, а потом он тяжело упал на землю и больше не двигался. Не веря, что правда это сделал, Монстера отступил на шаг. Парню казалось, что он задыхается, настолько тяжело поднималась грудная клетка. "Я убил человека!" Кинжал выскользнул из ослабевшей руки и Остролист схватился за голову. Никаких эмоций кроме страха не осталось. Черноволосый бегло осмотрелся. Ему внезапно показалось, что вокруг полно людей и они все знают, что он сделал. Но лес был тих и вокруг не было ни души. Только деревья, в том числе и старая ива, шелестели листьями на ветру. В этом шорохе юноше отчётливо послышалось: "Убийца!" - Духи, что же я наделал? - прошептал Монстера. На чёрном кимоно остался узор из свежих капель крови. На руках, и наверняка на лице, тоже. Зелень вокруг тонула в красных лучах заходящего Солнца. Зловещий цвет - боли и смерти. Остролист не знал, сколько он простоял бездумно, отрешённо глядя в пустоту. На негнущихся ногах парень приблизился к трупу своего врага. Хм, какое сладкое словосочетание - труп врага. Ведь нет человека, нет проблемы. Руки ещё тряслись, но дыхание постепенно выравнивалось. Монстера завороженно скользил взглядом по убитому. Будто теперь его самого ввели в транс. В глазах Розмарина застыло выражение ужаса, жизнь в них померкла. Совсем недавно такой наглый, громкий, а теперь безмолвный, застывший навек, как жук в янтаре. Раньше парень видел смерть. Он хорошо помнил всё ещё красивую, но уже бесконечно далёкую мать и скорбных лекарей у её кровати. Но раньше он никола не убивал. Мрачное удовлетворение проснулось в груди Остролиста. Пожалуй, это и правда был единственный выход. Пожалуй, Розмарин правда заслужил смерти. Монстера наклонился и поднял с земли мешочек с монетами. Надо было Трициртису остановиться на этом! Юноша выдохнул и зажмурился. Он чувствовал как по венам разливается адреналин и ни с чем не сравнимое, безусловно чужое, до этого момента незнакомое чувство. Правильное название ему Остролист ещё не знал. Словно в бреду, он оттащил тело к обрыву и сбросил его в реку. Всю дорогу до дворца назойливыми мошками его преследовали тягостные мысли. "Я зашёл слишком далеко! С самого начала не надо было связывать с тёмной магией!" - корил себя парень: "Но как бы тот же Розмарин поступил на моём месте?" С каждым шагом через залитый лучами заходящего Солнца лес, где каждая травинка, каждый листик, каждый камешек, порицали его за страшное преступление, Остролист всё больше убеждался в том, что другого выхода у него не было. Он сам себя загнал в капкан, уходя от погони и сам же отгрыз заднюю лапу, чтобы выбраться. Монстера всё больше убеждался в правильности своего поступка и эти мысли пугали его. Нет, так ведь нельзя! Наверняка ведь есть кто-то, кто будет плакать по Трициртису. Нельзя убивать людей, только потому что они тебе мешают! "Почему нельзя?" - неожиданно осведомился внутренний голос: "На войне все средства хороши! К тому же, никто не будет убиваться из-за того, что прихлопнул комара, который жужжал под ухом." Монстера понял, что близок к отчаянию. Парень искренне не понимал, каким чувствам верить, каким убеждениям следовать. Он теперь убийца! Остролист заложил крюк, чтобы дойти до ручья и смыть с рук и лица капли крови. Верхнее запачканное кимоно же пришлось снять и вывернуть, чтобы спрятать следы преступления. Холодная вода немного отрезвила. К тому моменту, как он дошёл до гордо возвыщающихся над лесом дворцовых построек уже успело стемнеть, а в душе черноволосого юноши улеглись переживания, оставив тупую горечь. "Да, я виноват, но сделанного не воротишь. Теперь мне ничего не остаётся, кроме как идти дальше этой дорогой. Я больше никогда не совершу такой ошибки!" На территорию дворца Остролист попал через заднюю калитку, которая вела из сада камней прямиком в лес. По ночам здесь дежурили самураи. Парню было страшно. Ему казалось, что все узнают про убийство, как только увидят его. Но двое молодых воинов пропустили Монстеру без каких-либо вопросов. Ни для кого не было секретом, что парень увлекался травологией и любил бывать в лесу. Юноша смотрел себе под ноги, на тропинку ведущую через сад к его дому. Спокойствие и умиротворение растений вокруг злили, ведь шли в разрез с бурей в его душе. - Остролист, - парень вздрогнул и поднял голову. По саду летали магические шары, дарящие мягкий тёплый свет - явно Рео развлекается. За ними, стараясь не отставать, спешили стайки мотыльков. Магический свет не жёг их в отличии от пламени и насекомым нравилось виться вокруг шаров непонятного им происхождения. Но один шар не летал, а преданно висел в воздухе рядом со скамейкой. Его свет падал на раскрытые страницы книги и на юное лицо сёгуна. Остролисту пришлось подойти. - Привет, братец, - улыбнулся парень. Люпин жестом предложил ему сесть. Младший Монстера опустился рядом. - Был в лесу? - Да, захотелось прогуляться после работы, - прекрасно зная, что лучше всего выдаст себя жестами, Остролист расслаблено откинулся на спинку скамейки и закинул ногу на ногу. Взгляд Люпина упал на смятую ткань в его руках. - Запачкал в грязи у ручья, - небрежно отмахнулся парень. - Понятно, - откликнулся сёгун и перевёл взгляд на его лицо. Остролист постарался ничем не выдать своего волнения. Лишь бы нигде на видном месте не осталось следов крови. - Всё в порядке? - наконец с волнением спросил Люпин. "Всё-таки заметил," - мысленно проклял себя Монстера, а в слух как можно спокойнее сказал: - Да, просто устал. Старший брат с пониманием кивнул и мягко улыбнулся: - Тогда не хочу тебя задерживать. Доброй ночи. - Доброй, братец! - Остролист улыбнулся в ответ и поднялся, комкая в руках своё испорченное кимоно. Знакомый с детства сад, магические шары, дарящие ощущение уюта, неровная тропинка под ногами - сейчас это всё показалось ему чужим. Слишком светлым, слишком правильным. Главное, чтобы Люпин ни о чём не догадался! Разочарование в глазах брата для Остролиста было бы хуже смерти. ... Монстера спал крепко этой ночью, хоть ему и снилось что-то зловещее. Утром в министерстве впервую очередь он зашёл к Лакрице и вернул ей деньги. Парень боялся, что она начнёт что нибудь спрашивать, но девушка только облегчённо кивнула и пожелала ему хорошего дня. Мак перехватил Монстеру в коридоре, хотя тот итак шёл к столоначальнику. - Остролист, рад вас видеть, - мужчина был какой-то рассеянный и переодически касался лба, будто пытаясь поймать фантомную боль. Монстере снова стало совестно, но он поспешил отмахнуться от этих мыслей. Парень снова поклялся себе забыть обо всём, что натворил и начать с начала. - У меня для вас дело, - продолжал Гибискус: - Вы готовы отправиться в Аклэйн? Как в последствии выяснилось, дело касалось спорных земель. В этом месте по границе Интруда и Аклэйна текла река и раньше вопросов ни у кого не возникало. Но за этот Цветущий сезон, который выдался довольно дождливым, река поменяла русло и открыла небольшой