Ссылка в Сибирь.

      — Годжо, подожди за дверью. Я не ожидал, что вы все явитесь одновременно.       — Какого чёрта, учитель Яга?! Я их одногруппник и имею право знать!       — Нет. Это тебя не касается. Тебя не было на вчерашней миссии, а значит, ты к этому делу никаким боком не относишься, — ровным, почти ледяным тоном сказал Масамити, сверля альбиноса тяжёлым взглядом.       — Но я всё равно узнаю! Какая разница — сейчас или чуть позже? — не унимался Годжо.       И, признаться, в этот момент я подумала ровно то же самое: реально, а какая разница-то? Но…       — А разница в том, что мозги ты мне полоскать будешь поз-же, а не сей-час! — рявкнул Яга на весь спортзал и, для убедительности, топнул ногой.       Проводив нашего насупившегося одногруппника взглядом, он наконец обратил внимание на нас с Гето. В воздухе повисло напряжение — прямо как перед экзаменом. Учитель явно о чём-то переживал, но ни я, ни Сугуру не спешили нарушать тишину.       А мы, вообще-то, умнички. Если не считать Сёко — самые спокойные на третьем курсе.       — Решение старейшин меня, признаться, удивило, — наконец произнёс Яга. — Я не думал, что всё обернётся именно так. Однако… возможно, это даже к лучшему.       — О чём вы, учитель? — Мы переглянулись с братцем. Сугуру выглядел собранным, почти безмятежным.       Но краем глаза я всё же заметила его руки. Он то сжимал пальцы в кулак, то тут же разжимал их, словно забывая, где находится. Этот жест ёкнул в груди сильнее любых слов. Ещё и пятая точка начала что-то чуять…       — Муре велено перевестись в Киото до конца учебного года, — продолжил Яга. — Старейшины уверены, что ты сорвался под её влиянием. Ранее за тобой не наблюдалось агрессивного поведения… Я пытался их переубедить, но они были весьма настойчивы.       Он на секунду замолчал, затем посмотрел на меня — болезненным, почти виноватым взглядом. Ясно.       — Я ещё не вступил в должность директора, — тихо добавил он. — Поэтому не могу противостоять этому решению. Я всего лишь учитель.       Он произнёс это с горькой улыбкой, сминая в пальцах бумагу. Судя по тому, что я вижу — отчёт. Помянем его помощника, ибо ему вновь придётся перепечатывать лист А4.       — До конца недели у вас с Гето запланировано несколько миссий. После этого тебя перевезут в Киото. Прости, Мура.       И всё же я… не могла поверить своим ушам.       Мы спасли двух маленьких детей-магов от насилия. Передали их в надёжные руки. Сугуру стабилизировался, нашёл для себя новый путь. И вот как, да?..       — И… что они там со мной делать будут? — голос предательски дрогнул.       Ну а что скрывать — мне сейчас реально хотелось повеситься на собственных соплях. И Система, предательница, даже не предупредила. Или это очередной твой «подарочек»?!       — То же, что и здесь: учить, контролировать, направлять, оценивать. Ты будешь единственной третьекурсницей, так что, скорее всего, тебя просто загоняют по миссиям. Возможно, если покажешь себя достойно, тебя даже повысят.       — Учитель… — я сглотнула. — Это точно до конца года?       Братан выдохнул сквозь зубы, поджимая губы. Я чувствовала то же самое. Но Яга не был виноват. Сугуру напал на не-мага.       И этот исход… всё ещё был лучшим из возможных.       — Буду честен, — он выкинул через плечо скомканную бумагу, а после скрестил руки на груди. — Я не знаю. Говорят — до конца года, но могут и задержать, оставив на четвёртый курс. Мой тебе совет, Мура: не буянь. Покажи им, что ты адекватный маг, а не тот образ, который они себе нарисовали. Я…       БАХ!       Дверь спортзала слетела с петель и с грохотом рухнула рядом со столом учителя. На пороге показался разъярённый белобрысый маг, шокированные Сёко и Утахиме. Немного позади стоит чуть ли не рыдающий Юи, а рядом с ним настороженно сжатый Кенто.       Я пробежалась по их лицам взглядом, чувствуя, как сердце болезненно ёкает. Я всегда умела адаптироваться, отсекать лишние эмоции. Зачем тратить нервы на то, что не изменить?       Но видеть тех, с кем прошла пусть и недолгий, но тернистый путь…       Сердце кровью обливается, бабоньки!       — Какого чёрта, учитель Яга?! — взревел Сатору, уверенно шагая вглубь зала. Его шаги эхом отдавались под потолком.       — Вот этого я и боялся… — устало выдохнул Яга, а затем сорвался. — Я кому велел ждать, Годжо?! Какого чёрта ты вваливаешься сюда, разрушая материальные ценности учебного заведения?! Так ещё и всех за собой привёл…       — Да мне по боку на эти ценности! — отмахнулся Сатору, — Мы этим старпёрам Муру не отдадим! А они, — он кивнул носом на наших друзей. — Моя команда поддержки!       — Следи за языком, Годжо! Думаешь, мне это нравится?! Если Совет вынес решение — так и будет! И не тебе ли это знать?! И если даже я не смог отбить её, то и вы — подавно.       Он окинул всех тяжёлым взглядом и остановился на мне.       — Мура. Ты всё поняла?       — …Да.       — Всё. На этом закончим. Годжо остаётся. Остальные — рассредоточились.       Мы шли вдоль стадиона всей разношёрстной компанией вплоть до общежития. Сёко и Утахиме отвалились первые, возвращаясь в медицинский корпус. На последок обняв меня (словно я на тот свет собралась), они удалились, как какие-то старушки-плакальщицы. Пиздец, только этого мне не хватало… Затем ушли Юи с Кенто. Если первый кинул пару приободряющих фраз, то второй… с силой положил руку мне на плечо, молча покачивая головой из стороны в сторону.       Господи, Система, успокой меня, а? Меня этот мир решил убить, да?       Так и остались мы с Сугуру одни около входа в общежитие. Немного подумав, мы решили сходить за напитками. А уже на обратном пути уселись на каменные ступеньки под ярким солнышком.       Мы сидели достаточно долго в тишине — казалось, что никто из нас не хочет разрушать её. Сугуру смотрел куда-то в даль, будто пытался разглядеть там ответы.       — Если бы ты тогда не пошла со мной… — начал он и тут же замолчал.       Ну ёбанный карасик! Братан, ну не туда тебя мысли ведут. Мысли шире!       — То ты бы всё равно туда пошёл, — спокойно закончила я за него. — А так: ты разобрался в себе, сформировал цели, так ещё и обзавёлся официальной сестрой и двумя племяшками. Классно, да?       Он усмехнулся, но в этой улыбке не было ни капли веселья.       — Киото… — протянул он. — Ты же ненавидишь подчиняться традициям. Что делать будешь?       — Эти самые «традиции» ещё не знают, с кем связались. Они ещё сильно пожалеют, раз начали мне указывать, где быть.       — О, ну да, ну да, — смеясь, он активно покивал головой. — Особенно они пожалеют тогда, когда один маг резко начнёт штурмовать словесно не тебя, а их штаб.              — Вот именно! Я посмотрю, как они справятся с Годжо и его гиперактивностью, хе-хе-хе.       Мы ещё немного посидели в тени деревьев, а после разошлись. Завтрашнюю миссию всё же никто не отменял.       Я уж было хотела спуститься вниз в город, но солнце уж сильно пекло макушку, не смотря на позднее время. С тяжелым вздохом я уж было хотела наконец-то покинуть каменные ступеньки, но чья-то рука с силой опустила меня обратно вниз.       — Мура, не ссы. Я уже придумал план, — заявил он, с важным видом, поправляя съехавшие вниз очки.              — Если он включает в себя разрушение Киото — план говно, — весело заявила я, всё ещё сверля взглядом его руку на своём запястье.       И как бы я своим видом не показывала возмущение от происходящего, он всё ещё по-хозяйски держал меня за руку, чуть поглаживая большим пальцем кожу. Если сейчас ещё небо окрашено в розовый цвет… да ладно?!       — Тогда план Б. Я разрушу Совет.       — Сатору.       — Ладно-ладно, — он цокнул языком, наконец-то отпуская мою руку. — Но если они там тебя обидят, я устрою им персональное расширение территории. Бесплатно.       Я хмыкнула.       — Ты не умеешь расширять территорию, — я замолчала, пытаясь понять ранее сказанное. — А что такое «расширение территории»?       Он заржал так, будто я ему рассказала анекдот про туалет. Вспомнив текст этой имбы-шутки, я захохотала вместе с ним, вытирая попутно выступившие слёзы.       Его табло выражало явное недовольство.       — Знаешь… Я смотрю, что тебя не особо расстраивает то, что ты скоро уедешь, — он буркнул это себе под нос, отворачивая лицо в сторону.       А потом добавил тише:       — Ты же знаешь, что ты не одна, да? Даже в самый поганый момент помни: мы рядом.       Я кивнула, расплываясь в улыбке.       — А кто это тут таким милым стал, а-а-а? Можно я тебя ещё и за щёчки подёргаю?       Он коротко выдохнул, кивая.       — Перед отъездом. Так уж и быть, Сильнейший даст себя подёргать за щёчки. И… — он склонил игриво голову в сторону, сверкая глазками. — Я верну тебя. Как-нибудь.       — Идиотушка, — сказала я, глядя прямо ему в глаза. — Я сама вернусь. Вы так просто от меня не избавитесь.       

