50 оттенков неудачных свиданий

      — И вот я такая захожу в этот клуб, а он стоит с огромным пятном прямо на ширинке. Я спрашиваю его: «Кио, друг, что с тобой?», а он мне: «Мура, прости, но мы не можем быть вместе».       — А-ха-ха, — Сёко опрокинула бокал с пивом на пол, но ни я, ни она, ни её многочисленные «вечно молчаливые фанаты» не обратили на это внимания. — А ты чё?       — Ну а я чё? Ушла, конечно же. Зачем мне парень-обоссыха? — я понюхала стакан с пенным, который отдавал спиртягой, и, поморщившись из-за нахлынувших воспоминаний, продолжила. — А вот тебе ещё охуенное рандеву, которое было у меня на той неделе.       Сёко, пытаясь поднять осколки с пола, сидя на стуле, плюнула на это дело и принялась губить организм алкоголем прямо из бутылки. Судя по её выражению лица, ей пипец как интересны мои любовные похождения.       Ну, любовными их назвать трудно… Скорее, раньше надо мной был злой рок в лице братика и Системы. А сейчас я просто невезучий человек в отношениях.       — Сидела я недавно в баре после миссии в одном спальном районе Кагошимы. Ко мне подсел парень, ну, лет так двадцати пяти. Ну, знаешь, прям вообще айдол на внешность: волосы назад, глаза озорные, а улыбка… — я мечтательно закрыла глаза, но картинка резко сменилась на воспоминание окончания вечера. — В общем, сидели мы с ним, разговаривали о жизни. В какой-то момент я ушла в туалет, ну, понимаешь зачем.       Сёко кивнула, подперев подбородок кулаком и слегка на нём покачнулась, а я продолжила:       — Так вот. Я возвращаюсь, значит, к стойке, а этот недо-принц блюёт дальше, чем видит. Я вот как представила, что мы едва не поцеловались прямо незадолго до, так меня всю выворачивает, — я ещё и схватилась за горло, дабы передать весь мой ужас от происходящего пиздеца в личной жизни.       — Оу-у, получается, стоит только тебе с кем-то познакомиться, а затем ненадолго уйти в туалет навести марафет, как далее у тебя идёт срыв будущего свидания с вытекающими последствиями?       — Да!       — Ужас, Хана. Просто ужас. Ты это… в храм сходи, что ли…       Она залилась смехом буквально на весь морг.       — Сё-ко, вот вообще не смешно! Я скоро мужика у тебя в палате искать буду. Уж с ним-то у меня проблем не будет.       Иэйри обернулась назад и посмотрела на мужчин и женщин, прикрытых сверху плотной тёмной тканью. Скептически подняв бровь, она вновь повернулась ко мне.       — Да хоть всех забирай. Только вот Яге сама будешь объяснять, зачем они тебе.       Я цокнула, закатывая глаза.       Да, за годы жизни магом особого уровня мой уровень юмора спустился куда-то в Тартары, и теперь шуточки временами ходили на грани между «чёрнухой» и «туалетом».       — А у тебя как дела? — я отодвинула стакан с пивом, так и не отпив из него.       Скажем так: вкусы Сёко касаемо алкоголя с каждым годом становились всё хуже и крепче. Уж тогда пускай колу с коньяком мешает, чего уж греха таить? Ну или, на крайний случай, чистоганом пьёт. Зачем же этим пойлом желудок травить?.. Ах да, позитивная энергия не только внутри, но и снаружи…       — Да как-как… Работа отнимает у меня слишком много сил и времени. Вот и остаётся только культурно выпивать в коморке, да иногда выбираться в приют к Сугуру с плановым осмотром.       — Ну, а ты там… ну, это, с ним… — я потёрла указательные пальцы друг с другом, явно намекая на движуху между ними этим незамысловатым жестом.       — Хана, — она предупредительно наклонилась ко мне, щуря глаза, — о чём ты там подумала? У нас с Гето сугубо деловые отношения.       — Ага-ага, — я покивала головой, будто превратилась в автомобильного болванчика, — и одна постель на двоих раз в неделю.       — Думай, что говоришь, — хмыкнула она, с грохотом ставя бутылку на стол. — Между нами ничего нет. Просто моя комната на реконструкции. А ближайшая к ней — его комната. А он обычно в эти дни уходит в комнату Годжо, который… Кста-а-ати…       Тут она щёлкнула пальцами, и я поняла, что, если бы она жила в России, то точно бы работала в РЖД.       — А у вас там что?       — У кого «у вас»? — непонимающе похлопала я ресницами.       — У тебя и у Сатору, не прикидывайся умалишённой.       — А что у нас? — я продолжала строить из себя святую простоту.       — Стрелочницей не прикидывайся.       — От стрелочницы слышу.       Мы замолчали, сверля друг друга взглядом минуты две. Но стоило ей усмехнуться, как помещение накрыло волной девичьего смеха. Да такого, который и мёртвого разбудит… Ой.       — Ясно, у вас всё стабильно-нестабильно?       — Сёко, — я вздохнула, разведя руки в разные стороны, — у нас как раз всё стабильнее некуда. Он на миссиях, я — на них же, на противоположной стороне страны. Видимся, дай бог, раз в месяц, и то на плановых собраниях, сдавая отчёты о проделанной работе.       — И прям совсем не скучаешь? — она сложила руки под подбородком, словно кокетничая со мной.       Я отзеркалила её телодвижение и пролепетала, передразнивая:       — А я по всем о-очень скучаю, — затем села обратно в непринуждённую позу, возвращая голосу нормальный тон. — Серьёзно. Я скучаю по вам. Особенно в те дни, когда на дню по две-три миссии с исчезновением людей, а проклятие прячется где-нибудь под землёй.       Она не ответила, а лишь кивнула, грустно глядя на дверь.       — Три… два…       Не поняв внезапного отчёта, я сначала растерянно посмотрела на неё, а затем — на вход. Как только она произнесла «один», та резко открылась, буквально чуть не слетая с петель, и за порог сначала вошёл уверенным шагом Годжо, сверкая зубами. А следом за ним вошёл и Гето, попутно кидая извинения за испорченную дверь.       — Ремонт будет за твой счёт, Годжо.       — Океюшки! Но в таком случае она будет розовой. Хоть что-то весёлое будет в этом унылом месте.       Он поднял руку и весело помахал сначала Сёко, а затем и мне, почему-то дёрнувшись перед этим на пару секунд.       Я таких выпадов не поняла, но помахала в ответ ему, а затем и братику, который уже нёс ещё два стула к нашей импровизированной «поляне».       — Ну, сестрёнка, рассказывай. Какими такими судьбами тебя в морг занесло?       — Ой, а ты как будто не в курсе, — я сощурила глазки, стараясь всем видом игнорировать, с каким недовольством отодвигает Сатору алкоголь одним пальцем, причём не прикасаясь к кружке.       Да. Он толкал её Бесконечностью. Как вы понимаете, театральный по нему плачет.       — Ну, Сёко говорила, что вы тут косточки перемывать всем и сразу вознамерились.       Я кивнула.       — И как успехи?       — Ну, я рассказала ей только про четыре индивидуума за ближайшие полгода.       Сугуру поднял брови, и я спешно замахала руками. Подумает ещё, что сестра у него стала… чрезмерно любвеобильной.       — Не подумай. Чаще всего — простое знакомство с весьма неудачным завершением.       — К примеру?       К этому моменту уже абсолютно все сидели с напитками. Сёко уже принесла другую кружку, весьма прозорливо отмахнув кедами осколки куда-то к двери. Годжо открыл себе и братику сладкую газировку. Ну а мне пришлось сидеть в обнимку с моим «великолепным нектаром богов». Видимо, сегодня у меня сухой закон.       — К примеру, в начале месяца после миссии меня остановил… Вроде бы его звали Минато… Да, именно так. Он попросил меня о помощи, не мог никак сориентироваться и выйти к метро. И пока я искала информацию в интернете, он ка-а-ак закричит во всю глотку и ка-а-ак давай убегать от меня, оборачиваясь.       — Да ты что? — я увидела боковым зрением, как лицо Сатору оказалось совсем рядом с моим.       — Да, представляешь? — обернувшись к нему, я широко открыла рот и обхватила щёки руками. — И знаешь что? Я посмотрела через плечо в ту сторону, где предположительно что-то было быть, а там — никого!       Смех тут же заполнил комнату, а мне лишь оставалось натянуть улыбку, дожидаясь того, пока ребята не просмеются.       — И вот так каждый раз! Братик, неужели я такая страшная?       — Страшно милая, — он заботливо похлопал меня по голове, улыбаясь. — Не обращай внимания на придурков.       — Просто тебя Ками-сама охраняет, — следом добавил Сатору, фразой которой он смог лишь вызвать у меня нервный тик.       — Кстати, как обстоят дела со Старейшинами? Дали добро на миссии за границей?       Я даже не успела придумать язвительную фразу, а братик уже весьма спешно сбил меня с мысли. Годжо, у тебя явно есть ангел-хранитель в лице этого замечательного человека.       — Давно уж, — я отмахнулась, откидываясь на спинку стула, тем самым возвращая дистанцию между мной и Сатору.       