Часть 49

Я проснулась от того, что чувствовала на себе его дыхание. Тёплое, ленивое, с утренней хрипотцой в каждом вдохе. Открыв глаза, я увидела Хенджина — он лежал рядом, опираясь на локоть, и смотрел на меня с той самой полуулыбкой, от которой внутри становилось горячо. — Доброе утро, — его голос был низким и чуть осипшим. — Утро, — прошептала я, пытаясь спрятаться в одеяло, но он не позволил. Хенджин наклонился и поцеловал меня в висок, затем медленно скользнул губами ниже, к шее. Его ладонь легла мне на талию, прижимая чуть ближе. Я тихо выдохнула. — Знаешь, — пробормотал он между поцелуями, — я мог бы так и не вставать с кровати… если бы утро всегда начиналось с тебя. Он спустился ниже, оставляя цепочку влажных, томных поцелуев вдоль линии шеи. Каждое движение было неторопливым, как будто он хотел, чтобы я прочувствовала каждую секунду. — Ты же понимаешь, Айли… — он задержался у впадинки ключицы, — что в таком виде я тебя отпускать из постели не собираюсь. Его пальцы медленно скользнули по моему бедру, поднимаясь выше, и я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Хенджин уловил это и усмехнулся. — Уже так реагируешь… даже от моих утренних прикосновений, — сказал он тихо, а затем его рука оказалась там, где я уже давно его ждала. Он не спешил — сначала медленно, легко, будто проверяя мою реакцию, а когда услышал мой тихий стон, стал чуть смелее, ускоряя ритм. — Вот так… моя девочка… — прошептал он прямо мне в ухо, от чего я задрожала ещё сильнее. Я чувствовала, как волна жара нарастает внутри, и не могла сдерживать звуки. Всё было так близко, так интимно, что весь мир перестал существовать. — Смотри на меня, — тихо приказал он, и когда я встретила его взгляд, всё стало ещё сильнее. Ещё несколько движений, и я сорвалась, сжимая простыню и стараясь не закричать. Он держал меня крепко, не отпуская, пока моё дыхание не стало сбиваться в тихие, прерывистые вздохи. Хенджин лёг рядом, притянул меня к себе и поцеловал в губы, чуть прикусывая. — Доброе утро, — сказал он снова, уже с довольной улыбкой. — Очень… — выдохнула я, пряча лицо у него на груди. Я всё ещё лежала на его груди, слушая, как ровно бьётся его сердце. Он лениво гладил мою спину, иногда запуская пальцы в волосы, а я не хотела даже думать о том, чтобы вставать. — Мне кажется, — тихо сказал Хенджин, — сегодня можно отменить все дела и остаться здесь. — У тебя же работа, — улыбнулась я, не поднимая головы. — Работу можно перенести… — он поцеловал меня в макушку. — А вот утро с тобой — нет. Я подняла взгляд и увидела, как он смотрит на меня. Чуть прищуренные глаза, лукавая улыбка — он явно что‑то задумал. — Что? — спросила я. — Просто думаю, — протянул он, — как же я мог прожить столько утр без такого вида. Я фыркнула и хотела было оттолкнуть его, но он тут же поймал мои руки и опустился вниз, целуя мои губы. Поцелуй был мягким, но быстро стал глубже, настойчивее. — Мы вообще собирались вставать? — спросила я, когда он оторвался. — Нет, — абсолютно серьёзно ответил он. Он снова опустился к моей шее, и я невольно рассмеялась, когда его волосы коснулись моей кожи. Хенджин поднял голову, усмехнувшись: — Щекотно? — Очень, — я сжалась от смеха, но он не остановился и нарочно провёл губами по той же линии, пока я извивалась под ним. — Вот теперь всё правильно, — сказал он довольным тоном. Мы провели так ещё, наверное, полчаса — он отпускал какие‑то шуточки, я подшучивала в ответ, он иногда притягивал меня для ленивого поцелуя, а я не могла перестать улыбаться. В какой‑то момент он лёг на спину, а я устроилась на его груди, и мы просто молчали, слушая тишину за окном. — Знаешь, — тихо произнесла я, — если каждое утро будет таким, я не против вообще не выходить из дома. — Договорились, — сказал он и крепче прижал меня к себе. Через какое‑то время я всё же выскользнула из‑под его руки и села на край кровати. — Куда это ты? — с ленивым прищуром спросил Хенджин, вытянувшись на подушках. — Кофе, — ответила я, накидывая на себя тонкий халат. — Хочешь? — Хочу… но лучше, если ты принесёшь его вот так, — он указал на меня рукой, явно намекая на то, что халат держался на одном пояске. — Мечтай, — усмехнулась я и вышла в кухню. Когда я засыпала кофе в турку, почувствовала, как он подошёл сзади и обнял меня за талию, чуть приподняв мою руку, чтобы заглянуть в кружку. — Ты решила уйти без прощального поцелуя? — его голос был тёплым и слегка хриплым. — Я решила, что кофе важнее, — нарочно сказала я. — Ошибаешься, — прошептал он, целуя меня в шею. Я почувствовала, как он стягивает пояс халата и слегка раздвигает ткань, но не спешит — просто держит меня за бёдра и чуть водит ладонями. Сердце забилось быстрее. — Ты так и не дала мне утро закончить, — сказал он, оборачивая меня к себе. — А оно должно заканчиваться? — спросила я с улыбкой. Он посмотрел на меня тем взглядом, от которого внутри всё переворачивается, и медленно поцеловал, не заботясь, что кофе уже вот‑вот закипит. — Кажется, кофе придётся подождать, — выдохнул