остров аккурат в середине. Теперь это была спорная территория между двумя странами, на которую претендовали и королевство, и империя. - Да отдайте вы им этот маленький кусочек земли! - отмахнулся Кориандр: - Ещё бы мы скандал из-за этого не устраивали. Но Мак придерживался другого мнения и так просто отдавать соседям ни камня не собирался. Королевская чета Алькор же, подобно императору Интруда, отказалась претендовать на остров, который в народе уже окрестили Перебежчиком. Со стороны Аклэйна за ничтожный кусок земли вцепился обеими руками пожилой граф Расалас, которому принадлежала земля на границе как раз на берегу реки. "Остров, ненужный никому из правителей. Какая нелепость!" - думал Остролист. Собственно за денежной компенсацией от этого графа в замен острова столоначальник и отправил Монстеру. Но старый скряга оказался не так прост. - С какой это стати? - взвился Джетт Расалас, стоило ему услышать условия Почтенного Гибискуса: - Я на этом острове уже колышек вбил! - Да зачем вам там колышек? - растерялся на мгновение Остролист. Пожилой человек яростно затряс козлиной седой бородой из-за чего очки в квадратной оправе съехали на нос: - Не ваше дело, юноша. Раз вбил, значит надо. "Я сейчас тебе в лоб что-нибудь вобью!" - мысленно пообещал Остролист и выдохнул сквозь сжатые зубы. Спор их продолжался около часа. Джетт отказывался платить, заявляя, что такими вещами должны распоряжаться монархи. При этом тот факт, что это он, а не какие ни монархи претендуют на остров Перебежчик, граф упрямо игнорировал. Остролист медленно, но верно закипал. Аргументы у него заканчивались, как и здравый смысл в них. Добил парня Расалас тем, что заявил будто интрудцы должны предоставить доказательства, что территория острова принадлежала им, прежде чем требовать денег. - Где же я их должен взять по вашему?! - не выдержал Монстера и повысил голос. Джетт заявил, что это не его проблемы и недвусмысленно указал дорогому гостю на дверь. Остролисту и правда пришлось отступить. Вернулся он домой ни с чем, но не в себе от ярости. - Относись к этому спокойнее, - убеждал младшего брата с кошачьей педантичность Люпин, к которому тот по возвращению зашёл первым делом. - Я абсолютно спокоен! - сквозь зубы процедил Остролист, продолжая нарезать круги по комнате сёгуна. Тот только вздохнул, наблюдая за перемещениями брата. Он сидел за столом за вечерней чашкой чая. - Промахи могут быть у всех и во всём, - заметил Люпин: - Мы молоды и ещё многого не умеем. Не принимай всё так близко к сердцу. "Вот только ты бы вернулся из Аклэйна с деньгами!" - мысленно усмехнулся парень. У него не было в этом никаких сомнений. Пока и правда оставалось только принять поражение. Тем более, что Гибискус к истории помощника отнёсся спокойно. - Не получилось, так не получилось! - отстранёно произнёс мужчина. С каждым днём он будто всё больше старел, стал больше уставать и часто жаловался на головные боли. Но Остролист мысленно возвращался к этой поездке снова и снова. Была бы у него тогда сила Тьмы, он бы без труда убедил графа Расаласа заплатить требуемую сумму и, пожалуй, даже больше. Насколько же легче было бы с магией. Мысли казались заманчивыми и Монстера старался поскорее от них отмахиваться. Розмарина конечно искали. Его комната оказалась пуста, все вещи юноши исчезли. Узнав об этом, Остролист вспомнил слова Трициртиса в тот злополучный вечер. Он хотел уехать из Интруда. Значит, заранее собрал все вещи и спрятал где-то. Ему же хуже. Теперь все были убеждены, что Розмарин что-то натворил и потому сбежал. Для Монстеры всё сложилось как нельзя лучше. В том, что Трициртис исчез по своей воле, никто не сомневался. Безутешной была только его пожилая мать. Министерство какое-то время выплачивало ей материальную поддержку. А потом Гибискус оставил службу и Остролист занял его место. - Я не сомневаюсь, что у вас, дорогой друг, всё прекрасно получится! - с улыбкой проговорил Мак на прощание: - А я наконец смогу уделять больше времени семье. - Всего вам доброго! - искренне пожелал бывшему столоначальнику нынешний. Вот только, он сам уже не верил, что у него всё получится. В тот вечер Люпин предложил устроить скромный семейный праздник. Сёгун, столоначальник, дочь министра внутренней безопасности и придворный колдун пол ночи не желали покидать Идзакаю². Хозяин заведения остался очень доволен богатыми гостями, а гости в свою очередь вкусной едой. От алкоголя компания отказалась, предпочтя дорогой сорт чая Сиху Лунцзин³, который имел приятный вкус с орехово-цветочными тонами и сладким послевкусием. - Я так за тебя рада! - шепнула Лакрица Остролисту и поцеловала в щёку, прежде чем парни пошли в сторону дворца, а она домой. - Я считаю, нужно чтобы почаще кого-то повышали в должности! - смеясь, проговорил Рео, когда неразлучная троица пересекла ворота дворца: - Мы давненько так не веселились. Эти посиделки помогли парню отвлечься, но стоило остаться одному в комнате, тягостные мысли снова захватили его. Остаток ночи младший Монстера разрывался между страхом быть раскрытым и желанием ещё хоть раз ощутить ту магию в своих руках. Дерзкую, тягучую и липкую, как мёд. Магию, с которой Остролист может гораздо больше. Ведь только она даст ему то, чего юноше так не достаёт - силы. Хоть сила эта и опасна. Многие, соблазнившиеся ей сходили с ума, становились массовыми убийцами. И это его отталкивало. Он думал и думал, а за окном постепенно занимался рассвет. Когда небо из лилового стало голубым, Монстера осознал, что просто не в силах отказаться от такого могущества. Смерть Розмарина казалась уже не чудовищным преступлением, а неизбежным исходом. Логичным завершением его истории. Недостающим кусочком стекла в витражном окне. Решение было принято. Остролист примет тёмную силу, но не позволит себе стать её рабом. Однако, покопавшись в архивах и библиотеках, столоначальник узнал одну неприятную для себя вещь. Становится тёмным магом было опасно. И даже не потому, что использование запретной силы преследовалось и каралось законом со всей суровостью. Во-первых, насколько Остролист понимал теорию магии Духов, Рео (так же, как и любые другие колдуны) сможет чувствовать его силу постоянно, как в Вербене и её отце. Ведь колдуны «воруют» магическую энергию извне, а чтобы делать это, нужно уметь её чувствовать. Тогда Монстеру быстро разоблачат. Во-вторых, да, тёмные маги платят за силу реже, чем колдуны, но соответственно в несколько раз больше. В отличии от Первых магов, которые не отдают магии ничего, ведь она у них врождённая. Шансы таким образом уменьшить продолжительность собственной жизни были огромны. Ещё ни один тёмный маг не жил больше семидесяти лет. Учитывая, что средняя продолжительность жизни людей в Трёхземелье была равно около ста пятидесяти годам, это было ничтожно мало. Нет, нужно было искать другой способ! Когда наутро молодая служанка передала Остролисту желание