Часть 3

      Билан вот уже около получаса придирчиво всматривался в своё отражение в зеркале, нервно поправляя каждую складочку и стряхивая каждую пылинку с одежды. Смысла эти действия абсолютно не имели, но успокаивали неплохо. Хоть и ненадолго.       Причина его нервозности крылась в знакомой незнакомке. Полина Смирнова, с которой они с переменным успехом списывались уже около двух лет. Стиль общения был спонтанным: диалог мог даже не открываться по полгода, а потом так же не закрываться в течении нескольких дней. Познакомившись когда-то давно в Дилагейской группе, они постепенно перешли ко всему на свете. Обсуждали последние новости, домашние дела, работу. На счёт последнего Билану приходилось конкретно заморачиваться, вспоминая рассказы отца о его инженерном опыте работы, постоянно забираться в гугл чтобы гуглить строительные термины, а иногда и истории, происходящие на стройках. И вроде бы успешно. Полина верила, оценивала и искренне сопереживала его выдуманным персонажам.       Обсуждали и семьи, и личную жизнь, конечно. Эти обсуждения и забили последний гвоздь в крышку гроба Билановского спокойствия.       В семье у Полины Смирновой не ладилось абсолютно ничего. Точнее, с дочерью-то ладилось. Малышка росла, учила новые слова, со слов мамы любила танцевать под музыку. Активнее всего танцевала под Диму Билана, что, конечно, вызывало у мужчины умилительную улыбку, когда тот читал очередную подобную историю от Полины. Но вот с мужем изо дня в день всё было хуже и хуже. Регулярные измены мужчина уже практически перестал скрывать, жизнью жены и её занятиями не интересовался вообще, а общение отца с маленькой дочерью и вовсе свелось к «привет» и «пока» по утрам и иногда (когда мужчина приходил ночевать домой, что бывало далеко не каждый день) вечерам.       Билан, под прикрытием Виктора Гурьянова поддерживал подругу по переписке как мог, пока в один прекрасный день та не написала ему: Полина Смирнова: Вить, а мы ведь в одном городе живём. И после того, что мы друг-другу рассказали, что мы обсудили, кажется, пора перевести отношения в реальную плоскость. Давай как-нибудь встретимся.       И он согласился, чёрт возьми. Чем думал на тот момент — неизвестно. Наверное, просто хотел поднять настроение ставшей такой родной собеседнице. Но, благоразумно предупредить девушку не забыл: Виктор Гурьянов: Думаю, у меня есть чем тебя удивить! На что Полина, не растерявшись ответила: Полина Смирнова: Поверь, я удивлю тебя сильнее!       И это её заявление интриговало. Хоть Билан и был уверен, что Смирнова просто ляпнула это не зная с кем связалась. Что может удивить сильнее, чем Дима Билан, прячущийся под фейковым аккаунтом в соцсетях? Но у Полины явно были какие-то свои козыри в рукаве.       А дальше Полина выбрала день и место встречи. И этот час стал неумолимо приближаться. Чем ближе — тем больше Билана охватывала нервозность. Отчего-то вдруг он стал думать, что своим решением встретиться с Полиной, предаёт Пелагею. Тайну их отношений в прошлом, её настоящую. Наверняка она была бы в ужасе, узнав, в каких сообществах сидит Дима Билан с фейковых аккаунтов. И ещё в большем ужасе от того, что он собирается довериться незнакомке из интернета.       Полину Смирнову ему тем не менее было безумно жаль. Она так готовилась к этой встрече, будто бы стремилась ему понравиться. Периодически невзначай спрашивала какие фасоны платьев на девушках ему нравятся, какой у него любимый цвет, какая ему нравится женская причёска… будто бы собирала образ для встречи с ним. И в принципе, понять этот порыв можно было. К мужу сама Полина охладела, этот самый муж так тем более практически не появлялся дома. Вот она и решила попробовать открыть сердце новым отношениям, пусть и не завершив старые.       