Глава 2. Ритуал

Гермиона проснулась от жуткого цокота цикад. Она потянулась к телефону, который лежал на тумбочке, к удивлению отметив, что сейчас полшестого утра, ведь на улице было уже довольно светло. И это было ещё одним отличием от Лондона. В шесть утра дома ещё была кромешная тьма. «Стоит здесь наколдовать светонепроницаемые шторы», – отметила в мыслях Гермиона. И всё-же восемь часов она проспала действительно отлично. Из бара она ушла раньше остальных, предпочитая уединенный сон в бунгало. Малфой, как сидел за барной стойкой с кислой миной и сигаретой, так там и остался, а Блейз вместе с Джинни пошли купаться вместе на какой-то уединенный пляж. Их, конечно, можно было понять, у них самая чудесная пора отношений – их начало. Гермиона поднялась с постели, накинула халат, столкнулась с полусонной Джинни, крадущейся после туалета снова в свою спальню. На её кровати развалился Блейз, он мирно спал с обнаженной задницей кверху. Гермиона мысленно сказала спасибо небесам, что он спал не на спине. Она надела удобный слитный купальник с шортами и прямо босиком вышла из бунгало, чтобы спокойно сделать зарядку и немного помедитировать. У нее было ещё ровно три часа до экскурсии, которую запланировал им Блейз, поэтому она сначала решила размяться, а потом уже принять душ, позавтракать и нормально собраться. Трансфигурировав лежак в коврик, она расстелила его прямо на пляжу в теньке и устроилась на нём. Гермиона размяла сначала свою шею, руки, потом ноги, размяла спину и перешла к первым асанам. Сделав пять расслабляющих её мышц поз, она в конечном итоге села в позу лотоса и прикрыла глаза, полностью забывая все свои тревоги. Ласковое пение волн и соленый запах океана расслаблял по-новому, по-особенному. Гермионе казалось, что в какой-то момент она достигла той точки дзена, того пика нового дыхания, которое ей так нужно было, вот оно долгожданное… вдохновение. И тут такой ненужный шум, который подавил его, втоптал в песок, перекрыл кислород – всплеск прямо перед носом. Гермиона открыла глаза: снова он. Малфой уже по грудь в воде, вынырнул и смотрел на неё подставив ладонь ко лбу. — Доброе утро, медитируешь? — спросил так, словно не видел. Ухмылка растянулась на его лице. А может и не ухмылка вовсе, а от яркости солнца так поморщился. — Медитировала, — сквозь зубы ответила Гермиона, продолжая сидеть в тени на песке. — Ты чего так рано встал? Неужели так захотелось искупаться? — Я не спал, — ответил Драко и поплыл кролем дальше. — Почему? — снова спросила Гермиона, снова закрывая глаза. — Непривычно на новом месте. Драко нырнул под воду, задержался там на некоторое время и вынырнул. Он подплыл ближе к берегу и вышел, сверкая своим телом под палящим, утренним солнцем. Капли воды протяжно стекали с его каменного пресса под резинку плавок так, словно он снимался для обложки глянцевого издания для женщин. Гермиона заставила закрыть свой глаз и сделала вдох, снова погружаясь в себя и забывая о навязчивом прессе Малфоя. — Не буду мешать юным йогам обрести свой дзен, — шутливо сказал он напоследок, молитвенно сложив руки на груди, как бы насмехаясь над ней. — Прекрасно, иди своей дорогой путник, — съязвила она, даже не оборачиваясь, когда он уходил обратно в бунгало.