императора поговорить, тот не удивился. Наверняка же речь пойдёт про новую должность парня. Всё-таки он ещё очень молод и неопытен. "А вдруг Кориандр догадался?" - мелькнула страшная мысль, но Монстера от неё отмахнулся. Риск конечно есть, но небольшой! Главное, сохранять спокойствие и всё отрицать. По добродушной улыбке Айвы, Остролист сразу понял, что бояться ему нечего. Во всяком случае, пока. - Садись, - Кориандр кивнул черноволосому. В кабинете монарха они были одни. Парень сел напротив Айвы за столом. - О чём вы хотели со мной поговорить? - прозвучало это если не грубо, то и невежливо тоже. Впрочем, светловолосый мужчина не счёл нужным обратить на такую мелочь внимание. - Остролист, - начал император, явно тщательно подбирая слова: - Я же хорошо тебя знаю. Скажи мне честно, неужели тебе правда так важна эта должность? "Нет", - подумал столоначальник: "Плохо вы меня знаете!" - Да, Почтенный, - сухо подтвердил парень. Он не видел смысла в данном разговоре. Если Айва-сан не хочет отдавать пост министра внешней политики Остролисту, мог бы сказать об этом прямо. Хотя... Если бы император в открытую выступил против кандидатуры Монстеры, он мог бы выставить себя не в лучшем свете. Мол монарх не доверяет парню, которого сам же воспитывал. Глупо донельзя! По спине черноволосого юноши пробежал предательский холодок. Кориандр внезапно стал для Монстеры не добрым человеком, приютившим их с братом, не заботливым наставником, а очень даже хитрым и расчётливым правителем. Взять по дворец двух мальчишек, воспитать их так, как тебе необходимо и получить прекрасных помощников. Такая теория ведь имеет место быть! С Люпином у Айвы получилось, а вот с ним - с Остролистом, нет. Мужчина задумчиво качнул головой и спокойно заметил: - Ты ведь мечтал посвятить жизнь травологии. - Это прошло. - Но ты правда уверен, что готов принять на себя такую ответственность? Пойми, я не хочу давить и тем более решать за тебя. Я верю тебе. Но хочешь ли такой карьеры ты сам? В груди бутоном алой розы расцвело уже знакомое чувство. Злость. Прекрасно контролируемая и от того более манящая. А может, Айва ему просто не доверяет, так же как Люпину? Боится, что Остролист не справится, подведёт? Он ведь не такой успешный, как старший брат! Столоначальнику пришлось помолчать несколько мгновений, чтобы голос не дрогнул. Хорошо, что пауза для обдумывания ответа казалась уместной. - Я полностью уверен в своём решении! - Остролист улыбнулся: - Поверьте, вы не пожалеете. Кориандр серьёзно кивнул: - Хорошо. Я в тебе уверен. Но знай, что если в какой-то момент захочешь отступиться, это не будет слабостью. - Разумеется. Я пойду? - Конечно. Хорошего дня! - И вам, - Остролист сдержано поклонился и покинул кабинет правителя. Айва был не прав. Именно слабостью будет отказаться от поста столоначальника! Так же, как от непокорной силы. Уже через неделю, разобравшись с делами на пол Сезона вперёд, Остролист отправился в небольшое путешествие. Якобы в паломничество. Да, можно было назвать это и так, но путь он держал к тем местам, где, согласно древним книгам, когда-то жила Коварная Тьма. Главный торговый тракт империи, вороной конь под седлом, пыль дорог и свист ветра в ушах стали его спутниками до конца Светлого сезона. Хоть святилищ или чего-то на них похожего, посвященных Тьме парень и не нашёл, жалеть об этом путешествии было бы кощунством. В Морской провинции он впервые познакомился с гнассами, а именно с Каиром. Предводитель нелюдей договаривался с торговцами в морской столице о небольшой скидке на еду для Секрута на треть Увядающего сезона, ведь у гнассов заканчивался драгоценный металл, который они выменивали на продукты. Каиру уступили. Остролист, бывший тому разговору случайным свидетелем, на правах столоначальника вопросов как раз таки внешней политики завёл знакомство с красноволосым гнассом и ни разу о том не пожалел. Аракор, не сразу конечно, но рассказал парню много интересного. - Видите? - с усмешкой поинтересовался гнасс, закатывая рукав бордовой рясы. Они сидели за столом у уличного ларька с лапшой. На запястье нелюдя, на манер браслета, темнел таинственный узор: - Та, кого вы - люди называете Коварной Тьмой, на деле моя богиня. Именно потому вы не получаете от неё никакого добра. Кровавая Рща покровительница гнассов и ни более. Только некоторые, особенные люди становятся её жрецами. Этот разговор Монстера заполнил на долго. Он не совсем верил в слова Каира, но не спорил с нелюдем. Скорее всего ситуация была обратной виденью гнассов. Коварная Тьма правда в какой-то момент ушла в Секрут и стала изображать из себя их богиню. Возможно даже правда давала нелюдям силы и знания. Не удивительно! Ведь согласно человеческим легендам Тьма давно погибла. Но если так, как же тогда объяснить ту силу, которую ощущал он сам? Подкованные в магических вопросах колдуны утверждали, что злой Дух правда погиб, а вот её магия нет. И обращаясь к Тьме за силой, люди обращаются на прямую к этой же силе. Остролисту такое объяснение не казалось логичным, а вот история Аракора прекрасно вписывалась в картину мира. Но жертвоприношения ради магии, как то делали гнассы, были для Монстеры не выходом из ситуации. - Я могу рассчитывать на вашу поддержку, если того будут требовать обстоятельства? - прощаясь, спросил Остролист Каира. Предводитель гнассов насмешливо прищурился: - Я имею дела только с теми людьми, которые отмечены моей богиней. - Но вы ведь рассказали мне то, чего не сказали бы простому человеку, верно? - Верно. Вы на пути к этой силе, а мне интересно, что из этого выйдет, - Аракор осклабился: - Если не свернёте с дороги, буду рад помочь. За умеренную плату, разумеется. На том они расстались в тот день. Вернувшись в Кайган, Остролист какое-то время был занят тем, что разбирал дела, накопившиеся за время его отсутствия и анализировал новую информацию. - Хей, тебе просили передать, - в кабинет без стука вошёл рыжий колдун. Уже прошло две недели, а для столоначальника всё осталось по-прежнему. - С каких это пор ты у меня на посылках? - Монстера поднял голову от бумаг и потянулся. Друг усмехнулся и положил стопку бумаг на стол министру. - Просто мне было по пути, - Рео пожал плечами. - Раз так, расскажи мне кое что, - попросил Остролист, думая как бы подойти к вопросу так, что себя не выдать. - С удовольствием! - Каланхоэ интересом возрился на Монстеру. - Это касается Коварной Тьмы, - начал Остролист издалека: - Точнее, теории о её смерти. Я в это не верю. Не может чистая магия по просьбе людей давать им силу, а потом забирать плату. Что ты скажешь на этот счёт? Только умоляю, давай без цитат из общеизвестных трудов знаменитых колдунов. Рео озадаченно пожал плечами: - Честно? Я об этом как-то не думал. Возможно, ты прав и она жива. В таком случае, вероятнее всего Тьма ослабла после битвы с Милосердной Землёй и потому скрывается. Хотя... - колдун нахмурился: - Нет, наверняка другие Духи знают, что она жива, но не трогают её, ведь она больше не опасна. В этом был смысл. Остролисту показалось, что разгадка где-то совсем близко. - Подожди, - он прищурился: - Ведь сила Духа не может уйти в никуда? Раз Тьма слабее, чем была, её магия где-то спрятана? Скорее в предмете, ведь человек наверняка бы начал использовать такую силу и про него невозможно было бы не знать. - Похоже на правду, - колдун задумчиво хмыкнул: - А тебе зачем? - Поспорил с одним странником во время паломничества, вот и стало интересно, - улыбнулся Монстера. Что ж, в этом он почти не соврал. Больше столоначальник не искал информацию про саму Коварную Тьму. Она значительно потеряла уважение в его глазах, ведь, если следовать теории Остролиста, получалось, что злой Дух давал частичку своей силы людям, которые того просили, а потом забирал её, вместе с частью жизненной энергии, тем самым восстанавливаясь. Эту же энергию она брала из убитых гнассами для обрядов зверей. Теперь Монстере ещё меньше хотелось просить могущества напрямую у Тьмы. Некий артефакт с её магией - вот на чём нужно сосредоточиться. И снова - днём работа, ночью архив. И там, и там куча бумаг, документов, книг. Остролист часто напоминал себе, что может в любой момент отказаться от цели. Ведь он уже столоначальник, всё хорошо, у него есть всё, что нужно для счастья. Но стоило опустить руки, как в голове всплывало пряное воспоминание опасной силы где-то глубоко внутри. И тот вечер. Беспомощность Розмарина перед смертью. То, с каким упоительным хрустом, кинжал вошёл в его тело. Нет, Монстера не может всё бросить. Не сейчас, когда он в шаге от цели. В ту ночь он нашёл нужные сведения в списках Интрудской преступности пятилетней давности. Именно в то время в провинции какой-то там был арестован тёмный маг. В Интруде подобным давно не промышляли и то, что согласно последним данным, находящийся на каторге мужчина был ещё жив, казалось невероятной удачей. В слабом свете пляшущего огня свечи Остролист просматривал всю имеющуюся у него информацию про мага. Кажется, утром ему предстояло отравится в шахты провинции какой-то. Тут дверь отъехала в сторону и на пороге появилась Лакрица в короткой мятного цвета курточке — чогори, которая плотно облегала верхнюю часть тела и длинной жёлтой широкой юбке — чхима, драпирующейся вокруг фигуры⁴. Парень успел накрыть архивные записи отчётом их посла, недавно вернувшегося из Фриолдии. Монстера бросил растерянный взгляд в окно. Солнце уже спряталось за горами и небо представляло собой море сплошной черноты. Лишь несколько маленьких звёзд и тонкий коготь Луны плыли по тёмным волнам одинокими странниками. - Ты поздно, - сказал Остролист: - Что-то случилось? - Ты ещё спрашиваешь? - поразилась девушка. В её взгляде читались растерянность, боль и злоба, но Анис старалась говорить спокойно. - Ты не заходишь ко мне уже вторую неделю! А когда мы вчера столкнулись в коридоре, ты поспешил вернуться к работе. Не находишь, что это я должна у тебя спрашивать, не случилось ли чего? Почему ты меня избегаешь? - Я не избегаю! - возразил Остролист. Голос его прозвучал на удивление равнодушно. Даже с горчинкой злости. Парень прислушался к своим ощущениям. Нет, чувства к рыжеволосой девушке не ослабли, просто они отошли на второй план перед его целью. Сначала нужно достигнуть могущества, а потом строить отношения. Только тогда он будет по-настоящему её достоин. Сейчас же Анис просто очень не вовремя. Остролист почти нащупал ту самую ниточку, которая приведёт его к силе. - А выглядит это именно так! - стояла на своём Лакрица. Монстера подошёл к ней почти в плотную. - Ты отдалился, хотя совсем недавно у нас всё было хорошо. Что с тобой происходит? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё. Я пойму! Только не отталкивай меня. Умоляю! - Анис провела рукой по его щеке. Парень неожиданно даже для себя усмехнулся. Лакрица отстранилась и недовольно поджала губы. - Прости, но это такие мелочи! - сказал Остролист, скользя взгядом по её лицу: - Я думаю, нам нужно остановиться. Ни я, ни ты ещё не готовы взять на себя ответственность чересчур близких отношений. Ещё не время! Лучше уйди, я должен работать. Он отвернулся. Не веря, Анис выдохнула и на длинных ресницах заблестели слёзы. - Раз ты того хочешь, так и быть. Я уйду, - тихо, но уверенно сказала она: - Я не знаю, что произошло, но надеюсь мы сможем остаться друзьями. Прощай же, Остролист, которого я любила так, как никого до этого! С этими словами, она вышла из комнаты. Монстера немного постоял, чувствуя развивающуюся в груди пустоту. Девушка унесла с собой в ночь все его чувства. В комнате ещё какое-то время витали запахи ванили и шоколада, но они больше не сводили его с ума. Странно, но с уходом любимой, как ему всегда казалось, девушки, он не почувствовал ничего. Не было желания догнать её, извиниться. Пока это не важно. Может когда-нибудь потом... Часы на столе пробили десять часов. От этого звука парень вздрогнул и будто вынырнул из забытья. Сейчас Остролист всё равно ничего не изменит. На чём он остановился? Парень вернулся к столу и отодвинул отчёт посла. Итак, шахты! ... Воздух в Горной провинции был более морозный, спёртый. Всё вокруг тонуло в желтизне Увядающего сезона, хотя в Главной провинции растения ещё умудрялись сохранять какую-никакую зелёную окраску. Но жёлтые листья ещё не были сухими, ещё не облетели и лесной коридор, по которому галопом скакал вороной конь, казался сотканым из солнечных лучей. Горы были всё ближе и их величестенный лик мог вызвать благоговейный трепет. Единственные шахты в Интруде находились на самой окраине страны на северо-востоке. Здесь начинался Великий горный хребет. Великаны гор не окружали империю плотным кольцом, как её соседей, а так, прикрывали с одного бока от холодных ветров. Интрудцы не претендовали на первенство Фриолдии в добыче полезных ископаемых. До северной страны им было далеко. В шахтах же добывался только металл для оружия. Шахте было далеко до основного дохода империи, но благодаря ней у Интруда было неучтенное соседями оружие. Одним из преимуществ Интруда над королевствами было географическое расположение. Горы на северо-востоке, с других сторон море, два климатических пояса, избыток ресурсов. Добрался парень уже за темно. Места каторжных работ назывались кёяку⁵. За охрану даймё и императорской семьи отвечали самураи, за охрану города хвараны, а за наблюдение за подобными местами тинтуэи⁶. Особая армейская каста, которая отличалась от остальных тем, что попасть туда мог даже простолюдин, если он подходил по параметрам, разумеется, а вот аристократам наоборот, не рекомендовалось идти этой воинской тропой. Нужный парню кёяку находился на вершине холма откуда хорошо просматривалась местность. Конь нехотя взбирался на холм. Поселение ссыльных окружала высокая каменная стена. По надзорной дорожке на её верху