***

      «О-о, так вот что у вас там происходит… Ну, прости, дорогуша, но я ничего сделать не смогу».       Именно так Тенген ответила на мою просьбу о помощи. Честно? Я и не рассчитывала.       Хотя где-то глубоко внутри всё же надеялась…       Уже лёжа в кровати, и обдумывая весь этот день, причину перевода я так и не поняла. Может, судьба решила всё-таки подтолкнуть Сугуру к тьме. Всё же именно я стала тем самым звеном, из-за которого мрачного инцидента не случилось. Именно я предложила ему после техникума искать страдающих детей-магов по деревням.       А может, старейшины просто кукухой поехали.       Да, ко второму варианту я склонялась куда больше.       В любом случае — отъезд через шесть дней. И я этого не хотела.       На следующий день меня выловила Сёко, хватая под руку. Уведя меня за общежитие, Иэйри молча протянула мне пачку сигарет.       — Я не курю.       — Зато умеешь делать вид, что всё под контролем, хотя сама находишься где-то между задницей и задницей.       — Ох, умеешь же ты поддержать.       — Я просто говорю правду, — пожала плечами моя самая спокойная одногруппница за две жизни. — А правду проще пережить.       Мы спрятались в кустах, провожая взглядом учителей и их помощников. Сегодня у них по расписанию планёрка. А у меня ещё один мозготрах.       — Киото — не приговор, — сказала она. — Просто… другая клетка. Просто… Не становись магической занудой или занозой в заднице, коих и так много в этом мире. Остальное — ерунда.       Последующие дни пролетели незаметно. Если в первый день все ещё возмущались, спорили, злились. На второй — смирились.       Смирилась и я.       Ну а что сделаешь?       Обе миссии с Сугуру заканчивались почти мгновенно. Я уже поднатаскалась, ему оставалось лишь в финале преобразовать проклятие для поглощения. На первой было проклятие, как не странно, второго уровня. Всё происходило на старом складе где-то в спальном районе. На второй — проклятие третьего уровня, но разницу я так и не почувствовала.       Сугуру оба этих раза даже не вмешивался — лишь наблюдал, как я быстро, чётко, без колебаний использую проклятую энергию.       — Ты уже на уровне киотских, — сказал он, когда мы шли обратно к завесе.       — Тогда пусть они постараются меня хоть чему-то научить, раз переводят.       Но внутри что-то неприятно сжалось. Если я там слишком хорошо приживусь… вернут ли меня обратно?       Вечерами мы собирались с теми, кто был свободен. Утахиме чаще всего не было — она выпускница. Сатору тоже — он Сильнейший, ему не до нас. Остальные по возможности подтягивались, но вечно кого-то не было. Даже первачков увезли куда-то на экскурсию.       Но даже в такие моменты меня охватывало странное чувство. Каждый раз я ловила себя на мысли, что неосознанно запоминаю всё: голос, смех, даже то, как ветер треплет чужую форму.       Потому что обычные вечера — самая редкая роскошь. Особенно в нестабильном мире магии.       Неделя пролетела, не успела я даже повести бровью. И стоило только наступить послед… крайнему дню пребывания в Токио, как меня вдруг вызвал Яга к себе в кабинет. Пожав плечами, и не увидев системного оповещения, я ни о чём не волнуясь пошла вдоль тропинки.       Учитель Яга меня удивил. Не так. Я охуела с того, какой панч он выдал.       — Мура. Это мои заметки. Характеры кураторов Киото. Их слабые места.       Он протянул мне папку — тонкую, явно не по протоколу. Покосившись на неё, я мягко отпряла в сторону, не желая брать какую-то подозрительную информацию в свои руки.       Ещё преступником объявят…       — Учитель…       — Я не могу отменить решение, — жёстко сказал он. — Но могу сделать так, чтобы ты туда ехала не вслепую.       Он помолчал, затем добавил тише:       — И ещё. Если они начнут как-то задевать тебя, или же отправлять на слишком опасные миссии — сообщи мне. Даже если формально я уже не буду иметь права вмешиваться.       Я впервые увидела взрослого, который злится на систему так же, как и мы. Я никогда и не видела в Яге пресмыкающегося, просто он выполняет свою работу. И это… удручало. Да, я знаю, что я не с этого мира и не мне судить о происходящем. Но разве так можно вообще поступать? Что за тупые отговорки «она плохо влияет». Они плохо влияют на студентов, формируя в головах ложное представление о мире.       Уже вечером мне поведала Сёко, как Сатору с учителем ругались ранним утром из-за чего-то. Яга кричал на Годжо, стараясь что-то доказать, а тот встал в штыки. Ей показалось, что из-за меня, а точнее — моего отъезда завтра утром.              Фразы, которые она услышала мельком, звучали так:       — Не смей делать из этого войну!       — Тогда пусть они не делают из неё жертву!       Похоже, что мне не кажется подозрительным этот перевод.       Этим же вечером меня опять стал терроризировать Сугуру своим чувством вины, заводя шарманку о том, что «тебе не стоило тогда ехать со мной». А я лишь пришла расчесать перед сном его отросшие волосы…              — Братан, ну не начинай, а? Будем созваниваться, списываться, делиться новостями. Я ж не на казнь иду, а перевожусь. Да, не по своей инициативе. Но даже если они заставят меня остаться там до конца обучения, разве потом я не смогу вернуться, дабы стать учителем? Вроде как можно.       — Можно, — согласно кивнул он, успокаиваясь. — А я хочу после выпуска стать независимым, как сделала это Цукумо-сан. Ну, ты знаешь…       — Конечно. Ты будешь искать, а я — учить. У нас неплохой такой союз, братик.       — Чёрт. И как я буду без твоих этих глупых шуточек, — он обнял меня, крепко прижимая к груди. — Береги себя, сестрёнка.       Вышла я от Сугуру довольно поздно. Свет, как мы помним, ранее экономили во всех постройках, кроме общежития. Именно с сегодняшнего дня объявили о комендантском часе, поэтому ровно в десять отключили всё электричество в здании, кроме розеток.       Я шла по тёмному коридору, но не боялась чего-то сверхъестественного. Я о жуках, если что. А знаете почему? Ребята, дабы мой сон в эту ночь был крепким и здоровым, ещё днём осмотрели все углы в комнате на наличие насекомых. Да, букашки могли бы залезть и позднее, но… Давайте мы будем думать о хорошем, ладно?       Зайдя в комнату, и прикрыв за собой не закрывающуюся дверь, я буквально подскочила от того, как в неё постучали. Во-первых, ПОСТУЧАЛИ? Во-вторых, КАКОГО ХУЯ Я НИКОГО НЕ ВИДЕЛА?       Нахмурившись, я таки открыла её. Увидев в дверях Годжо, моя бровь сама по себе поползла куда-то выше лба. Но пропустила в комнату, авось что-то важное пизданёт.       — Ты не спишь, — утвердительно сказал он, садясь по-хозяйски на мою ещё заправленную кровать.       — Ебать ты кэп. Если что, то ты тоже. Что-то случилось?              Его лицо освещала тонкая полоска луны, что пробивалась в окно. Несмотря на шторки, она таки нашла путь, дабы коснуться своим лучом его лица. Уж лучше бы она этого не делала, ибо его глаза сверкают и так охуенно в темноте.       — Ты выглядишь слишком спокойной, — недовольно протянул он, откидываясь корпусом на покрывало. — Мне это не нравится.              — Что ещё тебе не нравится? — раздражённо сказала я, скрещивая руки на груди.       — Когда моих людей забирают.       Я моргнула пару раз, так и не веря своим ушам. Этот сломанный Карлосон, у которого пропеллер в жопе, а не на спине, сейчас на полном серьёзе это говорит? Или это очередная шутка?       — О как, — я закатила глаза. — С каких пор?       — С тех самых пор, как Сугуру перестал выглядеть слишком убитым. Я… Я постараюсь, чтобы этого больше не повторилось. Будь спокойна, находясь за столько километров от нас. И не бойся их — ты под защитой Сильнейшего!       — О, спасибо за великодушие, — я театрально поклонилась, чем вызвала его смех. Улыбнуться всё же пришлось, ибо хихикал он слишком уж заразительно. — Ладно, спасибо за добрые слова. Спать пора как бы… Или же ты со мной хочешь?       Он задумчиво промычал что-то нечленораздельное, отчего выражение бывшей подруги «вынь хуй из рта» заиграла новыми красками. Тихо вздохнув, я сначала присела рядом, а после и вовсе обессилено прилегла с ним.       — Не страшно уезжать?       — А выбор у меня есть?       — Ну, ты можешь сказать мне: «Сатору, спаси меня». А я уж дальше сам что-нибудь придумаю.       — Не, спасибо. Ты либо хуйню придумаешь, либо вообще ничего.       Он перевернулся набок, загадочно улыбаясь. Боковым зрением я видела, как он выжидающе смотрел на меня. Но я не хотела делать из этого вечера пижамную вечеринку или девичник, поэтому решила и дальше лежать на спине. У этой белобрысой задницы было другое видение жизни, поэтому рука, которая резко возникла на моём плече, с силой повернула меня набок.       Лежать лицом к лицу с этим наглым магом мне было… неловко. Даже если я не чувствую в его сторону романтического интереса, то это не значит, что я не буду смущаться.       — Хоть и киотские тебе не соперники, но будь осторожна. Гакугандзи тот ещё хрыч. Но бесить его весело.       — О, спасибо за совет, — недовольно буркнула я, закидывая руку под голову. — Но я, пожалуй, им не воспользуюсь.       — Правильно. Ибо только я могу довести его так, как нужно.       — Не сомневаюсь. Ты-то, уж точно сможешь. Самоуверенный маг.       — Влюблённый в перспективу маг, — поправил он с важным видом. — Ладно, мне пора. Не грусти там без меня.       Я театрально схватилась за сердце свободной рукой. Тихо ахнув, я широко распахнула глаза, дабы точно это выглядело так, как я представила это в своей голове.       — Буду каждую ночь плакать от того, что тебя нет рядом, как сейчас.       — Ловлю на слове, — весело сказал он, вставая первым с кровати.       Проводив его взглядом до двери, он резко остановился. Словно что-то обдумывая, он отвёл глаза в сторону, и это выглядело так жутко, что я даже приподнялась.       — Смотри там шашни не крути со слабаками в перерывах от слёз, — ухмыльнулся он, взъерошивая свои волосы. И пока мой глаз начинал отбивать чечётку, он тихо добавил. — Мура, удачи. Я не прощаюсь.       Не дождавшись моего едкого комментария, он вышел в коридор, прикрывая за собой дверь.       Что это было? К чему эти слова? Я, простите, не понимаю. Зато я понимаю другое — Систему. Эта дура проснулась уже как полчаса назад, выдавая мне новое задание с «крутой» формулировкой.       

