Глава 1. Транкозо

Полет длился больше четырнадцати часов. Промежуточная посадка в Лиссабоне, изнуряющее ожидание в зале вылета, и вот наконец – Баия, штат на северо-востоке Бразилии. Аэропорт Порту-Сегуру встретил Гермиону влажным, обволакивающим воздухом и зноем. И хоть в аэропорте работали кондиционеры, едва ли они спасали от духоты, пустившей корни в фасад здания. Она сняла свой пиджак и повесила на свою сумку, оставаясь в джинсах и белом топе. Тонкая ткань топа мгновенно начала прилипать к коже, казалось, что даже дезодорант не спасает её от мгновенно выступающего пота. Кажется, она даже слышала потрескивающий звук исходящий от её волос, которые начинали безбожно пушиться. — Напомни мне: почему именно Бразилия? — с упреком спросила она Джинни. — Нельзя было выбрать отпуск, например в Альпах? Я бы с радостью сейчас сделала снежных ангелов. — Потому что в Альпах нет бразильских коктейлей, пляжа и полуголых инструкторов капоэйры, — ухмыльнувшись, ответила Джинни швыряя чемодан в тележку. — И… сюрпризов. — Я ненавижу сюрпризы, — пробормотала Гермиона, наконец-то забрав свой багаж с ленты. — Этот тебе понравится, ну или нет, — как-то загадочно ответила Уизли. — Посмотрим. Они вышли из здания аэропорта — и Гермиона замерла. Рядом с бразильским магическим такси стоял Блейз Забини – и… Драко Малфой. Блейз, заметив их, приветственно помахал рукой, обнажив свои белоснежные зубы, в то время как у Малфоя даже не дернулась ни одна мышца на лице. Облокотившись на машину, в своей белой льняной рубашке и светлых джинсах, он расслабленно смотрел по сторонам, сделав вид, будто не заметил идущих к ним девушек. — Это шутка, да? — спросила полушепотом Гермиона. — Скажи, что это галлюцинация. — Ты же знаешь, Блейз и я теперь вместе, — почти виновато ответила Джинни. — А у него, к великому сожалению, есть лучший друг по фамилии Малфой. — У него есть собака, разве нет? — возмутилась Грейнджер. — Почему не она? — Тоесть ты бы предпочла Шегги, вместо Малфоя? — усмехнулась Джинни. — Да хоть голубя, но не его, — огрызнулась Гермиона, понижая тон по мере приближения к парням. — Если это и есть твой сюрприз, то в следующий раз, будь добра, не делай их. — Добро пожаловать в рай, милые ведьмы, — начал приветственно Блейз, раскинув театрально руки в стороны. — У нас есть всё: солнце, океан и… сексуальное напряжение, которое срочно нужно снять. — Мерлин, — прошептала Гермиона, не скрывая снисходительной улыбки. — И тебе привет, Блейз. Все никак не привыкну к твоему юмору. Джинни счастливо рассмеялась, бросаясь в объятия Блейза и совершенно не стесняясь при всех припала к его губам. Он немного приподнял хрупкое тело девушки и снова опустил на землю, обратившись к Гермионе: — Уже стоит начинать, я с этой куколкой надолго, — он прижал Джинни к себе и коротко чмокнул в макушку. Малфой все ещё молчал, лениво осматривая багаж в тележке, которую приволокли Джинни и Гермиона. — Вы решили абсолютно всё из своих домов взять, девчонки? — подал он свой голос. — О, и тебе здравствуй, Малфой, — холодно обратилась она к Драко, игнорируя нелестный комментарий. — Как официально, — хмыкнул сухо Малфой, даже не обратив на неё внимания. Он со всем напыщенным ему благородством взял первый чемодан из тележки и погрузил в багажник машины. — Здравствуй, Грейнджер. Не скажу, что сильно рад, но так уж и быть – помогу. Гермиона прикусила внутреннюю сторону щеки, лишь бы не взорваться прямо сейчас. Она промолчала, демонстративно погрузила свой чемодан сама, почти вырвав его из рук Драко. Он проводил её насмешливым хмыком, когда она, закончив грузить свои сумки, села в фургон. Внутри они сидели по разные стороны, в то время как Джинни Блейз то ли из-за бразильской жары то ли на самом деле из-за тоски друг по другу буквально слиплись вместе на соседнем сидении. Забини ей что-то шептал, а Уизли смеялась как ненормальная, постоянно краснея. Наблюдая за этой романтической