***

Гермиона шлёпнула по своему бедру с такой силой, что услышали даже глухонемые. Она потёрла место укуса, удивляясь насколько здесь голодные и кровожадные комары. Стоило надеть что-то длиннее шорт, потому что она точно рисковала быть съеденной заживо. Гермиона на ходу достала из кармана рюкзака мазь от воспалений, выдавила маленькую горошину и втёрла в место укуса. Засунув мазь обратно, Гермиона также достала бутылку воды и сделала небольшой глоток. В её рту уже образовалась сахара от столько долгого пути по бескрайним джунглям. Влажный воздух и вовсе превратил волосы в мочалку, а кожа уже изнывала от духоты. Она покрепче затянула узел банданы сзади головы и продолжила идти вместе с группой. Гид, по имени Родриго, сказал, что скоро они доберутся до невероятно красивого исторического водопада и смогут окунуться в “очищающую душу и тело” воду. «Весьма говорящее название», — подумала Гермиона, изнывая от духоты. Не смотря на все минусы, Гермионе даже нравилась такая пешая активность. Она даже подумала о том, что ей будет очень не хватать этого места, когда вернется домой. — Что это за птица? — спросил кто-то из группы, увидев небольшого гостя на дереве. Гермиона также обратила внимание, изучая птицу: у нее было белое брюшко, белые щечки и горло, светло-серое оперение и ярко-красная шапочка на голове со смешным хохолком. — У неё весьма интересное название: краснохохлая кардиналовая овсянка, — ответил Родриго, взглянув на маленького жителя леса. — Она часто встречается у водоемов, а это значит, что мы близко, уже очень близко, — он поднял указательный палец вверх. — Прислушайтесь, шум воды рядом. И действительно, всего-лишь пять минут ходьбы, и вот, тропа сузилась, стала мягче, земля под ногами стала пружинистой из-за влажных корней. Гермиона вдохнула поглубже, почувствовав невероятную концентрацию ароматов: пахло листвой, глиной, чем-то пряным, почти медовым нектаром. Аромат природы забирался под кожу, провоцируя мурашки. Шум воды становился всё громче по мере приближения. И вот – поворот. Заросли расступились, и перед ними открылся невероятной красоты водопад. Само сердце тропического леса, как живое, дышало, смотрело на них свысока, величественно и непринужденно. Он падал с высоты, как разорванное и вспененное белое полотно. Вода ударялась о камни с ритмичной яростью, создавая облако прохладной влаги, которое висело в воздухе, переливаясь в лучах солнца. — Местные зовут его “Кашуэйра-ду-Суспиро”, Водопад воздуха, — Родриго смахнул капли пота со лба и направил свой взгляд на воду. — Потому что вода здесь как новое дыхание, которое вы обретаете после очищения своего тела и души. Как после слёз. Не стесняйтесь, пейте, купайтесь, здесь можно всё. Вы сами почувствуете облегчение, как тот, кто много плакал здесь, а после нашёл утешение. — Не уверен, что можно пить эту воду, — брякнул Малфой, сбрасывая свой рюкзак со спины и усаживаясь прямо на землю. — Есть риск подцепить какую-нибудь бразильскую дрянь. — Не уверена, что Блейзу стоило брать тебя с собой, — сказала Гермиона, присаживаясь на корточки и набирая воду в ладошку, чтобы смочить свой рот. — Что-то имеешь против, Грейнджер? — откликнулся он бодро, достав сигарету из портсигара. — Ну как сказать… видно, что ты не рад этой поездке, то тебе отель не тот, то слишком душно, то дорога длинная, то куришь там, где не попадя, — фыркнула Гермиона через плечо. — Твоё лицо отражает всё твоё внутреннее недовольство. Хоть притворись немного для приличия и не порть другим отдых. — Ты можешь на него не смотреть, раз тебе так неприятно, солнышко, — усмехнулся Малфой, выдыхая дым в её затылок. — Ещё раз меня так назовешь, сделаю так, чтобы ты затерялся в этих джунглях до конца поездки, — она обернулась и плеснула воды в его сторону. — Как страшно, — рассмеялся Драко и посмотрел на неё склонив набок голову. — Ну уж нет, Грейнджер, я