24. Божьи воины

Майкрофт понимал, что его отчёты уходят сэру Джонсу, от него выжимка поступает королеве, но даже не мог представить до конца, какие волны поднимутся от него, ставшего брошенным в это болото камнем. Он просто писал отчёты, анализировал, рассказывал свои выводы из того, что узнал, увидел, услышал… Всё, каждая мелочь анализировалась уже людьми сэра Джонса, скрупулёзно собираясь в единое целое. Смерть Дамблдора открыла путь к расследованию по горячим следам. Начали с обыска в его доме: зачем-то маг держал этот домишко, не продавая. Значит, надо глянуть. Обыск и принёс первые плоды, показавшие, с каким размахом покойный директор растил деревья интриг. Помимо записей, обнаружились флаконы с чем-то вроде серебристого тумана в нём. Эксперты опознали в тумане воспоминания — маги и такое умели. Однако, чтобы воспоминания изучить, был необходим думосброс. Сэр Джонс запросил артефакт в Отделе Тайн — Секретная служба давно сотрудничала с ним. Однако тайнюки принялись увиливать и тянуть время. Посмотрев, что ему откровенно чинят препятствия и он не может прижать обнаглевших магов, сэр Джонс подумал, собрал все отчёты в единое целое, выжал из них самое главное и пошёл на доклад к Её Величеству. Там он представил выжимку и стал ждать решения монарха. Королеве узнанное очень не понравилось. Статуту всего триста лет в обед, а маги распоясались нагло и откровенно! То у них стычки, то война местечковая, теперь вот чуть ли не переворот готовили, но чудом обломались… Да что ж это такое! Верхушка вся в тюрьме мослами нары протирает, остальные корчат из себя то ли левых, то ли правых, то ли вообще высшую расу. Забыли, кто им титулы давал и земли жаловал! Елизавета была очень умной, имеющей громадный опыт и не страдающей странными порывами, типа веры в сказки или в то, что люди без присмотра будут паиньками, маги они или нет. Она тут же призвала тех, кто мог запросто скрутить магов в бараний рог или крендель — на выбор — и отдала сэру Джонсу приказ, подкреплённый необходимыми печатями и ссылками на документы. И началось. В тот же день сэр Джонс в сопровождении шести Божьих воинов явился к министру магии. Взвешивание палочек, секретарь министра — всё это было отметено, как шелуха. На стол Фаджа лёг приказ Её Величества. — Вопросы? — спросил сэр Джонс. Побелевший от ужаса министр покачал головой. Сэр Джонс не опустился до обливания презрением, но магу и так было понятно всё, что о нём думают. Министр! Надо же! — Её Величество ждёт доклады, — ткнул в больное и мягкое сэр Джонс и направился к входу в Отдел Тайн за семенящим и оглядывающимся, как пугливая мышь, секретарём. При виде рослых мужчин в сутанах на магов нападал ступор. Даже сейчас маги что-то там мнили, и на вежливый стук в дверь не отозвались. Что ж. Им же хуже. Сэр Джонс отошёл в сторону и дал дорогу профессионалам. Сутаны взметнулись, что-то вспыхнуло и тут же погасло, что-то стукнуло, и под чтение молитвы все восемь дверей Отдела Тайн распахнулись настежь. Сэр Джонс оглядел открывшиеся помещения и шагнул в то, которое выглядело проще всего. Секретарь министра магии к тому времени исчез. Божьи воины шагали следом. Что ж… Следующие несколько часов сэр Джонс занимался важным делом: песочил слишком наглых подчинённых — Её Величество, раздражённая всем происходящим, отдала наглецов под его начало. Полностью. Маги пытались что-то там вякать, демонстрировать гонор… Воля сюзерена и монарха — это вам не шутки. Члены Ордена длани Господней живо показали наглецам их место на социальной лестнице, и после пары показательных акций устрашения работа наконец начала выполняться. Сэр Джонс за голову хватался от масштаба проблем. Чем маги занимались все эти годы?! Груши околачивали половыми органами?! Судя по всему, да. Теперь от них требовали сметы, отчёты, вменяемые обоснования и инвентаризационный список. Живо нашёлся и думосброс, причём не один, и много чего ещё. Сэр Джонс связался с подчинёнными, работающими по делу Дамблдора, и через полчаса они уже изучали собранные покойным директором Хогвартса воспоминания. А сэр Джонс сосредоточенно читал отчёты тайнюков по дневнику Т.М. Риддла и диадеме Рейвенкло. Отдел Тайн обнаружил, что в этих предметах были крестражи. Приставленный к нему молодой сотрудник Отдела, по приказу Божьих воинов снявший мантию и маску, краснея, но не мямля, живо объяснил сэру Джонсу, что это такое. Мужчина схватился за голову: им только возрождения неадекватного маньяка не хватало! Снова завертелись в голове вопросы: чем вы, маги, занимались всё это время? Почему не провели расследование? Почему не уничтожили пакость? Получив ответ, что они хотели посмотреть, что будет, сэр Джонс просто озверел. Экспериментаторы! У них тут нежить готова проклюнуться, а они в бирюльки играют! Как следует пропесочив наглецов, сэр Джонс начал отдавать приказы. Но первым делом он вызвал ещё воинов Ордена: присматривать за этими идиотами. Однако не успели они прибыть, как примчался Майкрофт с квадратными от ужаса глазами, неся в шкатулке медальон, в котором тут же опознали ещё один крестраж и заодно реликвию Салазара Слизерина. Сколько