I

Интенсивные рабочие будни утомляют, особенно когда переходят в ежедневные переработки и регулярные отзывы в офис по выходным. Знакомый с ними не понаслышке, правая рука своего старшего брата в компании с мировым именем, Дженши был рад вырваться из этой паутины хотя бы на пару недель. Посвятить себя прекрасному слову из шести букв. Отпуск — время, которое ты волен провести вдали от привычного окружения. Сменить бесконечные джунгли из камней и стеклянных небоскрёбов на море, песок и пальмы. На пару с тем, с кем некогда решил связать свою судьбу. Не исключено, что совместный отдых позволит узнать своего партнёра с новой стороны — и принцип сработает в обе стороны. — М-маомао?.. — Подняв одеяло на фоне необычных ощущений, Дженши спросонья хлопает глазами. Жмурит сильнее, чтобы убедиться, что происходящее ему не снится: уж больно на это походит. — Что ты делаешь? На работе она — его подчинённая. Как понял ещё до отношений, в условиях тамошней обстановки, никогда не знаешь, что от неё ожидать: окликнешь в коридоре — диапазон реакций от полного игнора до добродушной улыбки гарантирован. Позовёшь на обед в перерыв — найдёт как отговорку, так и лишний повод пойти с тобой. Уверенность коллег в их близких отношениях возникла ещё задолго до них самих — и мало волновала обоих. Её — даже меньше, чем его, второго человека в их организации. — Уверены, что вам нужно объяснять, господин Дженши? — На лице Маомао, как и практически всегда, ни грамма эмоций. Все внутри, за маской равнодушия и невозмутимости. Член любимого мужчины в её руке, с оголённой от плоти головкой, тоже не в силах на это повлиять. — Для замдиректора фармацевтической кампании вы требуете слишком много пояснений очевидного. Как это порой случалось, он снова загнан ею в угол. Просчитать, что предложение переночевать в одной постели перейдёт в утреннее пробуждение с эксплуатацией рядового физиологического процесса — для человека, погружённого в систематический анализ показателей и прогноза роста продаж, Дженши растерял свои навыки, когда дело касалось их сексуальной жизни. — Мы с тобой в отношениях уже не первый месяц — и тем не менее, ты до сих пор со мной на «вы», — хочет отвлечься, сделать акцент на постоянной формальности обращения Маомао к себе, вплоть до сегодняшнего дня. Лишь бы не наблюдать за тем, как её рука приятно ходит по его мужскому стволу. — Служебный роман — вещь крайне сложная и непривычная для меня, — миниатюрная рука двигается по твёрдому возбуждению, большой палец очерчивает гладкую поверхность, увлажнённую выступившим предэякулятом. — Проще сохранять принципы субординации даже в постели, чтобы не забыться. Её изумрудные волосы в беспорядке после бесконечных ворочаний от бессонницы, бретельки ночной сорочки съехали по плечам, открывая Дженши вид на аккуратную, миниатюрную грудь — отвердевшие соски приковывали к себе взгляд как очевидный факт и подтверждение: Маомао сама возбуждена процессом. — Как тебе вообще... пришло в голову разбудить меня подобным образом? — Спонтанная тяга к изучению неисследованных мною ранее закономерностей человеческой природы. Путает, нагружает Дженши сознательно, лишь бы тот не перехватил инициативу. Лишь бы не догадался, не произнёс «тебя же саму это заводит?», дабы выбить её из колеи. Лишить собранности и сосредоточенности, с каждой секундой жара дававшейся Маомао всё труднее — жара в ладони и в своём нутре. — А если проще? Дженши не отступает. Явно растерян, ввергнут в визуальный хаос происходящего под своим одеялом, но продолжает стоять на своём, подобно своему половому органу. — У вас утренняя эрекция, и я хочу её обуздать, — Маомао останавливается, поднимает едва остававшийся равнодушным взгляд на Дженши. — Я могу продолжить? Ладонь пылает от жара трения и эрекции, в мыслях — бардак от желания сознательного и инстинктивного: держать Дженши под контролем и довести его до оргазма. Балансировать и не сорваться в пропасть