перемещались люди с факелами. Как отметил Остролист, его заметили издалека, но суетиться и собираться в одном месте не стали. Тинтуэи продолжали организовано патрулировать территорию. Только несколько остались аккурат над единственными воротами. С такого расстояния даже в темноте из чэчжу⁷ промахнуться будет сложно. Столоначальник спешился у ворот и взял коня под уздцы. По бокам от ворот трещали факелы. Два тинтуэйя перед высоким каменным забором выразительно положили руки на рукояти мечей-цзянь - прямых и обоюдоострых. Доспехи на них имели вид «безрукавки» длиной до бёдер из пластин прямоугольной формы, которые скреплялись между собой кожаными ремнями. Из под них выглядывали красные рукава из плотной ткани. - Представьтесь и назовите цель визита, - велел один из тинтуэйев. - Остролист Монстера, столоначальник внешней политики, - громко объявил парень и подошёл ближе. Министр извлёк из дорожной сумки письмо и развернул его. В глаза сразу бросалась императорская печать внизу пергамента. - Мне нужно поговорить с командующим кёяку. - Проходите, - воины церемониально поклонились и открыли ворота. Остролист вошёл в поселение. Один из охраняющих ворота свистом подозвал ещё двух тинтуэйев, идущих вдоль забора недалеко. Они были несколько младше по возрасту тех, кто стоял на страже у ворот и, судя по отсутствию наплечников, по званию тоже. - Ты, проводи Почтенного министра к Почтенному Лоропеталуму-сану. А ты уведи коня, - распорядился воин. Юноши коротко поклонились. Один из них принял у Остролиста поводья и увёл скакуна. - Доброй ночи, - кивнул гостю первый воин и вернулся на пост. - Прошу вас, - оставшийся тинтуэй уверенно пошёл вперёд. Поселение было небольшим. Могучие горы чернели совсем недалеко зловещими огромными тенями. Дома представляли собой небольшие каменные постройки, вполне добротные. Только решётки на окнах и укреплённые стальными пластинами двери свидетельствовали о том, что здесь содержаться преступники. Более простые и обыденные дома тинтуэйев мешались с домами каторжников. В середине поселения находился дом побольше - в два этажа, но тоже из камня. К нему и привел столоначальника воин. Остролисту пришлось показать разрешение на посещение кёяку ещё раз, воинам у дверей в здание. Те только кивнули и без лишних вопросов пропустили парня внутрь. Молодой воин привёл Монстеру в небольшой зал с двумя креслами, низким столом и ширмой, расписанной под бамбук. Она казалась чужеродным элементом в этой невзрачной комнате, излишним украшением, но на деле за такой ширмой могло прятаться как оружие, так и пара солдат. Прекрасный эффект неожиданности против незванных гостей. - Не сочтите за труд подождать, - тинтуэй исчез во второй двери несколько левее ширмы. Остролист устало опустился в кресло и, пользуясь одиночеством, потёр виски. Долгая дорога его порядком вымотала о чём считали необходимым сообщить все мышцы. Монстера повёл плечом. Во всём здании было довольно зябко. Неудивительно, протопить каменный дом не так то просто. Даже в стёганом хитатарэ - верхней одежде, похожей на широкие штаны и рубашку с разрезами по бокам, длинными рукавами, затягивающимися шнурками и прямоугольным воротником Остролист чувствовал неприятное покалывание подбирающихся холодов. Дверь отъехала в сторону и в комнату вошёл некто. Сначала Монстере показалось, что это юноша, даже младше него, но потом он засомневался. Нет, незнакомец явно старше, но вот насколько - десять лет, двадцать? Сказать было сложно. Есть такой тип людей, по которым невозможно определить сколько им лет. Вот командующий кёяку оказался из таких. Сухапарый, худой, невысокий. Овальное лицо с глубоко посаженными серыми глазами кажется маленьким, из-за этого нос наоборот сразу бросается в глаза. Русые волосы аккуратно зализаны и собраны в куцый хвост. Для собственного удобства Монстера решил считать, что командующему около тридцати. - Прошу прощения за ожидание! Позвольте представиться, Пион Лоропеталум, - воин поклонился. На нём было не пышное, но утеплённое кимоно. Ни в лице, ни в движениях ни единого намёка на заспанность. Остролист отзеркалил жест уважения, но более сдержано. Он вновь представился. - Я исследую одно старое дело, - начал объяснять парень цель своего позднего визита: - И согласно архивным записям один из осуждённых может рассказать нечто полезное. - Один из каторжников? - Пион с пониманием кивнул и уточнил: - Дело терпит до завтра? - Разумеется, - с облегчением откликнулся столоначальник. Сейчас он слишком устал, чтобы заняться столь важными вопросами. - В таком случае, отдохните, выспитесь, а утром найдём нужного вам человека и вы сможете задать все необходимые вопросы. Голос у мужчины тоже оказался с подвохом. Он постоянно менялся. За одно слово мог упасть от пропорционально высокого до достаточно низковатого. Манера речи и громкость вели себя так же. Остролист кивнул: - Хорошо. - Выйдите из зала, повернете на лево, в конце коридора будет лестница. Как поднимитесь на второй этаж, нужная дверь будет с права. Ужин предложить не могу, мы здесь сами готовим, печи уже затушили. - Ничего, приём и без того тёплый, - усмехнулся Остролист, покинул комнату и направился в гостевую комнату согласно указаниям командующего. Ему оставалось только догадываться, что Лоропеталум ушёл в ту же дверь, из которой до этого появился. Дверей на втором этаже было не так уж много и Монстера без труда нашёл нужную. Комнатка оказалась небольшой. Каменные стены - как и везде в здании, на полу футон, очаг ирори в полу. Молодой министр разжёг огонь, дрова нашлись тут же, и наконец стало теплее. Не снимая одежды, он растянулся на футоне, заложив руки за голову. Вот так поездка! Будто не в другой провинции побывал, а в Фриолдии. Парень закрыл глаза. Он невольно вспомнил как маленьким мечтал путешествовать по всей империи, посвятить жизнь травоведению и конечно стать известным лекарем. Наивные детские мечты! Может, и неплохие, но до ужаса простые. Под треск пламени Остролист не заметил как уснул. ... Утро прошло спокойно. Больше никто ничего у парня не спрашивал, это было не в привычках военных. Остролист позавтракал с воинами ночной смены, которым почти удавалось не выдавать своего интереса к неожиданному визиту столоначальника. Потом тинтуэи разошлись спать, а он вновь направился к командующему. Пион любезно уступил для разговора тот небольшой зал, в котором он встречал Монстеру вчера. - Вам выделить охрану? - осведомился Лоропеталум. Остролист качнул головой: - Не стоит, я справлюсь. Мужчина не стал спорить и вышел из комнаты, а через некоторое время двое его подчинённых привели каторжника. Министр искренне надеялся, что ничем себя не выдал, когда преступника ввели в зал, но именно в этот момент юноша окончательно и бесповоротно решил, что до последнего будет пытаться найти способ получить силу Тьмы не от Тьмы. Согласно записям, мужчине было всего пятьдесят, но