картиной перед глазами и негативные вибрации справа от Драко, уставившегося с безразличным видом в окно, она успела пожалеть о своём решении поддаться уговорам своей близкой подруги и поехать в отпуск. Хоть он ей и был нужен. Она уже давно не могла написать ни строчки, страдая синдромом пустого листа. Все форумы в одночасье гласили об отдыхе и новых впечатлениях, чтобы снова встретиться со своей музой. Гермиона же предпочитала не верить в каких-то вымышленных муз и всегда строго расписывала план наперед, чтобы мысли закрепились надолго. Но вот незадача: она всё-таки попала в эту ловушку и растеряла весь свой писательский навык. Пальцы каждый раз застывали над клавиатурой, а мелькающий курсор на экране играл на её нервах ламбаду. Это нельзя было вылечить медикаментозно, но вот отдохнув физически и морально – возможно. Она наконец-то плюнула на все свои предрассудки и поверила в эту сказку про музу, только потому что контракт на книгу скоро должен подойти к концу и ей совершенно необходимо вдохновение. Как возвращать деньги в случае провала с неписуном – она и понятия не имела. Брать кредит и влезать в долги не сильно хотелось. Гермиона поёрзала на сиденье, когда снова минивэн вышел на извилистую дорогу и наткнулся на кочку, она была уверена, что отбила всю свою пятую точку этими неровными дорогами. Вид хотя бы был достойным: цветущие бугенвиллии, протяженные пляжи, очертания ленивых и ласковых океанских волн, зовущие окунуться в них, зеленые пальмовые рощи, покачивающиеся на ветру в гармонии с природой. Всё здесь казалось живым, настоящим, и таким непохожим на серый Лондон, где даже цвета были блеклыми. Гермиона последовала примеру Малфоя и тоже надела свои солнечные очки, чтобы оградить свои глаза от этой бушующей яркости и насыщенности. Заворажённая видом, она почувствовала странное: не усталость, не скуку, а возбуждение, предвкушение чего-то важного впереди. Курортный район Транкозо, окруженный джунглями и бескрайними пляжами, находился от аэропорта довольно далеко на юге. Но приехали они быстро, учитывая, что магическое такси здесь не самое лучшее в мире ни по скорости ни по комфорту. — Ну вот, наконец-то, можно и переодеться, — возрадовался Блейз и отдернул ворот своей скучной, белой рубашки. Она мгновенно разукрасилась яркими, красными, синими, зелеными цветами и орнаментами и стала похожая на “гавайскую”. — Теперь всё идеально. — Ты похож на павлина в брачный сезон, — усмехнулся Малфой, вылезая из душного фургона. — Смотри, чтобы местные павлинихи за своего не приняли. — А ну молчать, бледным слово не давали, — подначил его Забини, заботливо помогая Джинни вылезти из фургона.

***

Их бунгало — просторное, белое, такое чистое, что слепит ещё больше солнца. Сочетание уюта, природы и старомодной эстетики покорило Гермиону. Не слишком роскошно, но удобно по меркам её непредвзятого взгляда. Белённые стены с грубой штукатуркой на которых красовались разномастные орнаменты цветов сделанные шпателем, импровизированная крыша из пальмовых листьев, которая ощущалась волшебно, будто они находились сейчас внутри дерева. Потолочный вентилятор крутился медленно, лениво, неспешно, будто приказывал и ей остановится на мгновение. В гостинной возле двери — плетеный коврик и огромная терракотовая ваза с засохшими тропическими травами, пряный аромат которых разносился по всему домику. Одна кухня, ванная комната и две спальной комнаты, пахнущие чистым бельем, мятой и морской солью. До пляжа босиком три минуты ходьбы. Собственный бассейн, приглашающий релаксировать прямо там. Всё было устроено так, чтобы она наконец-то вздохнула полной грудью. Гермиона быстро распаковала свой чемодан, привела себя в порядок после перелета и изматывающей дороги в такси, надела свой самый лучший купальник благородного белого цвета и накинула сверху парео, которое едва ли скрывало хоть что-то. Она неспешно вышла на деревянную веранду, оборудованную