Сезон 1 Серия 10

      Поместье встретило Софью с летней негой. Птицы пели в саду, на улице трудились рабочие, что так усердно восстанавливали усадьбу. После смерти батюшки дом пришел в упадок и девушке пришлось брать все в свои руки.        Мой дорогой читатель хорошо знает Бенкендорфа, но совсем не знаком с нашей главной героиней. В семье Лебедевых царили любовь и покой. Родители любили друг друга, от их союза появились прекрасные дети: Софья, Петр и двойняшки Ольга и Павел. В высокородных семьях первым всегда ждут наследника, но появилась Сонечка. И счастью отца не было предела. Она была его любимицей: он привил ей любовь к верховой езде, галопу, учил управлять казачей шашкой и даже стрелять из мушкета. Матушка не одобряла таких увлечений для юных девочек, но перечить казачьему атаману не смела. В свою же очередь она посвятила Софью любви к чтению, музыке и искусству. Она была прекрасна образована, ведь родители не жалели средств на иностранных учителей. Окруженной вниманием родителей, девочка выросла очень любознательной и открытой к миру.       С появлением младших братьев и сестры времени ей стало уделяться меньше, но то не вызывало грусть. С возрастом Софья полюбила природную тишину: укрывшись под старым дубом она могла часами читать домашние книги или рисовать. По вечерам она всегда заходила к отцу в кабинет и рассуждала на разные темы. Отец находил это очаровательным. Но детство кончилось. И отрочество тоже. В момент, когда матушка поняла, что пора искать Софье достойного кандидата в мужья, отцу нездоровилось. Возраст брал свое. В те времена еще не существовало лекарства от тифа и болезнь победила.        Софья закрылась в себе. Не подпускала на пушечный выстрел никого, даже матушку. Закрывшись в кабинете отца, она часами плакала, держа в руках родные письма, что он писал с военных походов. В такие моменты девушка отчетливо понимала: детство закончилась. И все дела дома Лебедевых в её руках. Младший брат был еще совсем ребенком, чтоб взваливать на себя всю семью. Поместье ушло в упадок, денег не хватало. Маменька твердила о выгодном браке, но чужой мужчина ей претил. Больше её волновал родной дом.       И семейным гнездом занялась Софья. Ночами напролет засиживалась в библиотеке, изучая финансы и управление. В кабинете отца просматривала  дела поместья. Не с первого раза, но дела пошли в гору, можно было снова позволить себе жить спокойно. При помощи кузины, будущей императрицы, Софья наладила связи с иностранными партнерами, смогла возобновить продажу урожая. И девушка облегчено вздохнула. Ей не нужен был мужчина для помощи.       Она не нуждалась в крепком мужском плече. Она сама была этим плечом для своей семьи. Смогла обеспечить лучшее образование для своих братьев в Царско- сельском лицее, а Олечке хороших гувернанток. И вот казалось бы жизнь пошла своим чередом, но маменька все не унималась. Поняв, что та просто не отстанет, девушка согласилась на поездку в Париж. Признаться честно, с русскими ухажерами все было сложно: они были слишком шумными, слишком заумными, Софья от них уставала, уставала во всех смыслах. «Сонечка, я не молодею! Что с тобой станет, когда меня не будет!? Я в твоем возрасте уже нянчила двоих!» И Софья согласилась.        Париж был прекрасен, эта архитектура поражала своей историей, люди были более открытые и душевные. Но никто из французских ухажеров не покорил её сердце. Никто не смог заполонить её мысли. «Быть может я не создана для любви? Быть может, служить своей семье и есть мое предназначение?» С возрастом такие мысли стали появляться чаще и девушка вовсе отпустила мысли о противоположном поле. Вернувшись в Россию, Лизонька уговорила посетить их с императором.       А как мы помним, царица отказы не принимала. И вот в один из душных вечеров Софье наскучило светское  общество и она сбежала в библиотеку. Схватила первую попавшуюся книгу и начала читать. К Пушкину относилась нейтрально: он был прекрасным автором, но человеком довольно шумным. И кто же знал, что женскую душу потревожит человек полно  противоположный поэту. Он ворвался в её жизнь нагло, отчитывая как ребенка.        И Софью это вздернуло. Как смеет мужчина осуждать её читательский вкус? Как смеет врываться в её маленький тихий мир и шуметь? Александра Христофоровича она слышала по рассказам кузины. Та вечно причитала, что жандарм скрытный и нелюдимый, прям как она. Что не выносит людей и уделяет много времени работе. Софью удивляло: как человеку такого высокого положения, как у него, не было желания утопать в людском внимании. Его боялись. И в него были влюблены.       Он раздражал и будоражил одновременно. И после конной прогулки, когда она оказалась в его объятиях, сердце окончательно забилось. «Он не любит, когда кто-то крадет мое внимание». Но Бенкендорф сделал хуже: он украл ее сердце. И девушка утопала в постоянных мыслях, временами оттягивая момент отъезда. Она чувствовала, что внимание жандарма это не просто любопытство. Это что-то сложнее, будто он сам отказывает самому  себе. Не верит, что тоже может быть влюблен. Что данное чувство обойдет его стороной и нацепив холодную маску, он сможет жить как ни в чем не бывало. Быть может поэтому Софья согласись на танец с Трубецким, человеком который не представлял для нее ровным счетом ничего. Но видеть яростные глаза жандарма, когда офицер вальяжно поцеловал женскую ручку, было прекрасно. Чувствовать, что ты желанна, ценна. И сколько бы Бенкендорф не надевал эту маску, глаза всегда выдавали. Как и выдало в библиотеке. При свечах радужка заполонилась черным цветом, руки нервно сжались в кулаки. «Как смеет он раскидываться своей ревностью, когда сам ничего не предпринимает?»       И Софья сделала первый шаг. Она сорвала эту чертову  маску с треском, что стены задрожали. И видеть настоящее лицо Бенкендорфа было великолепно. Как он трепетно сжимал её талию, боясь, что Софья упархнет, словно мотылек. Гладил нежно её лицо и шею. Зарывался в волосы. Еще никогда девушка не чувствовала себя такой красивой. Она видела эту красоту в его глазах. Его глазами. И счастью не было предела.