Вот только сам Дима к такому повороту был не готов. Полина была милой, интересной и умной женщиной, у него получалось с одного слова находить с ней общие темы для разговоров, совпадали интересы и музыкальные вкусы. Но всё же что-то было не так. Кажется, Полина напоминала ему Пелагею, а потому мужчина подсознательно начал заменять одну другой. И казалось бы, Бог с ней, с этой Пелагеей, всё равно она уже несколько лет замужем. Но он не мог так просто взять и заменить её другой. Как и не мог так поступать с Полиной.       Собравшись с духом, Билан взял в руки телефон, ещё раз полистал их с Полиной сообщения, а потом принялся печатать: Виктор Гурьянов: Полина, прости… Я долго думал обо всём происходящем и понял, что не смог полностью отпустить свои прошлые отношения. Я всё ещё живу той любовью и, хоть и начал испытывать симпатию к тебе, чувствую себя предателем по отношению к той девушке, которую любил прежде и люблю до сих пор. И закончить наше общение сейчас будет честно и по отношению к тебе, и к ней. Ты заслуживаешь самого лучшего, не своего изменщика-мужа и не разбитого прошлыми отношениями меня. Пусть даже исключительно в роли друга из реальной жизни. Прости ещё раз… прости дурака!       После отправки этого сообщения на душе стало одновременно и легко, и тяжело. С одной стороны, Дима наконец сделал выбор в пользу всех. С другой — ему было жаль Полину, жаль терять такого приятного собеседника, свою, уже можно сказать, интернет-подругу.       Закрыв лицо руками, Дима устало выдохнул. Казалось, это сообщение вытянуло из него всю жизненную энергию.       Может это фатально, но только так это правильно. Он сделал всё как нужно.       Когда телефон Пелагеи издал звук оповещения о входящем сообщении, женщина вздрогнула и выронила из рук кисть для макияжа. Встречу с загадочным Виктором она хотела оставить в тайне от всех, поэтому не стала даже пользоваться услугами визажиста.       Подняв кисть, Поля сначала хотела проигнорировать входящее. Ничего же не случится, если она прочитает сообщение на несколько минут позднее?       Но любопытство пересилило. Подсознательно она чувствовала, что это сообщение было от Виктора. И ожидала от него чего-то загадочно-радостного.       Однако с первых же слов она замерла на месте, забывая дышать. Это не было больно. Какая-то часть Пелагеи даже была рада такому исходу, ведь предложив встретиться она шла на неоправданный риск. А с другой стороны, Виктор, судя по общению, был очень приятным мужчиной, терять контакт с которым не хотелось бы.       Дрожащими пальцами, борясь с образующейся внутри пустотой, Поля напечатала: Полина Смирнова: Я понимаю… останемся виртуальными друзьями?       Но ответа не последовало. Виктор уже был не в сети.       И только поздним вечером, после дня, проведённого в странном опустошении, лёжа на кровати и стеклянным взглядом уперевшись в потолок, она снова услышит звук входящего сообщения. И, ожидая что оно от Виктора, сразу же возьмёт телефон в руки.       Вот только сообщение будет в одном из мессенджеров и не от Виктора, а от другого её друга. Гораздо более близкого. Когда-то в прошлом настолько близкого, что само слово «друг» нужно заключать в кавычки. Дима Билан: Привет)! Прости, что беспокою в такой час, прости, что вообще беспокою, но я соскучился по тебе, моя дорогая подруга! Не подумай лишнего, соскучился по-дружески. Как твоя жизнь? Как дела? Как твоя замечательная семья? В интернете разное пишут, я почитал и даже разволновался!       И Пелагея, даже не обратив внимания на схожесть извинений и схожесть манеры общения, сразу же примется печатать ответ, совсем не замечая, как её губы растягиваются в широкую улыбку от одного только факта, что Дима написал ей, и написал первым. Пусть даже и только для того, чтобы развеять, или подтвердить слухи из интернета.