он, слегка прикусив мою губу. Мы ещё несколько минут стояли так, будто весь мир за пределами этой кухни перестал существовать. — Хенджин… кофе, — напомнила я, чуть отстраняясь и указывая взглядом на турку, которая уже начинала подниматься. — Плевать на кофе, — он даже не посмотрел в сторону плиты, продолжая водить ладонями по моей талии, медленно поднимаясь выше. — Я сейчас хочу совсем другое. — Нам пора завтракать, — сделала я вид, что сопротивляюсь, положив руки ему на грудь и слегка отталкивая. — Правда? — он усмехнулся, наклонился к моему уху и прошептал: — Ты это говоришь, а сама дрожишь от моих рук. Я сжала губы, стараясь не выдать себя, но он уже всё понял. — Айли… — его голос стал низким и чуть хриплым, — я чувствую, что тебе нравится. Он провёл пальцами по линии моей шеи, медленно спускаясь вниз, и я едва сдержала тихий вздох. — Ты… слишком уверен в себе, — пробормотала я, пытаясь сохранить серьёзный тон, но руки сами легли ему на плечи. — Я просто знаю тебя, — сказал он и мягко, но настойчиво притянул меня ближе, так, что между нами не осталось и сантиметра. — И знаю, что тебе не хочется, чтобы я останавливался. Я замолчала. Потому что он был прав.   Хенджин вдруг легко поднял меня, словно я ничего не весила, и усадил на прохладную столешницу. — Так удобнее, — сказал он с хитрой улыбкой, скользнув взглядом по мне. Он повернулся к плите, наклонился и быстро выключил кофе, чтобы тот не сбежал, а затем вернулся, останавливаясь прямо между моими ногами. Его руки мягко раздвинули их чуть шире, и он опёрся ладонями по обе стороны от меня, нависая близко. — Такой вид с утра… — он провёл пальцами по моему бедру, медленно поднимаясь выше. — Это лучшая мотивация на весь день. Я почувствовала, как дыхание сбилось, когда его пальцы добрались до самого интимного. Он коснулся меня там, едва ощутимо, но этого было достаточно, чтобы по телу пробежала дрожь. — Хенджин… — выдохнула я, но даже сама не знала, хочу ли, чтобы он остановился. — Не делай вид, что тебе это не нравится, — он посмотрел прямо в мои глаза, продолжая легкими движениями дразнить меня. — Я слышу, как ты начинаешь дышать по‑другому. Я опустила взгляд, но он тут же мягко поднял моё лицо за подбородок. — Смотри на меня, — тихо приказал он, и я подчинилась, хотя сердце стучало, как сумасшедшее. Хенджин аккуратно помог мне соскользнуть со столешницы, при этом не переставая держать меня за талию. — Садись, — он коснулся моего носа своим, — а я всё-таки налью нам кофе, пока он не остыл. Я села на высокий стул у барной стойки, поправив халат, но поймала себя на том, что даже не хочу скрывать улыбку. Внутри всё ещё было тепло, и не только от кофе, который он поставил передо мной через минуту. — Вот, — он сел рядом, положив руку на моё колено, и сделал глоток из своей чашки. — Но знаешь… — он прищурился и чуть усмехнулся, — теперь кофе будет ассоциироваться у меня только с тобой в таком виде. — В каком «таком»? — я сделала вид, что не понимаю, но взгляд отвела, чтобы он не увидел, как щёки предательски розовеют. — В очень вдохновляющем, — его пальцы чуть сжали моё колено, и я едва заметно вздрогнула. — И да, это определённо лучшая мотивация с утра. Я фыркнула, отпив кофе. — А что же тогда ты собираешься сделать с такой мотивацией? Он наклонился ближе, его губы коснулись моей щеки, затем уха. — Дожить до вечера… и повторить. Я рассмеялась, но внутри от этих слов всё сжалось в приятном предвкушении. Мы пили кофе, перекидывались фразами, иногда просто смотрели друг на друга, и в этом было что-то до невозможности домашнее и интимное. После кофе мы оба разошлись по своим делам — он отправился в комнату, чтобы переодеться для работы, а я начала разбирать вещи и наводить порядок. Но каждый раз, когда он проходил мимо, обязательно что-то делал, чтобы напомнить о себе: то мимолётно коснётся моей спины, то зацепит пальцами мою руку, то тихо скажет что-то вроде: — Не убегай далеко, Айли. И каждый раз у меня сердце чуть ускоряло ритм. Когда он уже был полностью готов, стоял у двери, натягивая пальто, я подошла, чтобы попрощаться. Он притянул меня ближе, скользнул взглядом по моему лицу и тихо сказал: — Сегодня я постараюсь вернуться пораньше. У нас есть… незаконченные дела. Я едва заметно улыбнулась, не скрывая, что понимаю, о чём он. — Я подожду. Он поцеловал меня в лоб, задержавшись чуть дольше, чем обычно, и ушёл. Оставшись дома, я решила не тратить день зря. Сначала устроила себе спа-час — маска на лицо, музыка, горячий чай. Потом перебрала шкаф и, вспомнив про наш вчерашний поход в ТЦ, примерила новое платье. Оно идеально подчёркивало фигуру. Я встала перед зеркалом, подумала пару секунд — и отправила Хенджину фото с подписью: “Как думаешь, надеть это сегодня вечером?” Ответ пришёл почти мгновенно: “Если наденешь, я тебя с него сам сниму.” Я не смогла сдержать смех и набрала ему: — Ты вообще работать можешь? — Нет. Ты мешаешь. В его голосе слышалась улыбка, но и что-то низкое, обещающее.                            