выглядел он на все сто десять. Жилистый, с выцветшими волосами ныне неопределённого цвета и такой же бородой. Да, шахты могли так изуродовать человека, но не за пять лет. И они точно не могли забрать руку. Один рукав чего-то там свободно болтался. На запястье другой руки был надет браслет из чёрного металла. Если Остролист правильно помнил, этот металл звался както и не позволял пользоваться никакой магией. - Оставьте нас, - приказал Монстера. Воины коротко поклонились и вышли. Пырей Скумпия в ожидании уставился на столоначальника запавшими глазами. - Можете сесть, - Остролист глазами показал на кресло напротив себя. - Благодарю, Почтенный, - голос у бывшего тёмного мага оказался как бы шипящим и очень тихим, похожим на шелест страниц. Каторжник сел. - Чем могу помочь вам? - заискивающе осведомился он. - Меня интересует Тьма, - ответил Остролист серьёзно. Пырей зажмурился и замотал головой: - И не просите! Я не желаю этого вспоминать! - Подумайте хорошенько, - вкрадчиво предложил Остролист, опасно щурясь: - Существует ли артефакт, в котором заключена часть силы злого Духа? Скумпия удивлённо заморгал: - Откуда вы зна... - Речь не обо мне! - перебил Монстера. Мужчина поморщился: - Зря вы это затеяли. Посмотрите на меня. Нужно вам такое будущее? Первый камешек злости покатился вниз со склона, зовя за собой остальные побольше. - Поэтому я и не спрашиваю у вас про обряды. Я спрашиваю, существует ли артефакт? - Думаете, умнее всех? - хмыкнул Пырей и наконец ответил; - Существует, но его не достать. Вы слышали легенду о смерти Коварной Тьмы? Остролист кивнул. - Так вот, некоторые сказители утверждают, что перед тем как скрыться или, если угодно, погибнуть, Тьма записала все свои запретные знания, которые отличали её от других Духов в некую книгу. В неё же она спрятала часть сил. - И? - столоначальник почувствовал пьянящий азарт. - А потом книга пропала, - Пырей развёл руками: - Некоторые смельчаки утверждают, что она хранится в Аклэйне под присмотром самой королевской семьи. - И почему же они ей не пользуются? - недоверчиво уточнил Остролист. Собеседник пожал плечами и прошелестел в ответ: - Бояться. - Хорошо, - Монстера располагающе улыбнулся: - Но откуда тебе это всё известно, а главное - почему я должен поверить? - Вы думаете, вы один искали способ заполучить тёмную книгу? - вопросом на вопрос ответил Пырей. Остролист недовольно прищурился и сцепил руки в замок. - Как потерял руку? - Отдал, чтобы продлить контракт, - Скумпия говорил бесстрастно. Видимо, давно уже смирился со своим тёмным прошлым: - Понимаете, если попробовать крови, остановиться уже невозможно. Я вижу, вы уже имели опыт в обращении к Тьме. - Что значит видишь? - глухо переспросил парень. - Поймёте потом, - загадочно отозвался каторжник: - Вы чувствуете, что вам этого не хватает? Наверняка, иначе не старались бы найти книгу! Я до сих пор иногда скучаю по этой силе, хотя уже пять лет прошло. Остролисту это не нравилось. То, что этот измождённый мужчина будто видел его насквозь просто бесило, но ещё хуже было то, что он прав. - А как же будет досадно, если ваша затея всплывёт, - как бы рассуждая, бесстрастно произнёс Пырей: - Такая важная должность, в столь юном возрасте... Обидно будет потерять. Тут внутри порвалась невидимая цепь. Обычно её называют здравым смыслом. А человек без здравого смысла становится потенциально опасным. - Только попробуй кому-нибудь рассказать о подробностях нашего разговора! - министр резко поддался вперёд и угрожающе понизил голос. Скумпия хмыкнул: - Не волнуйтесь, я абсолютно не желаю заводить врага в лице молодого тёмного мага. Я могу идти? - Да, - Монстера кивнул и подошёл к двери. Два тинтуэя терпеливо дожидались конца беседы в коридоре. - Уведите, - велел Остролист. Каторжник бросил на парня последний взгляд и сказал: - Я желаю, чтобы вы не нашли то, что ищете. И пошёл по коридору в сопровождении пары воинов. Монстера проводил их задумчивым взглядом. Может и правда отказаться от своей затеи, пока не поздно? Парень помотал головой. Нет уж, ни за что! Он не отступит, увидев опасность. Не зря же Остролист ищет эту книгу. Он не совершит ошибок других тёмных магов. У него будет сила, которой раньше не было ни у кого. ... Вернулся он домой через десять дней, беспощадно загнав коня. Попав во дворец, Монстера сразу почувствовал, что что-то переменилось. Слуги и самураи привычно вежливо здоровались, но при этом отводили глаза. Когда парень спросил про императора, ему сообщили, что Кориандр Айва уехал в какой-то город вместе с Наследными принцессами. Тяжёлая давящая аура витала во всём дворце, как густой туман. Она заволакивала всё вокруг, проникала даже в людские души, делала придворных более медленными и зажатыми. Это пугало. Опять подозрения заворочались в его душе. Кто-то что-то подозревает? Нет, не похоже. Оставив коня на попечение конюхов, Остролист подозвал к себе молодую служанку. - Люпин у себя? - Нет, Почтенный, - девушка почему-то потупилась. Монстера выразительно нахмурился: - А где? - У лекарей. Министра пробрало холодом. Только не это! - Что случилось? - глухо осведомился он. Служанка, видя, что серьёзно напугала столоначальника, поспешно затараторила: - Почтенный сёгун в относительном порядке. Он жив и в сознании. Мята утверждает, что раны незначительные! - Что случилось? - с нажимом повторил Остролист. Девушка поёжилась и ответила: - Я не знаю точно. Вчера Почтенный Монстера-сан ещё на рассвете куда-то уехал в сопровождении двух Клыков. Вернулись они под вечер. Сёгун уже был ранен, но ничего никому не сказал. Не желая больше тратить время на бестолковую прислугу, парень понёсся к лекарям. Он решил не беспокоить Мяту и не стал поднимать к ней на второй этаж, а сразу пошёл в больничное крыло на первом этаже. Уже смеркалось. Страна погружалась в ту самую мягкую негу, когда яркие краски заката уже пробежались по небу, но его ещё не затопило вязкой чернотой и бескрайняя гладь казалась скорее тёмно-синей. Полная Луна поднималась над страной. Монстера отодвинул дверь и пораженный замер на пороге. Вопреки его опасениям, брат не спал. Сёгун пустым взглядом изучал стену, небрежно облакачиваясь на стол. Очки лежали рядом, чёрные волосы распущены. Из окна за его спиной падал бледный лунный свет. Торс оголён и опутан чистыми бинтами, на ногах непривычно светлые- серые штаны. Вообще этот цвет носили только слуги и простолюдины. Странно. В палате терпко пахло травами. Некоторые столоначальник без труда узнал по запаху. - Люпин, - негромко окликнул Остролист. Старший Монстера вздрогнул и перевёл взгляд на брата. Люпин - обычно сама внимательность, не заметил как столоначальник вошёл! Своей бесшумностью они могли пугать кого угодно, но только не друг друга. Голубые глаза безэмоционально пробежались по министру. Едва заметные круги под глазами и нездоровая бледность могли свидетельствовать как о болезни, так и о