Часть 53

Сентфор окутывал убежище «Чёрных Драконов» ночной тишиной, нарушаемой лишь редким гулом мотоциклов, проезжающих где-то вдали. Внутри убежища, в маленькой комнате, где стены хранили следы старых сражений — выщербленные углы и пятна от дыма, — Сара и Аарон нашли убежище друг в друге. Девушка сидела на краю старого дивана, её пальцы перебирали кожаный браслет, который она сняла с запястья Аарона во время их недавнего порыва страсти. Свет тусклой лампы отбрасывал тени на её лицо, подчёркивая усталость в глазах, но и решимость, которая не угасала. Аарон стоял у окна, его широкие плечи загораживали свет уличных фонарей, а руки покоились на подоконнике, словно он пытался удержать весь мир снаружи. Напряжение последних дней — стычка с людьми Джакса, интриги Адель, разговор с Лорой — всё это висело в воздухе, как дым перед бурей. Сара посмотрела на Аарона, её взгляд смягчился, и она тихо позвала: — Аарон, иди сюда. — Её голос был мягким, но в нём звучала потребность — не только в его близости, но и в словах, которые могли бы разгладить морщины на душе. Мужчина обернулся, его тёмные глаза встретились с её, и в них мелькнула тень усталости, смешанная с теплом. Он пересёк комнату, его шаги были тяжёлыми, но уверенными, и сел рядом с Сарой, его бедро коснулось её, передавая тепло через ткань джинсов. — Что тебя гложет, Мурка? — спросил он, его голос был низким, почти шёпотом, как будто боялся спугнуть момент. Сара глубоко вздохнула, её пальцы сжали браслет сильнее, и она начала говорить, её слова лились медленно, как река, пробивающаяся через камни. — Я боюсь, — призналась она, её взгляд опустился на пол. — Не за себя. За тебя. За нас. Джакс, Адель, Лора — всё это как тени, которые не уходят. Я в Сентфоре, чтобы быть с тобой, но я чувствую, что теряю себя. Балтимор — это моя мечта, но без тебя она пустая. — Её голос дрогнул, и она подняла глаза, встретив его взгляд, полный понимания. Аарон взял её руку, его пальцы переплелись с её, и он поднёс её ладонь к губам, целуя костяшки. — Я тоже боюсь, — сказал он, его голос был хриплым, но искренним. — Не Джакса или Никсона. Боюсь, что ты уйдёшь туда, в свой мир, и я не смогу быть частью его. Мой отец… он был как я — грубый, упрямый. Он потерял всё, потому что не умел держать тех, кого любил. Я не хочу быть им, Сара. — Его слова были редким откровением, и Сара почувствовала, как её сердце сжимается от боли за него. Они замолчали, их руки оставались сплетёнными, и в этой тишине родилась близость, глубже, чем слова. Аарон потянул Сару к себе, его руки обняли её, и она прижалась к его груди, вдыхая запах кожи и металла, который всегда ассоциировался с ним. Их губы встретились в медленном, глубоком поцелуе, полном не только желания, но и обещания быть вместе, несмотря на всё. Аарон отстранился, его пальцы скользнули по её щеке, убирая прядь волос, и он прошептал: — Я не отпущу тебя, Мурка. Но я хочу, чтобы ты была счастлива. В Балтиморе, здесь — где угодно. Сара кивнула, её глаза блестели от слёз, но она улыбнулась. — Я вернусь в Балтимор после битвы, — сказала она, её голос был твёрдым. — Но мы придумаем план. Может, мастерская в Сентфоре. Я могу проектировать, ты — собирать. Мы будем вместе, Аарон. — Её слова были как клятва, и мужчина кивнул, его рука сжала её талию, притягивая ближе. Их поцелуй стал жарче, страсть вспыхнула, как искра в сухой траве. Аарон потянул Сару на диван, его руки сорвали её футболку, обнажая кожу, которая горела под его пальцами. Сара ответила с той же жадностью, её ногти скользнули по его спине, оставляя красные следы, пока она расстёгивала его ремень. Они упали на диван, тела сплелись, и Аарон вошёл в неё медленно, его движения были глубокими, полными любви, а не только похоти. Сара выгнулась, её стоны заполнили комнату, и она чувствовала, как он заполняет её, его тепло и ритм были как биение их общего сердца. Они двигались вместе, их взгляды не отрывались друг от друга, и каждый толчок был обещанием — быть рядом, бороться, любить. Когда оргазм накрыл их, Сара прижалась к Аарону, её дыхание смешалось с его, и они лежали, обнявшись, в тишине убежища, их тела были покрыты потом, но души — лёгкостью. Они говорили дальше, их голоса были тихими, но полными откровений. Сара поделилась мечтой о мастерской, где она могла бы использовать свои знания из колледжа, а Аарон рассказал о своём желании оставить банду, когда всё закончится, чтобы строить жизнь с ней. — Мы сделаем это, — сказал он, его пальцы гладили её волосы. — Ты и я, Мурка. Против всего мира. — Сара кивнула, её голова лежала на его груди, и она чувствовала, как страх отступает, сменяясь надеждой. Но ночь была прервана внезапным стуком в дверь. Вишня ворвался, его лицо было бледным, а глаза полны тревоги. — Аарон, склад горит! — крикнул он, его голос дрожал. — Джакс. Они подожгли его. Люди уже там, но огонь сильный. Аарон вскочил, его тело напряглось, как пружина, и он посмотрел на Сару, его взгляд был полон решимости. — Оставайся здесь, — сказал он, но Сара уже вставала, её глаза горели. — Нет, я с тобой, — ответила она, её голос был твёрдым. — Это наш бой. Они выбежали наружу, где ночное небо окрасилось багровым заревом. Склад, один из ключевых пунктов «Драконов», был охвачен пламенем, и дым поднимался к звёздам. Аарон и Сара стояли рядом, их руки соприкасались, и они знали, что Джакс сделал первый ход. Но их ночь откровений дала им силу — они были готовы к войне, зная, что их любовь выдержит любые испытания.