Противостояние

      Не Сычжуй был совсем плох. Его ци было искажено еще с рождения, а от близости такого количества разгневанных сабель все стало только хуже. Лань Ванцзи смотрел на юношу с сожалением, этого можно было избежать, не унаследуй Вей Юри упрямство отца. Сейчас, когда большие глаза матери не прожигали изнутри, сходство с отцом было особенно заметно. Очень опасное сходство. Лань Ванцзи хотел сказать Вей Ину, чтобы тот не рисковал, но в последний момент передумал: все равно не послушает.       - Мо Сюаньюй, ты делал подобное раньше? – спросил Не Юань.       Вей Ин не ответил, в прошлом он делал многое, но то был Старейшина Илин, а у его нынешнего тела даже духовных сил почти нет. Мужчина положил руку на лоб лежащему без сознания юноше и закрыл глаза. Знакомая мелодия, что всегда успокаивала сердце, сама пришла на ум. Вей Ин напевал ее совсем тихо, пытаясь сосредоточиться, пытаясь вытянуть из сына излишки темной энергии и вобрать в себя.       Не Сычжуй закашлялся, не приходя в сознание, после чего произошло то, чего всегда так боялся Не Юань. Темное Ядро обнажилось, представ перед взорами заклинателей, во всем своем уродстве.       - Что с ним такое? – вытаращил глаза Цзинь Лин. – Это произошло после посещения того жуткого места?       Юноша невольно сосредоточил в себе ци, проверяя собственное Ядро, у него оно было нормального золотистого цвета.       - Темный заклинатель, - выплюнул Цзян Чэн, обнажая меч.       - Дядя, нет! – выкрикнул Цзинь Лин.       - Что «нет»? – напустился на него Цзян Чэн. – Ты посмотри внимательно. Это то, что случается с теми, кто сходит с правильного пути!       - Не Сычжуй никогда не сходил с правильного пути, - заступился за брата Не Юань. Он хотел также добавить, что Не Сычжуй родился таким, но не посмел. Все итак вышло из-под контроля, когда ему пришлось согласиться, чтобы брату помогли прямо здесь, пока не стало слишком поздно.       - Темные заклинатели подобны Старейшине Илин! – не унимался Цзян Чэн.       - Да что ты все никак не уймешься?! – воскликнул Вей Ин. – То меня обвиняешь в том, что я Старейшина Илин, теперь его!       Пусть лучше Цзян Чэн вспомнит, что считал его Вей Ином. Пусть лучше нападает на него. Даже в этом бесполезном теле Старейшина Илин сможет себя защитить, а вот его сын сейчас беззащитен. Кто защитит его?       Но глава клана Юньмэн Цзян уже нашел новую жертву. Сверкнул на солнце клинок.       Послышался треск рвущейся бумаги. Это Не Хуайсан остановил удар меча своим веером.       - Глава клана Юньмэн Цзян, - мягко проговорил Не Хуайсан, - Не Сычжуй заклинатель моего клана, и не Вам решать его судьбу.       - Дядя, ты сошел с ума?! – Цзинь Лин не был также вежлив. Подумать только, его дядя недавно обвинял Мо Сюаньюйя в попытке убить Не Сычжуя, а сейчас сам обнажил меч против его друга! Что с того, что его Ядро изуродовано? Цзинь Лин ни разу не видел, чтобы Не Сычжуй использовал темный путь.       Цзян Чэн посмотрел на них как на несмышленых детей.       - Вы все что правда не понимаете, ЧТО перед Вами, или не хотите понимать?!       Не Хуайсан глупо захлопал глазками, заставив Цзян Чэна скрипнуть зубами от досады, и скороговоркой проговорил:       - Я не знаю, о чем Вы! Не знаю! Не знаю!       - Зато я знаю! – взвился глава клана Юньмэн Цзян. – Такому, как он, не место в мире заклинателей!       Он снова двинулся вперед, но Не Хуайсан продолжал стоять у него на пути. Цзян Чэн уже хотел было отшвырнуть его, но другие заклинатели клана Цинхэ Не, словно прочитав его намерения, выступили вперед. Не Хуайсан был главой их клана, и они обязаны были защищать его. Не Сычжуй был частью их клана, и он был хорошим заклинателем.       - Глава клана Цзян, - снова мягко проговорил Не Хуайсан, - позвольте мне самому решить это дело.       - Что может решить Незнайка? – фыркнул Цзян Чэн.       Рядовые заклинатели клана Цинхэ Не возмутились, но на лице их главы появилась тень улыбки.       - Я действительно много не знаю, - примирительно сказал он. – Я не такой великий, как мой старший брат и… главы других великих кланов. Но я вырастил Не Сычжуя с младенчества, и не верю, что внутри него может таиться зло. Кроме того, Не Минцзюэ, мой старший брат, также очень высоко ценил его. Я доверяю суждению брата.       - Глава клана Цинхэ Не уверен, что эта его привязанность в будущем не погубит его клан? – насмешливо спросил Цзян Чэн. – Мой отец тоже вырастил Вей Ина, и как тот отплатил и ему и всей нашей семье? Мои отец и мать погибли из-за него! Моя сестра и ее муж погибли из-за него!       Снова это бесячее тупое выражение лица, когда его обладатель невинно спросил:       - Разве Ваших родителей убил не клан Цишань Вэнь? Разве не после их гибели, началась Аннигиляция Солнца, во время которой клан Цишань Вэнь был повержен, а после полностью истреблен? Клан Цишань Вэнь ответил за совершенные злодеяния, но я не знаю, причем здесь мой приемный племянник?       Вей Ину было больно вспоминать о том, что говорил Цзян Чэн, не имея возможности высказаться в свою защиту, но он не мог не восхищаться изворотливостью нынешнего главы клана Цинхэ Не. Его зря назвали Незнайкой. Да, он и в молодости был ленивым и не стремился к совершенствованию, но он любил разрисовывать веера, наблюдать за птицами и ловить рыбу. Он не мог запомнить содержимое учебника, зато знал наизусть картинки из взрослых книжек. Беспечный малыш Хуайсан, живший в тени и заботе старшего брата, на первый взгляд ему не хватало твердости духа, но Вей Ин в прошлом много лет прожил под одной крышей с Цзян Чэном. Он хорошо понимал, какую силу воли нужно иметь, чтобы спорить с таким человеком как глава клана Цзян.       Цзян Чэн тем временем задыхался от ярости.       - Я сам решу, как поступить с заклинателями моего клана, - с мягкой улыбкой повторил Не Хуайсан, заканчивая разговор.       Не Минцзюэ погиб, попав в лапы верховного заклинателя, и никто ничего не смог доказать. Не Хуайсан догадывался, столько невинных жизней было сгублено в темницах Пристани Лотоса за последние шестнадцать лет, и не собирался отдавать еще и Не Сычжуя. Клан Цинхэ Не итак понес большие потери за последние два года.       - Когда другие кланы узнают об этом, они не обрадуются! – пригрозил Цзян Чэн.       Не Хуайсан в ответ только хлопнул глазками, глупо улыбаясь. Он сможет, изображая дурачка, защитить заклинателей своего клана. Вот уже два года, как у него получалось.       - Не говори им! – крикнул Цзинь Лин. – Не смей!       Взгляды дяди и племянника скрестились точно клинки, очень похожие взгляды, и лица в гневе у них искажались одинаково.       - Юная госпожа не понимает, - прорычал Цзян Чэн. - Это не кончится добром.       - И хватит звать меня юной госпожой! А-Сычжуй никому не сделал ничего плохого, он не может быть связан со Старейшиной Илин.       - Ха, как бы ты заговорил, узнав, что Не Сычжуй выживший сын Старейшины Илин? – подумал Не Юань. Он вспомнил вдруг, как бродил по улицам. Как горько плакал, прижимая к себе брата, который уже никогда не сможет вернуть себе свое настоящее имя и вынужден будет навсегда остаться Сычжуем.       - Нам пора, юная госпожа, - все также издеваясь, фыркнул Цзян Чэн.       - Не уйду, пока он не очнется! – заупрямился Цзинь Лин.       