гамаками и керамическими фонарями. Легкий бриз с океана, заставил Гермиону улыбнуться и прикрыть веки в блаженстве. Только она попыталась впустить в свой разум отпуск и спокойствие, как Малфой, быстро прервал ее мирное одиночество, выйдя из соседнего бунгало к ней на веранду. Он облокотился на перила и достал из кармана светло-коричневых бермуд, в которые он также уже успел переодеться, портсигар. — Нам повезло — у нас общая веранда, — сказал он, закурив. — Так что поменьше вешайте свои тряпки на сушку. Их у вас слишком много, — он выпустил дым из лёгких и продолжил ворчать: — Никогда не понимал женщин – взять всё и сразу, ну возьми ты необходимое и хватит! Ты ведь тут не на всю жизнь. Гермиона поморщилась, чувствуя, как Малфой портит табачным дымом свежий воздух свободы. Гермиона поправила свою шляпу и зашагала вперёд, планируя окунуться в прохладную воду. — И вообще, номер оставляет желать лучшего, — продолжал ворчать он, выпуская дым изо рта. — Слишком ярко. Она остановилась, обернувшись. Впилась в его лицо уничтожающим взглядом. — Если ты будешь портить мне отпуск своей недовольной физиономией и высказываниями, — начала она почти угрожающе, — клянусь, Малфой, я утоплю тебя в этом океане, даже не раздумывая. — Вот как, — рассмеялся он. — Я не шучу. Малфой хмыкнул, затушил свою сигарету и внезапно перепрыгнул через перила веранды, поравнявшись с ней. Он был на полторы головы выше, поэтому Гермиона воинственно приподняла подбородок, смотря ему в глаза. — Солнышко, — протянул он с нахальной хрипотцой. — Я позволю тебе сделать это только в том случае, если снимешь с себя эти тряпочки, что называется бикини и останешься в чем матушка родила. Я даже тебе помогу, не стану сопротивляться, обещаю. Его взгляд скользнул вниз от её подбородка к груди, заставив Гермиону сморщиться. Облизнув свои губы, он прямо перед ней снял свою футболку и отбросил на песок, демонстрируя обалденно стройное поджарое телосложение. На его теле красовались татуировки двух ветвей с листьями чуть ниже ключиц, отзеркаливающих друг друга и какая-то надпись прямо на груди, которую Гермиона не успела прочесть. «Он довольно неплохо слажен физически», — подметила Гермиона, молча наблюдая как он, сверкая своей улыбкой и мышцами, уже бежал в сторону пляжа задом наперед, смотря прямо на неё. — Ты идёшь, Грейнджер? — крикнул он. — Я жду. — Иди к дракклу, — шикнула Грейнджер, надевая свои солнечные очки на глаза. Что-ж, сейчас она лучше предпочтет океану бассейн.

***

Гермиона вынырнула из бассейна, облокотилась на бортик и убрала налипшие, мокрые волосы с лица. Джинни в одном купальнике и босыми ногами, пританцовывая в такт песне, шла к ней, с самым счастливым выражением лица на свете. Её волосы были забраны в высокий пучок и он весело подпрыгивал от каждого её движения. В руках она несла два мартини, один из которых предназначался Гермионе. — Детка, — подпевала она играющей из колонки песне опускаясь на корточки перед лицом Гермионы, — ты просто чудо, детка, ты просто лучшая. — Детка, ты словно демон с ангельским лицом, — подпела ей Гермиона, сделав глоток из бокала. Джинни расслабленно опустилась на лежак и умиротворенно прикрыла глаза. — Ты выглядишь так, словно пять минут назад у тебя был секс, — как факт озвучила Гермиона. Она почти участвовала в нем, слыша как Джинни слишком громко кричала имя Блейза. Ей приходилось уходить под воду каждый раз, лишь бы не чувствовать себя неловко. — И тебе не помешает, — подтвердила она, запивая свой недавний оргазм с Блейзом алкоголем. — Поэтому Малфой здесь? — усмехнулась Гермиона. — Ни за что. Никогда. Это кошмар. Просто ужас. — Ну перестань, — засмеялась Уизли, сделав глоток мартини, — А то я и правда решу, что между вами не неприязнь, а скрытое сексуальное влечение. Хотя, это было бы очень интересно. Мы могли бы чаще встречаться все вместе и также ездить вчетвером. Гермионе стало плохо только об одной мысли