смущения и признания в возбуждении за собой — проще защитить ежеквартальный доклад перед «замдиректора компании» на общем собрании, чем не дать повод доминировать над собой в их постели. — Обидишься, если скажу «нет»? На тонких губах проступает хитрая ухмылка — первая попытка Дженши обернуть ситуацию в свою пользу. Добиться от Маомао признания, что она «голодна до его оргазма» даже больше, чем он сам — эгоистка, а не альтруистка. Хочет угодить собственному женскому желанию, а не своему мужчине — но, как известно, одно другому не мешает. — Да, — отвечает резко и коротко, в подтверждение сжимая член Дженши крепче. Открыто отступает, но лишь для усыпления бдительности мужского эго. — Почему? — Вы ограничите меня в инициативности вне рабочей обстановки. Это использование служебного положения в личных целях. Секунда — и вот он снова сбит с толку. Настолько, что не сразу реагирует на тёплое дыхание, обдавшее его чувствительную головку — Маомао готовилась приникнуть к возбуждённому члену губами. — А я ограничивал твою инициативность в рабочей обстановке?.. — неуверенно прокручивает у себя в голове, насколько в принципе может. Тонкая нить слюны пускает по телу волну дрожи, едва касается приоткрывшейся уретры. — Вы не разрешили проводить эксперименты в офисной лаборатории, — держит линию взгляда на Дженши, опускаясь над его пахом. — Я была готова подписать все документы, регламентирующие безопасность при проведении работ во внеурочное время, и согласие на взятие на себя полной ответственности в случае возникновения инцидента. Но вы дали отказ. Разговор переставал иметь какой-либо смысл: отдаляя Дженши от перспективы распоряжаться обстановкой, Маомао увлажняет губы и накрывает головку его эрегированного члена губами. Невольно испустив томный вздох, парень смиряется: сегодняшнее утро — за его девушкой, и он будет обязан ответить ей тем же. Дать ответ на претензию он, впрочем, готов, хоть и в условиях крайне приятного орального ублажения. — Эт-то... была твоя личная просьба! Я не могу давать такой доступ! Д-даже... главе фармацевтического отдела! С каждым ходом губ вдоль ствола и языка вокруг головки, Маомао чувствовала всё большую податливость своего мужчины — и всё большую уверенность в себе. На фоне этого — пытается выбить себе преференции во время возникшей паузы: — Тогда дайте его мне как своей девушке! Да, вы лишитесь должности за превышение полномочий, но я к тому времени постараюсь добиться значимого научного открытия! Честно-честно! В этом вся она: эмоциональность и всплеск интереса, когда дело касается исследований или перспективы их реализации — вне зависимости от обстановки. Посреди минета любимому человеку — тоже вариант. — Ты, кажется, хотела меня ублажить?.. Нахмуривший брови, Дженши утрачивает порыв вести отвлечённую беседу во время орального секса — хочет просто откинуть голову на подушку, всецело отдавшись ощущениям от ласк любимой Маомао. «Почему не пошёл на это сразу, едва заметив её под одеялом» — оставляет вопрос без ответа. — Если ваш возбуждённый член во рту у девушки является ублажением, — она не скрывает раздражения уходом от важной для неё темы. Тем не менее, прерывать начатое в угоду тому не готова. — У вас низкие стандарты, господин Дженши. — Точно не ниже твоих методов меня разбудить... — бросает в ответ негромкое замечание и тут же громко стонет: Маомао касается его уздечки кончиком языка. — А-ах-х!.. Несмотря на осведомлённость в мужской физиологии, она с нарочитым удивлением поднимает глаза на Дженши. Намерена спровоцировать в нём смущение — как наказание за неуступчивость в вопросе допуска к лаборатории. — Н-не... обращай внимания! — ожидаемо краснеет, неловко отводя глаза к потолку. Стыд за неожиданную реакцию — вероятный удар по его мужскому эго, «ведь только женщины дают волю стыду и чувствам, мужчина обязан быть сдержан во всём и всегда». — Я просто не привык к такому... Едва слышно хмыкнув, Маомао