***

Я сидел за столом, просматривая бумаги, когда в дверь кабинета постучали. — Войдите, — сказал я, не отрывая взгляда от контракта. В кабинет зашла Хаён, держа в руках стопку документов. — Хван Хенджин, это по новому проекту, нужно согласовать сегодня, иначе сроки сорвём, — сказала она, подходя ближе. Я взял папку, пролистал, и с каждым новым листом понимал — работы будет больше, чем я рассчитывал. — И это всё сегодня? — спросил я, чуть нахмурившись. — Боюсь, да. Плюс, у нас ещё встреча с партнёрами через три часа, — добавила она. Я выдохнул, откинувшись в кресле. Вот так всегда — только соберёшься уйти пораньше, как сваливается тонна дел. А ведь я обещал Айли… — Ладно, — сказал я, возвращаясь к бумагам. — Разберёмся. Следующие пару часов мы с Хаён работали практически без перерыва. Документы, звонки, уточнения — всё навалилось разом. Я мельком глянул на телефон — Айли ещё не писала, но я знал, что она ждёт. В груди неприятно кольнуло чувство вины — я же сам сказал, что вернусь пораньше, а теперь, похоже, опять застряну до вечера. Я сидел за столом, держа в одной руке ручку, в другой — телефон. Вздохнув, я набрал сообщение: “Айли, прости. Не смогу пораньше прийти, работы полно. Извини.” Отправил. Ответ пришёл почти мгновенно: “Ты ведь обещал. Зачем давать обещание, если знаешь, что работы много?” Я нахмурился, быстро набрал: “Я не знал, правда. Хаён принесла список дел, и всё нужно сделать сегодня. Отложить никак нельзя.” Три мигающих точки. Я ждал. Но вместо ответа — тишина. Экран погас. Через пару минут телефон завибрировал снова. Сообщение. “Эта твоя новая секретарь? Ну и развлекайся с ней. Удачи.” Я сжал телефон так, что костяшки побелели. — Чёрт… — тихо выругался я. Внутри закипало — не от злости на неё, а от того, что она может подумать обо мне всякую чушь. Я сразу же нажал на её имя в контактах и поднёс телефон к уху. Гудки. Один… второй… третий. Она не взяла. Стиснув зубы, я нажал повторный вызов. Опять тишина. — Айли… — пробормотал я, чувствуя, как внутри растёт раздражение, смешанное с тревогой. Я откинулся на спинку кресла, провёл рукой по лицу. Чёрт, да что с ней такое? Она ведь знает, что я не вру. Знает, что это просто работа. Набрал сообщение: “Перестань придумывать. Ты же знаешь, что я люблю только тебя. Возьми трубку.” Отправил и уставился в экран, но галочки так и оставались серыми. — Чёрт… — снова выдохнул я и поднялся из-за стола, не в силах сосредоточиться на документах. Хаён, заметив моё состояние, осторожно спросила: — Всё в порядке, босс? — Нет, — отрезал я. — Я ухожу. Делайте всё по списку сами. И уже через минуту я шёл быстрым шагом к лифту, решив, что если она не отвечает, значит, я поеду к ней прямо сейчас.                                   