Он всё такой же любитель соваться в чужое пространство, будь то дверь, личные границы или же сиденье стула. Да, он сидит сейчас и на моём тоже, а я уже наполовину сижу на воздухе.       — Только вот… — я закатила глаза, раздражённо складывая руки на груди. — Договора на вступление в должность учителя никак не дождусь.       — Хочешь, я замолвлю за тебя словечко? — Сугуру наклонил голову набок, косясь на Сатору. — Этот тоже поможет.       — Помогу, — кивнул он, ещё сильнее отодвигая меня к краю.       Я покосилась в его сторону, но продолжала держать молчаливую оборону. Знаю я его… Только дай волю эмоциям — как у него в одном месте заработает пропеллер, и тогда конец тихим посиделкам.       Покачав головой, я тем самым привлекла всеобщее внимание.       — Я знаю, что вы поможете, — я продолжала качать головой, дабы они не подумали чего лишнего. — Но хочу справиться с этим сама.       — Сильная женщина, — причмокнув губами, Сёко опустила кружку с грохотом на стол.       О-о, ей уже, похоже, не наливать…       — Сёко, спать хочешь? — тихо сказал Сугуру, хватая её за плечо, так как Иери начало шатать из стороны в сторону.       — Угу, — кивнула она, жалобно глядя на него. — Но жалко… Мы только собрались вот так все вместе, а уже и расходиться пора.       Он слегка улыбнулся и кивнул, а затем обернулся ко мне и Сатору с виноватым выражением лица.       — Приберётесь здесь? Я отведу её в комнату, — затем замолчал, прикрывая глаза, словно обдумывая следующую фразу. — Сатору, я переночую у тебя сегодня?       — А я где буду? — чертыхнулся он, освобождая моё место.       Слава богу! А то я думала, что скоро я буду практиковаться в сидении на полу на коленях.       Да. За годы жизни в Японии я до сих пор не понимаю эту культуру. Ноги затекают, мышцы в ногах сводит, так ещё и в спину поддувает. Ужас!       — Мы с тобой вдвоём будем в одной комнате, не тупи. Просто потеснимся немного, — раздражённо проворчал Сугуру, смотря в мою сторону. — Хана, ты надолго?       — Думаю, что дня два буду в Токио.       — Отлично. Тогда завтра заскочу к тебе.       Я улыбнулась и кивнула ему. Он же тем временем уже повёл еле стоящую на ногах Сёко к выходу.       Прямо перед тем как открыть дышащую ладаном дверь он обернулся к нам:       — Не буяньте сильно.       И ухмыльнулся так, словно мы тут сейчас займёмся активно увеличением демографии страны.       — То же самое могу сказать и о вас, — Сатору загадочно улыбнулся, поправляя свои бинты на глазах. — А то вернусь в комнату, а от тебя след простыл.       — Сатору… ты… — он стиснул челюсть, и в тишине помещения раздался звук скрипа. — Поговорим позже. Хана, — он перевёл взгляд на меня, — держись.       — Да чё держаться-то? Уберусь и пойду на боковую.       Я встала сразу же, как произнесла фразу, а братик лишь кивнул, приподняв одну бровь. Уж не знаю я, что он там себе понапридумывал с Сёко на пару, но у нас с Сатору дружеские отношения.       Повторяю для особенных: дружеские. И руки, обвившие мою талию и с силой усадившие к себе на колени, тоже действуют по-дружески.       — Годжо, ща в лоб бутылкой получишь, — я покачала пустой ёмкостью из-под пива перед лицом, оценивая шансы попадания.       — Да ладно тебе, — он притянул меня ещё ближе к себе, захватывая в своеобразное кольцо и устраивая меня поудобнее. — Давно мы вот так наедине не оставались.       — Да, действительно давно, — кивнула я, соглашаясь. — Но это не отменяет факта, что происходящее слегка выходит за рамки дружбы.       — Я по-дружески держу тебя на коленях, чтобы лучше слышать, — лица я, конечно, не видела. Но слышала, как в голосе играют насмешливые нотки.       — М-м, проблемы со слухом начались? Не рановато?       — Давай поиграем? — и, не дождавшись моего ответа, продолжил. — Слышал от Сугуру вот такую игру… Ехали по кочкам, по маленьким листочкам…       Я неверующе повернулась корпусом в его сторону. Откуда он знает детское четверостишие, которое даже я слышала последний раз года в четыре?..       — В ямку — БУХ, — он немного развёл ноги, и я, конечно же, слегка провалилась между ними, — и раздавили кучу мух!       