Понимая, что Цзян Чэн не уйдет без Цзинь Лина, Вей Ин негромко сказал:       - С ним все будет хорошо. Иди, не заставляй дядю волноваться.       Цзинь Лин заметно надулся, это не он желал смерти Не Сычжую, но именно его сейчас прогоняли. Помявшись, он заставил себя пойти вслед за дядей.       Только когда клан Юньмэн Цзян ушел, Не Хуайсан посмотрел на веер в своей руке – это был один из его любимых – и с первого взгляда было понятно, веер безвозвратно испорчен. Глава клана Цинхэ Не печально вздохнул.       Вей Ин приблизился к нему, взял в руки веер и раскрыл его. Мысли вернулись в прошлое. Не Хуайсан прогулял занятия, чтобы разрисовать очередной веер, а потом хвастался, какой изящный рисунок у него получился, как гармонична была каждая линия. Вей Ин лишь смеялся над ним, ничего не понимая в искусстве, как и большинство других заклинателей. В те далекие годы их юности из картин Вей Ина интересовали только рисунки из взрослых книжек.       Не Хуайсан дорожил всеми своими верами, а этим больше, чем остальными. И без колебаний остановил им меч. Кто бы мог подумать, что настанет день, когда Вей Ин посмотрит на увлечение бывшего друга другими глазами. Не Хуайсан с его нежной и трусливой натурой не побоялся выступить против свирепого Цзян Чэна. Вей Ину внезапно захотелось что-нибудь сделать для него.       Разглядывая веер, Вей Ин произнес:       - Очень тонкая работа, линии рисунка очень изящны и гармонично сочетаются между собой.       Не Хуайсан, казалось, был приятно удивлен. Впервые он встретил человека, который смог оценить его работу также высоко, как он сам.       - У Вас хороший вкус, - он улыбнулся более искренне, чем прежде.       Затем взгляд его переместился на Не Сычжуя, и лицо омрачила озабоченность. Сколько пройдет времени, прежде чем племянник придет в себя?       Юноша медленно открыл глаза и коротко охнул. Первым порывом Вей Ина было броситься вперед, но он заставил себя сдержаться. В этом теле он никто. И даже вернись он в своем… Кем бы он был для молодого заклинателя клана Не? Бесчестным монстром, который предал свой родной клан. Теперь с Вей Юри все хорошо, и он не будет мечтать о большем. Лучше, если Вей Юри навсегда останется Не Сычжуем.       Вей Ин почесал глубокий шрам на своей руке. Воскрешение не дается просто так. Никто не отдаст свое тело просто так. Вей Ин не просил ничье тело, но Мо Сюаньюй отдал его добровольно самому зловредному и безжалостному духу, чтобы тот отомстил за его боль. С каждой смертью члена семьи Мо шрамы исчезали один за другим. Остался последний самый глубокий. И Вей Ин не знал, чье имя кроется за этим шрамом. По условиям договора подношения тела, если дух не выполнит волю того, кто пожертвовал ему тело, то будет развеян уже навсегда, без шанса на перерождение. У Вей Ина немного времени, а Вей Юри всю жизнь жил под другим именем и давно уже похоронил родителей. Нет нужды говорить ему правду, чтобы потом он хоронил отца снова.       Сердце сдавила тоска, когда он увидел как сын смотрел на тех, кого считал близкими людьми. Что ж, Вей Ину следует быть благодарным. Люди рядом с его сыном не дали тому погибнуть еще в младенчестве. А что сделал сам Вей Ин? Отсутствовал шестнадцать лет и вернулся в этот мир в теле блудного сына главы великого клана, да к тому же еще и известного, как обрезанный рукав.       Лань Ванцзи коротко кашлянул. Вей Ин очнулся от неприятных мыслей и вернулся к действительности. Встреча с другими заклинателями была случайна. Их с Лань Ванцзи привело в Цинхэ очень важное дело, и рядом как раз находились люди, которые могли дать нужные им ответы.