о Малфое, даже не считая того, что он и правда был горяч. Перед глазами снова эта картинка, как он снимает перед ней футболку и бежит прямиком к океану. — Упаси Мерлин, Джин. — Ну конечно, тебе проще зарыться в своей писанине дома, когда ты последний раз с кем-то была дольше четырех месяцев? Мой брат до сих пор страдает от того, что ты ему не пишешь, хоть и живет давно с другой. Ты роковая женщина Гермиона Грейнджер. — И как мы так быстро перешли на тему моей личной жизни? — хмыкнула Гермиона, отставляя бокал и снова ныряя на глубину бассейна, лишь бы не слушать нотаций своей подруги. Гермиона коснулась носочками кафельного пола и опустилась, складываясь в позе эмбриона. Здесь на глубине будто безопасно и ни одна мысль не давит на черепную коробку. И зачем только Джини напомнила ей о личной жизни? Нет, Гермиона совсем не переживала о ней, наоборот – она не хотела быть привязанной к конкретному человеку, к его желаниям и чувствам. С Роном не вышло, потому что общество будто бы требовало это от неё. Эта связь между ними казалось правильной для всех, кроме неё. Быть с человеком, потому что они были связаны детством и общими травмами звучало как большая ответственность на всю жизнь. Она скорее хотела от этого сбежать, но никак не подчиняться боли прошлого. Он был больше друг детства, чем спутник жизни. После Рона были какие-то мимолетные связи, которые не продлились долго. Возможно только Родриго – редактор из Итальянского издания для магов, с которым как казалось, могло что-то сложится. Но, к сожалению, его чувства к ней – давили на неё. Она не была влюблена так, как он того хотел. Ей хорошо одной и это не считалось Гермионе чем-то побочным и странным. Казалось, она убедила себя в этом и теперь избегала любой возможности связать себя с каким-то конкретным человеком. Поняв, что ей уже не хватало воздуха, она всплыла на поверхность, протирая глаза от хлорки. Теперь, кроме Джинни, возле бассейна оказались абсолютно все. Блейз, подвинул лежак к Джинни, расслабленно лежа рядом с ней и держа её руку в своей. Он то и дело целовал ей ладонь, а она смотрела на него такими до одури влюбленными глазами, что это даже вызывало небольшую зависть. Возможно, быть с кем-то, кто также небезразличен тебе – привилегия, которая доступна не всем. Малфой тоже устроился в лежаке, под зонтиком, в одних плавках, солнечные очки на голове, забирающие слегка длинные волосы со лба назад. Гермиона отметила тот факт, что всегда видела его с короткой стрижкой, а сейчас он был похож на того самого местного серфера с пляжа. — Ну как ты Гермиона? — спросил её заботливо Блейз. — Вдохновляюще, правда? — Прекрасно, — ответила Гермиона, вылезая из бассейна. — Есть ли какие-то планы, что будем делать дальше? — Конечно, — протянул уверенно Блейз, — программа уже запланирована на весь отпуск. Сегодня вечером идём в местный бар, будут танцы, новые люди, колорит, а завтра рано утром выдвигаемся на большую экскурсию по местным красотам джунглей с водопадами и купанием голышом в волшебных источниках. — Я пропущу ту часть с нудизмом, — заявила Гермиона. — Только попробуй купаться голышом с местными бразильянками или другими туристками, милый, — Джинни строго пригрозила ему пальцем, — я оторву тебе детородный орган даже не задумываясь. Блейз засмеялся, перекинул одну руку ей на плечо, насильно повернул её подбородок к себе и чмокнул в губы, прошептав: — Огненная женщина, мне это нравится. — Одна угрожает утопить, другая оторвать яйца, — усмехнулся Малфой, стараясь абстрагироваться от обстановки, листая что-то в телефоне. — Дружище, кажется мы в опасности. — Бразилия в принципе опасное место, Малфой, так что бойся, — хихикнула Гермиона, промакивая полотенцем свои волосы. — Ты капаешь прямо на меня, — фыркнул Драко, вытирая свою руку от воды. — Тебе не нравится? — Нет. — Тогда всё впорядке, — она продолжила вытираться, не обращая внимания на комментарии Малфоя.