же их этот скот наклепал?! — Максимально возможное число крестражей — семь, — сообщил один из умников. — Однако уже после создания первого начинается разрушение личности. Вероятно, этим и объясняется неадекватность Тома Риддла в конце семидесятых — начале восьмидесятых. Сэр Джонс лишь скрипнул зубами. Объясняется. Ну-ну. Мало неадекватного придурка, так и эти детишки великовозрастные лапки мухам отрывают. Ничего. Он ещё научит их исполнять свои обязанности и строем ходить. Не прошло и недели, как ему представили доклад. С медальоном что-то сделали, и он показал наличие ещё нескольких своих подобий. А именно – две штуки. И если один крестраж был расположен где-то в обычном мире — точные координаты уточнялись, то второй находился в Гринготтсе. А банк — это банк. Просто так в сейф не залезешь. Оставив эту проблему на потом, сэр Джонс помчался изымать тот, что прятался неподалёку от Лондона — ужас какой! Благо работа с думосбросом помогла понять, в каком предмете заключён крестраж. Четвёрка Божьих воинов следовала за ним, грозная как всадники Апокалипсиса. Хижину Гонтов сэр Джонс, напрочь забывший о том, что он кабинетный руководитель, а не полевой агент, нашёл без труда. И только. Он был не то чтобы сильным магом и не то чтобы искусным. Но имеющегося дара ему хватило, чтобы понять: так просто в эту халупу с мёртвой змеёй на притолоке не войти. Нужны специалисты, чтобы взломать защиту. И он вызвал магов. Процесс шёл медленно и муторно: Волдеморт такого навертел, что распутывали долго. В конце концов они добыли нужное — шкатулку с простенького на первый взгляд вида кольцом, от которого волосы дыбом вставали. Маги максимально убрали чары, священники зачистили всё полностью… Маги из Отдела Тайн писали кипятком, так хотели исследовать кольцо, вроде как то самое, принадлежавшее когда-то Певереллам. Сэр Джонс, в своё время наслушавшийся историй о том, что случается с теми, кто лезет к чужим артефактам, наложил на исследования вето. Не им принадлежащая вещь? Вот и нечего. И вообще, такое стоит закрыть в хранилище и не трогать. Очищали что кольцо, что медальон ядом василиска, тоже обнаруженным в запасниках, причём талантливо «потерянным» при инвентаризации. Плевать было сэру Джонсу на то, что реликвия, на то, что историческая ценность… Надо было не допускать такого развития событий — и было бы магам счастье. Удовлетворённо проследив за тем, как рассеиваются злые сущности, сэр Джонс сосредоточился на последней проблеме. Банк. В чём может быть заключён кусок духа и где этот предмет лежит? Подумав, он собрал на совещание самого вменяемого из изучавших феномен Риддла тайнюков, лорда Блэка как имевшего прямое и косвенное касательство к обнаружению трёх из четырёх крестражей, ну и его отца, конечно. Агент 007 магом был слабым, зато агентом опытнейшим. И сэр Джонс уже ходатайствовал о том, чтобы предоставить ему право на использование двух из трёх непростительных заклятий. Обрисовав проблему, он зорко осмотрел присутствующих, погрузившихся в размышления. — Нам надо чётко знать, что это за вещь и в чьём сейфе она прячется, — начал маг Отдела Тайн. — Гоблины не пустят никого в чужой сейф, сами не достанут требуемое, так что нам понадобится сотрудничество владельца. Нам надо знать, кто. — Скорее всего, кто-то из подчинённых Лорда, — начал Джеймс, припоминая всё узнанное по этой теме. — Или его собственный сейф, хотя я в этом сомневаюсь. — Почему? — спросил сэр Джонс. — А как он сможет сам себя возродить? — усмехнулся Джеймс, Майкрофт покивал. — Нужна чья-то помощь. Значит — самые преданные, самые верные. Такие, что не предадут ни при каких обстоятельствах и никогда не отступят. — Может… — начал Майкрофт, — спросить мисс Блэк? Она вполне могла что-то слышать. — Спрашивайте, — приказал сэр Джонс. Разговор с Нарциссой, пытающейся выслужиться перед своим малолетним главой, дал зацепку. Самой верной и самой неадекватной считалась её старшая сестра, Беллатрикс, в девичестве Блэк, а ныне леди Лестрейндж. Беллатрикс хвасталась сестре, что Лорд отдал ей что-то на хранение, какую-то реликвию. Вот только тут же возникла проблема: что леди Лестрейндж, что её супруг и деверь, все они сидели в Азкабане. И уже очень давно. Решать, что делать с Лестрейджами, решили без министра магии. Беллатрикс Лестрейндж, по свидетельствам знавших её магов, унаследовала характерное для Блэков безумие, и только идиотизм и трусость магических властей привели женщину в Азкабан: ей самое место было в палате для неизлечимых душевнобольных. Обеспечить это можно — с помощью её супруга и деверя. Стоит скостить им срок или вообще выпустить на свободу… Сэр Джонс рассмотрел эту мысль со всех сторон и задумался. Ситуация складывалась скверная. Все родовитые маги, ну, почти все — и вдруг в тюрьме. А кто у нас был главой Визенгамота в это время? Кто руководил процессами и прочим? Дамблдор. Сэр Джонс был готов прозакладывать любимую табакерку, что не обошлось без злоупотреблений. Не могло обойтись! Учитывая личную неприязнь Дамблдора к Тому Риддлу… Значит, самое время просмотреть оставшиеся флаконы с воспоминаниями и начать поднимать архивы.