***

Я сидела на диване, закинув одну ногу на другую, с телефоном в руках. На мне было тонкое кружевное домашнее платье — не откровенное, но достаточно, чтобы сводить его с ума, если он задержит на мне взгляд. Экран телефона светился, а я лениво пролистывала ленту, будто вообще не думаю о нём. На самом деле… думала. Знала, что Хенджин не стал бы изменять мне, даже если бы мир рухнул. Но всё равно хотелось проверить его терпение. Поддразнить. Вывести из себя. Он вернётся, уставший, и увидит меня вот так… Я прикусила губу от собственной же мысли. Вряд ли он сможет сдержаться. А я… я специально буду отшивать его. Посмотрим, что будет дальше. Я чуть откинулась назад, позволяя ткани платья скользнуть по бедру. Телефон в руках стал просто фоном — я ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому звуку в подъезде, к каждому шороху за дверью. В голове был чёткий план: довести его до грани, а потом… сказать «нет». Не потому что не хочу — наоборот, потому что хочу. Но это будет маленькая игра. Я уже слышала, как замок двери тихо щёлкнул. Ну что, Хенджин, посмотрим, кто кого сегодня сведёт с ума… Дверь мягко закрылась, и в прихожей раздались его шаги. Я даже не повернула головы, сделав вид, что слишком увлечена телефоном. Он тихо усмехнулся, когда взгляд всё-таки зацепился за меня.  Я лишь медленно подняла глаза и скользнула по нему ленивым, оценивающим взглядом. — А ты… рано, — протянула я, слегка качнув ногой. — Говорил ведь, что работы полно. Он снял пальто, но не сразу подошёл, словно пытаясь понять, серьёзно ли я или это тонкий намёк. — Полно, — ответил он, чуть прищурившись. — Но я… оставил работу. Я снова опустила взгляд в телефон, делая вид, что его слова меня не впечатлили. — Удивительно, — произнесла я с лёгкой насмешкой. — А я уже подумала, что тебя секретарша отпустила пораньше. Он остановился прямо напротив меня, и я почувствовала, как воздух между нами стал гуще. — Айли, — его голос был ниже обычного. — Ты что-то затеваешь? Я сделала невинное лицо. — Я? Нет, просто… удивлена. Он медленно подался вперёд, упираясь руками в спинку дивана по обе стороны от меня, и теперь его глаза были прямо напротив моих. — Знаешь… — он чуть наклонился к самому моему уху. — Если ты решила поиграть, я могу тоже сыграть. — И как же ты собираешься сыграть? — я специально отстранилась назад, чуть откинувшись на спинку дивана, при этом скользнув взглядом вниз, где его руки уже опасно близко. Хенджин усмехнулся краем губ, но в глазах у него была совсем не улыбка — там читалось то желание, которое я хотела спровоцировать. — Очень просто, — тихо произнёс он, и его ладонь медленно легла мне на бедро, чуть сжимая его через лёгкую ткань платья. — Ты ведь сама начала. — И что, теперь будешь мстить? — мой голос был спокойным, но сердце колотилось быстрее, чем хотелось признать. — Нет, — он слегка провёл рукой выше, — просто напомню тебе, что я не из тех, кого можно безнаказанно дразнить. Я прикусила губу, намеренно отвела взгляд и протянула: — Может, я просто хотела… чтобы ты почувствовал, как это — когда тебя игнорируют. Он тихо рассмеялся и чуть наклонил голову: — Игнорируют? Серьёзно, Айли? Ты сидишь в таком виде и думаешь, что я способен это проигнорировать? Я подняла на него глаза, будто бы собираясь что-то сказать, но он вдруг опёрся коленом о диван и оказался ближе, чем я планировала. — Хенджин… — я сделала вид, что хочу отодвинуть его руку, — хватит. — Хватит? — он прищурился, явно читая моё настроение. — Не верю. — Верь, — я улыбнулась краешком губ и встала, будто собираясь уйти… но он успел перехватить меня за запястье. Я остановилась, и он, глядя прямо в мои глаза, тихо произнёс: — Думаешь, я отпущу? — А если я этого хочу? — я чуть приподняла бровь, пытаясь казаться уверенной, хотя внутри сердце колотилось. Он потянул меня на себя, и я оказалась совсем близко, чувствуя его дыхание у самой щеки. — Не хочешь, — он сказал это так уверенно, что я даже на секунду растерялась. — Уверен? — я прищурилась, делая шаг назад. — Абсолютно, — он пошёл за мной, не отпуская моё запястье. Я сделала ещё шаг назад, и в какой-то момент спиной упёрлась в стену. Поняла, что теперь он полностью контролирует пространство между нами. — Хенджин… — я попыталась придать голосу строгость, но вышло слишком мягко. — Что? — он медленно провёл пальцами по внутренней стороне моего предплечья, словно изучая мою реакцию. — Ты специально сегодня так оделась, зная, что я вернусь и увижу тебя… Я отвела взгляд, не отвечая, но он чуть наклонился и прошептал у моего уха: — Так что теперь — доиграй эту игру до конца. Я почувствовала, как