выберусь из этих лесов и буду донимать тебя, пока твоя вена на лбу не лопнет. — Какая ещё вена? — Когда ты злишься, у тебя вена на лбу пульсирует, вот здесь. Малфой указательным пальцем показал на свой лоб прямо в центр и Гермиона тут же приложила руку к своему лбу, пытаясь нащупать бугорок, о котором ей так убедительно рассказывал Драко. — Нет у меня там ничего, — Гермиона нахмурилась, убирая руку со лба. — За двадцать пять лет я бы заметила это. Малфой усмехнулся, поднося сигарету ко рту. Он смотрел прямо и даже не подавал виду, что прямо сейчас может взорваться от смеха. — Конечно нет, потому что я пошутил. Гермиона поднялась на ноги и прошла мимо Драко, кажется, задев ногой его рюкзак, который валялся на земле как бесхозный. — Как же ты мне надоел, — тихо высказалась она, присев на выступающий прохладный камень в тени. Она сняла свою обувь и помассировала свои ступни. — В следующий раз мы поедем с Джин только вдвоем, — цокнул уже полуголый Блейз, готовясь к заплыву в источник. — Вы оба – просто как плюс и минус когда рядом находитесь. — Я же не виноват, что мисс Грейнджер такая нежная и совсем не умеет нормально реагировать на обычные шутки, — объяснился Малфой, затушив сигарету. — И на меня в том числе. — Да потому что ты невыносимый придурок, — отозвалась Гермиона. — Не стоит ссориться возле водопада, — прервал их бодро гид, услышав перепалку. — Он может запомнить и наказать вас. Никто не придал значения словам Родриго, но ссориться они действительно перестали. Гермиона с Джинни успели окунуться в источник вместе с другими туристами, а после их ждал большой пикник, который им организовала туристическая компания. Малфой всячески игнорировал совместные посиделки, находясь где-то в стороне от веселья и компании. Как и Блейз, который почти постоянно находился рядом с Малфоем. Они очень долго о чем-то беседовали, бродили где-то рядом, осматривая местность. Джинни даже успела огорчиться, что её парень не уделяет ей достаточно времени и проводит его со своим угрюмым дружком. После перекуса они отправились дальше по тропе, прощаясь с водопадом. Гид сообщил, что сейчас они побывают в гостях у шамана, который является последним из представителей древнего народа Каетума, некогда живущих в этих лесах. Именно он покажет уникальный бразильский колорит и окунет их в ощущения древнего и таинственного. Родриго привёл их к поросшей зеленью и мхом маленькую хижину. Вокруг домика, словно ограждение забором, деревянные столбы. Гермиона пригляделась: на них были резные символы, словно древние отпечатки магии. Вся энергетика вокруг дома была тяжелой, ощущалась так, словно хижина защищалась от посторонних. Видимо это были магические символы защиты. И тот, кто их сделал, и кто жил в этом самом доме, явно не такой уж простой маг. Из дома вышел старичок, босиком, в странных длинных одеждах темно-зеленого цвета, как тот старый мох на его хижине. На его шее, как и на поясе гремели разнообразные украшения: на шее – бусы из разноцветных камней и клыков разных зверей, на поясе – одинокий клык ягуара, фрагмент керамики, гладкий черный камень с вырезанной спиралью. Как маленькие, магические артефакты, которые он носил с собой. На голове ободок, словно корона из лиан, контрастирующий с его длинными, седыми волосами, которые на свету казались почти прозрачными. Его темное лицо, с красноватым оттенком было похоже на карту из-за тонких темных линий, похожими на татуировки. Старик улыбнулся, завидев их группу. Гермионе даже показалось, что они столкнулись взглядами на миг. И это не пугало, а скорее вызывало любопытство. — Путники, что забрели сюда по велению Матери лесов, — начал он, вознося руки к небу. — Меня зовут Каету, я шаман этого леса. Сама природа, таинственная и всевидящая позвала вас сюда, ко мне. Прошу за мной, я, как проводник, покажу вам для чего вы забрели на эту дорогу.