***

Вечером на Транкозо кипела жизнь: местные и туристы заполняли каждый уголок курорта, а виной тому – прохлада, которая скрывалась днём из-за солнца. Их отель находился ближе к центру, так что они прогулялись немного по главной площади, взирая на вечерние огни, уличных музыкантов и танцоров. А потом Блейз привёл их на какой-то мистический пляжный бар, где подавали коктейли со странными названиями. Как им объяснил бармен они называются в честь древних духов и каждый коктейль задаст своё настроение в купе с эффектной подачей. В меню бара было расписано всё до мелочей, поэтому каждый гость мог сделать свой выбор без неожиданных последствий. Блейз взял коктейль "Боита: Змеиное пламя”, в состав которого входила бразильская кашаса, мескаль и физалис с острым сиропом. Бармен, сделав коктейль, рассыпал дорожку сыпучего белого вещества, похожий на стойке до бокала и поджег. Огонь быстрым темпом полз до коктейля, издавая звуки шипения змеи и остановился прямо на краю бокала, превращаясь в короткий мелькающий огонек, сверкающий и потрескивающий как настоящее пламя на кайме. Попробовав его, Блейз крикнул “вау”, потому что в ту же минуту почувствовал легкое жжение на языке, а его глаза стали буквально искриться. — Чувак, я вижу всё в красных и золотых тонах, картинка пляшет под музыку, это так охрененно! — воскликнул Забини и тут же попросил повторить. — Любимый, не увлекайся, вдруг это надолго, — проворчала Джинни заказывая “Тупа: громовая кайпиринья”. Бармен щелкнул пальцами перед подачей и в воздухе треснула искра, падая как звезда в бокал. — Ммм… я чувствую ток по всему телу, это так приятно, будто меня целует сам Зевс, — расхохоталась Уизли, распробовав коктейль. — Зевс, подвинься, это только моя девочка, — Забини встал к Джинни со спины, откинул её длинные рыжие волосы с плеча и начал покрывать её веснушчатые плечи поцелуями. — Ты пахнешь как мечта, моя Афродита. Джинни затрепетала в объятиях Блейза, начиная двигаться в такт ритмичной громкой музыки. Золотые браслеты поблескивали на свету, короткое, красное платье девушки идеально подчеркивало её стройную фигуру и сочеталось с цветастой рубашкой Блейза. Его нос зарылся в её волосы, он что-то шептал ей неприличное на ухо, а она не переставала улыбаться. Они с Забини выглядели действительно как та самая красивая страстная парочка от которой становилось неловко, но также оторвать взгляда было просто невозможно. И как эти сумасшедшие не сошлись ещё в Хогвартсе? Удивительно как они оба игнорировали эту тягу друг у другу. — Я возьму Анхагра Фантом, — сказал Драко, опираясь локтем о стойку. — Если уж видеть себя настоящего, то сразу с рогами. — Символично, — Гермиона не удержалась от едкого комментария. — Тогда мне Жаси Лунный Дайкири. Хочу нормальный сон, а не твои обрывки мыслей о ценнике. Бармен кивнул и поставил перед ними сначала пустые бокалы, сделав несколько жестов руками, бокалы наполнились своим содержимым. Драко взял свой — матовое черное стекло с белой солью “рогами” по краям. У Гермионы коктейль едва заметно светился приятным серебристым светом – словно кожа под луной. — Охохо, — подловил он, сделав глоток. — Твой сарказм набирает обороты, солнышко. Пора записывать их в блокнотик под названием “плохие ругательства для плохих девчонок”. — Не зови меня солнышко, Малфой, — прыснула Гермиона. — Лучше посмотри в зеркало и убедись, что ты и правда козёл. Драко откинулся, поймал своё отражение в зеркале за стойкой – и замер. На его голове действительно красовались рога – не выпукло, не ярко, но узнаваемо белые рога. Больше не дьявольские, а действительно козлячьи. Хотя и дьявол тот ещё козёл, как знать. — Очаровательно, — сухо сказал он, возвращая взгляд к Гермионе. — Бармен явно сторонник метафор. Гермиона рассмеялась, впервые с момента отпуска. Видимо именно алкоголь виной тому, что её рассмешил Драко Малфой. — Может потанцуем? — предложил внезапно он и Гермионаа чуть не подавилась своим коктейлем. — Развеемся, забудем старые обиды? Он нагло подкатывал к ней, верно надеялся, что Гермиона после выпивки станет той самой легкодоступной спутницей в его кровать. Она отодвинулась от него чуть дальше, смирив таким взглядом, который точно мог испепелить его на месте. — Ищи себе подружку на ночь в другом месте, — огрызнулась Гермиона. — Ладно, только когда я её найду, навряд ли ты будешь так сладко спать, — пожал плечами Малфой. — Стены в бунгало тонкие, как бумажные, ты заметила? — И правда, — согласилась Гермиона, вспоминая как отчетливо слышала