усталости. - Ты как? Что случилось? - сдавленно спросил Остролист. Кажется, он нашёл причину общей подавленности. Если уж само спокойствие - Люпин в таком состоянии... Министр запнулся где-то на середине мысли. Он внезапно осознал, что никогда не видел старшего брата в таком состоянии. Даже в самое тяжёлое время Люпин умел оставаться серьёзным, сердитым, но не подавленным. Сёгун молча подошёл к парню. Тот напрягся. А вдруг, Люпин догадывается о чём-то? Только не это! Нет, этого не может быть! Неожиданно, старший Монстера наклонился и положил подбородок на плечо Остролисту. - Всё в порядке?! - уже всерьёз испугался парень. Он мягко взял брата за плечи и отстранился, чтобы заглянуть ему в глаза. Люпин улыбнулся. - Да, просто устал, - тихо, но твёрдо ответил он. Столоначальник на мгновение снова оказался в летнем саду, пахнущем ночной свежестью, по которому летали магические шары. Тогда он ответил брату тоже самое. Значит, точно что-то случилось! - На тебя напали? Вызвали на поединок? Почему тебя сопровождали Клыки? Да что случилось?! Люпин не ответил. Сейчас он будто находился невероятно далеко. - Тебя так долго не было, - задумчиво проговорил мужчина. - Да что не так?! - взорвался Остролист и несильно встряхнул сёгуна за плечи. Тот будто очнулся. Во взгляде появилась осмысленность. Люпин усмехнулся: - Извини. Просто ужасно устал. Да, я кое с кем подрался. Клыки попросили помочь с одним делом... - Почему тебя?! - ошалело спросил парень. - Я их кайбё⁸. - Ты сёгун! - Одно другому не мешает. - Тебя могли убить! - Нет. Те люди - нет! - твёрдо ответил Люпин и разговор будто бы иссяк. Остролист не узнал ровным счётом ничего, но начинать с начала ему не хотелось. Если уж братец упёрся, спрашивать что-то бесполезно. Может, утром что-нибудь расскажет? - Брось! - сёгун улыбнулся: - Всё не так страшно, как выглядит. Меня едва задело. Скоро затянется. Младший Монстера не ответил, а про себя отметил: "Врёт". Он, в отличии от брата, не успел переключиться на хорошее настроение. Впрочем, и в старшем будто остался осколок запредельной тоски, но он старательно это прятал. - Может, тогда тебе лучше отдохнуть? - взволновано осведомился Остролист: - Поговорим утром. Обо всём. Договорились? Сёгун кивнул: - Хорошо. Доброй ночи. - Доброй ночи, братец, - привычно откликнулся министр и, уже отворачиваясь, услышал: - Я рад, что ты вернулся. Утром тени общей тоски прогнали лучи восходящего Солнца. Всё вернулось на круги своя. Слуги весело переговаривались и сновали туда-сюда по поручениям и просто так. На тренировочной площадке занимались несколько самураев. Но Остролист снова выпадал из цельной картины привычной дворцовой жизни. Сон этой ночью долго не желал забирать столоначальника, не смотря на давящую усталость от долгого пути. Монстера злился. Он долго рассуждал, кто мог напасть на Люпина и почему. Почему этим делом занялся он? Глупость! Но, хорошо, допустим. Сёгун и сам был бы не против помочь сишэму, да, но что выбило его из равновесия? Раны? Нет уж. Точно что-то другое! Только Остролист знал, что если брата что-то ломало, он брал в руки биву. Музыка помогала сёгуну отогнать всё плохое. Но даже если тонкие струны теперь не помогли ему собраться.... Что же стряслось пока Остролиста не было? Поговорить им удалось за завтраком. Братья воспользовались тем, что в столь ранний час в столовой ещё никого не было. Перед ними из кружек с чаем поднимался пар, а рядом стояли нетронутыми две тарелки с рисовой кашей. Из лазарета сёгуна уже отпустили, но с наставлением быть осторожнее. Люпин был собран и спокоен как обычно, а ещё упрямо молчал о причинах своего странного поведения вчера. Но у младшего Монстеры было догадки по этому поводу. - Айва-сан ведь уехал? - настойчиво допытывался он. В столовой они сидели вдвоём и братьям никто не мешал. - Уехал, - легко согласился сёгун и пригубил чаю: - Дня два тому назад вместе с девочками в город какой-то навестить родственников Ивы. - В таком случае, мне всё понятно. Старший заинтересовано приподнял бровь. - Он сам уехал, а тебя завалил работой! - с лёгким раздражением подвёл итог Остролист: - И в её числе оказалось какое-то опасное задание. Люпин невесело улыбнулся: - Дело не в этом. - Чего ты мне не договариваешь?! - в отчаянии воскликнул столоначальник: - Ты же знаешь, что в любой ситуации можешь положиться на меня... твоего ранта, Люпин! - Прости, - молодой мужчина покачал головой: - В любом случае, всё прошло. Волноваться не о чем. Но Остролист как раз волновался. Очень. - Просто ответь, - сдаваясь, выдохнул он: - Кориандр к этому причастен? Сёгун прикрыл глаза и тихо ответил: - Да. На этом тему они закрыли, но Остролиста продолжало грызть навязчивое противное чувство, что что-то не так. Он опросил слуг, но никто ничего внятного насчёт необычных событий в ближайшем прошлом не сказал. Самураи же явно что-то знали, но признаваться в этом не спешили. Монстера пришёл к неутешительному выводу, что придётся ждать императора. Кориандр вернулся через несколько дней. Он вёл себя как ни в чём не бывало, остался весёлым и жизнерадостным человеком. "А может, просто умело играл такую роль", - снова задумался Остролист. "Что вы сделали с моим братом?" - именно так Монстера и хотел крикнуть ещё с порога, но быстро опомнился и взял себя в руки. - Здравствуй, Остролист, - Кориандр благодушно улыбнулся. Парень даже не попытался изобразить почтение, только вежливо поклонился. Пусть, если император хочет, списывает такое поведение на усталость или недомогание. - Как всё прошло? Ты разобрался с делом? - когда пол Сезона назад столоначальник просил подписать разрешение на посещение кёяку, он наврал, что разговор с неким пленником не обходим, чтобы разобраться в одной мошеннической схеме. - Разумеется, Почтенный, - Монстера сдержанно кивнул: - Позволите встречный вопрос? - Разумеется, - немного удивлённо отозвался мужчина. - Что серьезного случилось за время моего отсутствия? Брат отмахивается недостоверными отговорками, слуги ничего не знают, а самураи упрямо отводят глаза. - Прости, Остролист, - с искренним (во всяком случае хотелось бы верить) сожалением ответил Айва-сан: - Но у тебя нет допуска к этой информации. Парень чуть не задохнулся от возмущения. Его щёлкнули по носу, как потянувшуюся к ломтю хлеба шавку. - Меня просили сохранить тайну. Последствий от этой ситуации не будет. Просто забудь о ней, хорошо? "Как можно забыть о том, о чём ты не знаешь?" - скрипнул зубами Остролист, но вынужден был откланяться. Настроение испортилось в конец. Парень решил ненадолго зайти к себе, лишь бы успокоиться, а потом пойти в Министерство. Наверняка снова гора дел накопилась! "Как использовать так то пожалуйста!" - злился Монстера на императора: "А как помочь... Одни проблемы от него. Только Люпина зря нагружает. И... Что же ещё?" Как Кориандр Айва мог навредить его брату, как мог довести сёгуна до такого состояния?! А