***

Они шли за Каету недолго. Гуськом, по узкой тропе, пока зеленая стена из лиан и листьев пальм не раздвинулась, открывая круглую поляну. В центре каменный круг, а внутри возвышалась низкая каменная платформа, обвитая мохом и корнями. На ней стоял небольшого размера камень, не драгоценный, но со своими особенностями: серо-зеленый, с прожилками, как будто вода и время вырезали на нём рисунок, который не был виден издалека. Группа скучковалась, когда вдруг, из недр тропического леса начали собираться девушки и парни в белых хлопковых платьях. Они начали двигаться плавно, медленно, в ритм барабанов, которые глухо отдавались в груди. Тонкий звон колокольчиков вплетался в ритм, как вездесущая тень. Несколько девушек кружились босиком, их юбки и волосы летели за движением, а на кожаных лентах вокруг их запястий и лодыжек были закреплены перья и ракушки. Дым от факелов клубился и неконтролируемо цеплялся за кожу, впитывался в волосы и одежду, оставляя сладковатый запах жареных бананов и копченых трав. Мысли разбредались, становились какими-то туманными в этом концентрированном жарком воздухе. Через некоторое время танцующие начали избавляться от одежды, оставаясь почти голыми. Лишь украшения на руках и ногах оставались нетронутыми. Группа начала перешептываться, комментируя происходящее вокруг. — Что происходит? — тихо спросила Джинни, прижавшись к Блейзу. — Почему они танцуют почти голые вокруг нас? Что это за обряд такой? — Не бойся детка, я с тобой, — успокаивал он её, поглаживая по спине. — Это всего-лишь ритуальное шоу для нас. Они не причинят нам вреда. Просто слушай и смотри. — Закрой глаза, Блейз, — Джинни подняла ладонь к его лицо, стараясь закрыть его мелькающие туда-сюда глаза. — Ей богу, стриптиз-бар отдыхает. — Ритуал? — спросила испуганно Гермиона. — Так и знала, что нужно было защитные чары наложить. Неизвестно чем это всё может закончиться! — Ну вот, теперь ты ноешь, Грейнджер, а ещё что-то про меня говорила, — вмешался Драко. — Расслабься. Блейз же сказал, вреда они нам не причинят, это просто часть программы. Можешь присоединиться к ним и тоже потанцевать во славу Камня. — Иди к чёрту, Малфой со своими примитивными шутками, — прыснула Гермиона, сложив руки на груди. Шаман Каету ступил на край каменной платформы поднял руку приказывая барабанам стихнуть. Даже отдаленные звуки живущих в лесу птиц замолкли.Танцующий люди, также, как по приказу сели на корточки, склонив голову к земле. Они замерли, как изваяния из того же камня и казалось, что они даже перестали дышать. Весь лес как будто подчинялся старику и не смел его ослушаться. Лицо шамана сейчас скрывала маска – вырезанная из темного дерева, с линиями, повторяющими прожилки на Камне. Плащ из перьев и нитей шевелился, волочился по земле, словно живой зверь. В руке он держал длинный посох, увешанный наполненным неизвестным содержимым мешочками и амулетами. — Камень Истока – это дыхание земли, — произнёс он, глядя куда-то поверх группы. — Он слышит тех, кто ищет правду. Он отвечает тем, кто говорит сердцем. Шаман спустился с платформы и прошёл вдоль круга, словно просвечивал рентгеном каждого присутстивующего гостя на празднике. Когда его взгляд задержался на Гермионе, она почувствовала лёгкое покалывание в груди и странное ощущение тревоги, паники. Драко, стоявший чуть позади, также уловил этот взгляд. — В старых легендах говорится, что иногда Камень выбирает двоих – тех, чьи души идут в одном ритме. Они могут встретится один раз в жизни… или никогда. Но если коснутся Камня вместе, их сердца узнают друг друга – и уже не забудут. — Каету отошел в сторону и приглашающим жестом указал в сторону Камня. — Кто хочет – может коснуться, но помните, Камень отвечает только тем, кого выбрал. — То есть… нам просто коснуться его и всё? — спросил недоуменно кто-то из толпы. — В чём смысл? — Смысла ищет тот, кто материального жаждет, — шаман смирил спросившего его человека спокойным и почти насмешливым взглядом. — Кто не может коснуться его с пустой головой и чистым сердцем, подумайте о желанном. Каету замолчал и махнул рукой, звук барабанов снова возобновился и девушки приподнялись, начиная двигаться в медленный, плавный такт, всё ещё сидя на коленях. Их глаза, были почти безжизненными, словно под гипнозом. Он возносили руки к небу и что-то шептали. — Впечатляет, не правда ли? — воодушевленно хмыкнул Родриго. — Обожаю. Это лучшая часть маршрута. — По мне всё выглядит как-то пугающе и странно, — фыркнула Гермиона после слов гида. — Ты просто боишься признаться, что хочешь загадать желание, — улыбнулась рядом стоящая Джинни, идя за руку с Блейзом. — Я буду думать только о том, чтобы Драко Малфой провалился под землю, — Гермиона уже мысленно видела эту заманчивую картинку в голове. — Это считается за желание? — Рад слышать, что ты так часто думаешь обо мне, Грейнджер. Гермиону передернуло от голоса Малфоя, который медленно шагал сзади неё. Она не обернулась, не дала ему такой чести. — Не льсти себе, — съязвила она с прищуром. — Моё желание включало лаву и крики. — Романтично, — лениво усмехнулся Малфой. Толпа немного поредела, люди подходили по парам один за другим касаясь камня. Очередь Блейза и Джинни уже прошла и они смешались в толпе с теми, кто уже коснулся Камня. Гермиона и Драко были следующими, они же и последними. Шаман глядел на них обоих с интересом, будто сканировал своими белыми, как туман глазами. От его взгляда становилось немного не по себе. Мгновение тишины. Гермиона глубоко вздохнула, но всё же протянула руку к камню, несмотря на своё плохое предчувствие по поводу всей этой ситуации в целом. Драко смотрел на неё с лёгкой насмешкой. — Ну как, веришь в это? — почти полушепотом произнес он. Она посмотрела прямо на него, наклонив голову набок. — А ты? — не то, чтобы ей было интересно его мнение. — Наверное, не стоит недооценивать камушек, вдруг он выберет нас, представляешь? — усмехнулся он. — И ты больше никогда не сможешь забыть меня, солнышко. Малфой снова он шутил, да так плохо, что Гермиона даже поберегла свои глаза и не стала их закатывать в очередной раз. И прежде чем кто-то успел отреагировать, их пальцы одновременно коснулись камня. Мир вздрогнул. Барабаны ударили в унисон с биением их сердец. В ту же секунду — яркая вспышка. Камень нагрелся под ладонями, словно они держали руки в центре самого солнца. Воздух тропиков зазвенел и даже птицы умолкли. Тишина гудела в ушах. Гермиона быстро отскочила, отрывая руку от камня. Девушки и парни, имитирующие живой круг на земле начали радостно восклицать пронзительным боевым кличем и быстро двигать своими телесами, словно в конвульсиях. В висках и в груди застучало так сильно, что заглушало даже собственное дыхание напрочь. — Что это было?! — испуганно вскрикнула она, держа ладонь на груди. — У тебя что-то… светится, — медленно произнес Драко указывая на её грудь. Он также отскочил на приличное расстояние от камня и теперь потирал свою ладонь, которую слишком сильно жгло. Гермиона немного отдернула свой топ на груди и ахнула. Её взгляд переместился на руку Драко, которая тоже мягко начинала светиться. — У тебя тоже! Что за… Геометрический рисунок медленно проявлялся; золотой, сияющий, обжигающий кожу словно огонь. Шаман наблюдал спокойно со стороны и будто знал больше, чем положено. — Сердца названы. Макаба бьётся, — заключил старик.