он скользнул ладонью по моему боку, и эта близость сбивала дыхание. — Или… признаешь, что просто хотела, чтобы я сорвался? — он посмотрел мне в глаза, и я поняла, что он видит всё, что я пытаюсь скрыть. — Ты ведь даже не скучал, да? — я прищурилась, делая вид, что хочу оттолкнуть его руку от своей талии. — Там, в офисе… со своей секретаршей… Он поднял брови, а в глазах зажглась та самая тёмная искра. — Айли… — он сказал моё имя так низко, что внутри всё дрогнуло. — Мне плевать на неё. — Правда? — я дерзко вскинула подбородок. — А то выглядело так, будто она… — Если хочешь, — перебил он, наклоняясь ко мне ближе, — завтра же уволю её. И найду секретаря другого. Мужчину. Старше меня лет на двадцать. — Его губы едва не коснулись моих. — И чтоб даже близко не подходил ко мне. — Перестань… — я попыталась сделать шаг в сторону, но он упёрся ладонью в стену, не давая уйти. — Не перестану, — он посмотрел на меня с такой жёсткой уверенностью, что у меня пересохло в горле. — Потому что мне наплевать на неё, на всех… кроме тебя. Его ладонь скользнула ниже по моему боку, и я поймала себя на том, что уже сама тянусь к нему, хоть и пытаюсь делать вид, что это всё ещё моя игра. — Так ты всё это время… — он провёл пальцами по линии моего бедра, скользнув чуть выше, — просто дразнила меня? — Может быть, — я ответила почти шёпотом, но взгляд держала дерзким. — Айли… — он тихо усмехнулся, но это была опасная усмешка. — Ты понятия не имеешь, во что вляпалась. В следующее мгновение он развернул меня, прижимая спиной к стене, и его тело оказалось слишком близко. Я почувствовала, как тепло от него будто прожигает ткань моего платья. — Ты решила меня злить, да? — он провёл кончиком носа по моей щеке, медленно скользнул к шее. — Хотела, чтобы я потерял контроль? Я молчала, но сердце колотилось так, что ответ был и так очевиден. — Получила, чего хотела, — прошептал он, и его рука уверенно скользнула по моей талии, притягивая к себе ещё ближе. — Но теперь сама отвечаешь за последствия. Его губы нашли мои, и поцелуй был уже не мягким, а требовательным, срывающим остатки моего притворного сопротивления. Я попыталась отстраниться, чтобы хоть что-то сказать, но он перехватил мой запястье, поднял над головой и прошептал прямо в губы: — Не убегай. Ты сама это начала. Он вдруг резко подхватил меня на руки, будто я весила совсем ничего, и уже через пару секунд мягко опустил на диван. — Раз уж ты решила играть, — его голос стал низким, хриплым, — мы будем играть по моим правилам. Он наклонился надо мной, упираясь ладонями в спинку дивана по обе стороны от моей головы, полностью отрезая путь к отступлению. Его колено оказалось между моих бёдер, и я почувствовала, как дыхание стало сбиваться. — Ну что, Айли… всё ещё хочешь отшивать меня? — он слегка приподнял край моего платья, и прохладный воздух коснулся кожи. Я чуть заметно улыбнулась, хотя внутри всё дрожало: — А вдруг… да? — Вдруг — не прокатит, — его ладонь уверенно легла на моё бедро, скользя выше. — Ты слишком красиво смотришься, когда перестаёшь притворяться. Он снова поцеловал меня, на этот раз глубже, а свободной рукой медленно провёл по моей линии талии, будто намеренно дразня. Каждое движение было выверенным, медленным, но от этого ещё более сводящим с ума. — Ты ведь понимаешь, что я всё равно получу своё? — прошептал он, касаясь моих губ уголком своей улыбки. Я не успела ответить — он снова притянул меня ближе, сливаясь в поцелуе, а его руки начали Его ладони скользнули выше, под ткань, и я резко втянула воздух, когда пальцы Хенджина коснулись самого сокровенного. Он двигался медленно, нарочно мучая меня каждым мягким, но точным движением. Я выгнулась, вцепившись в спинку дивана, и тихие, сдавленные звуки сами вырывались из горла. Всё тело горело, дыхание сбивалось, и казалось, что я не смогу выдержать ни секунды больше. Он ускорился, и я уже не могла сдерживаться, извивалась под ним, хватая его за плечи, словно пытаясь удержаться в реальности. И вдруг — он остановился. Я открыла глаза, всё ещё тяжело дыша: — Хенджин… ещё… Он усмехнулся, опершись локтем о спинку дивана, глядя прямо в мои глаза: — Ещё? А недавно кто-то говорил «хватит» и отталкивал меня. Даже отшивал. — Я… — я сглотнула, чувствуя, как сердце бьётся в бешеном ритме. — Сейчас… другое… — Другое? — он наклонился ближе, почти касаясь моих губ. — Значит, ты хочешь, чтобы я продолжил? Я кивнула, и он позволил себе короткий, хищный смешок. — Вот так мне нравится больше, — прошептал он, вновь опуская руку туда, где я так его ждала. исследовать меня так, будто он собирался запомнить каждую