Внимание! Начинается сюжетное задание: «Киото — город традиций».

Внемлите голосу разума, позабыв былую роскошь. Отриньте прошлое, примите новое, вкусите плоды радостно.

      На этом моменте мои глаза превратились в две копейки. Такой дичи она ещё не выдавала.

Награда: повышение собственного ранга, основываясь на ваших достижениях.

Примечание: в случае провала вас выгонят с магического мира. Будьте бдительны!

      Это всё, конечно же, охуенно, Система. А можно там поподробнее?

Цели задания (основные):

Пройдите адаптацию в Киото, выполнив все миссии. (0/1)

Не прибегая к чужой помощи, повысьте ранг до «первого» и выше. (0/1)

Не потеряйте связь с токийскими одногруппниками. (0/1)

Найдите союзников\друзей среди неизвестных студентов. (0/3)

Итоги будут известны только после того, как вы вернётесь в Токио. Удачи!

Примечание: цели задания (побочные) будут выдаваться в ходе выполнения основных задач.

Примечание 2: штрафы не отменяются. Выполняйте задания добросовестно!

      Жаль, что эта шайтан-машина не физическая, а лишь отражение в моих глазах. Я бы с удовольствием в неё запустила чем-нибудь тяжёлым!       Прикрыв веки, я отпустила все мысли, что касались Токио и Киото. В моей черепной коробке кружились способы расчленения Системы.       И вот я стою перед машиной, выступая чем-то средним между носовым платком для чужих слёз и слушателем для чьих-то возмущений. А сама почему-то молчу. Я могла бы кричать. Могла бы всё разнести. Но зачем? Прятаться в пространстве бабули? Тоже бессмысленно — там скука смертная.       А Яга не виноват — подставлять не хочется.       Так я и уехала. Под всеобщие вздохи, охи и сдавленные прощания. Ну, Киото, держись. Самый адекватный маг летит в твои сети!