если бы Люпин погиб... Остролист яростно зажмурился. "Я ведь отомщу!" - с мрачной решимостью подумал парень и сам себе удивился: "Отомщу ли?" Как будто бы, глупее и порочнее мыслей появиться уже и не могло! Всё-таки только благодаря семье Айва сегодня он занимает важный государственный пост и не знает горя. Но надолго ли? Может ли Кориандр избавиться от обоих Монстера, когда они перестанут быть ему нужны? Мужчина может заменить их в любой момент, как оружие. А многие аристократы братьев и так ни во что ставили. Остролист прекрасно знал, что когда Люпин стал сёгуном, он научился держаться на людях куда более сдержанней, холоднее, а иногда даже мог «показать зубы». Проделывал сёгун такой фокус легко, но младший брат точно знал, что вечерами после различных встреч и совещаний он берётся за биву. - Если ты не хочешь этим заниматься, почему не откажешься? - спросил Люпина как-то Остролист. Явно же не из-за гордыни! Сёгун в тот раз как-то печально улыбнулся и коротко ответил: - Я готов этим заниматься, а этого достаточно. Неужели за всё, что старший Монстера отдал империи - от верности до времени, он заслужил только коллекцию слухов от придворных и ежедневную порцию усталости? В то время, когда есть целый материк, который, имея силу, можно было бы положить к своим ногам. Остролист не понял, как пришёл к этому, но принятое решение казалось единственно правильным. Люпин слишком благородный, сам на это ни за что не пойдёт. Хоть в чём-то Остролист окажется сильнее брата! Спустя несколько дней в голове сложился чёткий план. Нельзя просто приехать в Аклэйн и забрать книгу, даже если он сможет найти информацию о том, где и как она хранится. Виновник будет очевиден. Идеальный же день для этого - Совет трёх стран. Во дворце соберётся множество народу - и свои, и чужие. Правда, придётся подождать ещё два года и в назначенный день снова воспользоваться обрядом, дающим силу на один день, чтобы была возможность забрать книгу, но это мелочи. И, как бы не хотелось обратного, решить проблему с Кориандром придётся координально. Оставлять в живых законных правителей никак нельзя. Но из уважения к императору, Монстера всё сделает быстро. Он долго думал, готов ли повторно пойти на убийство. И понял, что да, готов. Страшен был только первый раз. Придётся так же найти сообщника, но Остролист был уверен, что с этим проблем не будет. Наверняка хотя бы один человек во дворце готов свергнуть правителя. Всё это нужно тщательно изучить. Хорошо, что времени полно! Пора добиться справедливости! Настоящее Ветер развивал длинные волосы. Ночь накрывала своими крыльями Кайган. Вид с холма на город открывался неописуемый. Вот только Остролист уже не видел здесь своего дома. Сегодня он потерял всё, но мужчина не злился ни на себя, ни на брата. Люпин пока не может понять, что Остролист всё сделал правильно, но это изменится, когда пути к отступлению будут отрезаны. Интруд - только начало. Нет! Скоро всё Трёхземелье ляжет у их ног и начнётся новая Великая эпоха. Теперь у него есть для этого всё необходимое. - Опаздываешь, - сухо заметил бывший столоначальник, оборачиваясь. А во время их первой встречи он бы ни за что не осмелился «тыкать» красноволосому нелюдю. Просто теперь Остролист располагал большим могуществом. А гнассы чтили один закон - кто сильнее, тот и главнее. Из тени деревьев выступил Каир. Даже если бы парень пытался скрываться, его бы неизбежно выдали глаза, светящиеся в темноте жёлтым светом. - Прошу простить, - едко отозвался предводитель нелюдей. - Вы их упустили, - ровно заметил Остролист. Аракор усмехнулся: - Они были уже у меня в руках, когда пришли сишэму. К слову, это ваше упущение. Младшую они забрали, а вот старшая исчезла в неизвестном направлении. - Вот так, так! - Монстера усмехнулся и сложил руки на груди: - Найти старшую сможешь? Каир осклабился: - А что мне за это будет? Мужчина рассмеялся: - Брось, она ведь исчезла с вашим зверем, так? Иначе, тебя бы здесь уже не было! Гнасс фыркнул: - Ладно, но чтобы Знание открылось мне, нужна кровь, отмеченная моей богиней. Монстера выразительно фыркнул. В его руке сгустился чёрный туман, который через несколько мгновений материлизовался в простую медную чашу. Остролист отпустил сосуд и он застыл в воздухе. Каир протянул ему арит. Гнасс с жадностью ловил каждое движение. Одним движением Монстера рассёк ладонь и сжал руку в кулак, держа её над чашей. Тонкая струя крови стекла на дно. - Если меня убьют пока я в трансе, вы ничего не узнаете, - предупредил Аракор с насмешкой. - Делай уже, что должен, - качнул головой Остролист, возвращая нелюдю оружие и протягивая чашу. Каир слизнул кровь со дна и прикрыл глаза. Остролист отвернулся, возвращаясь к созерцанию города, который на много лет приютил его и с которым теперь придётся расстаться. - А, к слову, - черноволосый обернулся через плечо на гнасса. - Принцессы подозревают императора в убийстве их отца, - сказал Каир, не открывая глаз. Монстера не ответил. Логика в таком выводе определенно присутствовала. Мотив у Люпина был, а вот алиби никакого. И всё же, когда Остролист решился на переворот, он совсем не хотел подставлять брата. В какой момент всё пошло не по плану? Что он не учёл? Однако, теперь это не важно. Дороги назад нет, только вперёд. Ошибаются все, даже великие стратеги. Ещё не всё потеряно! Нужно скорее избавиться от девчонок, пока они не бросили тень на Люпина. - Они в море, - глухо произнёс Каир. Остролист повернулся к нему и вопросительно поднял бровь. Гнасс поморщился: - На корабле «Чёрный дракон». Монстера прищурился и усмехнулся: - Пираты? Что ж, проще будет от них избавиться. Я этим займусь. - Не гоните события, словно песчаную бурю! - оскалился Аракор: - А если зверь тоже погибнет? Мужчина хмыкнул: - Если он правда так хорош, как ты говоришь, выживет, а если нет, значит обойдёшься без него. Гнасс был недоволен, но спорить не стал. - Мне пора, - проговорил Каир. - Удачного возвращения в Секрут, - бросил Остролист. Что-то опасное пробежало в глазах нелюдя, но он только кивнул и пошёл прочь. Монстера проводил его взглядом. Ему тоже пора. Мужчина бросил последний взгляд на родной город и исчез в чёрной дымке. 1. Законность (кит.) 2. Японский трактир 3. «Колодец Дракона» (?) 4. Корейский национальный костюм 5. Кёяку - место каторжных работ 6. Тинтуэи - армия (кит.) 7. Чэчжу - корейское фитильное ружье позднего Средневековья и раннего Нового времени. 8. Кайбё (на Земле) - мстительный дух в кошачьем обличье из японской мифологии. Чтобы стать кайбё, кошка должна испить крови своей хозяйки. При этом сама хозяйка должна быть убита или совершить самоубийство из-за какой-либо несправедливости. (в Трёхземелье) Кайбё называют людей, которые обучались боевым искусствам у сишэму. К слову, таких счастливчиков за всю историю можно пересчитать по пальцам. Ну и пусть будет какая-нибудь легенда про какое-нибудь существо???