мысленно хвалит себя за находчивость. Заставить начальника краснеть не за свой косяк на работе (так ещё и не от злобы) дорогого стоит. Обдаёт дыханием уздечку Дженши после прикосновения языком и снова заглатывает головку, проходя чуть дальше. Тем не менее, доводить любимого до логического конца так быстро Маомао не готова — не заслужил. Поэтому, отстранившись с глухим мычанием, продолжает бесстрастный и беспристрастный допрос: — А у вас был шанс привыкнуть? Дженши не сразу улавливает отсылку к своему недавнему, случайному признанию: «не привык к такому». Молодой парень, исполнителен и хорош собой — неужели у него первые отношения? — В каком смысле? Его покрытый слюной член ноет от напряжения, однако он вновь вынужден заводить шестерёнки мыслительного процесса. — У вас были отношения до меня? Или... «во время меня»? Прозвучавшее предположение отрезвляет его разум. Следовавший правилам приличия и честности в любовных отношениях, Дженши по-настоящему оскорблён услышать в свой адрес намёк на обратное. — Я не изменщик, Маомао! Вот кто-кто, но точно не он! — громогласно отвечает на второе, и уже не так уверенно — на первое: — И... до тебя тоже никого. — ... Девственник? Звучит с её стороны коротко, монотонно, но не так обидно, как предположение в измене. Дженши с ранних лет посвящали в семейное дело — на знакомство с противоположным полом зачастую не оставалось ни времени, ни сил, ни появления в его жизни такой девушки, как Маомао. — Ради доказательства своей правоты... готов им побыть, — уходит от прямого ответа, выдавая возникшее волнение румянцем и поднятыми к потолку глазами. — Ваша девственность зависит не от вашей правоты, господин Дженши, а от того, имели ли вы опыт близости с другим человеком, — берёт на себя роль «госпожи Очевидности» она. — А мы рассматриваем и мужчин? Дженши никто за язык не тянул. Они с Маомао — одни в частном домике на берегу острова, а она не требовала от него ответных оральных ласк. — А если рассматриваем, то вы не девственник? Тут же понимает, как просчитался с вопросом, пытается откатить назад: — Я-я этого не говорил! — Тогда с какой целью уточнили? Маомао устало вздыхает — порядком устала от разговора, который сама же и инициировала, лишь бы подразнить любимого отсрочкой оргазма. По собственным ощущениям, больше раздражена сама: возбуждённый член стоит и никуда не уходит, бросаясь ей в глаза. — Потому что... мужчина лишается девственности с женщиной. Ну как правило... наверно. — Правила созданы, чтобы их нарушать, — бросает Маомао, не слишком вникая в сказанное Дженши. Заправив упавшую прядь за ухо, опускается над его пахом. В последний раз. — Но мне их нарушать лень: я не выспалась. Всё это время пробыв под душным одеялом, она теряет терпение: сбрасывает то на пол, открывая полноценный вид на себя для Дженши. Миниатюрная, с длинными изумрудными волосами, внутренним стержнем, одержимостью исследованиями и, как выяснилось уже после признания со стороны Дженши, тягой к владению инициативой — как она дала своё согласие на их отношения, тот и сам до конца не понимал. Он знал, что нашёл в ней, но что она нашла в нём, кроме статуса? Который и без того её не волновал, судя по практически одинаковому отношению на работе к коллегам. Что побудило Маомао согласиться на отпуск на частном острове семьи Дженши (и даже взять отпуск в то же время, который, однако, ей запретили подписывать у него из-за конфликта интересов) и прямо сейчас — беззастенчиво дарить своему мужчине низменное удовольствие? Томно обсасывать его крепкое возбуждение, оглаживать яички, перебирая их в руке — лишь для получения доверия и последующего доступа к дорогостоящей лаборатории компании? Для последнего она могла выкрасть ключ доступа и попросить знакомого программиста выключить камеры на этаже — дело не в лаборатории. Но в чём же тогда? — М-мао... А-ах-х-х!.. Дженши не успевает выкрикнуть её имя полностью — запрокидывает