деталь заново. Моё дыхание стало сбивчивым, а пальцы вцепились в диван так, будто это могло помочь удержаться. Я закрыла глаза, но в тот же миг сорвался тихий стон — слишком сильно, слишком глубоко он влиял на меня. Каждое его движение будто проникало прямо под кожу, заставляя всё внутри гореть. — Хенджин… — выдохнула я, сама не зная, прошу ли я, чтобы он остановился, или наоборот, продолжил. Он поднял на меня глаза, и в этом взгляде я увидела всё — власть, желание, и то, как он наслаждается тем, что я полностью в его руках. — Я не отпущу тебя, пока не услышу, как ты сломаешься, — тихо сказал он. В этот момент я поняла — сопротивляться ему я не могу. И, если честно, уже не хочу. Я прикусила губу, когда его пальцы вновь вернулись ко мне, медленно, но уверенно находя тот самый ритм, от которого всё тело начало дрожать. — Вот так… — прошептал он, почти касаясь губами моей щеки, — просто расслабься. Я попыталась сдержать стон, но он вырвался сам, тихий, но такой, что Хенджин только сильнее ускорился. Его свободная рука обнимала меня за талию, прижимая к себе, будто боялся, что я могу вырваться. — Скажи, что тебе нравится, — его голос был низким и хриплым. — Н‑нравится… — сорвалось с губ, и я уже не могла думать ни о чём другом, кроме этого жара, растущего внутри. Движения стали чуть глубже, чуть быстрее, и всё вокруг будто перестало существовать. Я уткнулась лицом ему в шею, вдыхая его запах, чувствуя, как внутри всё сжимается, готовое сорваться. — Хенджин… — я выдохнула его имя, и в этот момент волна удовольствия накрыла меня полностью. Моё тело выгнулось, пальцы судорожно вцепились в его рубашку, дыхание сбилось, и я просто позволила себе раствориться в этом ощущении. Он не отпускал меня, пока дрожь не утихла, а потом мягко провёл рукой по моему бедру, будто успокаивая. — Вот так, — тихо сказал он, глядя на меня с лёгкой улыбкой. — Ты даже не представляешь, как я люблю видеть тебя такой Он ещё какое‑то время просто держал меня, позволяя отдышаться, но в его взгляде я уже читала то, что он задумал. Его пальцы, вместо того чтобы отстраниться, снова медленно скользнули вверх по внутренней стороне моего бедра. — Хенджин… — тихо выдохнула я, думая, что он просто погладит, но он лишь усмехнулся. — А кто это пару минут назад говорил «хватит»? — его губы коснулись моей шеи, и он прошептал прямо на кожу: — А теперь что? — Ты… — я закусила губу, не зная, как ответить, ведь моё тело уже предательски реагировало на него. — Я? — он чуть ускорил движения, и я тихо застонала, сжав пальцы в его волосах. — Я просто не могу отпустить тебя, пока не увижу это ещё раз. Он был слишком настойчив, слишком искусен, и я уже не могла ни сопротивляться, ни даже сделать вид, что хочу остановиться. Моё дыхание становилось всё более рваным, тело выгибалось ему навстречу. — Скажи, что хочешь, — хрипло произнёс он, не отрываясь от моих губ, пока пальцы внутри меня творили своё. — Хочу… — сорвалось с губ почти в стоне. — Громче, — потребовал он. — Хочу! — выдохнула я, и в тот же момент он усилил ритм настолько, что я снова не выдержала. Волна удовольствия накрыла меня во второй раз, ещё сильнее, чем первый. Я вскрикнула, вцепившись в него, ощущая, как всё моё тело дрожит и сжимается под его руками. Он поймал мои губы в поцелуй, пока я всё ещё была в этом сладком, разрывающем ощущении, и только когда дрожь прошла, медленно убрал руку, прижимая меня к себе. — Теперь да, — с лёгкой усмешкой сказал он. — Вот теперь я доволен. Он не дал мне и секунды прийти в себя. Едва моё дыхание стало более ровным, как его руки скользнули под мою спину, подхватывая меня на руки. — Хенджин… — я чуть запоздало вцепилась в его шею, но он уже поднял меня, прижимая к себе так, что я чувствовала каждый сантиметр его тела. — Мы закончим там, где нам будет удобнее, — произнёс он низким, обволакивающим голосом, и мои пальцы сжались на его рубашке. Я знала, что он несёт меня в спальню, и сердце стучало всё быстрее. Мы прошли коридор, его шаги были быстрыми и решительными, будто он боялся, что я передумаю. Но я не собиралась. Он толкнул дверью в спальню, аккуратно опустил меня на кровать и сразу навис сверху, упираясь ладонями по бокам от моего лица. Его взгляд был таким горячим, что от него невозможно было отвести глаза. — Ты же понимаешь, что я сейчас тебя не отпущу, — тихо сказал он, и я кивнула, чувствуя, как моё дыхание снова сбивается. Его губы накрыли мои, и поцелуй сразу стал жадным, требовательным. Я отвечала с такой же силой, чувствуя, как в груди расползается пьянящее тепло. Его руки быстро расстегнули моё платье, скользнули по плечам, обнажая