Я всё продолжала сверлить его взглядом, не сразу замечая, как вцепилась в его ворот, чуть прижимая к себе. Он тем временем вернул меня обратно на колени и вновь начал трясти ими.       — Ехали по кочкам, по маленьким пенёчкам…       — Сатору, — предупредительно начала я, — не надо.       — В ямку — БУХ, — он вновь развёл ноги, но в этот раз шире, из-за чего я вцепилась в него с удвоенной силой, притягивая за грудки ближе, — а там петух.       — Сатору, прекрати, — чувствуя, как меня вновь вернули на исходную позицию, я попыталась встать, и тогда его руки с силой опустили меня вниз. — А ну отпусти!       — Ехали по кочкам, по аленьким цветочкам…       Я уже приготовилась, как вновь провалюсь вниз, и лишь зажмурила глаза. Да-да, я одна из тех, кому от этой невинной игры становилось скорее жутко, нежели весело. В детстве со мной однажды так поиграли. А затем замучались успокаивать.       Но вместо того чтобы сразу сказать финальный аккорд этого дьявольского четверостишья, он приблизил своё лицо ко мне, растягивая губы в улыбку.       — В ямку бух… — его голос стих совсем до шёпота, а до поцелуя оставался всего один сантиметр. — Провалился Винни-Пух.       Знаете, я женщина простая: раз этот мужик не бежит от меня, как все остальные, то видимо судьба. Но стоило мне поддаться искушению, да подать в мозг сигнал к дальнейшему движению, как вдруг…       — Мия-я-яу-у.       Злобное создание кошачьего вида, чмошного подвида, оказалось на пороге раньше, чем я успела сделать вздох. Конечно, Система на страже и никогда не спит, прямо как мафия по ночам.       Раздражённо промычав что-то невнятное, я попыталась отодвинуться от него. Но, видимо, он такого развития событий не рассматривал, поэтому руки, которые до этого покоились на моей талии, как-то весьма ловко оказались на спине, с силой притягивая обратно.       — Что-то не так? — обеспокоенно шепнул он, наклоняя набок голову.       — Да, — кивнула я, косясь в сторону кошатины. — Я боюсь, что от моей спины не останется и живого места, если я сейчас останусь с тобой дольше, чем ещё на одну минуту.       Он хмыкнул, но отодвигаться не стал.       — А других мужчин почему-то это животное к тебе подпускает…       — Что? Откуда ты? А… слышал?       Годжо не ответил, а лишь обиженно надул губы, чуть отворачиваясь в сторону. Но руки так и не убрал.       — Сатору, отпусти, пожалуйста…       — Киса не тронет тебя… — он положил свою голову мне на плечо. — Бесконечность не пропустит эту угрозу к тебе.       — Зато она ух как пропустит, когда мы, в конце концов, по комнатам разойдёмся, — тут же возразила я, вновь предприняв попытку отодвинуться от него.       — Можем спать в одной комнате, — он продолжал шептать мне на ухо, щекоча раковину.       — О, да. И на миссии ходить в обнимочку, — в тихий смешок был вложен весь сарказм мира.       — Я не против, — он пожал плечами, прижимая к себе ещё сильнее и поднимая голову. — Ну, можем продолжить? — Ехали по кочкам…       — Мя-я-у, мяу-мяу, мр-р…       Перед глазами тут же вспыхнул синий экран, ровно перед лицом Сатору.

Если ты сейчас не встанешь и не пойдёшь в свою комнату, то разговаривать ты сможешь только стоя на голове.

      — Сатору, — я схватила его обеими руками за щёки, сминая их так, чтобы губы походили больше на куриную жопку. — Мне правда пора. Это исчадье ада хочет кушать.       — Пфоводить теа?       — Нет, — я качнула головой, но руки не убрала. — Лучше будь добр: убери со стола всё в раковину. И, если не сложно, сполосни бокалы. Ладно?       Я мило улыбнулась, дожидаясь его кивка. Но он так и не последовал.       — Ну, Сатору…       — Нагада буит?       Я призадумалась на тем, что именно может служить ему наградой. А затем чуть подпрыгнув на месте, резко дёрнулась вперед, быстро чмокнув в губы.       — Пойдёт?       — Подёт, — кивнул он, убирая руки с моей спины.       Я быстро сползла с него, и так же спешно помахала рукой на последок. Подхватив белый комок за шкирку, я в одно движение закинула котика на плечо и вышла в коридор, аккуратно прикрывая за собой дверь.       — Довольна, обломщица хренова?       — Мяу-мяу, мур-р мияу.

Вот найдём мага, чьё имя я не могу называть, и тогда будешь свободна.

      — Нашлась мне тут шантажистка…       — Мур-мур мяу-мяу, мр-р-р…

Я и впрямь проголодалась…