голову, выгибая длинную спину, и изливается в подставленные Маомао ладони. Наблюдает за его эякуляцией как за простым биологическим процессом — последующая просьба от неё звучит в схожих рамках: — У вас ёмкости не будет? Когда с подобным обращаются к нему по работе, в процессе испытаний тестовых образцов лекарственной продукции, в которых он изъявляет желание поучаствовать, для Дженши это в порядке вещей — но когда об этом просит партнёрша, держа его эякулят в руках, появляется очевидный резон спросить: — Ч-что ты хочешь с этим сделать?! — Не продавать, не переживайте, — Маомао совсем не улавливает суть и интонацию вопроса. Нарочно или случайно, будет знать только сама. — Хочу провести пару экспериментов. — Я их и имел в виду! Она в ответ озадаченно склоняет голову. — То есть вариант продать сперму для вас предпочтительнее? Или положить на счёт в банке? — В таких банках не кладут на счёт, а замораживают! — Раздражённый и выжатый во всех смыслах, Дженши вновь не отвечает на вопрос прямо. Тянется к коробке с салфетками и выуживает добрую треть, а потом и всю половину. — Давай вытру, раз уж... — ... Не проглотила, как в фильмах для взрослых? — Маомао послушно подставляет сведённые ладони. Ванная комната — не слишком далеко от спальни, но раз Дженши вызвался помочь... — Мне нравится экспериментировать с неизвестными ядами, но семя замглавы национальной фармацевтической компании для меня пока перебор. «Я обязан на это как-то реагировать?» — пытается сообразить Дженши, сминая использованные салфетки. «Думаю, нет». — Тебе не кажется, что ты делаешь из меня какого-то излишне озабоченного? — интересуется у Маомао и в ответ получает неожиданную реакцию: виноватый взгляд. Неожиданный в рамках их отношений, а не работы, когда однажды у него на глазах уронила и разбила колбу. — ... Возможно. Простите. Наверно, я перегнула палку. Она понуро опускает голову, побуждая в Дженши сиюминутное желание её успокоить, приободрить. Если не поглаживаниями, то мягким касанием губ её лба, солоноватого от пота. — Брось, не переживай, — словесно добавляет и заявляет следом: — Твоя очередь. Сначала Маомао не реагирует. Лишь спустя секунды неловкой тишины, приглушённых шума моря и голосов чаек снаружи — поднимает на Дженши взгляд, полный недоумения. — ... А? — Ну, получать удовольствие. Она не привыкла сталкиваться с ответом на свои действия сразу. Даже зарплата приходила два раза в месяц, а не в тот же день, после успешно проведённых тестов или сдачи отчётов. Что уж говорить о днях «безделия», когда она дремала в лаборатории в слепых зонах камер. — Сидеть на пляже и есть арбуз? Спустя несколько минут после оргазма Дженши Маомао пытается изобразить перед ним саму невинность. — Нет, плотское удовольствие. — Сходить на массаж? — Удовольствие между мужчиной и женщиной! — Дженши терял терпение по второму или третьему кругу за сегодняшнее утро. — Сойтись во взглядах на просмотр фильма вечером? Не то чтобы Маомао не хотела ответных ласк после «горячего пробуждения» своего любимого — просто была к ним не готова. Была не готова становится перед Дженши такой же, какой он был перед ней: разгорячённой и податливой — по крайней мере, в утренних лучах солнца. Тот, впрочем, этому и не способствовал: — Куни, Маомао! Я хочу страстно тебе отлизать! Так, чтобы у тебя ноги отнялись! Излишняя решительность в словах Дженши нередко конвертировались в комичность — и не вызывала ничего, кроме улыбки. Для достижения лучшего, желаемого эффекта подобное стоило шептать любимой на ушко. — О, я видела порно-фильм, который начинался точно так же, — в той же манере, сквозь невольную свою, сообщает Маомао. Тем не менее, предлагает компромисс: — Никто вас за язык не тянул, господин Дженши. Подготовьте его к вечеру, а пока — сходим к морю? Готовить язык к куннилингусу и в то же время расслабляться на пляже — замдиректору фармкомпании, несмотря на отпуск со своей девушкой, предстоял трудный день.