кожу. Когда ткань упала вниз, он на секунду остановился, словно чтобы запомнить каждую деталь, а потом наклонился и прошёлся губами по моей шее, груди, животу… Его пальцы уже уверенно скользнули вниз, а дыхание становилось всё быстрее. В этот раз не было ни дразнящих пауз, ни медлительности — он двигался так, словно боялся потерять меня, и я тонула в этом ощущении. — Боже, Айли… — выдохнул он, и это прозвучало так, будто он на грани. Я всё ещё тяжело дышала, мои ноги чуть дрожали — тело не успело прийти в себя после того, что он сделал на диване. Но Хенджин не собирался давать мне передышку. Его ладони снова скользнули по моим бёдрам, разводя их шире, и я невольно всхлипнула от переполняющего ощущения. Всё было слишком ярко, слишком сильно — каждый его жест отзывался во мне волной жара. — Ты… ты с ума сошёл… — прошептала я, вцепляясь в простыню, но он только ухмыльнулся, не сводя с меня взгляда. — Ты сама доводишь меня до этого, Айли, — его голос был низким, почти хриплым. — Посмотри на себя… ты вся дрожишь. Я зажмурилась, когда его пальцы снова нашли меня, легко коснувшись там, где я была уже безумно чувствительна. Я выгнулась, губы сами выдохнули его имя. — Чувствительная сегодня, да? — он нарочно замедлил движения, будто изучал мою реакцию. — Хенджин… — мой голос сорвался на стон, и я почувствовала, как сердце бьётся где-то в горле. Он наклонился, прижимая меня своим телом, и его губы снова накрыли мои. Поцелуй был глубоким, настойчивым, а пальцы всё ускорялись, и я понимала — я уже не смогу сдержаться. — Скажи… что тебе нравится, — он почти прорычал это мне в губы, и я, не в силах говорить, просто застонала громче, чувствуя, как всё внутри сжимается от накатывающей волны. И она накрыла меня так внезапно, что я сама вцепилась в его спину, выгибаясь навстречу, пока он не отпускал, доводя до конца, пока моё дыхание не стало прерывистым, а тело — обмякшим под ним. Я лежала, прижимаясь к его груди, всё ещё чувствуя, как сердце колотится. Он погладил мои волосы, тихо сказав: — Это только начало. Я лежала, всё ещё тяжело дыша, кожа горела от каждого прикосновения. Казалось, я уже не смогу вынести больше… но Хенджин не собирался отпускать меня. Он чуть приподнялся, провёл рукой по моему лицу, задержавшись на губах, а затем его взгляд стал таким тёмным, что внутри у меня всё сжалось. — Айли… — он тихо произнёс моё имя, и в этом звуке было всё — желание, власть и обещание, что он не даст мне уйти от него. — Ты думаешь, что я уже закончил? — Я… я не знаю, смогу ли… — прошептала я, но слова оборвались, когда он резко притянул меня ближе, прижимая к себе бёдрами. — Ты сможешь. И захочешь ещё, — сказал он, и я почувствовала, как он входит в меня. Я зажмурилась, всхлипнув от переполняющих ощущений — тело было слишком чувствительным, и каждый его толчок отдавался молнией в каждой клеточке. — Хенджин… — мой голос дрожал, руки сами обвили его за шею, а ноги — за талию, прижимая его ещё ближе. — Вот так, — прошептал он, целуя меня в шею, — чувствуй меня полностью. Он двигался медленно, будто смакуя каждую секунду, а я едва могла дышать, ловя ртом воздух. Но постепенно темп ускорялся, и я уже не могла ни думать, ни сдерживать стоны. Его рука легла на мою щёку, заставляя смотреть прямо в его глаза, пока он был во мне. — Моя, — произнёс он с нажимом, и я поняла, что теряю контроль. Волна накрыла меня сильнее, чем прежде, и я прижалась к нему, не отпуская, пока он тоже не утонул в этом моменте вместе со мной. Мы лежали, переплетённые, его дыхание было горячим у моего уха, он тихо прошептал: — Теперь ты точно знаешь, что я никогда не отпущу тебя. Мы лежали, едва дыша, всё ещё переплетённые, ощущая, как наши сердца бьются в одном ритме. Его ладонь медленно скользила по моей спине, а губы иногда касались макушки. — Пойдём в душ, — тихо сказал он, чуть отстраняясь. Я лениво приоткрыла глаза и устало улыбнулась. — У меня… нет сил, — выдохнула я, чувствуя, как тело буквально стало ватным. Его губы тронула едва заметная ухмылка. — Ну, тогда у тебя нет выбора, — он легко подхватил меня на руки, и я, обхватив его за шею, только тихо рассмеялась. — Хенджин… я серьёзно, — попыталась я возразить, но он уже шёл по направлению к ванной. Вода зашумела, заполняя комнату мягким звуком, и он осторожно поставил меня на плитку, но не отпустил. — Держись за меня, — сказал он, помогая мне снять оставшуюся одежду. Тёплые струи коснулись кожи, и я невольно выдохнула, прикрывая глаза. Хенджин встал позади, позволяя воде стекать по нашим телам, и провёл ладонями от моих плеч вниз, обнимая за талию. — Вот так лучше, — его