Блейза и Джинни за стенкой. Казалось за первый день они сделали это уже раз сто. Гермиона обернулась, ища парочку в толпе: они уже вовсю двигались на танцполе с другими парами, там же она заметила и парочку горячих бразильцев без футболок. Она бы возможно не прочь станцевать с ними капоэйру. Один из них, мускулистый, загорелый и темноволосый Жоржиньо (так он представился) всё-же подошёл к Гермионе и пригласил на танец. От него безумно пахло кислым лаймом вперемешку с мятой. Гермиона ушла, проводив Малфоя победным взглядом. Всё-таки возможно это он будет спать сегодня не спокойно. После жарких танцев с бразильцем она всё-таки вернулась на стойку, где до сих пор ошивался Малфой, потягивая очередной коктейль. — Что, бразильяшка отлить ушёл? — засмеялся Драко, наблюдая как Гермиона плюхается на стул и заказывает стакан воды. — Или отшил тебя ради вон той красотки? — О, он… Гермиона посмотрела в ту сторону, куда указал Драко. Её Жоржиньо, с которым, казалось бы у них был прекрасный коннект, уже увивался за другой юбкой: попастой, фигуристой испанкой и не такой стройной как она – англичанка. Что-ж это немного расстроило её, но не настолько, чтобы горевать из-за одноразовой ночи с незнакомцем. Через мгновение этот же Жоржиньо подошёл к Гермионе в компании новой спутницы и игриво предложил ей продолжить знакомство в более уединенном месте. Получив отворот-поворот от неё, Жоржиньо вместе со спутницей удалились прочь. — Он предложил тебе тройничок? — спросил Драко, всё это время наблюдающий за ними. — Заткнись, — смущенно ответила она, чем подтвердила все его догадки. — О, он предложил тебе тройничок, — рассмеялся Драко, да так громко, что казалось заглушил всю музыку. — Это сильно, Грейнджер. Стоило согласиться, у тебя ведь не было подобного опыта? Хотя, мы не знаем какие здесь местные венерические болезни можно подцепить. Так что хорошо, что отказалась. — О, заботишься о моём здоровье, как мило, — Гермиона влила в себя целый стакан воды, достала из сумочки зеркало и поправила помаду. — Тебе то никто никогда тройнички наверное не предлагал. — Ну почему-же, был такой опыт, — со всей серьезностью выдал он, лукаво улыбнувшись. — Хвастаешься? — Гермиона с сомнением взглянула на него, выставив ладонь вперед. — Мерлин, как мне это не интересно, ты бы знал. Она вздрогнула, ощутив чью-то руку на своём предплечье. Сзади них с Драко, как тень, стояла маленькая старушка с седыми длинными волосами. Её кожа была почти чёрная, будто обугленная костром и морщинистая, словно время оставило отпечаток на каждой складочке. На ней было красивое, свободного кроя платье до пола ярко-желтого цвета, а на шее и запястьях многочисленное количество ярких бус из натуральных камней. Драко тоже обернулся, потому как и на его предплечье также лежала рука старушки. — Макаба, — без всякого приветствия произнесла старушка обращаясь к ним. Голос её звучал по-доброму, мистически, но без злого умысла. — Что? — переспросила её Гермиона, похлопав глазами и замерев на месте. — Макаба, — повторила женщина, улыбаясь. И вдруг она переместила свою руку на левую сторону груди Гермионы, там где билось её сердце, а другую руку, которой касалась Драко – опустила прямо на ладонь и снова загадочно повторила: — Макаба тут. Ещё немного постояв, женщина испарилась, оставляя Драко и Гермиону вдвоем. Они переглянулись между собой, ошарашенные ситуацией. — Ма-ка-ба, — повторила по слогам Гермиона, будто смакуя это странное слово. — Что это значит? — Понятия не имею, — пожал плечами Малфой, закурив. — Может какое-то местное приветствие или у неё уже старческий маразм и она придумала это. — Это означает “метка”, — вмешался англоязычный бармен, услышавший их разговор. — Старое, древнее слово, которое уже не используют. Есть легенда такая про родственные души, их метки называют “макаба” , если хотите узнать подробнее, обратитесь к местным шаманам – они вам всё расскажут, — бармен весело хмыкнул. — Ну или книжку купите про легенды Транкозо. — Понятно, — насупилась скептически Гермиона. — Выкачивание денег из туристов. — Кто знает, может ты и правда моя “родственная душа”, Грейнджер, — смеялся Драко, сбрасывая пепел сигареты в пепельницу. — Я тогда сама утоплюсь в океане, если это так. Да что там, мне и бассейна хватит. Гермиона отвернулась от Малфоя, не в силах больше терпеть его физиономию. Слово будто въелось в её кожу и разум, она всё думала о нём, и казалось даже ночью ей снился голос этой старушки, монотонно повторяющий одно и тоже: макаба, макаба, макаба.