голос был низким, почти шёпотом у моего уха. Я почувствовала, как он прижимается крепче, целуя моё плечо, и поняла, что он совсем не торопится просто “помыться”. Тёплая вода стекала по моей коже, оставляя после себя лёгкие мурашки. Я чувствовала, как его ладони скользят по моим плечам, медленно спускаясь ниже, словно он хотел смыть с меня каждую тень усталости, каждую каплю вчерашнего напряжения. Его дыхание было горячим, несмотря на прохладный пар в ванной. Хенджин прижался губами к моей шее, задержавшись там чуть дольше, чем просто мимолётный поцелуй, и я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. — Ты такая тёплая… — прошептал он, пальцами мягко обводя мои бёдра. Я уткнулась в его руки, позволив себе чуть запрокинуть голову, и он воспользовался этим, чтобы поцеловать меня в линию ключицы, а затем прикусить кожу чуть ниже. Вода струилась между нами, но я всё равно ощущала каждое его прикосновение так отчётливо, будто он касался меня голыми нервами. — Хенджин… — выдохнула я, и в моём голосе смешалось желание и усталость. Он развернул меня к себе лицом, и я встретилась с его тёмным, прожигающим взглядом. Вода стекала по его волосам, капли блестели на коже. Его руки обняли меня за талию, прижимая ближе, и наши губы слились в медленном, глубоком поцелуе. Один из его пальцев лениво скользнул по моей спине, второй рукой он прижал меня ещё сильнее, будто боялся отпустить хоть на секунду. Поцелуи становились длиннее, влажнее, и я поняла, что мы уже совсем забыли, зачем вообще пришли в душ. — Думаю, нам придётся остаться здесь чуть дольше, — хрипло сказал он, прерываясь ровно настолько, чтобы снова поймать мои губы. Я тихо рассмеялась, хотя внутри всё горело от его близости. Хенджин мягко провёл ладонями по моим плечам, скользнув ниже к груди. Его пальцы играли со мной медленно, будто он хотел запомнить каждое ощущение, которое вызывал. Я тихо выдохнула, обхватив его за шею, и почувствовала, как он чуть сильнее прижал меня к себе. — Такая нежная… — хрипло произнёс он, обводя пальцами мой силуэт, скользя по бокам, животу, бёдрам. Я прижалась к нему ещё ближе, чувствуя, как тепло его тела смешивается с теплом воды. Несколько минут он просто наслаждался моим телом, поглаживая, чуть сжимая, проводя по коже кругами, а затем, словно почувствовав, что я устала, аккуратно отстранился. Мы смыли остатки мыла, и он протянул мне полотенце, закутав меня, а затем и сам накинул халат. Я уже хотела направиться в спальню, но он, не дав мне сделать и шага, поднял меня на руки. — Пойдём спать, — тихо сказал он, и в его голосе была забота. — А давай… в гостиной, — вдруг сказала я, глядя ему в глаза. — Там просторно, диван огромный… Раздвинем его, принесём подушки, одеяло, накроем постель и там заснём. Пожалуйста… Он усмехнулся, но в его взгляде было тепло. — Хорошо… но ты сидишь и ждёшь. Всё сделаю сам, — сказал он серьёзно, не давая мне возразить. — Ты устала, Айли. — Ладно… — я слабо улыбнулась и прижалась к нему. Он опустил меня на диван, поправил халат на моих плечах и, наклонившись, поцеловал в лоб. — Сиди и никуда не вставай, — произнёс он, а сам ушёл в спальню, чтобы принести подушки и одеяло. Хенджин вернулся через пару минут с огромной стопкой подушек в руках, а за ним — одеяло, которое он аккуратно положил на спинку дивана. — Ну что, превращаем это место в нашу спальню, — сказал он с лёгкой улыбкой, и в его глазах было столько тепла, что я невольно почувствовала, как сердце сжимается от нежности. Он быстро раздвинул диван, проверил, чтобы нигде не мешали детали, и принялся аккуратно расправлять простыню, словно боялся сделать что-то неидеально. Затем выложил подушки так, чтобы нам было удобно, накинул одеяло и пригласил меня жестом: — Всё готово, моя принцесса. Я встала с дивана и подошла ближе, а он, не дав мне сделать и шага самой, снова подхватил меня на руки. — Ты же обещал, что я просто посижу, — засмеялась я тихо, прижимаясь к нему. — И я держу слово, — ответил он, аккуратно опуская меня на постеленное место. — Моя задача — сделать так, чтобы тебе было максимально удобно. Он лёг рядом, притянул меня к себе и укрыл нас одеялом. Я уткнулась носом в его грудь, чувствуя его запах, а его ладонь мягко скользнула по моей спине, согревая и успокаивая. — Вот так… — шепнул он. — Теперь можно просто заснуть и забыть обо всём. — С тобой… всегда, — ответила я едва слышно, и мы замолчали, слушая только дыхание друг друга. Тепло, тишина, мягкий свет ночника и ощущение его сильных рук вокруг меня — всё это сделало этот момент таким уютным и защищённым, что глаза начали закрываться сами собой.